Среда 20 июня, 12:06
Слегка Облачно + 20°
Ольга Кузьмина

Человек сам кузнец своего счастья. Мы знаем, что смертны, но живем как бессмертные. Твори свою судьбу сам… Если напрячься, вспомнится еще с десяток фраз, пытающихся философски описать отношения формата «человек – жизнь – судьба». Но – не описывающих. Потому что сколь бы ни был умел «кузнец», и сколь велико ни было бы желание человека быть счастливым, судьба может все разыграть иначе.

Роман Василия Гроссмана, экранизацию которого с выходных начнут показывать по ТВ, – в том числе и об этом. И если у кого-то не дошли руки до чтения романа, посмотреть его «киноосмыление» стоит точно. Тем более, обещан звездный актерский состав: Сергей Маковецкий, Полина Агуреева, Александр Балуев, Лика Нифонтова… Возможно, именно блестящие актеры привлекут к просмотру тех, кто попросту отвык от созерцания кино мудрого и глубокого.

…Судьба действительно все расставляет по своим местам. Скорее всего, многое, для кого-то – впервые, расставит по местам и фильм – повторив главную мысль романа Гроссмана, оставляющий без козырей как восхваляющих советско-сталинское время, так и клеймящих его позором. В этой жизни было все. Рядом. Зверства, устраиваемые в застенках строителями светлого коммунистического будущего, соседствовали с искренней любовью к этой стране и патриотизмом. Пройдя через ад Курской битвы и Сталинграда, Василий Гроссман знал это, как никто… Он начал писать свой роман в 1950 году, на пике культа личности. И через жизнь и судьбы своих героев выразил главную драму войны и нашего народа: ему приходилось биться сразу с двумя монстрами. С лишенной и тени человеческого нацистской машиной и не менее безжалостным чудищем – нашим доморощенным тоталитаризмом, пожиравшим свой народ ничуть не менее жадно, чем фашизм. Судьбы и жизни гроссмановских героев оказались перемолоты двумя жерновами.

…Безумно горько, что, уходя из этой жизни, Василий Гроссман был уверен в гибели своего романа. Как бы хотелось поверить сейчас, что ушедшие не теряют связи с оставшимися на земле… Тогда бы он знал, что и у его романа есть своя жизнь и судьба. Совершенно невероятные.

Написанный кровью и болью, текст был признан антисоветским, а затем конфискован КГБ – у писателя забрали все копии романа. Пытаясь спасти роман, Гроссман в 1962 году, спустя год после его конфискации, написал Хрущеву проникновенное письмо. Ответил ему главный идеолог ЦК КПСС того времени – Михаил Суслов. Романа он не читал, но составленной на текст «объективки» хватило для отказа: роман не будет напечатан. Никогда.

Хорошо, что кроме реальной жизни есть на свете и некий высший суд судьбы…

Говорят, в КГБ роман Гроссмана потихоньку размножили и потихоньку же читали. Не знаю, правда ли это, но в нашем доме он появился задолго до его публикации в журнале «Октябрь» в 1988 году в виде толстенной стопки трудночитаемых страничек, какой-нибудь двадцатой по счету копии текста, перепечатанного под «копирку». Ее нам принес сосед – тихий, незаметный кэгэбэшник. Сказал – это надо прочесть. Тихо так сказал...
И вот теперь мы увидим «Жизнь и судьбу» на экране. Скорее всего, с изумлением убедимся, что надрыв может быть обеспечен не только голой  грудью, брутальным сексом и скабрезными шутками. Жизнь и судьба бьют куда больнее, чем надуманные тренды времени – развлекушки с юмором ниже пояса. Поэтому в этом смысле телевидение, все последнее время жестко ориентированное на легкие жанры, приятно удивило. И это было хорошее удивление.

Ну и еще. Жизнь и судьба прихотливы. Работа над сценарием к фильму стала последней в жизни Эдуарда Володарского. Может быть, главной. Он ушел буквально за несколько дней до начала показа киноэпопеи.

Горько, но такова судьба…

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Новости СМИ2

Новости СМИ2