Пятница 22 июня, 08:06
Ясно + 20°
Евгений Герасимов, режиссер, депутат Мосгордумы

Только что в столице завершился Второй фестиваль молодежного позитивного кино «Будем жить!», который я придумал год назад. Я всегда говорил, что когда коллеги снимают только негатив, не давая никакого света в конце тоннеля, то они тем самым формируют негативное сознание у подрастающей молодежи… А ведь кино имеет большое воздействие на нравственность и духовность молодого поколения. Сегодня, правда, еще и Интернет…

Почему-то считается, что, если государство вкладывает в проект средства, то он обязательно должен быть приторно-сладким, радужным. Но речь совсем не об этом. А о том, что должен быть заказ, как это делали в советское время. Как это во всем мире существует. Вот у американцев после войны была проблема – никто не шел в летчики. Государство заказало фильмы с героями-летчиками – и эта профессия оказалась востребованной, появился интерес к этой профессии.

Если мы в один голос говорим, что к нашей культуре, к истории, упал интерес, значит надо напомнить молодежи, что на Руси были и есть люди, которые ставили во главу угла служение Родине, а не набивание своих карманов. Что были настоящие герои во время войны. Что были великие меценаты, которые поддерживали российскую культуру.

Конечно, это заказ! Заказ напомнить о великой славе, а не о великом позоре и сплошном негативе страны. Ведь вышло так, что люди перестали уважать историю своей страны. А у нас и сегодня есть труженики и воины, которые достойны стать героями фильма.

Вот Минкультуры хочет само заказывать сценарии. И правильно. Надо сценаристов заинтересовывать. Никто не хочет сегодня работать в стол. Пусть будет заказ. И при этом – тендер.

Кстати, я много читаю сценариев. Но среди них очень мало хороших. А жанровых совсем нет. Ситуацию надо выправлять. Если у тебя госзаказ – ты не будешь снимать в каждом кадре стриптизершу, чтобы получить хорошую кассу. И жанры фильмов будут разные.

Я в свое время возглавлял Третье творческое объединение на Киностудии Горького, которое мне передал Станислав Ростоцкий. Оно было самое большое, семь картин в год снимали. Занимаясь портфелем студии, я думал о том, что одни картины должны принести кассу (мы за счет этого жили), а другие должны быть арт-хаусные, фестивальные… И обязательно брали дебютные – чтобы молодежь приходила. У меня была такая политика. Из 170 картин 10 было кассовыми и кормили киностудию, другие работали на эксперимент, на творческое решение, на продвижение киноискусства. Проекты должны быть разными! Сейчас же непонятно, по какому принципу фильмы получают бюджетное финансирование… Вот среди дебютантов до сих пор числится Герман-младший. Разве это возможно? Как тогда другие туда прорвутся?

Владимир Мединский – государственник. Он правильно смотрит. Нельзя просто бросать в корзину государственные деньги. Это неправильно. Это некачественное кино не будет смотреть зритель. А если и посмотрит – поморщится.

Для меня социально значимая тема – сама жизнь. Но не чистая развлекуха, которая направлена на то, чтобы зарабатывать деньги. Разве моя картина о Савве Мамонтове не социально значимая тема? А фильмы о взаимоотношениях родителей и детей? Я вот только что снялся в семейной драме «Тройная жизнь» у одного молодого дебютанта. Разве это не социально значимая тема?

Другое дело, как она сделана. К чему ты приходишь. Если ты говоришь, что все настолько гадко и плохо, что все ненавидят друг друга, не понимают друг друга, ты не даешь никакого шанса как художник. Здесь я согласен с фразой классика, которую часто повторяет Михалков: «Жестокая правда без любви – ложь.» Вот ключ для искусства. Вот ключ к тому, что является социальным проектом.

Хочется, чтобы были идеалы, чтобы люди верили в них. Смотрите, в американском кино – как бы вокруг ни было плохо, но герой все равно борется, побеждает, на его стороне симпатии зрителей. А не наоборот…

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Новости СМИ2

Загрузка...

Новости СМИ2