втр 15 октября 02:45
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

«Провожая меня на работу, мама все время спрашивает: «Ну что, опять тебя убивать будут?»

«Провожая меня на работу, мама все время спрашивает: «Ну что, опять тебя убивать будут?»

Каскадер из России рассказывает о своей карьере в Голливуде

[i]Когда-то каскадер Владимир Орлов ставил трюки в первых советских боевиках. Потом он перебрался в Голливуд, где тоже сумел сделать достойную карьеру: как каскадер снимался и участвовал в постановке трюков в блокбастерах «Самолет президента», «Пираты Карибского моря», «Маска Зорро», «Война миров». Недавно Владимир Орлов прилетел в Москву – уже для постановки экшена в российском фэнтезийном боевике. Корреспондент «ВМ» расспросила его о голливудских буднях.[/i] [b]– Расскажите, как вы попали в Голливуд?[/b] – Я уехал в Америку в 1989 году. Прежде чем попасть в Голливуд, работал каскадером в «лайф-шоу» в НьюЙорке. Это что-то вроде циркового представления, в котором разыгрываются средневековые турниры. В начале 90-х переехал в Лос-Анджелес, начал работать в кино. [b]– Ваша карьера развивалась постепенно? Или вас сразу пригласили в крупный проект?[/b] – Для того чтобы работать в хороших картинах, необходимо состоять в профсоюзе актеров. Чтобы попасть в профсоюз, надо отработать как минимум один день в кино по контракту. После того как я снялся в рекламе и получил профсоюзную карточку, начал работать в кино. Я считаю, что мне повезло, поскольку нашлись люди, которые меня заметили и подсказали что делать. Моей первой картиной стал «Самолет президента». После этого фильма предложения посыпались, как из рога изобилия. [b]– Существует ли конкуренция между каскадерами?[/b] – Да, существует, и очень жесткая. Постановка трюков – это в первую очередь очень хорошие зарплаты, пенсионные фонды, медстраховка и прочее. В Голливуде немало каскадеров, которые работают целыми династиями. Этим людям не надо тратить дополнительных усилий на то, чтобы зарекомендовать себя, – этому способствует громкая фамилия. Вик Армстронг – оба его сына и дочь работают в кино, сын Чака Норриса, Эрик – тоже постановщик трюков в кино. Но конкуренция здоровая, никто никого из-за угла не бьет бутылкой по голове. Если каскадер хочет добиться успеха, ему надо быть всегда в хорошей форме, соображать на площадке. Это бизнес, скорее, не мышц, а мозгов. [b]– Голливуд прочно ассоциируется с пафосом. Это распространяется на актеров, с которыми вы работали?[/b] – Вагончиков, инкрустированных золотом и бриллиантами, я ни разу не видел. У актеров очень тяжелая работа. Если я как каскадер могу быть занят не весь съемочный день, у меня бывает время, чтобы отдохнуть, то звезд используют по полной программе. Их вызывают на площадку не для того, чтобы они сидели в тенечке. Поэтому все понимают, что если Тома Круза привезли на площадку в лимузине, то вовсе не потому, что он звезда, а потому что у него нет времени на пешие прогулки и общение с поклонниками. Стивен Спилберг прилетает на съемочную площадку на личном вертолете – если у человека есть деньги, зачем ему в пробках стоять? И телохранители – это не от пафоса. Украсть звезду сейчас на Западе невозможно. Телохранители нужны для того, чтобы оградить звезду от ненужных контактов. Если к Харрисону Форду подойдет пьяный поклонник, то тот, будучи в хорошей физической форме, может и силу применить, после чего суд неизбежен. А когда рядом со звездой телохранитель, который в два раза больше, чем нормальный человек, вероятность того, что к нему кто-то сунется и наделает глупостей, – нулевая. [b]– Вы приходилось работать с физически неподготовленными актерами?[/b] – Поскольку я работаю в экшенах, то снимаюсь с людьми, которые находятся в хорошей форме. Том Круз, Антонио Бандерас – оба просто в великолепной форме. Рассел Кроу играет в регби, поэтому тоже в хорошей форме. Я еще раз повторяю – эти люди профессионалы. Они понимают, что очень быстро могут выйти в расход. У того же Тома Круза практически все роли требуют очень сильной физической нагрузки. [b]– Чтобы взмахнуть ногой, иметь талант совсем не обязательно.[/b] – Взмахнуть ногой тоже надо уметь красиво. Ван Дамма многие считают бойцом. Он не боец, он из балета. Да, он занимался карате, Чак Норрис его поднатаскал. Но Ван Дамм не профессионал. Актеру необязательно быть настоящим бойцом, как Олег Тактаров, который пришел в кино из спорта. Для актера главное – убедительно изобразить драку, а все остальное за него отыграет каскадер. [b]– Выходит, что кроме Джеки Чана, никто сам не выполняет трюки?[/b] – Сейчас и Джеки Чану не дают выполнять трюки. Потому что если с ним что-то случается, встает все производство. На крупных картинах съемочный день стоит минимум сотню тысяч долларов. Джеки Чан – один из немногих, который может делать крутые вещи сам. Это хорошо – чем больше актер участвует в боевых сценах, тем больше мы видим его лицо, а не его бок, спину или зад. Если актер хорошо сидит в седле – пусть скачет на коне, но при падении на коня надо сажать дублера. Актер и каскадер – это две разные профессии. И ни о каких амбициях актера, желании показать на что он горазд тут речи быть не может. [b]– Вы дублировали актеров?[/b] – В России дублировал, в Америке – не приходилось. Единственный актер, которого мне предлагали дублировать, был Брюс Уиллис. Но несмотря на то что мы одинакового роста и немного похожи, он все-таки более сухопарый. Дублирование – это очень конкурентная зона. Если хорошая звезда «ставит» тебя в свой контракт, ты прикрепляешься за ним на долгое время. Это означает стабильность в работе. Мой друг Кесси сейчас дублирует Тома Круза, до этого дублировал Бандераса. Каскадеры к этому стремятся и стараются эту возможность сохранять. [b]– Чем отличается съемочный процесс у нас и в Голливуде? Или мы настолько стремительно развиваемся, что максимально приблизились к ним?[/b] – Во-первых, это организованность. Съемочная площадка – это армия, есть командир, есть солдаты. Все точно знают что делать. Когда надо, все суетятся как в муравейнике, когда не надо – все стоит. На западе есть такая профессия, которая называется первый ассистент режиссера. Этот человек занимается организацией производства. Вот этой специальности в том виде, в которой она должна быть, в России нет. Вернее номинально она существует, но по-настоящему опытных людей нет. Когда здесь появятся профессиональные ассистенты режиссеров, тогда поднимется уровень кинематографа. А пока у нас нет точного представления о том, как правильно подготовить производство, для того, чтобы следовать день за днем точно по расписанию. Это очень серьезная профессия, к которой на Западе очень серьезно относятся. [b]– Конечно, уровень оплаты в Голливуде не обсуждается. Вы сами от чего отталкиваетесь, когда вас приглашают на съемки: от суммы предлагаемых гонораров или от степени интересности проекта?[/b] – Скажу честно, эйфория от того, что я работаю в кино, у меня давно прошла. Рано или поздно ты становишься профессионалом и ниже своей планки не опускаешься. Я не зарабатываю миллионов. Бред Питт может позволить себе сняться в некоммерческом проекте, ради интереса. Я не могу. Естественно, во главу угла я ставлю меркантильные интересы. В России сейчас появляются деньги в кино, размеры гонораров приближены к западным. [b]– В России работа каскадера так же защищена, как в Америке?[/b] – Разумеется, в Голливуде чувствуешь себя намного спокойнее. В России, если с каскадером что-то произошло на площадке, его отвезут в госпиталь и все. Те три месяца, которые он будет восстанавливаться, никто не оплатит. А там это гарантировано. Хотя здесь уже появилась система страховок. [b]– Вы смотрите фильмы, над которыми вы работали?[/b] – Как раз наоборот. Фильмы, над которыми я работал, смотрю с трудом, поскольку знаю все производство. В отличие от обычного зрителя я вижу, что за этим конкретным кадром стоит человек и ест мороженое, например. Ну а другая причина – самокритичность. Мне всегда кажется, что я могу сделать лучше. [b]– Российские фильмы посматриваете? Как оцениваете уровень нашего трюкового кино?[/b] – Тут очень многое зависит от того, как сняты трюки. В России есть хорошие операторы: Сергей Козлов, который много снимает за границей. Максим Осадчий, снявший «9 роту». Уровень их мастерства не вызывает сомнений. Да и российские каскадеры достойно работают. В последнее время их стали часто приглашать на Запад. [b]– Можно ли изобрести новый трюк?[/b] – Вы знаете, колесо уже придумано, и изобрести что-то новое очень сложно. Как снять трюк, как его нафаршировать – это уже другое дело. Начиная работать над проектом, я просматриваю кучу фильмов, вылавливаю идею и развиваю ее, добавляю что-то свое, ищу новые ракурсы. [b]– Кто, на ваш взгляд, из наших экшен-актеров приближается к голливудским стандартам? Появились у нас свои Шварценеггеры и Сталлоне?[/b] – У нас сильная актерская школа. Но если взять комплекс требований, которые предъявляются в Голливуде... Тот же Гоша Куценко, он суперактер, он когда-то спортом занимался. Но сейчас привести его в хорошую форму очень тяжело, поскольку он разрывается между театром, фильмами и еще чем-то. Российские актеры работают на износ. Чтобы привести себя в хорошую форму, нужно постоянно тренироваться, а не от случая к случаю, как они это делают. Походи ты в зал, позанимайся, побегай. Их тоже можно понять, сегодня они популярны, завтра нет. Сейчас им платят нормальные деньги, но я считаю, что им должны платить еще больше. Посадите актера на полгода на этот проект, приведите его в достаточную физическую форму и снимайте. [b]– Существуют ли в среде, в которой вы находитесь, стереотипы относительно русских?[/b] – В той среде, в которой я нахожусь, – нет, поскольку это развитые люди, которые прочитали много книг, поездили по миру и смотрят не только американское телевидение. Если вы приезжаете в глубинку, Техас, к примеру, то, конечно, подпадаете под стереотипы. Люди не знают, где находится Эйфелева башня, а про Пизанскую думают, что это разновидность пиццы. Америка вообще страна контрастов. Отъехав 50 километров от Лос-Анджелеса, вы можете в такую дыру попасть… Стереотипов у людей, работающих в кино, нет, но стереотипы в кино существуют. Русские до сих пор играют плохих. Моя мама, которая живет со мной в Лос-Анджелесе, провожая меня на работу, все время спрашивает: «Опять тебя будут убивать?» Арабы, мексиканцы, афроамериканцы редко играют плохих – это неполиткорректно. У них есть комплекс неполноценности, а у русских нет, мы над этим смеемся, и все. Ну и слава богу – больше работы для русских. [b]– Принадлежность к той или иной нации может способствовать карьере?[/b] – Я думаю, что нет. Главное – это профессионализм. Хотя если отталкиваться от типажей, то может. В этом году, к примеру, очень востребованы китайцы, корейцы, японцы. В Голливуде начали съемки нескольких фильмов, в которых этот типаж был востребован. Недавно позвонил человеку по поводу работы, спрашиваю, что нового. Мне говорят: «Китайцы пашут, а мы пока отдыхаем». У меня внешность универсальная. Мой типаж вступает в силу, когда нужен акцент. [b]– Ваш уровень доходов типичный для Лос-Анджелеса?[/b] – Я думаю, что выше среднего. У меня свой дом в Лос-Анджелесе, не так давно я приобрел квартиру в Москве. Сейчас я стараюсь вкладывать деньги, а не сорить ими. В нашей профессии никогда не знаешь, что будет завтра, поэтому буржуазных отклонений вроде уик-энда в Париже, я себе не позволяю. Я в первый раз слетал на Гавайи в этом году, и то потому, что ко мне прилетела девушка из Москвы.

Новости СМИ2

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Никита Миронов  

Хамское отношение к врачам — симптом нездоровья общества

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше

Сергей Лесков

Нобелевка, понятная каждому

Георгий Бовт

Сталин, Жданов, Берия и «Яндекс»

Оксана Крученко

А караван идет…

Ольга Кузьмина  

Без запуска социального лифта нам не обойтись

Александр Никонов

Чему нам действительно нужно учиться у Запада