чт 17 октября 06:22
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

«Раньше можно было на дуэль врага вызвать. Сейчас – только из-за угла»

«Раньше можно было на дуэль врага вызвать. Сейчас – только из-за угла»

Снят очередной сериал по классике

[b]Экранизировать классику в последнее время стало модно. На днях завершились съемки сериала «Полонез Кречинского», снятого по мотивам трилогии Сухово-Кобылина – «Свадьба Кречинского», «Дело», «Смерть Тарелкина». Корреспондент «ВМ» побывала на съемочной площадке сериала.[/b] В Измайловском парке, несмотря на светлое время суток, сияет луна, которую изображает огромный гелевый шар с лампой внутри. Пейзаж дополняют покосившиеся кресты, воткнутые у насыпей-могилок, и лежащий в стороне гроб, который будут выкапывать участники эпизода – Варравин с Расплюевым. Подготовка к съемке сцены на кладбище почти завершилась. Осталось дождаться темноты – и можно включать камеры. А пока актеров гримируют в вагончике. Богдан Ступка, играющий чиновника Варравина, выходит на улицу в полном обмундировании и гриме со стаканчиком чая в руках. – Я не в свой век живу, – заявляет актер, мечтательно глядя в даль. – Ведь не зря же я люблю исторические костюмы, чувствую себя в них превосходно. В современности мне как-то неуютно. Машины, самолеты, телефоны– вон у вас там что-то в сумке пиликает. Сегодня я ехал на съемку в «Феррари» – боже мой, какой автомобиль! Но красота вся эта – ненастоящая. Человека в ней нет, испортился он. Раньше можно было на дуэль врага вызвать. Сейчас – только из-за угла. Мне XVIII век больше подходит. [b]– А каких персонажей больше предлагают – современных или исторических?[/b] – И тех, и других. Недавно закончил сниматься у Киры Муратовой в картине «Две истории». После «Водителя для Веры», кстати, генералов стали предлагать. Я не люблю просто присутствовать на экране – от таких ролей отказываюсь. Мне нужны герои с судьбой. На Варравина согласился сразу. Мне кажется, в его образе присутствует аллюзия на библейского персонажа Варраву. Да и команда собралась хорошая, актеры замечательные. С Алексеем Петренко, который играет помещика Муромского, мы разговариваем на украинском языке – так приятно! Друг перед другом выпендриваемся, кто лучше сыграет. Диалоги у нас потрясающие. Ступка задумчиво удаляется в сторону парка, в это время к вагончику приближается Владимир Стеклов в холщовой рубахе и широких штанах. «Последний съемочный день в сериале!» – грустно протягивает актер. Стеклов играет сразу две роли: Тарелкина и его двойника. Грим у него – сложный: косматые баки, накладные гнилые зубы, синяки под глазами. Актер сразу же признается, что современным сюжетам предпочитает классику, поэтому и согласилсяна эту роль. От съемок получил не только профессиональное удовлетворение, но и острые ощущения. По сюжету Тарелкин убивает своего двойника, кладет его труп в гроб и опускает в реку. Стеклов согласился сыграть этот трюк без дублеров. – Я слышал плеск воды у своего уха, – говорит Стеклов. – Температура воды +6°С. Если бы это утлое суденышко перевернулось, то, как говорили водолазы, достать меня было бы очень трудно, потому что от переохлаждения может наступить сердечный спазм. [b]– Вы не суеверны?[/b] – Ну как сказать? Инфернальные вещи я боюсь формулировать вслух. Что касается трюков, то предпочитаю относиться к ним с юмором. Вот недавно в другом проекте снимался в эпизоде – нужно было висеть на скале высоко над землей и потом оттуда падать. Каскадеров не оказалось. Я спросил, нельзя ли подстраховаться, хотя бы шлемом голову прикрыть, мне сказали: «А для чего? Чтобы потом легче было опознание проводить?» Действие происходит в России XIX века. Главный герой – Михаил Кречинский – вовлекает в уголовную историю девушку, которая его любит. Чиновничий произвол и бюрократия ставят дело с ног на голову. В результате обвиняют пострадавшую в этой истории семью Муромских. Нечистый на руку чиновник Тарелкин подключается к скандальному процессу, желая на нем заработать. Произведения Сухово-Кобылина, хоть и объединены сюжетной линией, являются самостоятельными произведениями и написаны в разных жанрах. «Свадьба Кречинского» представляет собой водевиль, «Дело» – классическую трагедию, «Смерть Тарелкина» – пьесу абсурда. Перед создателями фильма стояла непростая задача подвести все три части под общий знаменатель – выдержать единый стиль и при этом не испортить содержания. «Мы дофантазировали судьбу персонажей, – говорит режиссер сериала. – Пытались в абсурде находить реальное, абсурд находить в реальности. Возникли даже несколько новых персонажей, о которых у Сухово-Кобылина говорится вскользь. В целом могу сказать, что сюжет не пострадал». [b]– Почему не Гоголь, Достоевский или Салтыков-Щедрин? Сухово-Кобылина называют автором одного произведения.[/b] – Он действительно больше ничего не написал, потому что это была неосновная его деятельность – он был промышленником, капиталистом. Сам по себе он выдающийся драматург. Со своей судьбой, может быть, не столь яркой, как у Достоевского и Гоголя. Много и при всех властях запрещаемый. И сейчас 15 лет не издавался почему-то. Это высочайшего уровня классика, давно мне интересная. В фильме, как и в театре, отсутствуют компьютерные спецэффекты. Уличные сцены снимались в Санкт-Петербурге, и признаки современности маскировались вручную – съемочной группе пришлось помучиться, договариваясь об остановке движения, устанавливая старые будки, демонтируя попадавшие в кадр провода. В Подольске был построен специальный павильон, в котором воспроизводились интерьеры квартир Кречинского, Муромских и т. д. Провинциальные сцены – по книге происходящие в Ярославской губернии, – снимались в Костромской области, а серии, в которых Кречинский скрывается от правосудия на итальянском курорте, – в Ялте. Актерский состав собрал звездные фамилии. В сериале играют: Александр Лыков (Кречинский), Юлия Ромашина (Лидочка), Ирина Апексимова (Любавина), Александр Абдулов (князь), Валерий Золотухин (управляющий имением).

Новости СМИ2

Полина Ледовских

Трудоголиков домашний очаг не исправит

Никита Миронов  

За фейки начали штрафовать. Этому нужно радоваться

Дарья Завгородняя

Чему Западу следует поучиться у нас

Дарья Пиотровская

Запретите женщинам работать

Оксана Крученко

Ради безопасности детей я готова на все. И пусть разум молчит

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше