Воскресенье 24 июня, 02:06
Ясно + 23°
Екатерина Рощина

В обсуждении предыдущей статьи про "Чо, жалко?" открылось, что у Зайцев есть своя правда, свои незыблемые принципы и понятия.

Я могу согласиться с ними в одном: каждый живет, как может. И может статься, что сегодня ты работаешь, а завтра - нет, и деньги на электричку становятся неподъемной тратой для бюджета, и вот уже ты, с табуном таких же халявщиков, бежишь из вагона в вагон от контролера... С ужасом гоню эту картину! Но мало ли как может сложиться.

Мне хотелось бы поговорить о другом. Одно дело -  быть нарушителем порядка. Прихватывать теток в турникете за бока, бодро скакать на одной ножке вниз по эскалатору, подсчитывать в уме выгоду. Ну и, как следствие, оправдываться перед контролером за весь этот каскад удовольствий. 

И совсем другое - как двоечник у доски стоять перед человеком, "власть имеющим", и оправдываться за то, чего ты не совершал. В такие дурацкие ситуации в основном попадают те, кто честно платит везде и всегда. Недавно одна моя хорошая подруга, человек уже очень немолодой, рассказала такую историю. Светлана Николаевна (а зовут ее именно так) каждый день покупает себе одну столичную газету. Такая у нее традиция. И тут тоже, по дороге в магазин, эту газету купила в киоске. Положила в сумку и пошла за покупками. Набрала всякое-разное, расплачивается на кассе. А надо сказать, что выглядит Светлана Николаевна не комильфо в общепринятых понятиях: одевается как хиппи (она художница - стиль такой), ходит с палкой (нога болит), ну и немолодая она. Уставшая от жизни. В ней нет лоска, блеска, наглости. Она очень хороший человек, но это, как известно, не профессия. И вот кассирша, пробив ее товары, вдруг орлиным взором усмотрела в сумке газету. И начинает форменным образом орать: "Ты почему газету украла? А ну, плати за нее!" Светлана просто дар речи потеряла. Стала оправдываться. А с такими "нападающими" сам факт того, что ты оправдываешься - уже доказательство вины. Я не буду приводить здесь все обороты речи, которые использовала наделенная властью кассирша. Мне неприятно думать о том, как она, здоровая, уверенная в своей правоте, кричала на мою бедную Светлану Николаевну, которая, конечно, в итоге заплатила-таки за газету второй раз (ведь чека в киоске никто и не подумает брать и тем более сохранять на такой вот экстренный случай).

Потом она мне позвонила, и плакала, не из-за десяти рублей за газету, конечно, а из-за пережитого ужаса и унижения. Потому что для человека патологически честного нет хуже обвинения, чем в воровстве.

Я ее утешала, как могла, и ругала, что зачем, дескать, заплатила? И не знала, глупая Катя, что буквально на днях буду краснеть и потеть перед продавцом не хуже своей подруги.

В аптеку зашла случайно, вспомнила, что надо купить йод. Сколько стоит йод? Копейки. Но у меня не было мелочи. Было пятьсот рублей. В аптеке было тихо и прохладно. И ни одного человека, кроме меня. Была продавщица - похожая на Елену Малышеву: в белом халате, строгая, в очках. Люди в белых халатах, захотелось запеть. И вот значит покупаю я йод, даю ей купюру. Она выдает мне флакон и отсчитывает мелочью сдачу. Ну как бы со ста рублей. Я стою, жду. Но манипуляции со мной, похоже, уже закончились. Фармацевт выдвигает какие-то свои ящички, что-то перекладывает... На меня - ноль внимания. Я ей говорю, девушка, а я вам дала пятьсот рублей. И жду сдачу. Тут она на меня вскинулась, вперила абсолютно честные глаза! Нет, я вам клянусь, вся правда мира была в этом взгляде, все праведное негодование. И понеслось. Какие пятьсот? Да я в своем уме, вообще? Это было сто! Сто, а пятьсот - вон у вас в кошельке лежат! 

Ну просто Козьма Прутков. "Если на клетке слона прочтешь надпись "буйвол", не верь глазам своим". Дама кричала все истошнее, и я ретировалась. С позором покинула поле битвы, так сказать. Мое слово - против ее слова, но, к сожалению, ужас сковал меня, и даже в собственных глазах я каким-то образом стала мошенницей, наживающейся на покупке йодов-зеленок. 

Потом мне сказали: надо было снимать кассу. Ну да, только стоит ли овчинка выделки? Потратить полдня, ради того, чтобы потом, в лучшем случае, тебе сказали: "Ах да, ошиблась, извините". Да и вообще - откуда я знаю, сколько денег было у нее в кассе? Легче уйти. Оставить на ее совести. И потом, может, она не со зла. Жара была, может, она ошиблась. Каждый ведь может ошибиться.

Я не о газете и о йоде. О том, что очень трудно оправдываться за то, в чем ты не виноват. 

Так что, дорогие мои Зайцы, вы - молодцы. Я думаю, что именно вы знаете, что ответить в таком случае. И в этом аспекте именно вы являетесь, простите за игру слов, волками - санитарами леса.

Первую часть размышлений нашего колумниста о взаимоотношениях Зайцев и не-Зайцев и многом другом (Чо, жалко?) читайте здесь. 

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Новости СМИ2

Загрузка...

Новости СМИ2