чт 17 октября 06:28
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Профессия: репортер

Профессия: репортер

Илья Зимин: Когда нас взяли в заложники, мы пообещали, что Россия поднимет свои истребители

[b]Репортер НТВ Илья Зимин оказался человеком чрезвычайно общительным и подвижным, прямо-таки реактивным. С первых минут знакомства предложил перейти на «ты». После чего немедленно позвал на экскурсию по этажам НТВ. Я, естественно, была не прочь.[/b] 9-й, «правительственный» этаж НТВ: здесь «сидит» руководство. Но и на этом «официальном» этаже, оказывается, есть много интересного. Например, рядом с дверью в приемную гендиректора – другая дверь, с надписью «Мусоропровод». А на самой двери генерального все еще висит табличка с именем прежнего руководителя НТВ Николая Сенкевича. – А тут у нас видеотека. Здесь хранятся записи всех программ, на всякий случай, – Илья передвигает похожие на стеллажи в библиотеке полки. – Ну, разве что порнушки тут не найдете. Да и то сказать, может, с министром каким в бане и будет. В студии «Сегодня» женщина в халате и в очках с толстыми стеклами протирает стол и мониторы. – Когда-то за ведущим была рабочая зона и ходили люди с умным видом и с бумажками. Создавали видимость кипучей деятельности и специально надевали костюмы. Возле охранника на девятом этаже – живой уголок. Несколько клеток с попугаями и перепелами, спящие мышки, толстощекий хомяк и водяная черепашка. Рядом – банкомат и автомат с шоколадками. – Все, что нужно для жизни в телецентре, – шутит Илья, и мы поднимаемся на 10-й этаж, где находятся студии НТВ и комната рабочей группы «Профессия – репортер». – Коридор у нас – ужас, не то что на девятом. А ведь именно по этому коридору каждый день ходил Парфенов. И именно в нашей комнате был его кабинет, где, можно сказать, творили «Намедни». И представляешь, каждый день Парфенов мог споткнуться и потерять лицо! В бывшем кабинете Леонида Парфенова – теперешней резиденции «Репортера» – на считанных квадратных метрах помещаются три стола. Для Андрея Лошака, Вадима Такменева, Александра Зиненко соответственно. – Мой стол – в «прихожей», там, где раньше секретарша Парфенова сидела, – поясняет Илья. Теперь, за мятным чаем, можно и поговорить. [b]– У вас на канале существуют критерии удачного репортажа? Не рейтинг же?[/b] – Знаешь, к сожалению, рейтинг. Рейтинг – это вещь объективная. А с другой стороны – совершенно необъективная. Понятно, что часто действительно качественный фильм почему-то не собирает высокого рейтинга. Сейчас программы «Профессия – репортер» в такой ситуации, когда мы должны завоевать и доверие зрителя, и рынок. И мне нравится, что мы ориентируемся на рейтинги. Мы ждем их после каждой программы. Воскресенье проводишь, как ночь перед экзаменом, потому что в понедельник увидишь рейтинг. [b]– Раз рейтинг играет первую скрипку, значит, и конкуренция между репортерами жесткая?[/b] – То есть, хорошо ли мне от того, что у Лошака или Такменева ниже рейтинг? Если у программы будут плохие рейтинги, то нас всех просто закроют. От чего зависит рейтинг? Я понял, что сейчас наш народ больше беспокоят житейские проблемы, дети, животные. А вот первый мой фильм из Абхазии не так хорошо прошел. Проблемы Кавказа, судя по всему, не очень людям интересны. [b]– Кстати, если подходящую тему найти не так просто, то как этот поиск, собственно, происходит?[/b] – Собираемся, садимся, ругаемся. У нас программа про-дю-сер-ска-я. Я на ТВ не знаю больше таких примеров. Это не значит, что мы – просто пешки. Тем много. У нашего редактора их записано где-то 170, и это только на ближайшее будущее. Как минимум – до 2010 года. А вот выцепить оттуда хит – это и есть задача продюсера и репортера. [b]– Репортерская профессия в большей степени циничная или романтическая?[/b] – Романтической она была в 90-х годах. ([i]Шутливо[/i]) В скобках напиши: президент – Борис Ельцин. А сейчас она действительно становится все более циничной. Или это я вырос и стал циником? [b]– Но ведь и романтика есть. Например, какие-то новые экзотические навыки приобрести профессия позволила?[/b] – Я люблю пробовать… что-то. Но в привычку это, как правило, не входит. Привычки у меня другие. Я люблю комфорт, люблю яркие вещи. [i]Напротив рабочего места Ильи висит джинсовый костюм с аппликацией портрета Юрия Гагарина на спине куртки и с вышивкой стразами. Сшит был во время репортажа о джинсовой моде[/i]. – Есть вредные привычки, вот курю, выпиваю. [b]– В одном из репортажей тебе приходилось переходить китайскую границу без визы. После этого проблем с правоохранительными органами не возникло?[/b] – Дело в том, что то, что мы сделали, было практически в рамках закона. Житель нашего Дальнего Востока может без проблем поехать в Китай. Другое дело, что мы как журналисты немножко схитрили. Не более того. Причем, я-то был уверен, что таким образом можно добраться только в приграничные районы, а оказалось, что без визы можно спокойно проехать до Шанхая. [b]– Вспомни самый экзотический опыт, который пришлось пережить?[/b] – В Пакистане у нас была просто криминальная история. Как раз начиналась война в Афганистане. Мы снимали материал про то, как пуштунские племена торгуют оружием. В Пешаваре нашли молодежного лидера этих пуштунов, который согласился провести нас тайными тропами на горную базу торговцев оружием. Он нам назначил цену, и мы его наняли в качестве «гида». Эпизод получился неплохой: мы сняли, как продают не только оружие, но и наркотики. На обратном пути этот проводник объявляет, что денег недостаточно, мол, надо еще. А у нас нету! Он говорит: ну тогда отдавайте оборудование, телефоны, все, что у вас есть. То есть нас практически взяли в заложники. И тогда мы стали говорить с апломбом, что сейчас вот мы позвоним, и Россия поднимет свои истребители. Только так нам удалось вырваться. [b]– С прежним шефом – Леонидом Парфеновым – поддерживаешь отношения?[/b] – Друзьями мы никогда не были. Пересекаемся от случая к случаю. Заходил недавно. Я всегда с удовольствием откликаюсь на предложения… выпить что-нибудь. [b]– Близкие, наверно, за тебя жутко переживают?[/b] – Мама особенно. Вот недавно мне позвонила. Увидела по телевизору анонс моего фильма, где я стоял с поднятыми руками и меня обыскивали вооруженные люди. Она просто оцепенела. [b]– Родители сейчас в Москве?[/b] – Нет, в Хабаровске. Вообще-то я в детстве мечтал стать хирургом, это мама сподвигла меня на журналистику. А мне вот недавно сон приснился, что я операцию делаю. Думаю, из меня хороший бы хирург получился. Но тогда была перестройка. Информационные войны, престиж профессии. Это сейчас журналистов не любят за вранье. Хотя, может, это я и слишком. [b]– Илья, есть что-то, что мешает жить?[/b] – Я стараюсь смотреть на жизнь проще и действовать по принципу «делай, что можешь, и будь, что будет». Что мешает? Сейчас скажу… Чрезмерно увлекаюсь спиртным. Наутро понимаю, что не следовало бы. Похудеть еще не мешало бы, ну и… сугробы на улицах. [b]ДОСЬЕ «ВМ» [i]Илья Зимин, специальный корреспондент службы информации НТВ. Автор и ведущий документальных фильмов из цикла «Новейшая история» студии «Профессия – репортер». Лауреат «ТЭФИ-2002» в номинации «Лучший телерепортер». Родился во Владивостоке в 1972 году. Окончил факультет журналистики Дальневосточного университета. Работал в ТГТРК «Владивосток», затем – директором Дальневосточного бюро НТВ. Далее – спецкор НТВ в Москве, спецкор ТВ-6, затем на ТВС. После закрытия ТВС Леонид Парфенов пригласил Илью вернуться на НТВ.[/b][/i]

Новости СМИ2

Полина Ледовских

Трудоголиков домашний очаг не исправит

Никита Миронов  

За фейки начали штрафовать. Этому нужно радоваться

Дарья Завгородняя

Чему Западу следует поучиться у нас

Дарья Пиотровская

Запретите женщинам работать

Оксана Крученко

Ради безопасности детей я готова на все. И пусть разум молчит

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше