Автор

Игорь Логвинов

Анита Цой написала гимн шахтёров и собирается покорить Килиманджаро

Каждая песня Аниты Цой — это маленький спектакль, где царят безграничная свобода, полет и глубокая, пронизанная верностью любовь. Недавно певица выпустила новый альбом «Твоя А», презентация которого с огромным успехом состоялась в Москве и Санкт-Петербурге. Те, кто не смог побывать на этих концертах, смогут все же увидеть шоу Аниты — оно будет транслироваться в субботу, 29 октября, на канале «ТВ Центр»! [b]Анита, в чем изюминка вашей новой программы?[/b] Альбом «Твоя А» я посвятила моим друзьям из социальных сетей. Ничего удивительного! В основу всего шоу лег мир социальных сетей. Это новый тренд искусства. Еще никто не выносил его на сцену. Мы использовали современные видеотехнологии: 4D, 3D mapping, 3D. Установили на сцену 852 экрана, соорудили лазерные конструкции в пять этажей для создания платформы для 3D mapping. Над созданием уникального видеоряда работали профессионалы из пяти стран — России, Венгрии, Германии, Голландии и Украины, всего около трехсот человек. В результате получилось шоу света и ветра. Несмотря на все технические тонкости, главной составляющей успеха является, конечно же, музыка. Глубокий, мелодичный поп-рок. Хиты прошлых лет и песни с нового альбома, которые так полюбились зрителям. На музыкальные композиции были поставлены современные хореографические номера, а 200 костюмов сшили лучшие российские и украинские дизайнеры. [b]Что было самым трудным на репетициях?[/b] Проект в техническом плане непростой. Много времени потребовалось на то, чтобы найти нужных людей. Я рада, что и у нас в России есть профессионалы, которые не уступают признанным мировым командам в области создания видеопроекций. Где-то за две недели до шоу мы практически перестали спать, я переехала жить в офис. Нужно было все тщательно подготовить, отрепетировать, скоординировать работу всех служб. Как сказал мне наш художник по свету Михаил Малышев, я оказалась единственной из артистов, да и вообще среди режиссеров в нашей стране, кто заранее прописал весь свет на шоу. Ну а репетировали мы регулярно — и с балетом, и с музыкантами. У нас постоянная команда, мы уже как семья. А еще мне пришлось наизусть выучить весь видеоряд, так как мои движения синхронизировались с происходящим на экранах. Конечно, были разные моменты в процессе подготовки к шоу, но в этой сфере я не новичок, это уже девятая шоу-программа, которую я представила публике как режиссер. В результате общих усилий все прошло отлично. А труднее всего было успеть собрать сцену в БКЗ «Октябрьский» за одну ночь, тогда как в Кремле на монтаж у нас было трое суток. В Санкт-Петербург приехала труппа из 94 человек, декорации и костюмы привезли семь еврофур! Все очень удивились, зачем нам столько людей и машин. Но когда оценили размах происходящего, все встало на свои места. [b]Вы очень волнуетесь перед премьерой?[/b] Волнуюсь — не совсем то слово. Переживаю. Я максималистка, хочу, чтобы все прошло на самом высоком уровне, без запинки. Я уважаю своего зрителя, поэтому во время подготовки к шоу выкладываюсь на 200% и требую этого от моей команды. Но как только прозвучал третий звонок и в зрительном зале погас свет, я расслабляюсь и чувствую себя счастливой. Вижу глаза зрителей — и начинается магия. [b]Анита, расскажите о самых ярких, самых запоминающихся событиях в вашей жизни в этом году?[/b] В этом году я начала играть во французском мюзикле по роману Жюля Верна «Михаил Строгов». Отметила в Париже свое сорокалетие. Выпустила альбом «Твоя А». А еще я получила одну из высших наград Кемеровской области — орден «Ключ дружбы». Я счастлива, что песня «Уголек», которую я написала, в народе считают гимном шахтеров. Теперь вот жду трансляции моего шоу ([i]смеется[/i]), спасибо «ТВ Центру», для меня это один из лучших каналов на телевидении! А 26 ноября состоится музыкальная премия радиостанции «Русское радио», на которой за песню «Разбитая любовь» я получу «Золотой граммофон»… [b]А что планируете в следующем году?[/b] В 2012 году мы планируем отправиться в тур с новым шоу. Хочу, чтобы его увидели не только в Москве, но и в других городах России, СНГ, а также в Корее, Израиле, Америке, Канаде… Сейчас мы прорабатываем все технические моменты, смотрим площадки, составляем маршрут. Хочу обязательно съездить в отпуск, покорить Килиманджаро и написать в этом походе классные песни![b]А что для вас главное — слова или музыка? И по каким принципам вы подбираете свой песенный репертуар?[/b] Важна сама песня. А это уже заведомо синтез хорошей поэзии и мелодии. Сюжет песни — это первичное. Он рождается из жизни, из личных переживаний и историй людей, которые меня окружают; из эмоций, желания помочь близкому человеку. [b]А как вы относитесь к пению под фонограмму?[/b] Непростой вопрос. Есть масса профессиональных нюансов и тонкостей, связанных порой с технической стороной вопроса, или здоровьем, или с нескончаемыми ежедневными концертами, которые, к сожалению, на сегодняшний день являются единственным путем заработка артистов. Бывало, что и я в некоторых случаях пела под фонограмму… Но все же сапожник должен уметь шить сапоги, журналист — писать, а певец — петь. Поэтому я чаще пою живьем. Это абсолютно другая энергетика, настоящая живая связь со зрителями. [b]Вы много гастролируете, чем отличается московский зритель от всех остальных?[/b] Московский зритель избалованнее, чем жители других городов России. В Москве каждый день проходят концерты, премьеры, сюда привозят лучшие мировые постановки. Поэтому растрогать московского зрителя крайне сложно. Заслужить любовь московского зрителя почетно, с этим экзаменом справляются лишь настоящие профессионалы. [b]У вас есть любимые уголки в столице, где вам нравится бывать?[/b] Я живу за городом, в большом, красивом и уютном доме. Вдали от пробок и суеты. Там легче дышится, пишется и поется. Но Москву люблю всем сердцем: я родилась в этом городе, однако каждый раз нахожу все новые интересные места. Одно из них — парк рядом с Новодевичьим монастырем, в котором я написала песни «Полет», «Мама» и другие произведения. [b]СМОТРИТЕ ШОУ АНИТЫ ЦОЙ «ТВОЯ А» 29 ОКТЯБРЯ В 22.50 НА КАНАЛЕ «ТВ ЦЕНТР»[/b]

Звезде мировой оперы Галине Вишневской — 85!

Нет ни одной великой сцены, которую бы не покорила знаменитая певица — Большой театр, Ковент-Гарден, Метрополитенопера, Гранд-опера, Ла Скала, Мюнхенская опера. В 1978 году Галина Вишневская и ее муж Мстислав Ростропович были лишены гражданства. После возвращения на родину певица посвятила себя педагогической деятельности. Ее ученики поют на лучших сценах Европы и Америки. Накануне юбилея неподражаемая певица ответила на вопросы корреспондента «ВМ».[b]Галина Павловна, вы необыкновенно цельный и сильный человек…[/b]Жизнь воспитала. У меня было детство без родителей. При живых родителях. Мать и отец выбросили меня к бабушке и просто забыли обо мне. И я всегда должна была утверждаться в жизни, я это хорошо понимала. [b]Расскажите, как у вас появилась идея создания в Москве своей оперной школы?[/b] Ко мне пришли инвесторы и сказали: Галина Павловна, помогите получить разрешение на постройку дома на этом месте, а мы тогда вам построим школу. Ну, и я на это пошла. Я хлопотала. Школа была моей собственностью, и я подарила ее городу. Тут я работаю и живу, у меня небольшая квартирка этажом выше. Это удобно, я спускаюсь на один этаж — и я на работе, поднимаюсь на этаж — я дома. [b]Какие качества помимо голоса необходимы оперному певцу, чтобы достичь успеха?[/b] Беспощадная самокритика. Можешь рыдать, запершись в комнате, но ты должен быть к себе беспощаден. И исправлять ошибки. [b]Кстати, сколько стоит обучение в вашем центре?[/b] Обучение бесплатное, это бюджетная организация, город содержит школу. Стипендии мы не платим, но некоторым студентам оказываем небольшую помощь. Вы успешно осваиваете смежные искусства — снялись в фильме у Сокурова, написали книгу… [b]Интересно, в какой еще ипостаси вы проявите свои таланты?[/b] Книгу написала, как режиссер поставила спектакли «Царская невеста» в Риме и Монте-Карло, «Иоланту». На эстраде я была, ездила с концертами, в оперетте пела, опере отдала 22 года. Так, ну что же я еще не сделала? Вот я не танцевала в балете. Надеюсь, это еще впереди! [b] БЛИЦОПРОС:[/b] [b]Ваша любимая оперная партия?[/b] Татьяна в «Евгении Онегине». «Онегин» — первая опера, которую я услышала, мне было 9 лет. Татьяна — первая моя партия в «Большом». А в 1982 году я окончила свою карьеру партией Татьяны в Гранд-опера. [b]Был ли у Ростроповича какой-нибудь талисман — от вас?[/b] Я переписала стихи Пушкина «Поэт, не дорожи любовию народной, восторженных похвал пройдет минутный шум…» и положила их ему в виолончель. Слава, куда бы ни ездил, всегда возил их с собой. [b]В чем секрет счастливого брака?[/b] Не старайтесь переделывать друг друга. И старайтесь уступать. Кто умнее, тот и уступает. [i]Премьеру документального фильма «Галина Вишневская. Жизнь после Славы» смотрите сегодня, 25 октября, в 23.00 на канале «ТВ Центр»[/i] [i][b]Фото: Дмитрий Коробейников[/b][/i]

Константин Райкин: Слово «звезда» моему отцу не подходит

Исполнитель искрометных юмористических монологов, фельетонов, скетчей Аркадий Райкин — это полувековая история сатирического и юмористического разговорного жанров на советской эстраде. Через неделю, 24 октября, ему исполнится 100 лет.В гостях у «Вечерки» — сын великого сатирика, народный артист России Константин Райкин.[b]УРАГАН ЭНЕРГИИ, ТАЛАНТА И МАСТЕРСТВАКак Аркадий Исаакович относился к своей славе, он ощущал себя мегазвездой?[/b]«Звезда» — это журналистское словечко, которое гораздо больше подходит к какой-то бурной светской или киношной жизни. К отцу, мне кажется, оно вообще было неприменимо. Он к своей славе, а она была космического масштаба, относился очень застенчиво. Он ее как бы не замечал. У нас в семье и о деньгах, и о славе вообще не принято было говорить. Отец всегда был поглощен какими-то новыми идеями и ролями, работал, не имея времени на всякие фестивали, вечеринки и так далее. Уж не говоря о том, что у него всю жизнь были проблемы со здоровьем и он берег себя от всяческих необязательных нагрузок.[b]Наверное, иметь такого знаменитого отца — это непросто? Он гордился вашими успехами в профессии? Давал какие-то советы?[/b]Да, у меня бывали с ним сложности. Он меня любил как артиста, относился ко мне не так строго, как, скажем, я отношусь к себе и как ко мне относились мои педагоги и режиссеры. Он был все-таки папа. Поэтому его мнение было для меня важным, но не столь драгоценным, как мнение кого-то другого. Я всегда считал, что у меня своя дорога, и очень болезненно оберегал свою самостоятельность.[b]Вы ведь играли с отцом на одной сцене?[/b]Да, в течение шести лет. С ним было непросто работать, хотя партнер он был замечательный. Но мы были не только партнерами на сцене. Я в течение шести лет был нетипично инициативен для этого театра, можно сказать, взял на себя достаточно нескромную функцию некоего второго центра.Отец проявил большое терпение и мудрость, приняв меня с моей молодой ватагой, которую я привел в театр.[b]ОН НЕ БЫЛ БАЛОВНЕМ СУДЬБЫАркадий Райкин много лет работал в Питере, а потом переехал в Москву. Какой зритель — московский или питерский — был ему ближе?[/b]Ну, он в Москву ездил много десятилетий на гастроли, она для него была давно родным городом. А что касается зрителей, не было каких-то принципиальных отличий. Все решало не это, а отличие московского начальства от ленинградского.[b]Какие из творческих принципов Аркадия Исааковича вам хотелось бы сохранить и развить?[/b]Самое важное — это его абсолютно позитивное, влюбленное отношение к зрителям. И глубокий, я бы сказал, горестный оптимизм. Несмотря на хорошее знание жизни и понимание сложных процессов, далеко не всегда приводящих к победе добра над злом.[b]То есть он не имел иллюзий насчет того, что человеческую породу можно улучшить очень быстро?[/b]Таких иллюзий у него не было. При том, что он был человеком своего времени, и идеалы коммунизма, социализма до поры до времени перед ним сияли, и он в них верил…[b]НЕЮБИЛЕЙНЫЕ МЫСЛИКакие-то мероприятия к столетию Аркадия Райкина «Сатирикон» запланировал?[/b]Мы готовим юбилейный вечер, который пройдет 24 октября — в день рождения отца. В связи с предстоящим событием я пересмотрел практически все материалы, которые остались от отца, — множество записей, монологов, сценок — и ранних, и тех, которые он снял, уже будучи величайшим мастером.[b]Но все эти записи дают очень условное представление о размерах его дарования… Интересно, с какими чувствами вы смотрели эти записи?[/b]С одной стороны — восхищает его мастерство и талант. С другой — невольно возникают печаль и досада от того, что большинство явлений, о которых он говорил и которые мы тогда считали некими болезнями роста, сохранились и в наши дни.[b]СПРАВКА[/b][i]Аркадий Исаакович РАЙКИН.Родился 24 октября 1911 года в Риге. Народный артист РСФСР и СССР, эстрадный и театральный актер, режиссер, сценарист, юморист. С 1939 года — актер, с 1942 года — художественный руководитель Ленинградского театра миниатюр. Культовый сатирический актер. Мастер мгновенного перевоплощения. Конферансье, исполнитель монологов, фельетонов, скетчей.Умер 17 декабря 1987 года, похоронен на Новодевичьем кладбище Москвы.[/i][b]АНОНС[/b][i]Программу Вениамина Смехова «Таланты и поклонники», посвященную Аркадию Райкину, смотрите на канале ТВ Центр в субботу, 22 октября, в 12.35.[/i]

Ответственность перед словом

[b]Известный русский поэт и прозаик, член Союза писателей СССР Виктор Слипенчук родился 22 сентября 1941 года в селе Черниговка Приморского края. Семья была большая, сестер и братьев семь человек, он – самый младший. Как и все крестьянские мальчишки, летом пас гусей, овец, коров. А чтобы было не скучно, брал с собой в поле книги из районной библиотеки. «Бывало, спрячусь на сеновале, в огороде кличут-кличут, а меня нет. Начинают искать. Очнусь, ошалело выскочу из укрытия, ничего не понимаю – я все еще там, в книге», – вспоминает он.[/b]Дальние острова, захватывающие путешествия, рыцарские подвиги – книги открывали горизонты, пробуждали воображение. Сам процесс чтения был настолько увлекательным, что в мальчишеской душе подспудно росло и крепло желание сочинять. Позже он опишет это в рассказе «Сладкое шампанское».Писать начал рано. В четырнадцать постоянно публикуется в районной газете, а из совхозной многотиражки «Путь к социализму» приходят просьбы написать стихотворение «к празднику Октября».Юность – время становления личности – совпала с полетом Гагарина в космос и освоением целины. Это была эпоха героических дел и романтических лозунгов, которые воспринимались как руководство к действию. Молодой человек ищет применение своим силам в разных сферах – работает геологоразведчиком, зоотехником, моряком, рыбоводом, строителем, журналистом. Каждая профессия что-то добавляла в копилку начинающего писателя.Любой опыт в писательском деле полезен, считает Виктор Трифонович. Сегодня он не сторонник экстремальных ситуаций, но если бы вы видели его на судне или на стройке Алтайского коксохима, то первое, что пришло бы вам на ум, – этот парень ищет приключений на свою голову. Однажды ночью он вылез через иллюминатор и по канату пробрался к самой воде – хотелось ощутить то, что в действительности чувствовал Мартин Иден, когда решил свести счеты с жизнью. А тот прыжок к акулам, дремлющим в верхних слоях воды возле бота, на котором перевозили тралы с сухогруза «Остров Лисянского»… Позже, в повести «Огонь молчания», он даст оценку человеку, который в погоне за фабулой рассказа рискует жизнью.Впрочем, скоро жизнь сама проверит его на прочность. Работая плотником-бетонщиком на стройке Алтайского коксохимического завода, Виктор Слипенчук написал повесть «Преодоление», которая вызвала большой общественный резонанс. В ней открыто говорилось о приписках, очковтирательстве, показухе и других недостатках на всесоюзной ударной комсомольской стройке. Своей остротой повесть задевала за живое и этим вызвала недовольство властей. Преследование Алтайской прокуратурой длилось около двух лет.Вот когда молодому писателю понадобились силы выстоять, не сломаться в сложной ситуации. Впоследствии об этом Виктор Трифонович написал повесть «Огонь молчания».Он переезжает в Москву, оканчивает Высшие литературные курсы. Много и упорно работает. Одна за другой выходят первая и вторая книги прозы: «Освещенный минутой» и «Хождение в Золотой Херсонес». Их художественные достоинства оценил писатель-фронтовик Василь Быков. Он дает молодому автору рекомендацию на вступление в Союз писателей СССР. «Ваше время пришло, вам надобно многое написать» – этот совет, почти требование классика советской литературы Виктор Трифонович запомнил на всю жизнь.Проза Виктора Слипенчука – это симбиоз увлекательной фабулы и хорошего, русского языка. Самое трудное в нашем писательском деле, шутит он, преодоление косноязычия. Как ему это удается, какой ценой – знает только он. «Когда говорят о необходимости цензуры – знаю точно, что писателю, осознающему ответственность перед словом, она не нужна. Но обретение ответственности перед словом – это процесс труднорегулируемый, у каждого это происходит по-своему».Во время перестройки В. Т. Слипенчук уезжает в Великий Новгород, работает редактором газеты «Вече». Как великую реликвию хранит он Благодарность и пожелание благословенных успехов Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго за составленный и изданный сборник «В начале было Слово» о Празднике славянской письменности и культуры в Великом Новгороде. Из-под его пера выходят рассказы, повести, романы «Зинзивер» и «Звездный Спас», которые приносят ему широкое признание. Он пишет яркие публицистические книги «Заметки с затонувшей Атлантиды» и «Прогулка по парку постсоветского периода», в них размышляет о современном обществе, анализирует прошлое и настоящее страны. Большой читательский интерес вызвала книга стихотворений «Свет времени», выдержавшая несколько переизданий. Вышел аудиодиск с его стихами в исполнении народных артистов России Александра Филиппенко и Михаила Козакова. Готовится к печати подборка в альманахе «День поэзии-2011».«Как вы стали писателем?» – этот вопрос часто задают читатели. По большому счету никаких готовых рецептов тут нет. За исключением, пожалуй, одной закономерности: чтобы стать хорошим писателем, надо быть хорошим человеком. «Как человек проявляется в своих поступках, так и писатель должен подтверждаться в своих произведениях, – говорит Виктор Трифонович. – Как бы там ни было, а настоящий писатель оставляет в своих произведениях лучшую часть своей души».[b]Более подробно с творчеством Виктора Слипенчука можно ознакомиться на сайте писателя: www.slipenchuk.ru.[/b]

Солнце, море и «Дочь Якудзы»

БЛАГОДАРЯ заботе московского правительства тысячи маленьких жителей столицы отдохнули минувшим летом в солнечной Болгарии. Мальчишки и девчонки не только загорали, купались и веселились, но и занимались творчеством, участвовали в конкурсах, развивались.Радость, восторг, незабываемые встречи принес ребятам IV международный детский кинофестиваль «Алые паруса в Болгарии», который проходил при поддержке правительства Москвы сразу в двух городах – Албене и Камчии.[b]Камчия навсегда[/b]Болгария – сказочно красивый край. А Камчия – просто райский уголок. Впервые на карте Болгарии санаторно-оздоровительный комплекс (СОК) «Камчия» появился в 2003 году, когда правительством Москвы было принято решение о создании в этом курортном месте международного детского центра отдыха. Для реализации проекта было создано акционерное общество, 100% акций которого принадлежат Москве.Финансируется проект исключительно правительством Москвы, и отдыхают в нем только московские дети.На 30 гектарах земли, в окружении девственного леса, рядом с морем в устье реки Камчия вырос детский городок. С жилыми корпусами, уютными номерами, многофункциональными залами, оборудованными по последнему слову учебными аудиториями, фитнес-центром и плавательным бассейном.В марте нынешнего года вступил в эксплуатацию лечебно-диагностический и бальнеологический центр. В апреле началось строительство школы, где ребята будут учиться по московской образовательной программе. Это даст возможность московским детям отдыхать в комплексе круглогодично, без риска отстать в учебе. Словом, СОК «Камчия» – это серьезная альтернатива тому детскому центру, который был создан в свое время в «Артеке».[b]Как только начинается кино…[/b]– В «Камчии» постоянно проходят встречи ребят с деятелями культуры, искусства, науки, – рассказала корреспонденту «Вечерки» сотрудница «Московского центра детского семейного отдыха и оздоровления в Камчии» Надежда Кузнецова. – И когда нам предложили принять у себя знаменитый детский кинофестиваль «Алые паруса», мы, естественно, согласились.Организаторы фестиваля – Некоммерческое партнерство пропаганды детского киноискусства «Киногром» – тщательно подбирали картины для того, чтобы ребятам разных возрастов было интересно их смотреть. Юные зрители увидели лучшие детские фильмы из разных стран – Норвегии и Германии, Белоруссии и, конечно же, России, а также великолепные внеконкурсные ленты. В течение всей смены дети не только просматривали фильмы, но и обсуждали их, писали рецензии. Закрывали фестиваль настоящие звезды – президент кинофестиваля «Алые паруса» Василий Лановой, генеральный директор Ирина Громова, актеры и режиссеры Наталья Бондарчук, Наталья Гвоздикова, Юрий Чернов, Елена Кондулайнен, Марина Яковлева и многие-многие другие. Звезд такой величины ребята, отдыхающие в «Камчии», увидели впервые.Итоги фестиваля подвело малое детское жюри. Лучшим детским фильмом ребята назвали фильм Сергея Бодрова «Дочь Якудзы». Победители получили призы – золотые кинокораблики, а члены детского жюри – подарки от деловых партнеров фестиваля.[b]Ах, Албена, жемчужина у моря[/b]После заключительного гала-концерта в «Камчии» международный кинофестиваль переместился в молодежный центр «Бригантина» в Албене. И опять были просмотры, обсуждения, мастер-классы. И опять звезды российского кино дарили ребятам тепло и свет своей души. Лучшим детским фильмом ребята, отдыхающие в «Бригантине», назвали норвежскую картину «Волшебное серебро» (режиссеры Роар Утауг и Катарина Лаунинг).Детский кинофестиваль «Алые паруса» при активной поддержке правительства Москвы, министерств культуры двух стран и под патронажем ЮНЕСКО проходил в Болгарии в четвертый раз. И это удивительное место заряжает ребят необыкновенной энергетикой. Дети верят в чудеса, в сказки. А гендиректор кинофестиваля «Алые паруса» Ирина Громова знает, как сказку сделать былью и подарить ее детям.– В следующем году у фестиваля юбилей, и я надеюсь, что мы сумеем привлечь новых участников, – поделилась с «Вечеркой» планами на будущее Ирина Громова.– Я убеждена, что детских фильмов будет выходить все больше, и фестиваль «Алые паруса» способствует развитию детского кино и в России, и в Болгарии. Мы устроим для ребят настоящий праздник, привезем им замечательные фильмы и самых известных артистов. Потому что у нас одна задача – сделать наших детей счастливыми.[b]Камчия–Албена–Москва.Фото автора[/b]

«Он обожал мёд и цветы…»

[b]ВЕЛИКОГО русского актера давно уже нет с нами, но его герои – трогательные и лукавые, умные и по-детски наивные, веселые и бесконечно грустные помогают нам жить, дают уроки доброты, душевной щедрости, человеческой мудрости. Каким был Евгений Павлович в жизни, вспоминает его вдова Ванда ЛЕОНОВА.[/b] [b]Нам надо пожениться[/b] – Я жила в Свердловске, училась в музыкально-педагогическом училище, а Женя с театром приехал в наш город на гастроли. Хорошо помню нашу первую встречу. Мы с подругой гуляли по улице Ленина, а Женя с друзьями-актерами шел нам навстречу и, как всегда он это делал, подтягивал брюки на ходу. В общем, мы познакомились. Они нам говорят: «Мы хотим вас пригласить сегодня вечером на спектакль. Вы придете?» Я ответила за себя и за свою подругу: «Да, с удовольствием!» И вечером мы пришли на спектакль, это были «Дни Турбиных». …После спектакля Женя пошел меня провожать. Мы сидели с ним на скамеечке, и он читал мне стихи Блока, Есенина. Не было ничего такого, знаете… Женя вообще был очень стеснительный и очень порядочный человек. Мы провели вместе всего три дня, а на четвертый театр улетел в Москву. И Женя мне оттуда стал звонить. Потом я приехала в Москву на каникулы. Познакомилась с его родителями. Они оказались изумительными людьми, очень хорошо ко мне отнеслись. Ну и как-то Женя сказал: «Нам надо пожениться». Дней через пять он должен был уезжать на гастроли, и мы в этот же день пошли в обычный районный загс и расписались. А в 1959 году у нас родился Андрюша. Первое время мы жили все вместе в общей квартире: Женины родители, его старший брат, который еще не был женат, и мы с Женей – в проходной комнате. Конечно, первое время мы нуждались. Женя часто занимал деньги в театре. Потом он начал сниматься, стал хорошо зарабатывать, а деньги отдавал маме, потому что в семье все было общее. Через какое-то время мы получили квартиру и долго не решались сказать Жениной маме, что собираемся переехать. Мы знали, что для нее это будет ударом. [b]Украл, выпил – в тюрьму![/b] – В театре я больше всего люблю его последнюю роль – Тевье-молочника в спектакле «Поминальная молитва». Он, конечно, играл ее гениально. А в кино мне он очень нравится в «Обыкновенном чуде», «Старшем сыне» и, конечно, в «Джентльменах удачи». Роль Доцента ему очень нравилась. Он ходил в Бутырку, наблюдал в глазок за уголовниками, что-то придумывал… А грима Женя не признавал. Зачем грим, если он умел перевоплощаться внутренне? С неба ему никогда ничего не падало. Он был работяга и всего добивался своим трудом. Адским, изнурительным трудом. Он работал на износ. Часто ездил с концертами, потому что на ту зарплату, которую он получал в театре, мы бы не смогли прожить. Женя очень любил и жалел животных. У нас в доме вечно обитали какие-то приблудные кошки, собаки, и он всегда им был рад. Долгое время у нас жил бездомный кот Вася. Я ему сделала уголок около двери, и Женя его кормил. А однажды, на мой день рождения, кто-то принес и поставил нам под дверь перевязанную ленточкой коробку с щенятами. Он говорит: «Чего ты расстраиваешься? Пускай поживут у нас немножко, а когда подрастут, я их отнесу на рынок и отдам каким-нибудь добрым людям». Прошло какое-то время, мы уже стали к ним привыкать, и однажды он говорит: «Ванда, мы не можем всех семерых оставить у себя. Я сейчас поеду с соседом на рынок». Сосед мне потом рассказывал: приехали они на рынок, Женю, конечно, все сразу окружили, кричат: «Леонов приехал!» Стали разбирать этих щенков. А он у всех спрашивал: «Вы хороший человек? Вот я вам отдаю собаку, но вы-то – хороший человек?» [b]Коктейль, коктейль, хиппи лохматый![/b] – Он был не против выпить, но никогда не был пьяницей. Женя любил хороший коньяк, виски. И он не пил так, знаете, лишь бы выпить. Или как некоторые: сидеть и глушить водку стаканами. У него всегда было чувство меры. Когда к нам приходила соседка Тамара, он говорил: «Томик, хорошо, что ты пришла, сейчас мы сядем за стол – ты, Ванда и я – и выпьем». И мы садились, открывали какой-нибудь вкусненький коньячок, виски или водочку. И он сколько хотел, столько и выпивал. Но никогда в жизни не напивался. Иногда говорил мне: «У меня есть желание выпить». Я никогда не возражала: «Ну, раз есть желание – выпей». Помню, однажды он позвонил мне на работу: «Знаешь, Ванда, я попросил дворника почистить наш ковер, и мы сейчас с ним сидим и понемножку выпиваем...» У нас весь быт был на Жене. Он ездил по магазинам, все покупал сам. В субботу утром обычно ехал на рынок. Полрынка за ним бежало и кричало: «Леонов, покупай у меня!» Его часто обманывали, сдирали лишние деньги. Он приезжал на машине к дому, выгружал полные сумки продуктов. И пьяные грузчики (у нас во дворе столовая) несли эти сумки в дом. Потом говорили ему: «Палыч, а выпить дашь?» Он любил вкусно поесть. У Жени был сильный диабет, и я все время заботилась о его питании. Но когда меня не было дома, он мог наварить картошки, сделать пюре и съесть с целой селедкой. Любил, чтобы было много всего в холодильнике. И всегда ел с таким аппетитом и удовольствием, что даже, бывало, и не хочется, а все равно сядешь с ним и начинаешь есть. Его все очень любили. На улице часто останавливали, что-то спрашивали, и он всегда выслушивал человека. Он обладал большим чувством юмора, умел пошутить, хотя и не был таким, знаете, бездумным весельчаком. Когда я начинала о чем-то переживать, Женя всегда говорил: «Да ладно, Ванда, что ты из-за пустяков расстраиваешься, надо легче смотреть на все». С возрастом, а точнее с болезнью, его психология изменилась. А после операции, которую ему сделали в Германии, он, конечно, стал другим человеком… [b]«Ванда, а ты-то здесь откуда?»[/b] – Это произошло совершенно неожиданно. Театр повез на фестиваль спектакль «Диктатура совести». Они поехали-то всего на три дня. Вечером, после спектакля, должны были улетать в Москву. А днем Женя вдруг начал очень сильно кашлять. У него и раньше такое бывало. И никто не знал, отчего он так кашляет. Врачи в таких случаях говорили, чтобы я ему ставила банки, горчичники, они считали, что это легкие. А это была сердечная недостаточность. Решили показать его врачу, а по дороге в больницу Женя… скончался. Немцы сразу же подключили его к аппарату искусственного дыхания. Андрюша тоже был занят в этом спектакле, поэтому все время был с отцом. Врачи сказали, чтобы Андрюша разговаривал с ним, пел, читал ему стихи, потому что хотя Женя был без сознания, он все-таки мог что-то слышать. А вскоре и я прилетела туда. Врач сказал, что положение очень тяжелое, что у Жени обширнейший инфаркт. Нужно было срочно делать операцию. Операция продолжалась четыре с половиной часа. После операции он пришел в сознание, но был в очень тяжелом состоянии. Врачи сказали, что девятый день – самый опасный. Андрюша и я были все время с ним. Но меня Женя почему-то не узнавал. Сидел, кушал и Андрюшу спрашивал: «Кто эта женщина? Чего она хочет?» Я у врача спрашивала: «Что же это такое: сына узнает, а меня – нет?» Врач говорил: «Вы не волнуйтесь, неделя пройдет, и увидите, что он вас узнает». Прошел третий день, пятый, седьмой и, слава богу, девятый. Я захожу в палату, а он сидит такой похудевший, на меня смотрит и говорит: «Ванда, а ты-то здесь откуда?» Я говорю: «Да я же все время была здесь…» Судьба распорядилась так, что после операции Женя прожил пять с половиной лет. Мне кажется, врачи не надеялись, что он столько проживет, так сильно у него было изношено сердце. Ну и, конечно, Женя не умел себя жалеть, беречь. Едва восстановившись после операции, он снова выкладывался полностью на спектаклях, на концертах. Приезжал домой и еле поднимался по лестнице – а там всего-то три ступеньки до лифта. [b] Куда идем мы с Пятачком?[/b] – Нет, он не был сладкоежкой, но обожал мед. Часто его покупал на рынке и с гастролей всегда привозил. И еще Женя обожал цветы. Он из каждого города привозил охапки цветов. Если приезжал очень поздно, я говорила: «Женя, я сейчас разбирать не буду, оставим до завтра». И он бросал их в ванну и заливал водой. А утром мы их разбирали. Старушки, которые сидят на лавке, говорили мне: «Боже мой, каждый день, как пять часов наступает, мы думаем: где же Евгений Павлович, что же он не выходит с Тимошей гулять?» Нам подарили беспородного пса, и когда Женя поздно возвращался – с концерта или со спектакля, – Тимоша всегда его встречал. И когда Женя умер, Тимоша еще долго при каждом шуме на лестнице вскакивал, подходил к двери, виляя хвостом, – ждал Женю. «Все мы смертны, – говорил Женя, – хотя иногда я хочу жить, и кто знает, может быть, еще мое семидесятилетие отпразднуем». Но до своего юбилея он не дожил. Тот день был очень тяжелым. Я легла отдохнуть – у меня очень сильно болела голова. Он лежал в другой комнате, но я слышала, что он как-то подозрительно кашлял: кхэ-кхэ-кхэ... Как будто хотел прокашляться и не мог. А потом он зашел в мою комнату и сказал: «Сейчас Андрюшенька появится, надо собираться в театр». Надел рубашку, стал переодевать брюки – театральный костюм у него был дома – и вдруг пошатнулся и упал. Я подумала, что он на штанину наступил, и крикнула: «Женя, что случилось?» Подбежала к нему, а он выпрямился – и все. В одну секунду его не стало. Приехали врачи, сказали, что это тромб. Мы с ним прожили 37 лет. Я даже не могу поверить в это – настолько быстро пролетело время. Когда его не стало, я долго не могла говорить о нем, да и сейчас стараюсь не смотреть фильмы с его участием – очень тяжело. И вы знаете, я до сих пор его жду… Женя иногда говорил мне: «Знаешь, Ванда, ты сейчас ворчишь на меня: то я ем не так, то храплю, то еще что-то. А вот не станет меня, и ты будешь вспоминать меня каждый день». И действительно, не бывает дня, чтобы я не вспоминала его. У меня такое ощущение, что он должен вернуться, что он вот-вот войдет и, облокотясь на вешалку, позовет: «Ванда!»

«Камчия» встречает «Алые паруса»

В ПРЕДДВЕРИИ нового учебного года Международный детский кинофестиваль «Алые паруса» бросит свой «якорь» сразу в двух молодежных центрах Болгарии: санаторно-оздоровительном комплексе «Камчия» и лагере отдыха «Бригантина».Санаторно-оздоровительный комплекс «Камчия», расположенный в 30 км от города Варна, является собственностью правительства Москвы.В комплексе круглогодично отдыхают московские школьники – льготные категории детей, победители творческих и спортивных конкурсов и фестивалей.Ежегодно в СОК «Камчия» реализуются разнообразные образовательные, социокультурные и спортивные проекты, участие в которых вместе с детьми принимают выдающиеся деятели науки, культуры, спорта, общественного движения России и Болгарии.Международный детский кинофестиваль «Алые паруса» проходит под патронажем ЮНЕСКО, при активной поддержке правительства Москвы, Министерств культуры РФ и Болгарии, Союза кинематографистов России. Его организаторы – НП пропаганды детского киноискусства «КИНОГРОМ» совместно с Государственным автономным учреждением города Москвы «Московский центр детского, семейного отдыха и оздоровления» постарались, чтобы программа фестиваля была интересной и необыкновенно насыщенной.Ребят ожидают театрализованные шоу, кинопоказы, увлекательные киновикторины, мастер-классы известных актеров и режиссеров: Василия Ланового (президента кинофестиваля), Натальи Гвоздиковой, Андрея Панина, Марины Яковлевой, Сергея Баталова, Константина Бурдаева, Натальи Бондарчук, Николая Денисова, Елены Кондулайнен, Владимира Вишневского, Юрия Чернова, Евгении Бордзиловской, Акима Салбиева и других.Юные зрители увидят лучшие детские фильмы из разных стран. На фестивале отметят несколько юбилеев: 65-летие фильма-сказки «Каменный цветок» Александра Птушко, 75-летие киностудии «Союзмультфильм» и 100-летие кинорежиссера Сергея Герасимова – будет показан его знаменитый фильм «Молодая гвардия».Фестиваль «Алые паруса», который пройдет в Болгарии с 22 по 28 августа, поможет ребятам из разных стран не только приобщиться к шедеврам мирового детского кинематографа, но и подружиться.

Юрий Башмет будет зажигать в Габале

СЕГОДНЯ все больше подтверждается всеобщая тенденция – крупные города постепенно теряют статус фестивальных столиц, уступая маленьким живописным местечкам, где красота искусства превосходно сочетается с красотой природы.Одно из доказательств тому – родившийся в 2009 году Международный музыкальный фестиваль в живописном азербайджанском городе Габала – одном из старейших городов, история которого уходит в глубину веков. [Столица Кавказской Албании (в период с III века до н. э. вплоть до V века н.э.), Габала была важнейшим политическим, экономическим и торговым центром.] Сегодня Габалу нередко называют азербайджанской Швейцарией, но это, наверное, не совсем так... Правильнее, как нам кажется, назвать Габалу «райским уголком».И действительно, здешняя природа обладает поистине фантастической пейзажной красотой! Покрытая густыми лесами, изрезанная горными реками, Габала поражает воображение, никого не оставляя равнодушным! Природа этих мест необычайно разнообразна: горы, покрытые пышной растительностью, бурлящие водопады, зеркальные озера, заросли диких каштанов… Как заметил Дмитрий Яблонский, художественный руководитель Габалинского музыкального фестиваля, «Все говорят – тут красиво, как в Швейцарии, а хотелось бы, чтобы сказали – тут красиво, как в Азербайджане. Природа нетронутая, не то что «у нас», в Альпах, где везде деревушки. Так что мне хотелось бы, чтобы мои друзья-музыканты со всего мира приезжали сюда и играли прекрасную музыку».Именно поэтому это место, избранное Фондом Гейдара Алиева, так точно подходит для организации столь значительного международного музыкального праздника – ежегодного «слета музыкантов»! В дни проведения габалинских фестивалей любители классической музыки приобретают возможность послушать бессмертные творения в исполнении известных музыкантов из США, России, Англии, Франции Италии и других стран.Среди артистов прошлых форумов: «Раананасимфонетт оркестра» (Израиль), Лондонский королевский филармонический оркестр, Оксана Яблонская (почетный академик Международной академии искусств при ООН, профессор Джулианской музыкальной академии США), Азербайджанский государственный симфонический оркестр имени Узеира Гаджибейли, Борис Березовский (Россия, фортепиано), Вячеслав Войнаровский (Россия, тенор)… Кроме того, во время этих музыкальных форумов молодые музыканты получают возможность принять участие в специально организованных мастер-классах.Среди участников фестиваля 2011 года певцы: Анна Самуил, Массимилиано Писапиа (тенор, Италия), солист Королевского оперного театра Ковент-Гарден (Лондон), народный артист РФ, лауреат Государственной премии СССР Сергей Лейферкус, Ойдун Иверсен (баритон, Норвегия), Лиина Йонсон (сопрано, Норвегия).Дирижеры: Юрий Башмет с оркестром «Новая Россия», Клаудио Ванделли (Италия), Рауф Абдуллаев, Терье Миккельсен (Норвегия), Дмитрий Яблонский; солистыинструменталисты: Алена Баева (скрипка), Денис Мацуев (фортепиано), Борис Березовский (фортепиано), Сергей Крылов (скрипка), Шломо Минц (скрипка). Также на фестивале выступят известные ансамбли «Терем-квартет» и «Трио Жака Люсье».Отмечая значение Габалинского международного музыкального фестиваля, Ирина Бокова – генеральный директор ЮНЕСКО, подчеркнула, что этот праздник стал отражением музыкальной души Азербайджана. «Это край, где соединяются различные культуры, и этот фестиваль будет представлять их на высочайшем уровне».

Его интересовало буквально всё

Владимир Высоцкий ушел из жизни 31 год назад, и, по традиции, в день его смерти друзья и коллеги делятся своими воспоминаниями о поэте, актере и барде. [b] Заслуженный артист России Александр ТРОФИМОВ[/b] в спектакле «Преступление и наказание» Театра на Таганке играл роль Раскольникова, а Высоцкий – роль Свидригайлова: – Как партнер он меня, тогда еще совсем молодого артиста, завораживал своей энергетикой. Я ощущал ее в буквальном смысле этого слова. Его внутренняя сила не подавляла, не заставляла думать: «Боже мой, с кем я вышел играть!» Наоборот, возникал искреннейший азарт. Тем более что эти два персонажа – Раскольников и Свидригайлов – вступают в некий поединок. И вот это ощущение азарта, некоего озноба, который начинал тебя пробивать, желание сделать что-то сейчас, вместе, в контакте с этим человеком, я очень хорошо запомнил. [b]Заслуженная артистка России Ирина МАЗУРКЕВИЧ[/b] в фильме «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» играла невесту арапа, роль которого исполнял Высоцкий: – В то время я не очень хорошо себе представляла, что такое Высоцкий, ведь во время съемок «Арапа» мне было 16 лет. Это сейчас девицы в таком возрасте уже взрослые, а тогда все было по-другому. Тем более что до 15 лет я жила в Мозыре, у меня не было его записей, не было и магнитофона. В газетах о Высоцком не писали, по радио не говорили. Когда я приехала в Мозырь на каникулы и сказала подружке, что буду сниматься с Высоцким, она чуть не упала: «Как! С самим Высоцким?!» Я говорю: «А кто это?» Мы с ним много общались помимо съемок, причем по его инициативе. А поскольку в Москве я жила одна, то, естественно, я очень дорожила этим общением. Он водил меня на выставки, в рестораны, если надо было позавтракать, вез в какуюнибудь гостиницу на шведский стол. Его пускали всюду. Конечно же, он приглашал меня в театры, в том числе и на свои спектакли. Много раз в Театре на Таганке я смотрела и «Гамлета», и «Доброго человека из Сезуана». Он был совсем ненавязчивым и очень деликатным. Думаю, что во мне его больше всего привлекало то, что я не смотрела ему в рот и за ним не бегала, как это делали люди, которые знали, кто он такой. [b] Народный артист России Иван БОРТНИК[/b], которому Высоцкий посвящал песни, в том числе и знаменитую «Ах, милый Ваня, я гуляю по Парижу...»: – Я и по сию пору ощущаю эту утрату, хотя прошло уже много лет. Ведь наше дружество началось, когда нам обоим было уже за тридцать – а в этом возрасте люди сходятся тяжело. Уникально одаренный человек, в отношениях с друзьями Володя был удивительно доброжелателен и нежен. А более любознательного человека я просто не встречал в жизни. Его интересовало буквально все. Я вот по своей лености многое пропускал, а он, пока не проникнет в суть предмета, не успокоится. Удивительная черта! Меня поражало, как он работал над своими песнями. Бывало, сидим за столом, завтракаем, он подергивает подбородком, вдруг говорит: «Погоди». Идет в кабинет и пишет. Мне очень нравились его «Две судьбы» – песня замечательная и неразгаданная. Он постоянно ее дописывал, переписывал, а я его умолял: «Слушай, закончи ты ее». И он мне говорил: «Если бы не ты, я бы эту песню так и не закончил». Популярность, особенно поначалу, доставляла ему удовольствие. Но иногда и утомляла, ведь его осаждала масса беспардонных людей. Какието дамы подкупали консьержку, чтобы днем забраться на чердак – Володя жил на восьмом этаже, – и часа в три ночи врывались в квартиру. Мы же ночные люди – сидим, пьем чай, разговариваем, и вдруг звонок в дверь. Открываешь – безумные глаза. Володя называл их «сумасшеччие» – через два «ч»: «У, б..., опять сумасшеччие». В нем многое было намешано. Он плох был, когда был сильно пьян. У него тогда была только одна мысль – продолжить. Однажды я спрятал от него водку. Он умолял: «Ванечка, милый, ну хочешь, я на колени перед тобой стану». И встал на колени. Меня уговаривали и Эдик Володарский, и другие: «Слушай, ну дай ты ему». Я говорю: «Не дам!» А потом пришел Яша, администратор, и говорит, что Любимов просит Высоцкого немедленно явиться в театр. Володя крикнул: «Да пошли вы все!» – и стремглав бросился к балкону. Перемахнул через перила и повис. И – немая сцена. Я какими-то двумя-тремя прыжками бросился к нему, схватил за руки и вытянул. И еще ударил. После чего он взял старинную кузнецовскую гитару и разбил ее в щепки. Вот сколько с ним были знакомы (долгие годы!) – по пальцам одной руки можно сосчитать, сколько раз вместе выпили. Марина привозила нам эспераль, кажется, это слово означает надежду по-испански. Но Любимов сразу его заземлил. Он говорил нам с Володей: «Если вы не вошьете себе в ж... спираль, вы будете уволены из театра». Ему почему-то показалось, что эспераль – это спираль, как вот от электроплитки, поэтому ее быстро-быстро зашивают, чтобы она не дай бог не выпрыгнула... Однажды Володя прислал мне открытку с такими стихами: «Скучаю, Ваня, я, кругом Испания, они пьют горькую, лакают джин. Без разумения и опасения, они же, Ванечка, все без пружин. Извини за графоманию. Обнимаю, Володя». Марина Влади, конечно, продлила ему жизнь. Он ее любил. Он мог часами говорить с ней по телефону – это ведь огромные деньги. Сидел и повторял: «Мариночка, Мариночка...» Мне становилось неловко, и я уходил на кухню. И вот сидишь на кухне, одну чашку выпьешь, другую, полпачки сигарет выкуришь, а он все: «Мариночка, Мариночка...» …Иногда думаешь, каким бы он сейчас был? Наверное, уже основательно облысевшим, в очках. У него же астигматизм был. Его очень веселило это слово. У меня, говорил он, этот, как его, «астигматизьм».

Ольга Кучкина: Жить – это трудное занятие

Встреча редакционного коллектива «Вечерки» с известной критикессой, писательницей, драматургом и поэтессой Ольгой Кучкиной началась с… минуты молчания. Дело в том, что этот день был официально объявлен днем национального траура в связи с гибелью десятков людей, отправившихся в роковое плавание на теплоходе «Булгария». Ольга Андреевна, попросив почтить память жертв этой ужасной трагедии, тем самым задала определенный тон встрече. С вопроса о том, насколько необходимо писателю умение сострадать чужой беде, и началась наша беседа.– Писателю иметь чувство сострадания просто необходимо. Но я знаю таких писателей, которые пишут без сострадания, причем очень талантливых писателей, с великолепным пером. Но я любви там не вижу. Вот и все. То есть это блестит, восхищает, но этого мало, вы остаетесь холодны.[b][i]На помощь пришли стихи[/i]– Ольга Андреевна, на ваш взгляд, писатель должен откликаться на злободневные темы?[/b]– Писатель ничего никому не должен, но это происходит само собой. Даже если вы пишете какую-то историческую вещь, вы ведь берете не просто какой-то отрезок истории, а тот кусок, который вас сегодня волнует, бередит вашу душу и каким-то образом может вам помочь что-то понять в современности. И, конечно, какой бы сюжет вы ни взяли, что бы вы ни делали, вы облучены современной действительностью.[b]– Вы обожаете игру слов, броские и парадоксальные формулировки, это, вероятно, идет от вашей журналистской практики, ведь вы многие годы работаете обозревателем газеты «Комсомольская правда»?[/b]– Нет, это идет не от журналистики, это идет от того, что в сорок с лишним лет обнаружилось, что я поэт. Я раньше никогда строки не рифмовала, но у меня случилась большая беда, и мне надо было за что-то зацепиться в жизни. Как-то так получилось, что мне на помощь пришли стихи. Я начала сочинять. А стихи как раз потребовали игры со словом, особого языка, и я обучилась этому очень быстро. У меня вышли три поэтических сборника. Поэтическое творчество оказало влияние на журналистку, я стала писать по-другому и свои журналистские материалы, стараясь произвести эффект на читателя. Появились лаконизм, образность, соединение несоединимого… Но вообще-то, когда пишешь прозу, а тем более стихи, и когда занимаешься журналистикой – работают разные лобные доли.Тут включается одна машинерия, там другая. В то же время я бесконечно благодарна жизни за то, что я попала в эту газету в юном возрасте, и я до сих пор являюсь ее обозревателем.Я очень люблю журналистику, я люблю ее за немедленный отзвук, за то, что ты можешь кому-то помочь – вот это самое главное. А потом, когда ты что-то объясняешь самому себе, то объясняешь это и другим людям. У меня вышел трехтомник: «Смертельная любовь», «Любовь и жизнь как сестры» и вот совсем недавно – «Свободная любовь». В первой книжке были эссе и разговоры, а в остальных только разговоры – это примерно 70 бесед.Такому одинокому, сумрачному человеку, как я, повезло работать в газете и встречаться с такими людьми, как Олег Чухонцев, Женя Колобов, Игорь Моисеев, Евгений Светланов, Леонид Зорин… Это люди, которые составляют соль земли, а некоторые из них одарили меня многолетней дружбой.[b]– Кто из ваших собеседников произвел на вас наибольшее впечатление?[/b]– Наверное, Алеша Герман, он потрясающий рассказчик фантастически талантлив, очень открыт. Нас связывает долголетняя дружба. Однажды был даже такой мистический момент. Выходил его фильм «20 дней без войны» по прозе Симонова, где играли Гурченко и Никулин. Фильм пытались запретить, а тут вышла моя статья в поддержку фильма. И вдруг ночной звонок из Ленинграда от Германа, с которым в то время мы не были знакомы.Оказалось, его жене ночью приснилось, будто в газете вышла заметка о его фильме, и не плохая, а хорошая. Она разбудила Германа и сказала, чтобы он купил утром газету. Он ее обругал и ушел спать на диван.Но утром все же купил «Комсомолку», а там – моя статья о нем. И он звонит и благодарит за поддержку…[b][i]В сдвинутой реальности[/i]– У вас в прозе встречается такое выражение – «перекидывание»…[/b]– Да, и вообще я исповедую принцип сдвинутой реальности и очень горда тем, что я нашла для себя такой термин.Про это, между прочим, моя книжка «В башне из лобной кости». Это очень интересная история, в основу которой легла реальная судьба культового писателя Владимира Богомолова, автора романа «Момент истины».[b]– Писателю необходима фантазия, а в вашей жизни были какие-то фантастические события?[/b]– Было множество фантастических событий – начиная с того, как я попала на корабль, отправляющийся в кругосветное путешествие. В этой экспедиции я увидела так много всего, что сейчас даже не верю, что это было в моей жизни.Я видела феерические синие цветы, которые расцветают в глубине океана под солнцем. Акулы, кораллы… в общем, бог знает что. И моя первая книжка, которую я написала, называется «До свидания в апреле».Это дневник того плавания.[b]– Что вам легче писать – художественные тексты или публицистику?[/b]– Везде свои трудности. Я очень люблю короткий жанр.Поскольку наша газета все время меня сокращает, то я пишу такие коротулечки, чтобы ничего нельзя было выбросить.И стараюсь, чтобы это было не высоколобо, интересно и для обычного человека, чтобы он зацепился взглядом. Но при этом – очень лаконично. Вот это писать, пожалуй, легче.[b]– Проза, поэзия и публицистика органично сочетаются в вашем творчестве…[/b]– Да, но я еще и драматург. Вот я принесла вам журнал «Нева», в котором опубликована моя пьеса, она называется «Марина». Это история о Жозефе и Деметре – так называли Иосифа Бродского и Дмитрия Бобышева. Эта пьеса об их любви к одной женщине. Самой Марины нет, только два этих персонажа.[b]– Эта пьеса шла на сцене?[/b]– Нет. У меня вообще, можно сказать, судьба счастливая и несчастная одновременно.Например, за последние 20 лет у меня вышло 20 книг. И это сейчас, когда дефолты, кризисы, когда никто как будто ничего не читает, вдруг появились издательства, которые любят литературу. Это счастье, что выходят книжки, но пьесы практически не идут. Сейчас только в Театре Гоголя идет пьеса «Мур, сын Цветаевой» – по дневникам сына Марины Цветаевой и документам. Вот это театральная радость. А одна из моих пьес шла по миру широко, она называлась «Иосиф и Надежда и Кремлевский театр» – о взаимоотношениях Сталина и Аллилуевой.[i][/i][b][i]Из Америки в Россию с любовью[/i]– Ольга Андреевна, а вы советский человек? Расскажите о своем открытии Америки.[/b]– У меня вышла книжка под названием «Мальчики плюс девочки равно». Там повесть, 20 рассказов и электронные письма, которые я писала своему мужу из Америки в Россию с любовью. Я провела два семестра в Америке по приглашению Иллинойского университета, читала там лекции, тему я выбрала себе сама: «Власть и пресса в России. Взгляд изнутри». Пятнадцать лекций я сначала написала по-английски, потом перевела на русский, и книга эта продается до сих пор.И вот в своих письмах я пишу: «Проклятая Америка, проклятые бюрократы. Купить я ничего не могу, потому что мне не платят зарплату, а зарплату мне не платят, потому что у меня не оформлена какая-то карточка. Из-за этого я не могу заплатить за свет, тепло, телефон, и поэтому у меня не спускается вода… Ужасная страна! Правильно я сделала, что взяла с собой 2 кг гречки». Вот с этого у меня начинается открытие Америки.Конечно, я советский человек – в том смысле, что жить могу только здесь. Дети у меня преподают и учатся в разных заграницах, приезжают сюда, побудут две недели – месяц и уезжают снова. Зовут меня к ним, но я не еду и не поеду – я люблю свою родину, я люблю Россию. Мне безумно горько от того, что с ней сделали. Я с большим воодушевлением приняла все, что принесли с собой Горбачев и Ельцин, и этот глоток свободы всегда со мной, я его не забываю и никогда не предам. Мы не того ждали, мы думали наивно, наверное, что вот сейчас придет свобода и все будет хорошо, и мы заживем сразу как в Америке. А свобода пришла для всего – и для хорошего, и для дурного, и для преступника, и для хитреца, и для подонка.Абсолютной свободы нет, мы не свободны от любви к ближнему, от обязательств перед ним, от сострадания к нему. Так о какой свободе можно говорить? Надо говорить о свободе и ответственности.Жить – это очень трудно на самом деле.[i][/i][b][i]Я настоящий трудоголик[/i]– О чем вам бы еще хотелось написать?[/b]– Об этом я как раз пишу. Я не могу об этом говорить, потому что очень суеверна. Этот роман и так идет трудно, а уж если расскажу, вообще не получится. Но последнее, что я написала, – это роман «Русский вагон», его опубликовал Игорь Виноградов в журнале «Континент». Сейчас у меня выходит книжка про Зинаиду Райх – известную актрису, жену Мейерхольда и жену Есенина. Это художественная биография, я писала ее, не позволяя себе врать. Для этого я изучила кучу материалов, и прямая речь в книге вся документальная.[b]– Да у вас очень плодотворный период![/b]– Я каждый день боюсь, что он кончится. А с другой стороны, я так много работала, что перетрудилась. Я трудоголик и сейчас нахожусь в каком-то растрепанном состоянии.[b]– Вы придерживаетесь распорядка дня? Сколько строк вы пишете в день?[/b]– Я стараюсь написать в день 30 компьютерных строк. Иногда получается 100 строк.Вообще, наш труд – это галера, к которой ты прикован.[b]– А вы уже вывели для себя формулу успеха, например, если пишется трудно – значит, получится хорошо, или наоборот?[/b]– Это не факт. Вот когда я заболела и ничего не могла делать, я подумала: дай-ка я напишу веселую книгу про себя. И начала писать, и она у меня написалась легко и вышла и называется она так – «Косой дождь, или Передислокация пигалицы».[b]– На что еще, кроме творчества, у вас остается время и желание?[/b]– На все. Я мою посуду, мою полы, варю обеды. Я хожу гулять с собакой, правда, вместе с мужем, потому что иначе она меня утащит куда-нибудь в кусты и уронит – она такая сильная, а я слабая. Я все делаю.Люблю ходить на разные мероприятия, где можно закусить и выпить, я очень люблю это все.В кино практически не хожу, в театр люблю ходить, когда позовут. Обожаю Женовача, очень люблю театр Фоменко – у него все смотрела и все смотрю. Мне нравится то, что делает Кирилл Серебренников, с удовольствием посмотрела его пародийную постановку по Островскому, где он хулиганил напропалую. Но вообще-то я домосед.[b]– А как вы восприняли коллизию в Театре на Таганке, уход Любимова?[/b]– Тяжело восприняла. Потому что я его чрезвычайно ценю как мастера, как художника. И в то же время понимаю, что в таких конфликтах виноваты обе стороны. Поэтому у меня такое горестное чувство и по отношению к нему, и по отношению к актерам. Мне и актеры не нравятся в этой истории, и как он себя ведет, не нравится.[b][i]Не только писатель, но и читатель[/i]– Последняя московская книжная ярмарка показала, что тяга к чтению в народе велика. Первое, что бросалось в глаза, – это то, как хорошо расходились книги именно серьезных писателей. Значит, люди не хотят литературных суррогатов?[/b]– Это правда. Более того, мои книги продавались хорошо, я сама сидела и торговала книгами, и были очень приличные продажи.[b]– Книжный рынок активно развивается, появляются новые имена в литературе, но при этом доля развлекательной и сомнительной литературы у нас зашкаливает. А как вы отличаете настоящую литературу от очередных однодневок?[/b]– Я их просто не читаю. Мне повезло, меня выбрали в Большое жюри «Большой книги». И это позволяет мне и даже обязывает меня читать хорошие книги. Я получаю уже отобранные 10 томов и должна все прочитать и поставить баллы.И потом человек, написавший книгу, получает или не получает премию.[b]– Насколько объективно такие премии отражают особенности литературного процесса, достоинства художественных произведений или это обычный междусобойчик: ты – мне, я – тебе?[/b]– Я не знаю, может быть. Но я как порядочный человек читаю это все. Я была пару раз в счетной комиссии, и меня поражал разброс мнений.Если я ставлю десятку, то мой коллега может спокойно поставить нули. И я не могла понять, почему, ведь существуют общие критерии. Но меня отчасти это даже утешило, потому что я не получила ни одной премии, и думаю, может, дело не в том, что я такой плохой писатель, а в субъективности оценок. Ну что делать? Хорошо, что в журналах печатают, книги издают…[b]– Ольга Андреевна, а герои книг оказали на вас какое-то влияние?[/b]– Влияли стопроцентно. Потому что то чувство совестливости, которое во мне есть, и я это, слава богу, знаю, оно взращено той русской литературой, на которой я воспитывалась.[b]– Каких русских писателей и поэтов вы чаще всего перечитываете?[/b]– Пушкина. Только что «Капитанскую дочку» перечитала. Лермонтова – только что «Мцыри» прочла. Очень люблю Ахматову, Набокова, Георгия Иванова, Пастернака, Мандельштама. Из прозаиков недавно открыла Кржижановского. Совершенно фантастический писатель. Венечку Ерофеева перечитываю. Вообще как-то стала в последнее время больше читать. И как член жюри «Большой книги» вижу, что литература есть, и писатели есть, и очень серьезные, крупные и талантливые. Так что ничто никуда не исчезло.[b]Досье «ВМ»[/b][i]Ольга Андреевна КУЧКИНА (настоящее имя Ольга Андреевна Павлова, родилась в Москве) — поэт, прозаик, публицист, драматург.Окончила факультет журналистики МГУ, многие годы работает обозревателем в газете «Комсомольская правда».Заслуженный работник культуры РСФСР.Член Союза журналистов.Член Союза писателей Москвы.Член Русского ПЕН-центра.Академик РАЕН.Член жюри Независимой литературной премии «Дебют» (2003 и 2007).Автор нескольких сборников статей и интервью, трех книг стихов, десяти пьес.Пьесы, стихи и проза публиковались в журналах «Театр», «Современная драматургия», «Новый мир», «Октябрь», «Знамя», «Дружба народов», «Нева», «Континент», «Арион».Постановки спектаклей осуществлены в России, США, Франции, Англии, Японии и других странах.Автор книг прозы «Это я, Любовь!», «Обман веществ», «Другие голоса», «Философ и девка», «Вот ангел пролетел», «Этаж, или И сомкнулись воды», «Косой дождь, или Передислокация пигалицы»; книг стихов «Сообщающий сосуд», «Итальянская бабочка», «Високосный век»; книги пьес «Белое лето»; публицистических книг «Лицо и пейзаж», «До свидания в апреле!», «Любимые лица России», «Время «Ч», «Власть и пресса в России. Взгляд изнутри».[/i]

Привет, «Артек»!

АЛЫЕ паруса – это не только символ надежды и осуществленной мечты, рожденный фантазией Александра Грина, но и название Международного детского кинофестиваля, который вот уже 19-й раз подряд в эти теплые июльские дни собрал в «Артеке» самых талантливых детей из России, Беларуси, Украины и других стран ближнего и дальнего зарубежья. В гости к юным дарованиям приехало много прекрасных актеров – и русских, и украинских. Всех их объединяло то, что они любят кино, обожают детей и, несмотря на возраст и регалии, не собираются прощаться с детством.Торжественное шоу – открытие кинофестиваля «Алые паруса» с использованием уникальных пиротехнических спецэффектов, красочных фейерверков, новейших лазерных установок, которые раскрасили во все цвета радуги крымское небо, состоялось на огромном стадионе «Артека».– Кинофестиваль «Алые паруса» хорош тем, что здесь не просто смотрят новое кино, здесь творят, спорят, вместе с детьми придумывают новые сценарии будущих киношедевров знаменитые мастера кино, – подчеркнула в приветственном слове генеральный директор Международного детского центра «Артек» Елена Поддубная.[b]Марина Голуб застряла в аквапарке[/b]Я не первый раз в «Артеке», и мне кажется, что в этом году фестиваль организован значительно лучше. Организаторы с украинской и российской сторон – МДЦ «Артек» и некоммерческое партнерство пропаганды детского киноискусства «Киногром» – постарались, чтобы каждый день кинофорума стал для детей волшебной сказкой. Им в этом оказали поддержку правительство Москвы, министерства культуры России и Украины, совет министров АР Крым, многие общественные организации.Фестивальные дни были насыщены новыми встречами, интересными дискуссиями, праздничными мероприятиями. Разве забудется футбольный матч звезд кино с детьми из «Артека»? Или пиратский ужин под открытым небом с веселыми конкурсами и уморительным актерским капустником?Под несмолкаемый хохот зрителей Наталья Гвоздикова, Сергей Баталов и Юрий Чернов разыг рали блистательный скетч. Популярные актеры Иван Замотаев и Александр Нестеров пародировали эстрадных звезд, а Руслана Писанка зажигала в танце. До поздней ночи звучали анекдоты и байки из актерской жизни.Немало веселых сюрпризов преподнес и праздник Нептуна, который проходил в аквапарке. Участникам предстояло съехать вниз с горки так, чтобы при падении в воду произвести максимально большой фонтан брызг.Эта задачка оказалась очень непростой для звезды МХТ Марины Голуб. Любимица публики, которую повсюду сопровождала свита поклонников, забралась на верхотуру и отчаянно бросилась вниз, увлекаемая потоком воды.Казалось, что при ее падении бассейн неминуемо выйдет из берегов. Однако внушительные габариты, добавляющие актрисе очарования в жизни и на экране, на этот раз сослужили ей плохую службу.Марина Голуб, перекрыв собой водный поток, самым неожиданным образом застряла в трубе. Впрочем, актриса не унывала и, выдержав мхатовскую паузу, сумела-таки съехать с горки… причем практически без брызг.[b]Солиста «Братьев Гримм» задержала полиция[/b]Крымчане приветливо встречали кинематографистов из Москвы. Молодые девчонки визжали при появлении загадочного Андрея Чернышова, дамы бальзаковского возраста томно вздыхали в присутствии Станислава Говорухина, а мужчины провожали долгими пристальными взглядами Нонну Гришаеву и Елену Кондулайнен…Ну а дети, те просто обалдели от такого обилия кинозвезд и мечтали только об одном: как бы сфотографироваться на память со своими кумирами. Со смущенными улыбками они охотились за артистами повсюду – в зрительном зале и на улице, в кафе и на пляже. Киноартисты не отказывали себе в удовольствии в свободные часы поваляться часок-другой у моря, не опасаясь обгореть под палящим солнцем. Время от времени они покидали свои шезлонги, чтобы окунуться в чуть теплое Черное море.Народный артист России Юрий Чернов, плывущий в сторону Турции, поделился с корреспондентом «Вечерки» своими впечатлениями от фестиваля:– Все, что связано с детскими фестивалями, – это всегда здорово и интересно. У меня много фильмов для детей. Когда-то я вел передачи для детей на ТВ. «Праздник каждый день», «Спокойной ночи, малыши» и другие проекты, связанные с детской аудиторией, поэтому мне это все очень близко. Изюминка этого фестиваля – мастер-классы, где артисты помогают детям развивать свое воображение, приоткрывают тайны профессии.Для некоторых участников фестивальная неделя была отмечена приключениями. Елена Кондулайнен повстречала привидение на ночном пляже и навсегда избавилась от привычки купаться после захода солнца. А солист группы «Братья Гримм» Костя Бурдаев был задержал полицией по подозрению в ограблении.Как рассказал корреспонденту «ВМ» сам Костя, украинские полицейские получили оперативную сводку, по которой внешние данные музыканта точь-в-точь совпадали со словесным портретом грабителя.[b]Как сделать чудо[/b]Ни развлечения, ни солнечная погода не смогли помешать напряженной работе жюри. В этом году на конкурс было представлено несколько новых картин, снятых в России, на Украине, в Беларуси, Польше, Канаде, Норвегии и даже Китае. Организаторы тщательно поработали над отбором фильмов, все они действительно адресованы сегодняшней детворе, учат правильно жить, совершать разумные поступки, различать, что хорошо и что плохо.По результатам голосования большого детского жюри (а «Алые паруса» – единственный фестиваль, где окончательный вердикт выносят юные зрители) первое место завоевал фильм «Тихая застава» Сергея Маховикова. Он основан на реальных событиях. Бой на 12-й погранзаставе московского погранотряда в Республике Таджикистан унес жизни 25 российских военных. Ценой огромных потерь атака боевиков была отбита.По своей стилистике фильм напоминает «9 роту» Федора Бондарчука. Второе место у польской картины «Венеция» Яна Якуба Кольского.Это фильм на все времена – и тоже на антивоенную тему. Двенадцатилетний Марек мечтает поехать в Венецию, но тут начинается Вторая мировая война, и его отправляют подальше от фронта. И тогда Марек вместе с другими детьми создает воображаемую Венецию с карнавалами и детскими праздниками.– Я уверена, что все ребята получили огромное удовольствие от нашего фестиваля, обогатившего их души, от хороших фильмов, от встреч с любимыми актерами, от этой удивительной атмосферы дружбы, – сказала корреспонденту «Вечерки» генеральный директор фестиваля «Алые паруса» Ирина Громова.На церемонии закрытия щедро награждали и детей, и взрослых, так что никто из участников не считал себя проигравшим.– Есть великая фраза у Александра Грина, я ее запомнил, когда снимался в фильме «Алые паруса» в роли капитана Грея: «Если человек жаждет чуда, сделай это чудо, и новая душа будет у него, и новая – у тебя», – сказал президент кинофестиваля «Алые паруса» народный артист СССР Василий Лановой.Фестиваль должен быть радостным, веселым, задорным, тем более детский фестиваль. Мне кажется, все это получилось. Неделя детского кино в Крыму пролетела незаметно. Ребята и артисты увезли с собой самые прекрасные, самые теплые воспоминания о лете, о море, о фестивале «Алые паруса».[i]Крым–Москва[/i]

Звёзды впадают в детство

БОЛЬШАЯ группа детей выехала из Москвы в Крым, где с 3 по 10 июля пройдет XIX Международный детский кинофестиваль «Алые паруса Артека». Это вечно молодой кинофестиваль.Он никогда не постареет, потому что был придуман и проходит в стране детства – в «Артеке». Здесь он получил свое название, здесь он вписал золотые страницы в историю международного детского лагеря.На этот раз в конкурсной программе примут участие новые фильмы для юных зрителей из России, Украины, Белоруссии, Норвегии, Польши, Великобритании и других стран.Ретропрограмма будет посвящена 75-й годовщине «Союзмульт фильма», и ребята смогут увидеть самые лучшие отечественные анимационные ленты прошлых лет, вошедшие в золотой фонд мирового кинематографа. На фестивале отметят 65-й юбилей экранизации сказа Василия Бажова «Каменный цветок» знаменитого киносказочника Александра Птушко с Владимиром Дружниковым и Тамарой Макаровой в главных ролях.Специальным событием нынешнего киносмотра будет уже ставшая традиционной премьера на большом экране нового детского телесериала, созданного по заказу московского правительства, – «Лето индиго» режиссера Александра Павловского о веселых приключениях ребят во время школьных каникул.– Правительство Москвы поддерживает этот замечательный детский фестиваль, потому что детям принадлежит будущее, именно в детском возрасте закладываются те дружеские взаимоотношения, которые помогут им впоследствии решать проблемы государственные и общемировые, – сказала корреспонденту «Вечерки» генеральный директор и главный «моторчик» фестиваля Ирина Громова.Кроме столичных властей организаторам фестиваля – некоммерческому партнерству «Киногром» оказали поддержку Министерство культуры РФ, Министерство по делам спорта, туризма и молодежной политики РФ, Комиссия Российской Федерации по делам ЮНЕСКО, Союз кинематографистов России, а также командование Черноморского флота и правительство Автономной Республики Крым.Основным отличием XIX Кинофестиваля «Алые паруса Артека» станет участие в его работе детей-сирот из России, Украины и других стран ближнего зарубежья.Они не только будут членами Большого детского киножюри, но и смогут поучаствовать во всех культурных программах киносмотра, продемонстрировать свое мастерство и таланты в разнообразных конкурсах и викторинах, почувствовать себя членами большой дружной семьи своих сверстников.Как рассказал в интервью «ВМ» президент «Алых парусов», создатель романтичного образа капитана Грея в одноименном фильме народный артист СССР Василий Лановой, «уникальность этого фестиваля в том, что здесь нет никаких языковых барьеров, никаких национальных проблем, потому что главный язык общения на фестивале – это язык мира, дружбы, взаимопонимания, взаимоуважения и любви».

Искусство или деньги?

Скандалы, сотрясающие время от времени наше культурное пространство (тут можно вспомнить и недавний конфликт труппы театра Маяковского с главным режиссером С. Арцыбашевым, и скандальную отставку с поста худрука театра Станиславского А. Галибина), в своей основе имеют одну и ту же подоплеку. Коротко ее можно обозначить так: искусство или деньги? Как правило, этот конфликт носит не личностный, а мировоззренческий характер. И отражает две диаметрально противоположные точки зрения на приоритеты российской культуры.Так все-таки что важнее: деньги или творчество? Коммерческий успех или, так сказать, пир духа? Дилемма, конечно, не нова, но каждый художник решает ее по-своему. Одни с пеной у рта доказывают, что рынок диктует свои законы, что главное – это касса, рентабельность. Хотя самым рентабельным, как известно, является торговля наркотиками. Другие с презрением отворачиваются от массового искусства, приглашая нас в духовный полет, который нередко заканчивается банкротством.Как найти середину? И вот тут-то должно прозвучать негромкое, но веское слово государства. Для поддержки приоритетов должна быть разработана четкая и понятная система грантов, государственных заказов, потому что без материальной поддержки ни оперу, ни симфонию, ни картину написать невозможно. Причем государственная политика в области культуры не должна ограничиваться законодательной деятельностью, она подразумевает ответственность за то, как этот закон работает в реальной жизни. Пора понять: пока государство не возьмет на себя роль арбитра, этот раскол в мировоззрении преодолен не будет. 

Не выпадая из контекста

Хотя итоговая программа «Контекст» выходит на канале «Культура», что называется, без году неделя, но она уже обрела стабильно высокий рейтинг. Многие телезрители с нетерпением ждут воскресного вечера, чтобы узнать о самых значимых событиях недели – премьерах, литературных премиях, книжных новинках, выставках и вернисажах. Сегодня ведущий передачи – известный писатель и драматург, главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков – в гостях у «Вечерки». Против вкусовщины и групповщины – Юрий Михайлович, у программы «Контекст» оригинальная драматургия: вы предлагаете зрителям калейдоскоп культурных событий, причем каждый сюжет комментирует не один критик, а целая группа экспертов… – Сама идея и разработка этого проекта каналом разумна. Сейчас даже кажется странным, что такая передача раньше не выходила. Но это действительно так: итоговой еженедельной информационноаналитической программы на канале «Культура» не было. А люди ведь не имеют возможности всю неделю следить за культурными событиями. Теперь же они в воскресенье вечером могут сесть у телевизора и узнать о самом интересном. Драматургия передачи заключается в том, чтобы обсуждать наиболее заметные явления культуры, по возможности давая разные точки зрения. У нас очень хорошие эксперты, причем среди них есть мои антагонисты по взглядам на искусство. Я с ними, как вы заметили, достаточно активно спорю. Беда нашего сообщества в том, что люди разучились откровенно говорить то, что они на самом деле думают. Особенно трудно с театральными критиками. Приходят два критика, но они не спорят, а оба начинают восторгаться. Потому что жизнь тяжелая, поругаешь, допустим, Калягина (Александр Калягин – художественный руководитель театра «Et Cetera», председатель Союза театральных деятелей. – И.Л.), и у тебя начнутся проблемы. Например, у нас в «Литературной газете» сотрудница напечатала достаточно сдержанный, не ругательный обзор репертуара театра «Et Cetera», так ее отлучили сразу от нескольких журналов, которые находятся в орбите СТД. А что было, когда у нас был напечатан критический материал, кстати, той же сотрудницы, о режиссере Арцыбашеве? О том, что в репертуаре Театра Маяковского нет ни одной современной пьесы! Какой был скандал, на нас жаловались, написали письмо в администрацию президента. Ну и чем все кончилось? Тем, что коллектив отказался работать с Арцыбашевым, и он уже не художественный руководитель театра. Так кто оказался прав? Мы. Недавно был такой случай. Я посмотрел широкопроанонсированную премьеру в одном знаменитом столичном театре. Прихожу на передачу. И вся творческая группа буквально бросается ко мне, умоляя не ругать спектакль. Оказывается, худрук театра, увенчанный всеми мыслимыми и немыслимыми наградами, накануне звонил самому высокому телевизионному руководству с требованием, чтобы «Поляков ни в коем случае не ругал премьеру. Потому что, судя по выражению лица Полякова, ему не понравилось увиденное». Мне осталось только пожать плечами и успокоить коллег, потому что как раз этот спектакль мне, как ни странно, понравился. Я знаю, что многих раздражаю тем, что позволяю себе критические замечания о наших «священных коровах», о которых уже лет двадцать никто ничего критического не говорил. Но я самодостаточный писатель, драматург, редактор «Литературной газеты» и могу себе это позволить. Думаю, что руководители телевидения потому и пригласили меня вести эту передачу. Три века «Литературки» – Недавно исполнилось десять лет, как вы руководите «Литературной газетой». Какой период был для вас самым трудным на посту главного редактора «ЛГ»? – Я 33-й редактор «Литературной газеты», а по продолжительности пребывания на этой должности уже занимаю второе место после Александра Чаковского, который был «у кормила» четверть века. Самый трудный период был, конечно, когда я пришел, потому что газета находилась в сложном положении, пришлось ее вытаскивать из финансовой пропасти. Помогло то, что мы поменяли направление газеты – из однозначно либеральной она стала полифоничной. И у нас сразу начал расти тираж, потому что в России круг либералов все-таки крайне узок. На меня, конечно, многие обиделись, сочтя это изменой либеральным ценностям, но я никогда либералом не был. Я скорее консерватор, и большинство наших читателей – это люди центристских взглядов, хотя мы даем слово всем, у нас и либеральные авторы печатаются. Сейчас тоже сложный период. Потому что кризис, а мы издание культурологическое, служим отечественной культуре. Сохранить уровень культурологической газеты и стать доходным предприятием практически невозможно. «Литературная газета» – это такое же достояние русской культуры, как МХАТ, как Третьяковка. Ее основал Пушкин, продолжил выпускать Горький, имя которого либералы в 90-м году сняли с логотипа газеты, а мы вернули. Поэтому я считаю, что «Литературную газету» должно поддерживать государство. – Государство горячо поддерживает физкультуру, а интерес к культуре, искусству, к творческим авторитетам если и есть, то какой-то вялый и специфический… – Никаких технологических прорывов, никакого социального мира без культуры, без культурного диалога не будет. К сожалению, чиновники, которые занимаются культурой на общефедеральном уровне, этого не понимают. Приведу пример. Когда у «Литературной газеты» был юбилей – ей недавно исполнилось 180 лет – и нам нужны были средства на это мероприятие, а проходило оно в Малом театре, мы обратились к Министерству печати. И они нам не дали ни копейки! Нам помогло московское правительство, конкретно тогдашний вице-мэр столицы Валерий Виноградов. Были выделены средства на юбилей газеты. Потом совет по книгоиздательству на конкурсной основе выделил средства на выпуск юбилейного издания «Три века «Литературной газеты», которое мы презентовали в Музее Пушкина в недавние Пушкинские дни. На сегодняшний день нас фактически поддерживает только московское правительство. Но это неправильно, ведь «Литературная газета» – общефедеральное издание. Когда мы встречались с Путиным, именно я завел разговор о необходимости того, чтобы такие издания, как «Новый мир», «Москва», «Знамя», «Октябрь», «Литературная газета», за счет государства направлялись в библиотеки, где они будут доступны учителям, студентам, старшеклассникам – всем тем, кто интересуется литературой. С нами согласились, были выделены на это средства. В результате и «Новый мир», и «Знамя» направляются в библиотеки, а «Литературной газеты» там по-прежнему нет. Как не стать идиотом – Юрий Михайлович, вернемся к телевидению. Как вы, профессиональный писатель, чувствуете себя в роли телеведущего? – Знаете, я вообще-то не новичок на телевидении, в свое время вел и передачу «Лицом к городу», кстати, московскую, и передачи «Дата», «Подумаем вместе», «Стихоборье», да и вообще меня довольно часто приглашают на телевидение. Но когда Сергей Шумаков предложил мне вести передачу «Контекст», я очень сильно задумался. Поскольку передача информационная, то я каждый уик-энд, хоть умри, должен быть в студии и вещать. Конечно, для меня это довольно большая нагрузка. Дело в том, что я писатель, мое главное дело – писать книжки, «Литературная газета» – это уже довольно серьезное обременение, а тут еще телевизионная программа… Но я пошел на это. Не из-за того, чтобы искать личной популярности, меня и так достаточно хорошо знают и по телевидению, и по книгам, и по моим пьесам. А потому что среди аналитиков на сегодняшнем телевидении переизбыток людей с либеральными взглядами. Их оценка художественных произведений зачастую очень далека от объективности. У нас существует, я бы сказал, тусовочная шкала оценок произведений искусства, которая не соответствует их реальной эстетической и социальной значимости. Человек, посмотрев плохой фильм, спектакль или посетив посредственную выставку, потом слышит по телевизору восторженную заумную оценку и думает: наверное, я идиот. И мне хочется сказать таким людям: вы не идиоты, вы абсолютно правы – это плохой спектакль, это плохое кино, это плохая книга, ее не надо читать. А то, что кто-то из экспертов ее хвалит с пеной у рта, вовсе не означает, что она хороша, просто эксперт является другом этого автора, этого театра или просто боится связываться с влиятельным кинорежиссером. И я свою задачу вижу в том, чтобы вносить объективный взгляд на вещи, давать те оценки, которые ближе и понятнее людям. – Интересно, а темы для телевизионных сюжетов вы предлагаете сами? – Передача – коллективное творчество, там работает целая бригада, но я на некоторые темы обращаю внимание, чтото рекомендую, и мне идут навстречу. Наше телевидение, к сожалению, скептически относится к традиционным видам искусства, к русскому народному творчеству, к классическим постановкам, они все норовят давать авангард. Я не против авангарда, упаси бог, но если мы не рассказываем о том, впереди чего авангард, то получается бред. Авангард впереди себя самого? Но так же не бывает. Надо показывать то, что называется мейнстрим, а на его фоне авангард. Это не значит, что мне все не нравится, есть вещи, которые я принимаю, высказываю свое мнение, комментирую, но в то же время не молчу, если не согласен в чемто с экспертами. Я, например, не понимаю, почему актуальное искусство претендует выставляться в Третьяковской галерее. Во всем мире для этого вида интеллектуальнопровокативной деятельности человека существуют отдельные музеи, вот и выставляйтесь там. Моим условием, когда я соглашался на эту работу, было то, что в передаче обязательно должны звучать стихи. Потому что поэзия – это высочайшее проявление национальной культуры, индикатор ее уровня – сегодня полностью вытеснена с телеэкрана. И появление стихов в этой передаче, я считаю, большой прорыв. То, что удается такие принципиальные вещи реализовывать, примиряет меня с неизбежной несвободой, сковывающей любого телевизионного человека. Досье «ВМ» Юрий Михайлович ПОЛЯКОВ (1954 г. р. ) – советский и российский писатель, автор многих повестей и романов, его пьесы идут в десятках театров, включая столичные. По произведениям Ю. Полякова сняты фильмы: «Работа над ошибками», «ЧП районного масштаба», «Сто дней до приказа», «Левая грудь Афродиты», «Игра на вылет», «Замыслил я побег…», «Козленок в молоке» и др. С 2001 года — главный редактор «Литературной газеты». С 2011 года – ведущий программы «Контекст» на канале «Культура». Лауреат премии Ленинского комсомола и премии Московского комсомола, награжден орденом Дружбы (2005) и орденом Почета (2010).

Белинский против Гоголя

«Интеллигент. Виссарион Белинский» – так называется новый авторский проект Александра Архангельского. Если в советское время Белинского канонизировали, то в последние десятилетия он был, казалось, окончательно предан забвению. В своем новом фильме, премьера которого состоится на телеканале «Культура» 6 июня, Александр Архангельский сделал попытку снять глянец с фигуры «неистового Виссариона». [b]Жадность не порок[/b]   – Александр, чем вас так заинтересовала фигура Белинского, к которому, в общем-то, достаточно противоречивое отношение в кругу литературоведов… – Если бы оно было противоречивым, я был бы счастлив. Но оно никакое. И мне кажется это несправедливым. Я жадный и не люблю, чтобы мы сбрасывали что-нибудь с парохода современности. Поэтому мне крайне интересно посмотреть на эту фигуру, причем взять самый очевидный сюжет – переписку Гоголя и Белинского 1847 года. – Отрывки из писем Гоголя и Белинского у вас в фильме читает Виктор Сухоруков? – Да, и я считаю это очень верным выбором. Потому что Виктор Сухоруков – великий актер, его надрыв, его внутренняя страсть подходят как для Белинского с его насильственным громокипением, так и для Гоголя с его напряженным, придавленным смирением. Мы постарались проследить, как они, искренне мучаясь, идут каждый к своей истине. По крайне мере я старался показать, как правы и неправы оба – и Гоголь, и Белинский – и как они оба страдали. Их расхождения привели к трещине в русской культуре, к делению на почвенническое и западническое, на монархическое и революционное. – В передаче «Тем временем» вам удается сводить в одном культурном пространстве людей полярных взглядов, при этом не сталкивать их лбами, не провоцировать скандалы и агрессию, которыми так пошло забавляют публику на других каналах. Вы намеренно стараетесь не навязывать никому свою точку зрения? – Во-первых, точка зрения ведущего, по-моему, должна быть пригашена. До конца прозрачным он стать не может, потому что у него есть своя позиция. Если у него ее нет, то он вообще зрителю неинтересен. Но если он начинает себя впихивать в каждую паузу, то зачем тогда остальных звал? Ведущего я бы сравнил с дирижером. Оркестр не становится хуже от того, что играет первая скрипка и идет диалог второй и третьей. Наоборот, чем гармоничнее они звучат и чем сложнее они ведут партию, тем лучше дирижер. Хороший дирижер добивается звучания оркестра за счет своей внутренней страсти, а плохой – за счет скорости. Он на полтакта увеличивает темп, и – понеслось. На телевидении это сплошь и рядом. Когда ты провалил передачу, ты будешь монтировать ее так, чтобы она пролетела быстро и незаметно. [b]Искусство высокой банализации[/b] – Чему еще вас научила работа на телевидении? – Главное правило: если ты пришел на телевидение, забудь, кем ты был до начала передачи и кем станешь после ее завершения. И еще: телевидение – хоть для образованных, хоть не для образованных – очень многого сделать не может. Оно может только показать, что где-то в жизни есть глубина. И предложить: посмотрите, если вам это интересно, идите туда и узнайте что-нибудь сами. Но как только оно уходит вглубь, то начинает терять свою аудиторию. Потому что, если мы говорим про науку, то художнику будет многовато, а ученому маловато, если мы говорим про искусство, то наоборот, художнику маловато, а ученому многовато. И тут все время нужно держать середину. Телевидение – искусство высокой банализации. Оно может шифровать пустоту, может чуть-чуть поднимать уровень – я считаю это очень важным и, несомненно, наиболее тяжелым из всего, что я делаю. В том числе и физически. Писать по четыре программы в день, меняя только пиджаки, – это физический труд. Потому что на передаче ты зависишь не только от себя, а и от оператора, участников и так далее. Это цех, и я начальник цеха. Конечно, мне доставляет в разы большее удовольствие писать книжки, а иногда читать лекции. Но и результат в этом смысле разный. Книжка, если она хорошая, будет переиздаваться и понемножку влиять на какое-то количество людей. А здесь ты вышел в эфир, сразу реализовался – и тебя забыли в одну секунду, как только передача закончилась. – Что вас радует, обнадеживает или огорчает в культурной жизни столицы? – И преимущество, и беда Москвы в том, что в ней всего слишком много. Это и хорошо, и плохо – от ожирения тоже умирают, как известно. Как один из моих друзей сказал: в Москве нужно иметь скафандр, чтобы в тебя не проникла лишняя информация. Возможности сказочные, ни при какой советской власти таких не было. Книгоиздание – на любой вкус! Фантастические художественные выставки, от предельного разложения традиционного искусства до консерватизма. С музыкальной жизнью все в порядке. Театры? Пожалуйста. Большие театры не всегда живут хорошо, потому что застывают, зато маленьких много интересных. Театр «Тень», например. Кино тоже динамично развивается. Плохо то, что мы отстаем от языка современного киноискусства. Часто те фильмы, которые получают каннскую Золотую пальмовую ветвь, у нас проваливаются в прокате. В этом смысле более-менее продвинуто телевидение. Хотя ситуация не такая благополучная, как во Франции или Германии, где есть аналоги канала «Культура». Например, размах телеканала «Арте» несопоставим с нашим. – Вы имеете в виду финансовые, материальные ресурсы? – Да, мы же не хотим, чтобы канал «Культура» был рекламным. А государство не может его финансировать так, как финансируется современное телевидение. Но с другой стороны, давайте оглянемся на десять лет назад. И станет понятно, что хныкать грех, потому что с каналом «Культура» – все в порядке, с книжками, с выставками, с кино и театром – тоже. Просто всегда хочется большего – это нормальное человеческое желание. [b]В переулочках Арбата[/b] – Александр, есть ли в Москве такие уголки, где вы любите просто погулять, полюбоваться архитектурой, отдохнуть, помечтать о чем-то? – Я в Москве сменил семь квартир, с тем чтобы приблизиться туда, куда я хотел, – к Арбату. Это мое любимое место в Москве, и я там живу. Люблю поздно вечером после всех работ прогуляться по этим кривым переулкам или выйти на 10–15 минут из дома, особенно зимой, когда свежий снег ложится на землю. И прийти в себя. К сожалению, мы, как и все жители старых домов, оказались в ловушке. Рядом с нашим домом по СивцевуВражку, 42, собираются строить новый дом, который, видимо, уничтожит и наш. – Сергей Собянин стремится к тому, чтобы запретить точечную застройку в центре города… – Это правда, и я эти инициативы обеими руками поддерживаю, только я вижу, как потихоньку, на низовом уровне это продолжается. К каждому инвестору мэра не приставишь. Я видел, как уже горели машины, нападали на людей, которые отказывались выехать, как избили битами мужчину, организовавшего сопротивление… Как во дворе нашего дома рухнула кладка XVI века – простояла несколько столетий и вдруг в одну ночь взяла и рухнула, потому что кому-то помешала. Я не понимаю, как можно так относиться к Москве, как можно до такой степени ненавидеть свой город? – Это даже не ненависть, а неотразимое обаяние капитализма – инвестор, чуя добычу, идет на запах больших денег… – На Западе капиталисты стараются обустроить среду своего обитания. На Арбате живет довольно много богатых людей, они-то должны понимать, что дом – это не только стены. Почему они позволяют это делать? Я видел проект того дома, который должен быть построен на этом месте, – это невозможно описать словами, это нагромождение всего на все. Единственное, на что мы надеемся, что все-таки с 2012 года вступит в силу собянинский запрет на точечную застройку и контракт инвестору не продлят. [b]Досье «ВМ»[/b] Александр Николаевич АРХАНГЕЛЬСКИЙ (27 апреля 1962, Москва) – литературовед, литературный критик, публицист, телеведущий, писатель. С 2002 года – автор, ведущий и руководитель информационноаналитической программы телеканала «Культура» «Тем временем», преобразованной в 2004 году из журнального формата в интеллектуальное ток-шоу. Финалист телевизионной премии «ТЭФИ» (2005), лауреат премии Московского союза журналистов. [b]Прямая речь[/b] Александр АРХАНГЕЛЬСКИЙ: – Мое счастье, что я пришел на телевидение десять лет назад, будучи уже глубоко зрелым человеком – в сорок лет. Обычно в это время уже с телевидения уходят. То есть мне крышу не снесло от того, что меня показывают. Я прекрасно понимаю, что рано или поздно как я пришел, так и уйду. Но пока ты здесь, изволь хорошо делать свою работу.  

Честь Пушкина соблюдена

В ГОСУДАРСТВЕННОМ музее А. С. Пушкина на торжественную церемонию вручения Новой Пушкинской премии собралась, казалось, вся литературно-художественной элита.Вот величаво проплыл Борис Мессерер, следом промелькнул с рюкзачком на плече по-юношески легкий Юрий Рост. О чем-то увлеченно беседовала со своими спутниками вдова Андрея Вознесенского Зоя Богуславская, у входа с неизменной сигаретой в руке стоял Отар Иоселиани. Терпеливо ожидали начала церемонии директор музея Ясной Поляны Владимир Толстой, московские поэты Андрей Шацков и Олег Хлебников, писатель Алексей Варламов, известный тележурналист Александр Архангельский…Я попросил Андрея Битова рассказать, в чем особенность Новой Пушкинской премии.– Все премии так или иначе постепенно дрейфуют к «попсовости», поскольку им нужно самих себя поднимать с помощью громких имен своих лауреатов, – ответил писатель. – Мы же стараемся подниматься вместе с лауреатами. Поэтому даем премию людям, работы которых, на наш вкус, более сурового и достойного качества. Вот и в этом году мы уж точно не ошиблись с выбором. И таким образом соблюли честь и Александра Сергеевича, и свою собственную.– Андрей Георгиевич, вы постоянно призываете: читайте Пушкина, утверждаете, что по-настоящему никто его не прочел…– Это верно. Я, казалось бы, знаю все его произведения, а до сих пор открываю их для себя и удивляюсь.– У вас есть рецепт, как вернуть интерес молодежи к книге?– По-видимому, надо иначе строить преподавание, полностью отойдя от курса истории литературы, надо преподавать людям чтение текстов. Просто научить их читать тексты – и этим увлекать их. Потому что тот контакт, который возникает при чтении текста, то ощущение, что ты остаешься один на один с великим человеком, невосполнимы, их не заменит ни Интернет, ни что другое.– В жизни поэта, чье имя носит премия, Москва занимала особое место. Как вам кажется, Пушкин-москвич и Пушкин-петербуржец очень отличаются друг от друга?– Я-то считаю, что зрелый Пушкин – это, конечно, питерский поэт и питерский писатель, создатель так называемого петербургского текста (это теперь модный литературоведческий термин). А то, что он родился в Москве, то, что женился в Москве и был счастлив в Москве – это правда. «Москва, люблю тебя как сын», – это тоже правда. А вообще, он умел правильно распределить себя между двумя городами.По установившейся традиции пушкинская премия вручается в день рождения Пушкина (по старому стилю). Ею отмечаются не только поэты и писатели, но и критики, и литературоведы.Первая премия в размере 350 тыс. руб. была присуждена известному переводчику и литературоведу Вере Мильчиной – за совокупный вклад в отечественную культуру.Вторая – 200 тыс. руб. – молодому прозаику Ильдару Абуязову из Нижнего Новгорода.Кроме того, совет Новой Пушкинской премии принял решение особо отметить Пушкинский театральный центр под руководством народного артиста России, поэта и прозаика Владимира Рецептера (Санкт-Петербург).Помимо финансовой составляющей, все лауреаты Новой Пушкинской премии награждаются еще и двухнедельной творческой поездкой в Пушкинские горы.Своеобразной традицией стало представление гостям и участникам церемонии неизвестных произведений пушкинской эпохи. На этот раз церемонию награждения сопровождала музыка Александра Алябьева и завершила премьера забытого ранее стихотворения юного Державина «Кто похулит жизнь мою».

Джаз в середине весны

МОСКВИЧИ любят и понимают джаз. Они чутко реагируют, когда музыкант демонстрирует высокую культуру исполнения, блестящую технику, артистизм и яркую творческую индивидуальность. Всеми этими качествами обладает известный московский саксофонист Александр Новиков, чей концерт с поэтическим названием «В середине весны» состоится в пятницу, 29 апреля, в Светлановском зале Московского международного дома музыки.В концерте примут участие Сергей Мазаев, Елена Терлеева и Феликс Царикати. На сцене будет выступать биг-бэнд под управлением Владимира Агафонникова. В программе все самое лучшее – от популярных мелодий из кинофильмов и джазовых стандартов до композиций в стиле латино, техно, джаз-рока и соул.Музыканты исполнят мировые хиты, которые часто можно услышать и по радио «Джаз», и знаменитые композиции, ставшие саундтреками к известным фильмам. И несколько тем, написанных самим Владимиром Агафонниковым, представителем знаменитой музыкальной династии.– На наши концерты приходят совершенно разные люди, – рассказал «Вечерке» Александр Новиков. – Приятно, что в зале очень много молодых людей, которым, казалось бы, это направление не совсем близко. Много людей среднего и старшего возраста. Мы стараемся играть для любого слушателя. Самое главное играть с душой, и тогда любой человек это примет. На концертах я часто использую такую фишку: в самом конце второго отделения, когда уже все заканчивается, я остаюсь один на сцене и играю импровизации на московские темы – «Я шагаю по Москве», «Как много девушек хороших», «Дорогая моя столица, золотая моя Москва». И москвичи на это очень бурно реагируют. На предстоящем концерте я добавлю несколько фишек, чтобы еще более усилить импровизационный характер выступления. Пока не хочу раскрывать детали, путь это будет для всех сюрпризом.[b]Досье «ВМ»[/b][i]Александр НОВИКОВ, выпускник Российской музыкальной академии им. Гнесиных, работал в джазовом оркестре О. Лундстрема и оркестре московского театра «Эрмитаж» под управлением М. Левитина.Трижды лауреат международного конкурса «Пилар» правительства Москвы, обладатель высшей общественной награды «Орден за возрождение России. XXI век» и высшей музыкальной премии «Овация».[/i]

Когда судьбу диктуют роли

НЕТ БОЛЬШЕ с нами великого актера – Михаила Козакова. Если проанализировать все сыгранное, поставленное или прочитанное им со сцены и экрана, легко убедиться, что главным для него был не престиж постановки, не режиссура даже, а сценарий, литературная основа.[b]Играя Шекспира[/b]Некоторые произведения не давали ему покоя на протяжении всей его жизни, к ним он постоянно возвращался. Например, «Гамлет» Шекспира. Он сыграл Гамлета в 22 года в Театре Маяковского, потом играл Полония в постановке Глеба Панфилова, затем – тень отца Гамлета в постановке Петера Штайна. Параллельно с этим выпустил аудиоальбом «Гамлет: темы и вариации».Но и этого ему показалось мало – и он сделал авторскую картину на телевидении «Играем Шекспира», где сыграл сразу шесть шекспировских ролей. В этой необычной картине, удостоенной премии «Тэффи», он смонтировал всех Гамлетов, Лиров и Шейлоков разных эпох. Наконец, он написал эссе о Шекспире, которое вошло в его двухтомник.Подобная история случилась с пушкинской «Пиковой дамой». Ему не удалось сделать по ней фильм – тогда он прочитал ее на телевидении и записал пластинку.Или, например, он не снимался в фильме «Мастер и Маргарита», зато выпустил тройной альбом, где сыграл роман в романе – один за всех. Он играл Чехова – и на русском, и на иврите. Играл Толстого в постановке Петра Фоменко «Детство. Отрочество. Юность» на телевидении. Сам поставил пьесу Толстого «И свет в окне светит» – кстати, первым в России, потому что до революции она не шла по одним причинам, после революции – по другим.[b]Пушкин как религия[/b]«Почему мы перечитываем любимые книги? – спрашивал он сам себя. – Да потому, что мы себя проверяем, проверяем, какими мы стали. Я не говорю, что мы стали умнее, лучше, но мы стали другими. И, читая эти книги, понимаешь, что это навсегда написано, что до конца твоей жизни это сочинение будет открывать для тебя все новое и новое.В первую очередь это относится к творчеству Александра Сергеевича Пушкина. Не устаешь удивляться и его стихам, и прозе, и его письмам. Мне кажется, что он – какая-то отдельная религия для русского, русскоязычного человека. Потому что когда открываешь толстый том, где собраны все его произведения, читаешь и не можешь начитаться, то возникает глупый вопрос: а зачем все остальные писали?»[b]Воспитанный на хорошей литературе[/b]Настоящим коньком Михаила Козакова на протяжении всей его жизни была русская поэзия. Он часто называл себя человеком чрезвычайно счастливым, потому что перечитал на сцене и на экране всех русских классиков – от Пушкина до Бродского.– Воспитанный на хорошей литературе, – говорил мне Михаил Михайлович за чашкой кофе во время нашего недавнего интервью, – я, может быть, слишком нормальный человек. Абсолютно во всем: в отношениях к людям, к женщине, к детям... Это не значит, что я идеален, но я нормален. А сегодня патологии с избытком. И по телевизору, и в газетах, и в жизни.Несмотря на все сложности и противоречия, он всегда пытался существовать по принципам и законам, заложенным большой литературой. Да, бывали исключения, когда он снимался в какой-нибудь ерунде, чтобы заработать денег или в расчете получить разрешение на режиссерскую постановку.Да, он вынужден был сыграть роль Дзержинского для того, чтобы ему разрешили снимать «Покровские ворота», – такое условие было поставлено. Но когда условия он ставил сам, он не шел на компромисс ни в чем.[b]Да не судимы будете[/b]Это касалось и его жизненных принципов, которые определенным образом диктовали ему собственное существование, казалось бы, весьма причудливое, если взять его длинную жизнь. Он переходил из театра в театр, в начале 1990-х покинул родину, 4 года провел в Израиле, вернулся, продолжал работать: играл, записывал аудиодиски, DVD, писал книги…– Я о себе слышу иногда бог знает что, – горько усмехался. – Мол, уехал в Израиль – это пиар, вернулся из Израиля – это пиар. Я даже мрачно пошутил: когда я умру, это тоже будет пиар… Или обсуждают, сколько раз я был женат. Ну да, наверное, лучше быть женатым один раз, но у меня случилось иначе. Во всяком случае, я обожаю всех своих детей, я со всеми поддерживаю связь. С внуками чуть меньше, но с детьми – со всеми.В своей книге признался во всех грехах, тоже сказали: это пиар. Люди не могут понять, что возникает потребность не грязное белье ворошить, а исповедоваться. И потом, заметьте, я не пишу ничего плохого о других, я гораздо строже отношусь к себе. Пишу о грехах гораздо более серьезного свойства: где я струсил, где недотянул в человеческом смысле.Потому что надо понять одно: прежде всего суди самого себя. Исходя из библейского: не судите, да не судимы будете.[b]Либеральный интеллигент[/b]Жизнь и творчество в судьбе Михаила Козакова причудливо переплелись. И тут, по образному выражению Бориса Пастернака, «кончается искусство, и дышат почва и судьба».– Никакой карьеры я не делал, – загибал пальцы Козаков. – Я никогда не был в партии, я не был диссидентом – я всегда был либеральным интеллигентом. Даже полезные знакомства, которые у меня возникали, я никогда не использовал, мне скучно было это делать.Потому что предпочитал отпущенное ему время проводить с теми людьми, которые ему были интересны. В этом смысле он человек необделенный: знал Виктора Шкловского и Корнея Чуковского, был знаком с Анной Ахматовой, видел и слышал Бориса Пастернака, дружил с Тарковским и Самойловым, Окуджавой и Высоцким.– Так вот в целом я и существую, – подвел итог. – Да, бывают депрессии, бывает усталость, нервы – мы все живем в нервном мире: то Беслан, то 11 сентября… И в быту то же самое: то повысят плату за квартиру, то еще что-нибудь… Но это наша общая судьба, и я ее разделяю.

Москва детективная

ФЕСТИВАЛЬ организован продюсерской компанией «Детектив» при финансовой поддержке Министерства культуры РФ и правительства Москвы. Зрителя ждут разноплановые сюжеты – от истории турецких гангстеров в Голландии до приключений монгольского служащего банка. Интернациональный калейдоскоп игровых фильмов демонстрирует новые подходы к детективному жанру: классическое расследование в вариациях национальных школ оборачивается то проамериканским боевиком или мистическим триллером, то легкой комедией с погонями и элементами мелодрамы.Помимо традиционных кинопоказов и дискуссионных просмотров работ участников фестиваля, «ДетективФЕСТ» организовал насыщенную параллельную программу. К фестивальной команде присоединятся студенты мастерской режиссера Юрия Грымова Академии коммуникаций Wordshop. В своих короткометражках они представят зрителям свой детектив XXI века. Впервые гости фестиваля станут участниками необычной экскурсии по самым загадочным местам российской столицы – «Москва детективная».Перед участниками смотра выступят журналисты и репортеры, заслужившие славу высококлассных профи.Ректор Пекинского института театрального искусства Ю Сяоган поделится с российскими коллегами опытом телепроизводства и журналистики в Китае.«Средствами кино и телевидения мы стараемся укрепить правовое сознание граждан и сформировать в обществе уважительное отношение к закону и его представителям. В основе будущего гражданского общества стоит молодежь, потому в этом году программа фестиваля ориентирована в том числе и на новую генерацию режиссеров, актеров и зрителей», – говорит президент фестиваля «ДетективФЕСТ» Юрий Митюшин.Уже третий год «ДетективФЕСТ» отмечает достижения тех, кто внес значительный вклад в развитие детективного жанра. В 2009-м спецприз получил режиссер фильма «Шерлок Холмс и доктор Ватсон» Игорь Масленников, в 2010-м – герой фильма «Следствие ведут знатоки», актер Леонид Каневский. В 2011 году специальный приз фестиваля «Живая легенда» вручили режиссеру легендарного фильма «Место встречи изменить нельзя» Станиславу Говорухину, недавно отметившему свое 75-летие.[b]Справка «ВМ»[/b][i]Международный фестиваль детективных фильмов и программ правоохранительной тематики «ДетективФЕСТ» проходит в 13-й раз в Москве. В этом году в адрес смотра поступило более 330 заявок из 34 стран, в том числе из Бельгии, Великобритании, Франции, США, Израиля, Германии, Италии, Испании, Канады, Колумбии, Нидерландов, Норвегии, Тайваня и ЮАР.Всего в конкурсной программе «Детектив ФЕСТа» будут соперничать: 56 художественных фильмов, 29 детективов-сериалов, 96 документальных и короткометражных лент, а также 150 телепрограмм. Общее число номинантов 2011 года – 51, а за награду в номинациях «герой» и «антигерой» соревнуются 29 актеров.[/i]

Пристают к заставе гости

ВЧЕРА в редакции санкт-петербургского журнала «Нева» вручали литературные премии. Журнал, отметивший в прошлом году 55-летие, имеет богатую историю. На его страницах публиковались произведения таких известных отечественных писателей, как М. Зощенко и М. Шолохов, В. Каверин и Л. Чуковская, Л. Гумилев и Д. Лихачев, А. Солженицын и Д. Гранин, Ф. Абрамов, братья Стругацкие. Именно в «Неве» впервые увидел свет роман В. Дудинцева «Белые одежды».В 1990 году его тираж достигал немыслимых ныне 600 000 тыс. экземпляров. Конечно, о таких тиражах теперь приходится только мечтать, но и сегодня «Нева», по словам главного редактора журнала Натальи Гранцевой, остается верным традициям классической петербургской литературы.Впрочем, и московские авторы всегда считали за честь опубликоваться на страницах «литературного флагмана» Северной Пальмиры. По устоявшейся традиции, приуроченной к апрельскому дню рождения журнала, в его редакции состоялось вручение литературных премий за 2010 год. В номинации «чистейшей прелести чистейший образец» (проза и поэзия) отмечен поэт Александр Кушнер за подборку стихов и Олег Ермаков за роман «Иван-чай-сутра». В номинации «румяный критик мой» (публицистика): Борис Колоницкий за статью «Красные против красных». К 90-летию со дня окончания Гражданской войны в России. В номинации «В надежде славы и добра» (дебют): Юлия Вертела – за повесть «Магазин, или Записки продавца».Вместе с названными авторами впервые в первом десятилетии этого века питерскую премию за подборку стихов получил известный московский поэт Андрей Шацков.Необходимо отметить, что дополнительная поэтическая номинация «Пристают к заставе гости» была учреждена журналом «Нева» совместно с санкт-петербургским литературным фондом «Дорога жизни», представитель которого – Валерий Наумов – вручил ее также в номинации «Искатель новых впечатлений» – Наталье Гранцевой за эссе «Шекспир и проблемы дератизации».

Заветная контрамарка

НАРОДНЫЙ артист России Сергей Никоненко, отметивший 16 апреля свое 70-летие, снялся во многих хороших картинах: «Неоконченная пьеса для механического пианино», «Парад планет», «Завтра была война», «Инспектор ГАИ», «Зимний вечер в Гаграх». Сам поставил 15 фильмов как режиссер. В тяжелые годы, когда американское кино совсем вытеснило наше и многие артисты остались без работы, создал Есенинский культурный центр на Арбате.[b]Под сенью Есенина[/b]Коллекция музея постоянно пополняется, много новых экспонатов появилось в последнее время. «Кстати, 18 мая, в День музейного работника, меня поздравляют сотрудники музеев», – не без гордости говорит Сергей Никоненко, когда-то сыгравший роль Есенина в фильме «Пой песню, поэт».Сегодня актер снимается в популярных сериалах, играет в нескольких антрепризных спектаклях, пишет книгу о тех людях, которые оказали на него большое влияние.А таких было немало. Это и Василий Шукшин, и Эдуард Стрельцов, с которым они дружили, и Геннадий Шпаликов, его учителя – Сергей Герасимов, Тамара Макарова и, конечно же, родители.– У меня были замечательные родители, необыкновенной доброты, – вспоминает актер. – Их, к сожалению, уже нет в живых. Мама работала стеклодувом на электроламповом заводе в Москве. И, в общем-то, она была актриса от природы, потому что если она о ком-то рассказывала, то всегда – в лицах. Отец родился в 1898 г., служил еще в царской армии (в 1916 г. был последний призыв) – в лейбгвардии Павловского полка, поскольку был голубоглазый, высокий и курносый. Прошел две войны, дважды был ранен, работал шофером, был профессиональным охотником, я не раз ходил с ним на охоту.[b]Из кондукторов – в актеры[/b]Была в светлой биографии нашего юбиляра темная страничка. Из-за хронической неуспеваемости в 10-м классе его исключили из школы. Чтобы получить аттестат, он пошел в школу рабочей молодежи. А для этого нужно было где-то работать – и будущий актер устроился кондуктором на московский автобус. Это было в 1958 г., ему было 17 лет.Примерно в это же время он ощутил непреодолимую тягу к драматическому искусству. Правда, поначалу выражалась она в несколько необычной форме.– Я занимался в драмкружке и каждый вечер ходил в Театр Маяковского, – вспоминает Сергей Петрович. – Вы думаете, у меня были для этого средства? Не было. Но однажды я нашел на полу в театре контрамарку, которую кто-то обронил. На простом клочке бумаги было написано от руки: 2-й ярус, такое-то число, действительно на два лица – и подпись. Я понял: научись я вот так именно писать – я смогу ходить в театр каждый день. Я пришел домой, вырезал такой же клочок ватманской бумаги, поработал над почерком... И не моргнув глазом протянул билетерше эту бумажку. Она ее надорвала, и я прошел в театр. Более того, я стал водить ребят в театр. Я сам выписывал им контрамарки, и человек 10 со мной проходили. Ну, себе-то я выписывал бельэтаж или партер, а им – во 2-й ярус. Ему так нравилась сцена, что захотелось стать актером.В семье, как это ни странно, его никто не отговаривал – ни мама, ни папа. Хотя отцу эта сыновья мечта казалась несбыточной. И даже когда он поступил на актерский факультет ВГИКа и показал отцу студенческий билет, тот в ответ пошутил: ну, наверное, будешь драмкружком заведовать где-нибудь в депо «Вязьма-Товарная». А уж когда сын стал заслуженным артистом, отец был счастлив.[b]Взятие Бастилии[/b]Личная жизнь Сергея Никоненко – предмет отдельного восхищенного исследования. Его жена – Екатерина Воронина – профессиональная актриса, училась во ВГИКе, где они и познакомились.– Долгое время она меня не замечала: все мои взгляды пролетали мимо, все мои знаки внимания воспринимались холодно, – вспоминает Сергей Петрович. – Она была очень самостоятельной, и если я приглашал ее в театр, предпочитала заплатить за билет сама, чтобы быть совершенно независимой. Ну, ведь еще древние говорили: терпение и еще раз терпение. Капля камень точит... Важно долбить, что называется, в одно и то же место – и пробьешь брешь.Это произошло на Суворовском бульваре. Зимой. Было очень холодно, но в сердце у меня пылал пожар. Может быть, и ей передалось мое волнение – женщины ведь очень чувствительны, у них поразительно развита интуиция. Мы сидели с ней на спинке скамейки. И никого не было, кроме нас. Вокруг было много снега, изо рта валил пар, и я сказал ей то, что должен время от времени говорить мужчина женщине. И она, дражайшая моя супруга Катенька, серьезная и недоступная, ответила мне: «Да».Впрочем, может быть, она просто замерзла и не нашла другого предлога, чтобы поскорее пойти домой. Так или иначе, эта крепость по имени Екатерина Воронина пала в исторический день взятия Бастилии. Наша свадьба была как раз 14 июля. Французы каждый год празднуют день взятия Бастилии, и мы его тоже отмечаем.Сын Никанор не пошел по стопам родителей. Хотя он вырос среди актеров, ездил с отцом в экспедиции, постоянно бывал на съемочной площадке, но никак к кино не прикипел.– Когда началась так называемая перестройка, ему было 12 лет, и он уже впитывал совсем другие идеи, совсем другие понятия о жизни, нежели мы, – рассказывает Сергей Петрович. – Он прекрасно понимал, что рядом – даже в нашем доме – живут люди, которые зарабатывают несусветные деньги, знал, какие у них квартиры, видел, какую мебель привозят. Сын хотел жить как нормальный человек, чтобы ни в чем себе не отказывать. Я говорил ему: «Я не против, но для этого надо трудиться, сынок. Поэтому я и посоветовал тебе идти в иняз, освоить два языка: немецкий и английский. И тогда, если ты пойдешь по коммерческой части, если у тебя будет свой бизнес, тебе будет проще решать многие проблемы. Ты будешь совершенно спокойно разговаривать с западными партнерами без переводчика». В конечном счете так и вышло.Назначение женщины – быть хранительницей очага, матерью. Ну а мужчина – добытчик, он должен как-то обеспечивать семью, кормить, обувать, одевать.Сергею Никоненко это удается. В последнее время появилось больше возможностей для работы. Кинематограф наш оживает понемногу. И он работает: снимается, играет, репетирует…– А что делать? Водку, что ли, пить каждый день? – усмехается он в усы. – Это можно делать и между съемками. Или, например, после спектакля выпить рюмочку, поужинать и лечь спать.[b]Справка «ВМ»[/b][i]Сергей Никоненко – народный артист России (1991), лауреат премии Ленинского комсомола (1976), кавалер ордена Почета (1971), медали А. П. Довженко (1987), обладатель приза кинофестиваля «Созвездие» в Твери (1999) за лучшую главную мужскую роль, обладатель главного приза фестиваля в Оберхаузене (Германия) за лучшую дипломную режиссерскую работу – фильм «Петрухина фамилия».Является членом Союза кинематографистов с 1968 г.[/i]

Человек Большого

Имя Мариса Лиепы, 75-летний юбилей которого Москва отмечает в этом году, золотыми буквами вписано в историю Большого театра. Выдающийся танцовщик, он знал не только парадную, состоящую из цветов и аплодисментов сторону профессии, но и сложные, трудные, а порой трагические повороты судьбы. Об этом рассказывает его дочь, народная артистка России, солистка Большого театра Илзе Лиепа.[b]– «Балет – это женщина», – сказал Михаил Фокин. А какие требования вы предъявляете к партнерам по сцене?[/b]– Для меня эталон мужского танца – это наш отец. Мы воспитаны на его культуре поведения на сцене, отношении к женщине-партнерше.Потому что так преподносить свою партнершу, как наш отец, мало кто умеет сейчас.Есть танцовщики, которым даже не приходит в голову, что когда они возносят женщину-партнершу на пьедестал, это и их возвышает тоже.[b]– Насколько вам в вашей творческой биографии помогало то, что вы дочь выдающегося танцовщика Мариса Лиепы?[/b]– Это налагало очень большую ответственность на нас с братом. Отец нам всегда говорил: «Помните, с вас спросят в два раза больше, чем с других». И мы к этому привыкли. Когда мы учились в хореографическом училище, отношение к детям балетных артистов постоянно менялось. Одно время их даже категорически не брали в училище, был такой запрет.Сейчас, многое прочитав из истории балета, я думаю: Господи, какая же это глупость! Еще одно искусственное ограничение естественных проявлений человека. Почему была госпожа Павлова-первая, госпожа Павлова-вторая? Потому что семьи в искусстве – это традиции. Просто так, на пустом месте, сразу ничего не вырастет. Это как рецепт английского газона – нужно сто лет травку регулярно подстригать, ухаживать за ней, вот и все. Даже неважно, насколько дети одарены или талантливы. Главное, что они несут в себе зерно того отношения к искусству, которое впитали с детского возраста в театре, дома.[b]– Марис Эдуардович был требователен к вам в детстве?[/b]– В общем, да. В детстве, когда он уезжал на гастроли, всегда давал нам задания. К его приезду мы должны были продемонстрировать свои достижения. Естественно, мы не делали никаких упражнений и потом за это расплачивались.[b]– Каким образом? Он вас бранил, ставил в угол, лишал сладкого?[/b]– Нет. Просто постепенно сами стали понимать, что если ты чего-то хочешь достичь, надо много работать.[b]– А чему он вас учил?[/b]– У него ведь была очень своеобразная жизнь. Отец всегда работал, а мы, с десятилетнего возраста учась в хореографическом училище, тоже почти не имели свободного времени. Уходили к девяти часам утра и к девяти часам вечера возвращались домой.Поэтому у нас не было того, что, наверное, есть в обыкновенных семьях. Мы любили выехать за город покататься на лыжах и санках. Отец бегал, а мы там гуляли или пристраивались бегать с ним. У него было мало времени, чтобы заниматься нами специально, но ведь есть что-то, что входит в сознание даже помимо каких-то специальных занятий. Мы просто росли на его примере. И самое главное – это его отношение к профессии. Он отдавался работе целиком, и вся его жизнь была посвящена искусству.[b]– Скажите, а была какая-то роль или спектакль, которыми бы он особенно дорожил?[/b]– Принято считать, и в общем-то это так и есть, что вершиной его творчества был Красс в «Спартаке» – детище, рожденное им совместно с Юрием Николаевичем Григоровичем. Но для меня все-таки одним из любимых его спектаклей был балет «Жизель». Я никогда не видела, чтобы так танцевали первый акт, как это делал отец. Он не хватался руками за голову, не играл никакой трагедии, но сколько бы я ни смотрела «Жизель» (а я видела этот балет чаще всех спектаклей), каждый раз в конце первого акта у меня выступали слезы на глазах.[b]– Как же такого артиста могли изгнать из Большого театра?[/b]– Вы знаете, мы с вами, конечно, сейчас за пять минут всей проблемы не разберем. И опять же тут дело даже не в этой конкретной ситуации. Да, у него были сложности, но мало ли как у кого развиваются отношения с руководством. Если у танцовщиков на Западе не складываются отношения с дирекцией в парижском театре, они едут в Лондон, если это действительно талантливые танцовщики. Есть много интересных трупп, можно танцевать если не там, так где-то еще. А у нас в то время разлад с руководством был подобен зачеркнутой жизни.Если ты вне Большого театра – это смерть. Так и получилось.[b]– Писатель может писать в стол, художник – творить для узкого круга друзей, но актер немыслим без зрителя…[/b]– Именно. Поэтому когда отец потерял театр, он, по-моему, потерял почву под ногами. И уже ничто не могло компенсировать утраты. Ведь театр был для него таким делом, которое требовало полной отдачи. Полной, понимаете?[b]– Какие чувства вы испытываете, о чем думаете, приходя на могилу отца?[/b]– Я не предаюсь отчаянию, хотя чувствую горькое сожаление. И думаю, что сейчас, конечно, для отца могло бы прийти его время. Он мог бы найти фантастическое применение в том, что мы делаем, мог бы полноценно раскрыться. Он мог бы работать с труппой, участвовать в наших спектаклях. Как бы он их украсил! Вот посмотрите: в нашей «Шехерезаде» принимал участие выдающийся танцовщик Михаил Лавровский. Как он своим талантом удивительно поднимал спектакль на совершенно другой уровень! Его участие заставляло всех подтягиваться. Это же прекрасно, если актеры такого уровня, такой высоты не уходят со сцены, если им могут найти применение в театре. Так и мой отец, после того как перешел какую-то возрастную грань, был бы счастлив быть занятым в спектакле в каких-то других партиях. Это приносило бы пользу спектаклю, и отец мог бы продлить свою творческую жизнь, почувствовать себя нужным. Вот эта ненужность, которую он ощущал, и была самым трагичным.[b]– Многие выдающиеся танцовщики – Нуреев, Барышников, Годунов – уезжали насовсем. Да и Марис Лиепа мог бы украсить любую балетную труппу мира…[/b]– Мой отец всегда был предан Большому театру. Когда на сцене меняли пол, он попросил, чтобы рабочие отдали ему кусок этого пола. Он хранил его с благоговением, всем показывал и говорил: «Вот это кусок пола сцены Большого театра…» В то время в стране было только две по-настоящему крупные труппы – Большой и Кировский.Кроме них уже ничего не существовало. То есть либо ты на самом верху, либо ты уже где-то совершенно не виден. И если твоя жизнь в этих театрах не складывалась, то оставался такой вариант, как у Барышникова и всех уехавших. Что, естественно, было очень трудно, и не каждый мог на это решиться. Отец не мыслил своей жизни вне Большого театра.[b]– После ухода из Большого он пытался организовать свою труппу, снимался в кино, преподавал…[/b]– Все равно, это все было для него неполноценно. И опять же, уйдя со сцены, он не мог поехать преподавать ни в одну страну. Его никуда не выпускали. Единственно, куда выпустили, – это Болгария. И когда он уезжал, сказал: «Я еду в ссылку». В общем, это был такой момент, который его, наверное, и сломал. Он не мог поехать ни в Австралию, где его обожали и предлагали открыть свою школу. Ни в ту же Академию танца в Лондоне: в Англии его просто боготворили.Когда я впервые приехала в Лондон, друзья из Музея Анны Павловой специально для меня приготовили целую выставку, посвященную отцу. Там были совершенно уникальные фотографии начиная с первых его приездов в Лондон вместе с мамой, первые его автографы…У меня слезы на глазах выступили, когда я пришла в музей и все это увидела. Там бережно хранятся пленки с его танцами. Ведь кинопленок отца очень мало сохранилось, а видео тогда еще не было. А потом я получила новогоднюю открытку от моего приятеля из Музея Анны Павловой, в которой он писал: «Я нашел еще две записи твоего отца – это «Жизель» с Кондратьевой и «Вальпургиева ночь». Таких записей больше вообще нигде нет.[b]– Перебирая в памяти эпизоды, связанные с вашим отцом, что вам вспоминается наиболее ярко?[/b]– Как однажды я с ним танцевала. Его пригласили на какой-то торжественный концерт в Ереване. Наверное, у него не было партнерши, и он мне сказал: «Хочешь поехать?» Я сказала: «Конечно, хочу, о чем речь?» И мы полетели в Ереван. Самолет опоздал, и мы прямо из аэропорта поехали на спектакль.Кстати, тот спектакль снимало ереванское телевидение, и я иногда думаю: а вдруг где-то остались эти записи? Я не знаю, как танцевала когда-то Матильда Кшесинская со свом отцом, но я себя чувствовала восхитительно. У меня абсолютно не было ощущения, что это мой отец. Он был совершенно изумительным, вдохновенным партнером…[b]– У вас всегда были доверительные отношения или случались периоды, когда вы отдалялись друг от друга, теряли какую-то внутреннюю связь?[/b]– У меня с отцом всегда были очень близкие отношения. Мы, например, только двое из всей семьи любили писать друг другу письма. Мы друг другу писали отовсюду, поэтому у меня осталась очень большая переписка. И думаю, что так, как с отцом, я ни с одним человеком в жизни не хохотала. Он удивительно шутил.[b]– Он увлекался чем-нибудь, кроме балета?[/b]– Отец очень любил фотографировать и делал это просто мастерски. Любил снимать цветы – удивительно чувствовал цвет, форму. Лепил, рисовал, писал стихи… Как-то мы летели с гастролей в Аргентине с дирижером Большого театра Павлом Сорокиным и говорили о том, как нам повезло, что мы живем в это время. «Мы свободные люди, – говорил он. – Я могу поехать делать спектакль в ту страну, в эту, ты можешь танцевать там, там или там. Представляешь, что бы это означало для наших отцов тогда?»Действительно, во времена моего отца жизнь танцовщика была совершенно иной, чем сейчас.[b]Справка «ВМ»[/b][i]Марис Лиепа (1936—89) — артист балета, балетмейстер, педагог.В 1960—1984 гг. солист Большого театра.После опубликованной в 1979 г. в газете «Правда» статьи Лиепы с критикой методов руководства театром Ю. Григоровичем ему не давали танцевать на сцене Большого театра, а затем вынудили уйти на пенсию (артисту было 45 лет).В 1989 г. Моссовет принял решение о создании Балетного театра Мариса Лиепы.В «Советской культуре» 4 марта 1989 г. появляется объявление о конкурсе в театре «Балет Мариса Лиепы». Он должен состояться 15 марта. А 27 марта 1989 г. газеты публикуют некролог о смерти Мариса Лиепы от инфаркта: по свидетельству очевидцев, накануне охранник не впустил его в Большой театр и отобрал пропуск.Мариса Лиепу похоронили в Москве на Ваганьковском кладбище.[/i]

Весеннее крещендо Башмета

ГЕОГРАФИЯ Международных музыкальных фестивалей выдающегося музыканта и дирижера Юрия Башмета постоянно расширяется, вовлекая в эту орбиту все новые и новые города. С 5 по 7 апреля фестиваль классической музыки под руководством маэстро впервые пройдет в дальневосточной столице. «Хабаровск – наиболее перспективный и подготовленный город на Дальнем Востоке для проведения подобного фестиваля, здесь есть хорошие концертные площадки и крепкие культурные традиции. Проведение ежегодного международного фестиваля классической музыки с участием лучших отечественных коллективов, знаменитых зарубежных и российских музыкантов станет важным событием в культурной жизни не только Хабаровска, Дальнего Востока, но и всей нашей страны», – отметил Юрий Башмет накануне открытия.Где бы ни проходили фестивали маэстро, они постоянно привлекают огромное внимание профессиональных музыкантов, любителей и знатоков музыки. Концерты дальневосточного фестиваля пройдут в залах театра и филармонии Хабаровска.Среди участников: Кристоф Барати (скрипка, Венгрия), Милош Михайлович (фортепиано, Сербия) и, конечно, единственный обладатель всемирно известной премии Grammy среди российских камерных ансамблей – прославленный коллектив «Солисты Москвы» под руководством народного артиста СССР Юрия Башмета.Сам маэстро выступит как в качестве солиста, так и в роли дирижера на концерте Дальневосточного симфонического оркестра, в год 75-летия коллектива.В рамках фестиваля запланировано проведение мастер-классов. Для юных слушателей Хабаровска подготовлена специальная программа с участием Ксении Башмет и знаменитого чтеца-музыковеда Артема Варгафтика.

Певцов распелся

Гвоздем культурной программы кинофестиваля «Литература и кино» стал сольный концерт Дмитрия Певцова в сопровождении группы «КарТуш». Публика тепло встречала популярного актера, представшего в необычном амплуа, люди хлопали, подпевали, кричали «браво». А после концерта Дмитрий продемонстрировал блестящее умение общаться с прессой.[b][i]Бартер как бартер[/i]– Дмитрий Анатольевич, вы не раз признавались, что не любите журналистов. Чем они вам так не угодили?[/b]– Может быть, я не совсем нормальный артист, но я считаю для себя бессмысленным времяпрепровождением общение с журналистами. Если, конечно, это не бартер. Например, если я иду на радио, то взамен они крутят какую-то мою песню. Потому что я не Билан и не Киркоров.У меня проблема с тем, что я не востребован в этом качестве, а для меня это важно. Я принимаю мир таким, каков он есть. Не можешь изменить ситуацию – измени свое отношение к ней.[b]– Зрители с удовольствием бы послушали ваши рассказы о работе в театре, о съемках, но вы сделали акцент на исполнении песен[/b]…– Мне неинтересно сидеть и рассказывать о съемках. Это скучно, и мне жалко время на это тратить. Когда лет двенадцать назад, после «Бандитского Петербурга», я начал плотно ездить с концертами и творческими встречами, я много рассказывал, отвечал на вопросы. Но скоро болтать мне надоело, и я начал осваивать вокал. Я объездил огромное количество городов и знаю, что это такое – два часа пятьдесят минут без антракта держать людей с одной только гитаркой и минусовой фонограммой. И сегодняшний концерт для меня – это тоже упражнение. Новая публика, довольно настороженная, холодная, новый зал, новый звук. Уставшие связки, уже неделю приходится очень сильно напрягаться. Люди, которые не слышали меня года два, говорят: «А ты распелся!» Мне это важно. Я отдаю энергию и получаю энергию. А зарабатывать деньги прошлыми заслугами – мне жалко на это тратить время.[b]– Вы на концерте признались, что к кино относитесь прохладно. Чем это вызвано?[/b]– Я действительно снимаюсь редко, не больше 40 съемочных дней в году.Это вызвано тем, что в кино тратится очень много времени впустую – это раз. А я уже взрослый человек, у меня подрастают дети, и мне хочется больше общаться с семьей, с близкими. К тому же предложения, которые поступают в кино, на несколько порядков менее интересны, нежели то, что я получаю в театре. Это два.И третье – встречи с действительно интересными режиссерами, с которыми я хотел бы работать, происходят довольно редко. Поэтому мне в кино не очень интересно.Хотя бывают исключения. У меня очень хорошее впечатление осталось от съемок в Минске, поскольку там кино не является для людей тупым зарабатыванием денег. Там работают профессионалы, которые любят работу, ценят и отдают этому свою энергию.Когда я в Москве снимаюсь, то половина съемочной группы спит, половина пьет. Все заняты на восьми работах, и бедный режиссер что-то пытается сделать. А там у меня была возможность общаться с режиссером, со сценаристом – мы могли что-то переделывать, что-то обсуждать, репетировали перед кадром. В результате получилось очень неплохое кино «Снайпер».Очевидно, тоталитарный режим способствует тому, что люди начинают ценить то, что им позволено заниматься своей профессией.[b]– Вам грех жаловаться, вы снимались у таких режиссеров, как Владимир Хотиненко, Глеб Панфилов…[/b]– Владимир Хотиненко – это выдающийся российский кинорежиссер. Он занимается кинематографическим искусством в отличие от множества разных режиссеров. И я у него снялся только потому, что это Хотиненко, мне было абсолютно все равно, играю я там главную роль или звук падения мертвого тела за кадром. Просто мне с ним нравится работать, я обожаю его фильмы, и одна из моих личных киношных радостей – это роль генерала Духонина в «Гибели империи». У него все хорошо на съемочной площадке, и я с огромным удовольствием наблюдал, как работает Женя Миронов. Я с ним никогда не снимался вместе, хотя мы давно знакомы, и был просто потрясен, поражен и обрадован глубиной и удивительно трепетным отношением его к своей работе. То же самое с Глебом Панфиловым, я готов с закрытыми глазами следовать за ним куда угодно. В любую секунду.[b][i]Я коней напою…[/i]– В вашем певческом репертуаре Вертинский, Высоцкий… Трудно не испортить таких авторов, обладавших неповторимой интонацией. Как вы отбираете песни для себя?[/b]– Меня позвали поучаствовать в вечере памяти Вертинского, был его юбилей, и разные исполнители пели его песни. Передо мной была конкретная задача в данный отрезок времени выучить две песни и спеть. И я это сделал. Что касается Высоцкого, то он настолько давно и глубоко во мне сидит, что у меня есть конкретные планы, связанные с его творчеством. Потому что у него совершенно гениальные песни – по строю, по придумке. Возьмите его песню «Он не вернулся из боя»: если посмотреть, как сделан этот внутренний монолог, – это же совершенно гениальная драматургия. Я очень хочу сделать эту песню, найти ей какое-то музыкальное оформление. У меня есть и другие идеи. Так что музыкальных планов много, но, как обычно, времени не хватает. То театр, то кино, то семья, то дети…[b]– Когда вы по-настоящему увлеклись творчеством Высоцкого?[/b]– В 1981 году, через год после его смерти, я вдруг открыл для себя Высоцкого. Хотя я и до этого знал его песни, слушал записи, но тут что-то сомкнулось, и три года я был самым настоящим фанатом со всеми вытекающими последствиями.Фанатизм прошел, остались любовь и уважение и песни, которые я пою.[b]– Скоро выйдет фильм о Высоцком. Как вы считаете, Сергей Безруков сумеет воплотить образ Владимира Семеновича на экране?[/b]– Я очень хорошо знаю эту историю, я читал сценарий и, мало того, даже пробовался.Я считаю, что никакого отношения к искусству и к Владимиру Высоцкому этот проект Первого канала не имеет.Кроме акта некрофилии и очень нехорошей пародии, ничего там нет. Мне очень жалко, что талантливейший Сережа Безруков, можно сказать, в посмертной маске поэта и в его пластике ходит и говорит модулированным голосом Высоцкого. Мне кажется, что для этого артист, да еще такой талантливый, абсолютно не нужен. Я считаю, что это бессовестное и бесчестное зарабатывание денег на имени Высоцкого.[b]– А вы пробовались на роль Высоцкого?[/b]– Да, я хотел играть роль Высоцкого, я сам себе устроил пробы, они получились очень хорошие. Но поскольку решили делать куклу, а Сережа Безруков по росту больше подходит для куклы Высоцкого, нежели я, то взяли Сережу.[b]– Как известно, сын Высоцкого одобрил эту работу.[/b]– Никита Владимирович Высоцкий – один из участников создания сценария, который по языку, по диалогам, по мелодике речи потрясающе точно передает, так сказать, словесный образ Высоцкого, его манеру говорить. Но то, что Никита Владимирович в этом участвовал, для меня ничего не меняет. То есть мое мнение остается при мне.[i][/i][b][i]Мюзикл – это серьезно[/i]– Скоро выйдет на экраны новая картина с вашим участием под названием «Лектор». О чем этот фильм?[/b]– Это интеллектуальный детектив, там задействованы ФСБ, Ми-6, ЦРУ, все они друг другом борются. Главный герой – бывший разведчик, который зарабатывает тем, что читает лекции в университете. Его друг просит ему помочь, потому что его подставили. И дальше, по нарастающей, начинает катиться снежный ком: интриги, поиск предателя... Потрясающий сценарий, я не мог остановиться, пока не дочитал все восемь серий – очень интересно. При том, что сюжет лихо закручен, фильм дает почву для размышлений.Очень много в нем юмора и мощная любовная история, которая в финале вплетается в главный сюжет и интригу.[b]– Известно, что Марк Захаров не очень приветствует, когда артисты «Ленкома » снимаются в кино…[/b]– Мнение Марка Захарова по поводу моего свободного времени, которое я провожу вне театра, меня не интересует. При всем уважении и любви к этому человеку и при всем том, что в искусстве я во многом руководствуюсь его вкусом.[b]– У нас есть замечательные поющие артисты, а музыкальных картин почти не выходит. Почему, как вы думаете?[/b]– У нас еще не научились зарабатывать деньги в кино. Например, Леня Ярмольник до сих пор должен очень большую сумму за «Стиляг». Надо готовить почву, ничего так просто не происходит. Подождем, когда кино будет окупаться и начнут вкладывать деньги в том числе и в многобюджетные музыкальные фильмы. Потому что снять мюзикл – это серьезная вещь, там на одну подготовку уходит год.[b]– Вы гордитесь тем, что вы москвич? Какие изменения в столице вы бы сегодня приветствовали?[/b]– Не помню такого, чтобы я проснулся утром и сказал себе: я москвич! Ну, москвич.Но это не моя заслуга, хотя это мой родной город. Правда, у меня нет каких-то особенных привязанностей, дорогих сердцу мест в столице. Я вообще человек не сентиментальный, спокойно отношусь к этому городу, хотя я его люблю, это моя родина. А чего бы мне хотелось улучшить? Так об этом все говорят и борются с пробками и с точечными застройками имени Юрия Михайловича. Я, честно говоря, недавно понял, что надо валить из Москвы. Надо строить семейное гнездо где-то вдали, чтобы рядом были лес, поле, река, а еще лучше море.[b]Справка «ВМ»[/b][i]Дмитрий Анатольевич Певцов родился 8 июля 1963 года в семье заслуженного тренера СССР по пятиборью Анатолия Ивановича Певцова и спортивного врача, кандидата медицинских наук, первого президента Национальной федерации лечебной верховой езды и инвалидного спорта России Ноэми Семеновны Роберт.В 1985 году окончил актерский факультет ГИТИСа. Работал в Театре на Таганке.С 1991-го работает в театре «Ленком».С 2010 года выступает с концертной программой «Певцов много, Певцов один!»[/i]

А зима, глядь – и кончилась!

Он сыграл в десятках фильмов, среди которых такие признанные шедевры, как «Мой друг Иван Лапшин» Юрия Германа и «Холодное лето пятьдесят третьего…» Александра Прошкина. Миллионы зрителей особенно полюбили Юрия Кузнецова благодаря яркому образу полковника Петренко (Мухомора) в сериале «Улицы разбитых фонарей» и «Опера. Хроники убойного отдела». На гатчинском фестивале «Литература и кино» Юрий Кузнецов читал Бродского и раздавал призы. [b] [i]Мы местные…[/i] – Юрий Александрович, вы впервые в Гатчине?[/b] – Нет, мы же местные, живем неподалеку, в Питере. Тридцать минут и ты здесь. Я хотел приехать с дочкой Сашенькой. Но у нее учеба, школа... А вообще она часто со мной ездит, мы дружим по-хорошему. Вот, скажем, в прошлом году в октябре проходил большой фестиваль в Благовещенске «Амурская осень». Я был в жюри. Алла Ильинична Сурикова была председателем жюри. И вот мы жюрили там, и Сашенька была со мной. Потом нас «угостили» Китаем. [b]– Куда ездили – в Харбин, Пекин?[/b] – В Харбин и в Хайхэ, который напротив Благовещенска. Эти городки какие-то кукольные, дома декоративные, как макеты. Но в принципе в Питере дома тоже как пирожные – все разные, но прилепленные друг к другу. Мы гуляли вечером по Харбину, там много молодежи, три дня мы там провели, нам были весело с Сашенькой. [b]– Сколько Саше лет?[/b] – Пятнадцать. [b]– Она уже определилась с будущей профессией? Наверное, пойдет по папиным стопам?[/b] – Снявшись в нескольких эпизодиках в «Операх» и в картине Аллы Ильиничны Суриковой «Вы не оставите меня», где она играет мою дочку, Саша категорически отказалась от актерской профессии. [b]– Серьезно? А почему?[/b] – Она говорит, актрисой я не буду, я вижу, как папа вкалывает, чего это ему стоит. И даже не только из этих соображений, просто ее не привлекает процесс перевоплощения, вот эта игра со своей душой. Нет, она девочка серьезная, основательная, уверенная. И я спокоен за нее. Мы сейчас в свободном выборе, но гуманитарном, естественно. [i][b]Стрелялки-догонялки надоели[/b][/i][b] – Юрий Александрович, вся страна вас знает как Мухомора из сериала про ментов, и вам, наверное, непросто было выйти за рамки этой роли?[/b] – Я уже не работаю ни в «Ментах» ни в «Операх», и вообще во всех этих забавах криминальных больше не участвую… Надоело стрелялки-догонялки играть. Какие-то безумные преступления и никакого наказания. С актерской точки зрения я уже не говорю, но ни нравственно, ни душевно мне это неинтересно. Какой бы он ни был замечательный, этот Мухомор, а он беззлобный и неядовитый, но… хватит. Вообще, вся эта политика канала НТВ мне совершенно не нравится. Сейчас снимают сериал «Литейный, 4», и опять то же самое. Эти режиссеры… Эти так называемые драматурги, борзописцы… Тексты эти безумные, которые нам с ребятами приходилось всякий раз переводить на какой-то удобоговоримый человеческий язык. [b]– Телеканалам надо же чем-то забивать паузы между рекламами…[/b] – Видите ли, вся эта история была замечательно задумана Александром Петровичем Капицей, родоначальником сериала «Улицы разбитых фонарей». Многое получалось, и все мы, и Саша Лыков, и Леша Нилов – замечательно работали… Именно на этом все и держалось прежде всего. А потом, когда покатилось: за 7 дней снять серию, за 6 дней снять серию – и этот конвейер не остановить. Можно ведь и за три дня снять серию. Вопрос, какого качества и что получится на выходе? Ребятам текст раздавай и показывай говорящие головы. Неинтересно! [b]– Хорошо еще, что у вас есть возможность сниматься в большом кино. Как вам работалось с Павлом Лунгиным в фильме «Царь», где вы сыграли Малюту Скуратова?[/b] – Пал Семеныч в начале съемок сказал мне: «Юра, мы четвертый день снимаем, а я тебя не боюсь, не страшный ты какой-то». Я говорю: «Пал Семеныч, а я не пытаюсь никого пугать». [b]– Действительно, ваш Малюта, прямо скажем, не повергает в ужас…[/b] – А почему он должен нагонять ужас? Он же не маньяк, он первый профессиональный силовик, который создал эту структуру под названием «опричнина». Как хотите ее называйте – КГБ, ФСБ – это войско, призванное охранять государя и Отечество. Он был профессионалом, у него была большая сеть осведомителей. Все было очень серьезно – это правда. Я прочитал много книжек о том времени. Запомнилась мне еще одна сцена, где Малюта Шуйскому прижигает клеймо. Пал Семеныч говорит: «Юра, сделай такое сладострастное выражение лица». Я говорю: «Пал Семеныч, вот только этого не надо». Он просто смотрит Шуйскому в глаза и думает: ты враг царю и враг Отечеству. Он службу исполняет, а не кайфует от чужих страданий. [i][b]Всех испортил жилищный вопрос[/b][/i][b] – Юрий Александрович, вас часто приглашают сниматься в Москве?[/b] – Сейчас я вам расскажу. Как-то мне был звонок, человек с таким значительным голосом у меня спрашивает: «Юрочка, у меня есть к вам творческое предложение. Я собираюсь сделать антрепризный спектакль «Старший сын». Предлагаю вам главную роль». [b]– Сарафанова-старшего?[/b] – Да, Сарафанова. Я чуть не упал с дивана, честно говоря. Боже мой! Кидаюсь к полке, беру Вампилова, читаю… А перед этим прошел фильм режиссера Мельникова, с Леоновым Евгением Павловичем, с Караченцовым и с Боярским – замечательный, гениальнейший фильм. И я был в раздумьях, читаю, а за каждой строчкой вижу Евгения Павловича – так он гениально сыграл. Тем не менее режиссер говорит: будем работать, будем придумывать что-то свое. Я говорю, хорошо. На следующий день разговор уже заходит о деталях. Мы обсуждаем это все. Я уже билет купил на «Стрелу», чтобы приехать в Москву. А потом жена мне говорит: «Юра, а ты спроси, где ты будешь жить, ты же не сможешь каждый день туда-сюда в поезде ездить. Узнай, как тебя устроят, где поселят, в какую гостиницу. А то запрут куда-нибудь у черта на куличиках в «Туристе» за ВДНХ, как ты будешь репетировать?» Я у него спрашиваю: «Володя, а что с проживанием?» Он говорит: «Нет, Юра, это мы вам не можем обеспечить». А как работать? Ну вы же, говорит, хотите сниматься? Я говорю: спасибо, я поехал сдавать билет. Ну а как иначе? Не мальчишку же приглашают, а взрослого человека. [b]– Добавлю, замечательного актера, на которого пойдет зритель, который им сделает кассу… [/b]– И еще был случай совсем недавно, две недели назад мне звонят со студии: Юрочка, так бы хотелось с вами встретиться. Режиссер, он работал с вами на «Черкизоне», хочет, чтобы вы у него работали. И опять тот же самый вопрос: а у вас в Москве есть знакомые, где можно вам жить? Как же так? Если режиссер хочет со мной работать, и я с ним с удовольствием работал, то надо подумать об артисте. Сегодня не продюсер уже утверждает на роль, а утверждает КАНАЛ! У меня много картин было и на Первом, и Константин Львович меня знает ([i]Эрнст.[/i] – [b]И. Л.[/b]) и на «России» я снимался, и на НТВ. Но тем не менее вопросик этот задается: у вас есть, где остановиться в Москве? [b] [i]Читать всегда! Читать везде!![/i] – Юрий Александрович, в каких ролях мы вас увидим в ближайшее время?[/b] – Есть проекты, но все так неопределенно. Вот сегодня буквально один проект отпал. Должны были снимать детско-юношеское кино, но денежки не дошли до картины, растаяли. Есть другие предложения, опять же ждем решения канала. [b]– Вернемся к гатчинскому фестивалю, он называется «Литература и кино». С кино все более-менее понятно, а книжки читать вы любите?[/b] – Я люблю читать, что вообще-то нетипично для артистов. Артисты, которые читают книжки, – это подозрительное явление. В моем кабинете все стены заставлены книжками. Сейчас, к сожалению, молодежь не читает. Но я думаю, что придет время и интерес к чтению вернется. Просто сейчас все есть: телевидение, Интернет. Вот я рос, у нас дома почти ни одной книжки не было. Но я в библиотеку ходил. Это было счастье рыться в книжках, что стояли на стендах. Потом меня уже допускали к полкам, не всем это разрешалось. Общение с книгой было огромным удовольствием. И книжки читались не поверхностно, по диагонали, а, что называется, от начала до конца. Даже в армии у меня в рюкзаке была маленького такого формата книжка «Маяковский Владимир Владимирович». [b]– А сейчас какую книгу читаете?[/b] – Я здесь на фестивале встретил Павла Басинского, потряс ему руку и благодарил его за книжку «Лев Толстой: бегство из рая». Я говорю: она лежит у меня на столе, я ее читаю не запоем, а по страничке, потому что тема Толстого в ней глубоко и скрупулезно исследована. А когда я ехал в Гатчину, то купил дневники Ролана Антоновича Быкова. «Я побит – начну сначала» – так они называются. Сейчас эта книга со мной здесь, и я ее читаю. А раз уж мы заговорили о литературе, то закончить наше интервью я хочу стихами: «В эту зиму с ума я опять не сошел. А зима, глядь – и кончилась». Иосиф Александрович Бродский. Простенько и гениально. [b] Справка «ВМ» [/b][i][b]Юрий Александрович КУЗНЕЦОВ[/b] – актер театра и кино. Он родился в 1946 году. В 1969 году окончил актерский факультет Дальневосточного педагогического института искусств. Играл на сценах многих театров России: в 1969–1979 гг. – актер Хабаровского драмтеатра, в 1979–1986 гг. – Омского театра драмы, с 1986-го – актер Ленинградского театра комедии. Фильмы с участием Юрия Кузнецова отмечены призами и наградами. Среди последних: приз жюри игрового кино за лучшую мужскую роль на кинофестивале «Окно в Европу» и премия «Золотой овен» в категории «Лучшая роль второго плана» за фильм «Дневник камикадзе» Дмитрия Месхиева. Приз «За все» за фильм «Именины» Владимира Наумова и Андрея Черных на Пятом всероссийском фестивале комедий «Улыбнись, Россия!».[/i]

Попкорн с развлекухой

Московские кинематографисты – частые и желанные гости на фестивале «Литература и кино» в Гатчине.Семнадцать лет подряд проходит этот уникальный кинофестиваль при переполненных залах в небольшом русском городке. Фестиваль, где показывают хорошее кино на базе замечательной русской и зарубежной литературы.Отец «Приключений Шерлока Холмса…» и «Зимней вишни», кинорежиссер Игорь Масленников – постоянный участник и призер гатчинского кинофестиваля – в этом году выступил в роли председателя жюри конкурса игровых фильмов.[b][i]Про Шерлока лучше не спрашивайте[/i]– Игорь Федорович, хорошая литература гарантирует высокое качество фильма?[/b]– Нет, иногда даже бывает наоборот. Из примитивнейшей какой-то штуковины получается хороший фильм.Успех заранее очень трудно предсказать. Но литература со своим многовековым опытом кормит и подпитывает кинематографическое искусство. И я если чем-то и занимался в кинематографе, то в основном экранизациями: Пушкин, Вера Панова, Леонид Андреев, Марк Твен.И, конечно, последняя моя любовь – это Александр Николаевич Островский – совершенно гениальный наш русский драматург.[b]– Вы не назвали Конан Дойля?[/b]– Ну и, естественно, Конан Дойль, сериал о котором постоянно идет по какому-нибудь каналу. Когда меня журналисты начинают спрашивать про Холмса, а прошло уже 30 лет, как мы его сняли, я уже прихожу в бешенство. И повторяю, таким образом, судьбу самого Конан Дойля.Когда его спрашивали: это вы написали рассказы о Шерлоке Холмсе, – он начинал топать ногами, багровел и кричал, что он, между прочим, еще написал много приличных книг.И я должен сказать, что я снял несколько приличных картин, кроме экранизаций Конан Дойля. Я считаю, что сделал очень приличные картины по Островскому – это «Русские деньги» по пьесе «Волки и овцы», это «Взятки гладки» по пьесе «Доходное место» и «Банкрот» по пьесе «Свои люди сочтемся». Все три пьесы не были экранизированы, потому что в советское время никто ничего не понимал ни в векселях, ни в расписках, ни в закладных – во всей этой капиталистической кухне, которая описывается Александром Николаевичем Островским. А мы сейчас понимаем всю эту терминологию с полуслова. А кроме того, видим, что рожи – те же, характеры – те же, нахрапистость – та же самая, наглость – та же самая.[b]– Но этих фильмов почти никто не видел. Почему их не показывают в кинотеатрах?[/b]– Потому что их не берут прокатчики. То, что происходит с нашим кинематографом по той причине, что мы потеряли прокат, просто ужасно. Я вам должен сказать, что это явление касается не только России. Исчезло кино в Италии, исчезло кино в Испании, нет кино в Швейцарии, в Швеции – а это были замечательные кинематографии. Почему? Потому что государство не помогало им, и их задушил американизированный прокат. Но зато живет кино во Франции, потому что они устанавливают бешеные налоги для американского кино в своем прокате и на эти деньги помогают национальному кинематографу. Осталось кино в Германии по этой же причине.И пока государство не опомнится, пока не вернется государственный прокат, «кина» вы не увидите.[b]– А может, правы те, кто говорит, что серьезное искусство все меньше интересует людей? Ему на смену пришло кино как развлекательный аттракцион, энтертейнмент…[/b]– У меня другая точка зрения. Потому что если бросить народ, то он будет дичать. Мы обязаны всячески поддерживать кинематограф переживаний, а не развлекуху, не энтертейнмент. Потому что человек формируется на чувствах, переживаниях, любви, радостях, смехе и слезах. Но зрителю некуда деться, потому что по телевидению идут гламур, стрельба и все такое прочее. А в кинотеатрах идет то, что я называю «попкорн с развлекухой».Государство совершенно не интересуется культурой. Физкультурой – да, а культурой никак. На самом деле наш народ тянется к настоящей культуре. В Москве 100 театральных залов, и все они забиты людьми самого разного возраста – и молодежь, и парочки, и пенсионеры, и школьники.[b][i]Телесериалы – это блошиные скачки[/i]– Над чем вы сейчас работаете?[/b]– Сейчас я в основном преподаю. У меня во ВГИКе 4-й курс, и вот сейчас я набираю трехгодичные курсы в Питере.[b]– Молодежь по-прежнему не боится связывать свою судьбу с кинематографом?[/b]– Да, и прут, прут, даже больше, чем надо. У меня было два выпуска в Петербурге, один выпуск во ВГИКе и через год будет второй.То есть уже как бы довольно много народу я чему-то обучил. Некоторые активно работают в кино, но большинство ушло в сериалы, на телевидение, потому что там действительно кипит работа.Трудно сказать, какого качества, во всяком случае, там есть что делать. Хуже положение как раз с кинопроизводством, потому что фильмы не находят сбыта. Из-за этого проблемы с прокатом: фильмы не возвращают вложенные в них деньги.А раз они не возвращают деньги, значит, никто не хочет их давать. Между прочим, было время, когда телевидение покупало фильмы, и каким-то образом мы, те, кто делал картины, возвращали деньги. Теперь телевидение не покупает фильмы, оно считает, что лучше пилить деньги самим, не отдавая их на сторону.[b]– В лихие 90-е, когда кино рухнуло, телевидение сыграло положительную роль, дав работу сценаристам, режиссерам, актерам. Но сейчас эти сериалы уже, признаться, набили оскомину…[/b]– Вы знаете, это нарушает человеческое сознание, не оказывает никакого эстетического влияния на зрителя. Ведь никто ничего не досматривает до конца, все прыгают, скачут по каналам. Вот я сужу по своей семье. Начнут смотреть одно, перескачут на другое, с другого – на третье… Очень редко когда какой-нибудь сериал цепляет твое внимание, и ты смотришь, и ждешь его продолжения на следующий день. В основном идут какие-то блошиные скачки, с канала на канал.[b]– А новые режиссерские проекты у вас есть?[/b]– Есть у меня проект, по сценарию Валуцкого, с которым я делал «Зимнюю вишню». Это современная мелодрама, тоже с иронической ноткой про семейную жизнь.Я его отправил в новый фонд, созданный для поддержки кино. Но что там будет – дадут или не дадут снимать, пока неизвестно.[i][b]Из Москвы, из Москвы, из Москвы…[/b][/i][b]– Юрий Федорович, вы петербуржский москвич, поделитесь своими ощущениями от современной столицы?[/b]– Москва – это был мой любимый город. Я Москву хорошо знаю еще со времен Всемирного фестиваля молодежи в 1957 году. Я работал на ленинградском телевидении, и нас, журналистов, туда командировали. У нас были съемочные группы, и мы на машинах катались по всей Москве, вот тогда я ее узнал и полюбил. Тогда в городе была замечательная атмосфера. После этого я довольно долго работал в столице, в том числе и в Союзе кинематографистов, и мне пришлось даже купить в Москве небольшую квартирку, поскольку я петербуржец.Я уже 10 лет преподаю во ВГИКе. И вообще мы до такой степени перебрались в Москву, что у меня дочь училась в московской школе. Но в прошлом году она окончила школу, а другая, старшая, окончила университет Дружбы народов, она генетик, и мы решили уехать назад – в Петербург, на родину.[b]– Все в Москву, в Москву, в Москву… А вы – из Москвы. Почему?[/b]– Потому что в Москве сейчас с точки зрения нормальной человеческой жизни жить невозможно. Просто никаких условий для этого нет. Ни с точки зрения транспорта… У нас была машина, но что мне эта машина? Я живу на 1905 года, а мне надо в Госкино проехать – это 20 минут на метро и два часа на машине.И мы плюнули и уехали. Я – не окончательно, потому что у меня еще курс во ВГИКе, и я каждый месяц езжу в Москву.Я люблю Москву и стремлюсь в Москву, и обожаю ее как русский человек, но она очень изуродована. Ее не узнать. И даже не из-за каких-то архитектурных новомодных излишеств, она заселена каким-то нехорошим народом. В столицу съехалась полукриминальная публика со всей гигантской страны. Это не москвичи, это хамы, жулье, ворюги, мошенники всякого рода. Все время только и ожидаешь, что где-то тебя напарят на чем-то… Вот такая атмосфера.[b]– Кстати, новый градоначальник не намерен мириться с этой ситуацией…[/b]– Да, он что-то начинает улучшать, но дело все в том, что для этого надо выгнать из Москвы половину народа – вот этого, который «понаехал». А понаехали только ради денег.Теперь же, кроме денег, вообще ничего нет. Все, что происходит сейчас, – это только деньги. Причем это не только у нас, но и во всем мире сейчас манимани-мани и ничего больше.И я становлюсь марксистом. Потому что Маркс сказал, что деньги убьют человечество.Все к этому и идет. Нет, я не пессимист, я просто злой стал от всего от этого. А вообще-то я оптимистически смотрю на нашу нацию, при том что ее всячески стараются вытравить и наркотиками, и паленой водкой, и так далее, но народ держится. Приедешь в деревню, там умные люди. Ну, выпивают, но они выпивали всегда, даже в XVII веке. И я верю, что все будет нормально.[b]Гатчина–МоскваДосье «ВМ»[i]Игорь Федорович МАСЛЕННИКОВ[/i][/b][i], народный артист РСФСР, лауреат Государственной премии России, советский и российский кинорежиссер, сценарист, продюсер, родился 26 октября 1931 года в Нижнем Новгороде.В 1954 году окончил факультет журналистики Ленинградского государственного университета, работал на Ленинградском телевидении.В 1967 году окончил Высшие режиссерские курсы при киностудии «Ленфильм».В кино дебютировал фильмом «Личная жизнь Кузяева Валентина».Огромную известность Игорю Масленникову принесли телевизионные фильмы «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона» и «Зимняя вишня».[/i]

Гранатовый браслет-2011

ЕСЛИ бы этого кинофестиваля не существовало, его бы следовало придумать. Потому что литература и кино – это то, чем мы можем гордиться, то, что дает нам надежду на завтрашний день, когда других оснований надеяться уже почти нет.У истоков создания этого единственного в своем роде фестиваля стояли известный московский писатель Сергей Есин и предприниматель Генриетта Ягибекова.Организаторы, конечно, не случайно выбрали для проведения фестиваля именно Гатчину, этот городок имеет прямое отношение не только к настоящему, но и к прошлому кинематографа. Если мировой кинематограф своим появлением на свет обязан французам, то российское кино зарождалось в Гатчине. В 1896 г. здесь проходили съемки первой документальной ленты, посвященной восшествию на престол Николая II. Всего же в этих краях снято более 100 (!) документальных, научно-популярных и художественных фильмов.В Гатчине жили известные художники, талантливые поэты и писатели: Константин Фофанов, Глеб Успенский, Александр Куприн…И сегодня Гатчина очень культурный город. Куда бы ни зашел, везде разговоры о фестивале, гатчинцы делятся своими впечатлениями о фильмах.Среди почетных гостей 17-го кинофестиваля «Литература и кино» были народные артисты Инна Макарова, Ольга Аросева, Римма Маркова, Лев Дуров, Дмитрий Певцов, режиссеры Юрий Кара и Станислав Говорухин, геолог и поэт Александр Городницкий, певец Эдуард Хиль…Легендарное вокальное трио «Меридиан» впервые на гатчинской земле исполнило песни Микаэла Таривердиева. Маэстро в этом году исполнилось бы 80 лет, и организаторы фестиваля подготовили отдельную ретроспективу его работ в кино, а также творческий вечер, в котором приняла участие вдова композитора Вера Таривердиева.Хотя в названии гатчинского форума на первом месте стоит литература, это прежде всего праздник кино.Организаторы во главе с генеральным директором фестиваля Татьяной Агафоновой сумели отобрать лучшие фильмы российского проката. Главное жюри под руководством отца «Приключений Шерлока Холмса» и «Зимней вишни», режиссера Игоря Масленникова работало не покладая рук.В конкурсе игрового кино было 17 картин. Гранпри фестиваля «Гранатовый браслет» получил фильм «Волки» (Беларусь) режиссера Александра Колбышева, поставленный по одноименной повести Александра Чекменева. Приз за лучшую режиссуру увез Юрий Фетинг, снявший очень необычную картину «Бибинур». Ну а приз зрительских симпатий достался «Тихой заставе» Сергея Маховикова. Лучшую женскую роль сыграла Елизавета Боярская (фильм «Не скажу», Россия), а награду за лучшую мужскую роль жюри присудило Андрею Ташкову («Три женщины Достоевского», Россия).Жюри конкурса неигровых фильмов во главе с Сергеем Карандашовым определилось с выбором лучшей картиной в спорах. Приз получил Владимир Герчиков за фильм «Читая «Чевенгур».Переводить литературу на киноязык очень не просто, а такую литературу, как произведения Андрея Платонова, – задача неимоверной сложности. Но автор сумел это сделать оригинально и неожиданно.После короткого перерыва в конкурс Гатчинского фестиваля вернулось анимационное кино. И вернулось с триумфом – со своим конкурсом, жюри и новым призом им. Александра Алексеева – известного художника и бывшего гатчинца. Приз за лучший отечественный анимационный фильм достался литературно-музыкальной фантасмагории по произведениям Даниила Хармса «Хармониум» режиссера Дмитрия Лазарева. Лучшим дебютом назвали фильм казахского режиссера Миргалыма Есиркепова «Много ли человеку земли нужно» – современная адаптация классического произведения Льва Толстого. Ну а десертным блюдом фестиваля стала демонстрация нового фильма режиссера Юрия Кары «Гамлет. XXI век», доказавшего, что произведения «Вильяма нашего Шекспира» актуальны и сегодня.…Незаметно пролетела фестивальная неделя. Было много открытий, дискуссий, встреч со зрителями. А главное, были аншлаги на всех просмотрах. Это говорит о том, что в наше время, когда деньги решают все или почти все, некоммерческий фестиваль может быть успешным, если он способен вдохнуть доброе, светлое и вечное в сердца тысяч людей.[b]Гатчина–Москва[/b]

Конкурс экранизаций

СЕГОДНЯ большая группа московских писателей кинематографистов отправляется в Гатчину. По традиции XVII Российский кинофестиваль «Литература кино» проходит в Ленинградской области с 10 по 16 марта 2011 года. Этот кинофорум, главным отличием которого является то, что конкурсе участвуют только экранизации, напомнит зрителям о том, что хорошие книги служат источником вдохновения во все времена. Официальными учредителями фестиваля являются Министерство культуры Российской Федерации, правительство Ленинградской области, администрация МО «Гатчинский район», администрация МО «Город Гатчина». Игровое жюри XVII Российского кинофестиваля Литература и кино» возглавит автор эпохальных телефильмов «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона» и «Зимняя вишня» кинорежиссер Игорь Масленников. Вместе с мэтром семь дней в гатчинском кинотеатре «Победа» проведут народная артистка РФ Алла Демидова, композитор продюсер Андрей Сигле, оператор-постановщик Валерий Мартынов, писатель Павел Басинский. Жюри предстоит отсмотреть порядка 10 игровых кинофильмов, снятых по литературным произведениям, столько же, в отдельном конкурсе, дебютных картин. Конкурсная программа кинофестиваля «Литература кино» в этом году расширилась – она пополнилась еще одной номинацией – анимационной. Оценивать представленные на конкурс полнометражные и короткометражные анимационные фильмы будет основное жюри, в состав которого войдет профессиональный режиссер-аниматор. Кинофорум в Гатчине всегда отличался богатой ретроспективной программой и спецпоказами. В этом году на кинофестивале вспомнят творцов-шестидесятников. Удивительная эпоха надежд и разочарований, время, объединившее художников, поэтов, музыкантов и кинематографистов. Кинофильмы Александра Митты и Михаила Калика, стихи Юнны Мориц и Андрея Вознесенского, песни Булата Окуджавы, музыка Микаэла Таривердиева. В 2011 году отмечается 80-летие композитора, и эта дата тоже найдет свое отражение в программе XVII Российского кинофестиваля «Литература и кино». Фонд Таривердиева, возглавляемый вдовой композитора Верой Таривердиевой, проведет в Гатчине вечер, посвященный творчеству автора прекрасных киномелодий. Еще одна ретроспектива посвящена годам недавним, сложным и быстро забытым – 90-м, которые принято называть «лихими», а кино, снятое в это время, – «перестроечным». Специальные кинопрограммы будут посвящены 120-летию Михаила Булгакова, 100-летию Теннесси Уильямса и 100-летию Анатолия Рыбакова. Публику ждет также неформальное общение со звездами кино, обширная культурная программа и творческие вечера – перед зрителями выступят писательница и певица Людмила Петрушевская, народная артистка РСФСР Ольга Аросева и многие другие.

Андрей – подарок женщинам

Вообще-то ребенок родился 7 марта, однако в метрике в качестве даты рождения указали 8 марта. На эту тему его родители даже исполняли репризу: «Андрей – подарок женщинам в женский день!» И они не ошиблись. Он обожал женщин, и они платили ему тем же.Нам показалось интересным взглянуть на великого артиста глазами двух самых близких ему женщин – жены и дочери.[b]Рассказывает Лариса ГОЛУБКИНА:[/b]– Те годы, которые мы прожили вместе, были очень счастливыми. И очень веселыми. Может быть, это и есть любовь, что с такой легкостью выражается, не знаю. Мне иногда Андрюша говорил: «Знаешь, что-то у нас так хорошо, может, ты меня не любишь?» А я говорила: «Может, ты меня не любишь, раз у нас так хорошо – никто никого не бьет, не ругает.Может, мы безразличны друг другу, поэтому нам так здорово?» Он мне делал предложение четыре раза на протяжении десяти лет. Я говорила «нет». Я только что снялась в главной роли и вообще не хотела замуж. Я ему говорила: «Зачем мы женимся? Я тебя не люблю, и ты меня не любишь». Он говорил: «Потом полюбим» ([i]смеется[/i]). Вот, говорил, поженимся и полюбим. И, в общем, он добился своего. Это был очень забавный случай. Я делала ремонт в своей квартире, и он ко мне приехал и привез... унитаз ([i]смеется[/i]). И без разговоров начал его устанавливать. А потом сказал: «Видишь, я даже унитаз привез». Это было так смешно.Он был у нас главная звезда. Я изначально понимала, что бессмысленно качать права и говорить, что я тоже артистка, тоже пою, играю, танцую, потому что Андрей был намного сильнее в этом смысле, сильнее и выигрышнее. Когда мы ездили с ним вдвоем на концерты, он выступал по своей программе, я – по своей. И я хорошо понимала, что нужно быть очень смелой актрисой, чтобы работать в его программе, и старалась не опозорить его, а если получится, то и приукрасить.Всегда было очень здорово, дом кипел от хорошего настроения. Знаете, есть люди, которые приукрашивают что-нибудь в своей жизни, но тут я нисколько не вру.Единственное что – в последние дни он пожалел о том, что у нас нет мальчика. За два дня до смерти он мне сказал: «Как жаль, что у нас сына нет». Вот удивительно.Между прочим, после его смерти я не могла плакать. Произошло что-то невероятное, я закостенела, окаменела. И только спустя несколько лет после его смерти во мне что-то стало происходить, я, как будто такая поздняя Снегурочка, начала с большим трудом оттаивать.[b]Рассказывает Мария МИРОНОВА:[/b]– Отец был светлой личностью. Он дарил людям такую радость! Он весь светился, излучал добро. У него был необыкновенный шарм. Безусловно, он не был похож ни на кого другого. Его интеллигентность, чувство такта. Ведь он никогда не был нахальным, наглым. Многое, конечно, было заложено с детства, у моего отца были такие родители, что он просто не мог быть другим.Он был очень занятым человеком. У него столько времени отнимала работа – ежедневные репетиции, спектакли. Он очень много в последние годы ставил в театре, часто снимался в кино, ежегодно выходило несколько его фильмов. Конечно, времени у него было в обрез. Что касается того, каким он был отцом…Он вообще свои эмоции не раскрывал, не выплескивал, когда был дома. Все держал в себе.Иногда мог вспылить, поскольку был эмоциональным человеком. Я в этом плане на него похожа, и тоже отходчивая. Когда он приходил ко мне в школу, все занятия прекращались. И ученики, и учителя высыпали из классов – посмотреть на Андрея Миронова. В то время он был в зените славы.Вы знаете, в глубине души он был очень скромным человеком. И никогда не был до конца уверен в себе. Сейчас многие молодые артисты называют себя звездами, говорят, что они самые гениальные. У отца этого не было. Он до конца своей жизни, когда был уже маститым артистом, в глубине души все равно немножечко в себе сомневался. И каждый раз выходил на сцену как впервые. Это был для него святой момент, сколько бы спектаклей или концертов в месяц он ни играл.У него было много друзей, которых он очень любил. И общение с ними занимало очень важное место в его жизни. Он мог немного выпить с друзьями, поскольку был очень общительным человеком. Но это так – повеселиться, отдохнуть, а вообще отец никогда не пил.Сейчас мало кто так работает, как он. Нет, безусловно, есть и сегодня артисты, которые отдают себя без остатка работе, но большинство стремятся получить побольше, а затратить себя поменьше. Отец же просто жил работой. Вы знаете, когда он умер, у него на книжке ничего не оказалось, за ним оставался долг в кассу взаимопомощи театра – несколько сотен рублей. В то время это была немалая сумма.Отец не занимался накопительством. Единственное, что у него было, – это хорошая аппаратура. Он очень увлекался музыкой, любил джаз. Еще у него была иномарка, довольно дорогая, – таких тогда не было, во всяком случае, в таком количестве, как сейчас.Не все ему давалось так легко, как могло показаться. В жизни любого известного артиста очень много трудностей, через которые тяжело бывает перешагнуть. Бывают не только аплодисменты, но и мерзости, сплетни, гадости – никто от этого не застрахован. Только с годами люди начинают понимать, что это был за артист. А при жизни многие говорили: «Ну а что Андрей Миронов? Чего такого особенного?» Вроде, мол, все это несерьезно.Его смерть заставила многое переоценить. Это было настолько неожиданно, что не умещалось в голове. Я долгое время не могла осознать того, что произошло.Я в то время была с мамой в доме отдыха в Юрмале. В тот день мы должны были с ней пойти на концерт Геннадия Хазанова, у нас были билеты. Но в последний момент я решила, что поеду на «Женитьбу Фигаро». Почему? Не знаю. Я видела этот спектакль, наверное, раз двадцать, не меньше.И тем не менее поехала с подругой в Ригу. Сидела в оркестровой яме и смотрела на отца. В антракте я зашла к нему за кулисы. Говорили о каких-то мелочах. Он рассказывал о том, что осенью собирается ехать в Голландию… Мне показалось, что у него было немножко красноватое лицо. Я еще спросила: «Что у тебя с лицом?» Он говорит: «На солнце перегрелся – переиграл в теннис». Отец очень любил большой теннис и каждое утро играл в него.И все. Я пошла смотреть второй акт, и в конце все это и случилось. Он почти все доиграл до конца, оставалась финальная сцена. И вдруг упал. Возникла какая-то суматоха, в зале среди зрителей оказались врачи, они выскочили на сцену.Отца повезли в больницу, я поехала с ним. Конечно, надеялась, что все будет хорошо. Но в глубине души я почему-то сразу поняла, что это – все. И даже сказала об этом врачам. Хотя когда ему померили давление – оно было нормальным. Случился разрыв аневризмы, у отца была аневризма головного мозга.14 августа всю ночь я провела в больнице. Два дня он еще прожил, не приходя в сознание. А 16 августа произошло самое страшное.

Магия танца

Ярким событием IV Сочинского фестиваля искусств стал гала-концерт в честь Мариса Лиепы, которому в этом году исполнилось бы 75 лет. Сын великого танцовщика – народный артист России Андрис Лиепа – привез в Сочи балетных артистов из лучших театров мира. Сочинцы первыми увидели программу, которая вскоре будет показана и в Москве. [b][i]Полет «птицы» на экране[/i] – Андрис, почему именно на Сочинском фестивале вы решили обкатать новую программу?[/b] – Мне кажется, что Сочи на сегодняшний день стал таким катализатором, местом, где встречаются люди, не только связанные со спортом, но и с искусством. Поэтому я очень рад, что мы здесь. Отцу в этом году исполнилось бы 75 лет – для нас это огромное событие. Я надеюсь, те зрители, которые когда-то видели Мариса, исполняющего его уникальные партии в «Спартаке», «Жизели», «Лебедином озере», будут рады прикоснуться к его творчеству, увидеть, как это было потрясающе. К сожалению, когда артист уходит, остаются только его пленки. Все помнят знаменитые кадры Галины Улановой, ее нет, но эти пленки остались. Поэтому мы привезли десятиминутный ролик с кадрами из спектаклей отца. Отец был очень разносторонним танцовщиком, он великолепно исполнял классический репертуар, но он всегда был интересен и какими-то новыми открытиями в области современной хореографии. Все, наверное, помнят знаменитую «птицу» из фильма «Четвертый». Недавно справляли юбилей Владимира Высоцкого, и я всегда вспоминаю небольшой эпизод, когда они вместе с отцом в этом фильме встретились на съемочной площадке. Мы были на премьере этого фильма в Доме кино, и я помню, как во время просмотра после этого номера зрители зааплодировали, что бывает крайне редко. И мне кажется, мы правильно сделали, что включили в программу и современную хореографию. [b]– Вы стараетесь сохранять и развивать те балетные традиции, которые основал ваш знаменитый отец?[/b] – Я не знаю, тот ли он репертуар ставил бы или нет, но то, что нам его очень не хватает, это абсолютная правда. И в каждом нашем концерте, и в каждом нашем выступлении – часть его подхода к работе. Ничего случайного в балете нет, все должно быть продумано до мелочей. Отец говорил, что самое главное, чтобы в день спектакля «пружина», которую ты сжимаешь, не выскочила раньше времени. Профессионал не может выступать ниже определенного уровня. Но самое интересное, когда к профессионализму добавляется какое-то озарение. Потому что профессионал всегда умеет подключиться к какому-то высшему энергетическому потоку. В принципе, у многих артистов возможности одинаковые, просто кто-то умеет в какой-то момент сконцентрироваться и показать все, на что способен, а кто-то не умеет. В частности, в нашей балетной школе это очень важно. Необязательно каждый раз прыгать как можно выше, но можно создать такой образ, что зритель будет чувствовать, что ты действительно паришь в воздухе. [i][b]Русские сезоны[/b][/i][b] – Что, помимо техники, для балетного артиста имеет значение?[/b] – Артист на сцене всегда должен внутренне понимать, что он несет какую-то миссию. Ты выходишь, например, на сцену Кремлевского дворца, и на тебя смотрят 6400 человек, они внимают любому твоему жесту, любому движению. Чем на самом деле отличаются хорошие артисты от плохих? Тем, что зритель в течение 30–40 минут, пока идет отделение, забывает, что он должен выгулять собаку, приготовить ужин. У нас очень много мастеров, обладающих такой магией. Это и актеры кино, и звезды оперной сцены, и музыканты. Тот же Юра Башмет… Я не уверен, что все, кто был в зале, обожают классическую музыку. Но они слушали его, потому что понимали: происходит какое-то волшебство. Природу этого волшебства объяснить практически невозможно, это что-то на уровне вибраций. Такой же обмен энергией возникал и у отца со зрителем. Я составил этот концерт частично по тем ролям, которые исполнял когда-то отец. Включил две его самые интересные классические партии – «Корсар» на сцене Театра Станиславского и Немировича-Данченко и «Дон Кихот» в Большом. Это история нашего балета, история нашей семьи. Мне хотелось, чтобы люди почувствовали, что это для нас важно, интересно, что мы этим живем. Сейчас мы готовим фестиваль памяти отца в Риге. [b]– А в Москве будут гала-концерты в честь юбилея Мариса Лиепы?[/b] – Обязательно! Сам юбилей 27 июля мы отмечаем в Риге. А в Москве мы хотели бы сделать концерт в Театре Станиславского и Немировича-Данченко, потому что это был первый театр, в котором он начал танцевать. В «Корсаре» он впервые покорил Москву, люди начали ходить не просто на спектакли этого театра, но на Мариса Лиепу. Мы обязательно покажем программу в Москве, у нас еще много времени впереди. Но сначала большой фестиваль в Риге, вполне возможно, что там будет открываться памятник Марису. [b]– А в Москве его память как-то увековечена?[/b] – Да, есть памятная доска на доме, где он жил. [b]– И все? Музей Мариса Лиепы есть даже в Англии. А в Москве, где он блистал, почему-то нет?..[/b] – Музея нет, но мы, я и моя сестра Илзе, создали Фонд Мариса Лиепы. Мы занимаемся сейчас «Русскими сезонами» – это в какой-то мере продолжение его идей и чаяний. Вскоре Фонд Мариса Лиепы выезжает с «Русскими сезонами» в Лондон. В театре «Колизеум», где в свое время выступал Дягилев, потом танцевал отец в «Спартаке», затем мы делали его вечер, состоится фестиваль – это продолжение тех великих традиций. [i] [/i][b][i]Спорт и искусство[/i] – Марис Лиепа танцевал на сцене Большого театра, реконструкция которого завершается осенью этого года. Что вы ждете от обновленного театра?[/b] – Я жду, чтобы не было уродства, как это обычно у нас бывает. Очень надеюсь, что Большой театр, когда его отреставрируют, станет лучше, но может быть и по-другому. В нашей стране возможно все. То, как построили малую сцену, – это ужасающе. Поэтому я работаю в Театре Станиславского и Немировича Даненко – это сейчас лучшая сцена в Москве. [b]– Балетные артисты, как и музыканты, делают первые шаги в профессию в раннем детстве. Поэтому реформа образования, насаждаемая Фурсенко, приведет к краху русского балета, считает, например, Николай Цискаридзе. Вы согласны с ним?[/b] – Ой, Коленька так хорошо все сказал. Конечно, кто из балетных с ним не согласен? Все не согласны с Фурсенко, все согласны с артистами. [b]– Сейчас формируется культурная программа сочинской Олимпиады. Как вы думаете, выступления артистов помогут нашим спортсменам завоевать большее количество медалей?[/b] – Все прекрасно понимают, что в ближайшие годы все внимание будет привлечено именно к строительству спортивных сооружений, созданию инфраструктуры. Но Россия все время славилась не только своими спортсменами, но и деятелями культуры. Олимпиада – это спорт, а гордость наша – культура. Мы можем не победить в хоккее, но от этого ничего не изменится, мы всегда победим в искусстве. И мне кажется, это хорошо, что Сочинский фестиваль расширяет границы: наряду с классической музыкой здесь представлены и джаз, и группа «Пелагея», и балет, и драматический театр – абсолютно разные жанры. И я надеюсь, что все это будет развиваться и дальше, и этот фестиваль станет частью олимпийского культурного пространства. А вы знаете, что любая Олимпиада всегда славится своими культурными программами, так было в Китае, так, я знаю, сейчас готовится к Олимпийским играм Лондон. Фестиваль искусств в Сочи – это огромное событие для жителей города. Он стал событием и для меня – человека, который достаточно много ездит по миру, видит немало интересных художественных, музыкальных и театральных явлений. Поэтому я всех поздравляю с этим событием, и от себя лично хочу поблагодарить и администрацию Сочи, и МДМ Банк, и, самое главное – тех, кто все это организовал, – «Русское концертное агентство» и, конечно, Юрия Башмета, почитателем таланта которого я являюсь. [b]Справка «ВМ» [/b][i][b]Марис ЛИЕПА[/b], народный артист СССР, лауреат Ленинской премии, лауреат премии Вацлава Нижинского, обладатель приза имени Мариуса Петипа. Легендарный танцовщик Большого театра, внесший огромный вклад в развитие мужского танца. Английская критика называла его «Лоренсом Оливье в балете».[/i]

Во власти вдохновения

Одной из изюминок IV Зимнего международного фестиваля искусств в Сочи стало выступление Валерия Гергиева с симфоническим оркестром «Новая Россия» и Юрием Башметом в качестве солиста. После концерта Валерий Гергиев был в приподнятом настроении. Он с удовольствием общался с друзьями и коллегами, заглянувшими за кулисы, отвечал на вопросы журналистов. Чувствовалось, что звучание оркестра, реакция сочинской публики его воодушевили.[i][b]Нет публики плохой или хорошей[/b][/i][b]– Валерий Абисалович, как вам оркестр?[/b]– Музыканты меня порадовали. С этим оркестром я уже знаком, выступал несколько раз. И Юра мой друг очень близкий, он занимается этим оркестром очень серьезно. Играть с ним всегда приятно.[b]– А вообще такие фестивали нужны?[/b]– Нужны.[b]– Почему?[/b]– А потому что нет плохой публики и хорошей публики. Нет важной публики и маловажной публики, люди везде заслуживают внимания. Я сам вырос во Владикавказе, и мы студентами училища слушали и Рихтера, и Ростроповича, и Ойстраха, и дирижер Рахлин приезжал, и Темирканов молодой совсем. Сейчас принято ругать Советский Союз, но у нас был огромный выбор, музыканты большие приезжали, и мы учились у них. Когда в Сочи приезжают эстрадные певцы, это многих радует, также часто должны быть здесь и классические музыканты, и театры.А у нас Мариинском театре еще есть и певцы очень хорошие, и балет очень сильный. Вот поэтому мы выступаем примерно 500 раз в году в Петербурге и почти сто раз в Америке. А если делать не 100, а 50 выступлений в Америке, тогда можно 5 сделать в Сочи.Всегда найдется время, просто распределить его надо по-другому. Так что, я думаю, так и будет.[b]– Вы должны были прилететь на Сочинский фестиваль в прошлом году, что стало причиной отсрочки?[/b]– Здоровье. Мы же много летаем, только вчера вечером из Мюнхена, был несколько часов в Петербурге и сегодня утром прилетел в Сочи. А год назад была эпидемия, и я, как и вся моя семья, болел. Почему-то в январе и феврале грипп свирепствует повсюду.Не скажу, что я как-то подвержен этому, иногда это меня обходит стороной, но я совершенно точно помню, что год назад я просто не мог по состоянию здоровья приехать. Не мог даже сесть в машину и выехать в аэропорт.[b]– Когда вы последний раз выступали или отдыхали в Сочи?[/b]– С Мариинским оркестром мы были здесь, может быть, лет пять назад, а сам я приезжал года два назад – на экономический форум, а также представлял здесь разные проекты, в основном связанные с Олимпиадой. Приезжал с моими друзьями, с людьми, которые должны были нам очень сильно помочь в процессе борьбы за Олимпиаду в Сочи.[i][b]Учиться никогда не поздно[/b][/i][b]– Музыкальные критики подсчитали, что в прошлом году у вас было 88 концертов, какие планы на этот год?[/b]– Я не буду утверждать, что у меня было 88 концертов, но в моих планах поменьше выступать, а больше думать о том, чем можно помогать коллегам, особенно молодым. Мы с Юрием Абрамовичем этим занимаемся постоянно, обсуждаем, как помочь молодым дарованиям – всем, кого мы замечаем, неважно – певец ли, дирижер ли, альтист, скрипач, виолончелист, композитор… В театре важны все профессии – и режиссеры, и хореографы, и художники по костюмам, и художники по свету.Помогать молодым исполнителям – это естественное желание, когда ты достигаешь определенного положения и возраста, хотя мы далеко еще не пожилые люди, по крайней мере, так хочется думать. Мы смотрим на поколение 20-летних с интересом. Ведь когда-то и на нас тоже так смотрели. Мы были в поле зрения крупнейших, великих музыкантов и учились у многих. Я готов и сейчас продолжать учиться, но когда мне было 23, 25, 27 лет, да и тогда, когда я возглавил Мариинский театр в 34 года, я учился у кого только мог. А у кого учиться было – вот это я вам точно скажу.Конечно, невозможно заменить Рихтера или Мравинского, но как-то так получилось, что мы в какой-то степени должны делать то, что тогда делали они.Конечно, страна была другая, условия были другими. В СССР место классики в жизни общества было другим. Не скажу лучше или хуже, но другим. Первый канал тогда был единственным, и примерно 10 процентов эфира занимала классическая музыка. Сегодня каналов сто, и на Первом канале классическая музыка занимает, может быть, десятую долю процента. Поздравляя Константина Эрнста с юбилеем, я вместе с пожеланиями доброго здоровья пожелал ему, чтобы в следующие 50 лет как-то попросторнее было классической музыке и настоящему театру на Первом канале.Телевидение уже нас поразвлекало достаточно. Независимой России вот-вот стукнет 20 лет, и мне кажется, мы должны вернуться к серьезным вещам.[b]– Вы помните свое первое выступление в Сочи?[/b]– Я выступал в Сочи с Московским государственным оркестром в 1977 году, будучи студентом 4-го курса. Выступал на летней эстраде. В регионах у нас были очень приличные залы, я помню, в Челябинске зал с прекрасной акустикой, в Оренбурге. Но в Сочи тогда были только открытые две площадки – и сюда приезжали коллективы и Мравинского, и Темирканова, и Светланова.Так что я знаком с состоянием дел в Сочи начиная где-то с 1977 года. Изменилась ли сегодня ситуация к лучшему?[b]– И каков же ответ?[/b]– А ответ такой – Россия входит, может быть, в двойку-тройку стран, которые сделали классическую музыку достоянием миллиардов людей – усилиями Чайковского и других, я не буду сейчас перечислять всех композиторов… А по состоянию залов, театров, к сожалению, даже в тридцатку не входим. Поэтому надо исправлять ситуацию, спокойно, без крика, не рвать на себе тельняшку, просто исправлять – вот и все.Если Сочи получит новый концертный зал – здорово, не получит – потом через много лет скажут: а куда же смотрели, когда готовились к Олимпиаде? Неужели не могли при таких бюджетах, при таком престиже, при таком внимании всего мира? Ведь Олимпиада-2014 для Сочи – событие эпохального значения и обойтись без строительства пусть даже не огромного, но классного культурного комплекса мне кажется ошибкой.[i][b]Шанс надо использовать[/b][/i][b]– О необходимости построить в Сочи концертный зал постоянно говорит и арт-директор фестиваля Юрий Башмет…[/b]– Поверьте мне, если мы не поставим этот вопрос, то время этот вопрос поставит. Сочи сегодня воспринимается и как один из основных городов чемпионата мира по футболу – это еще один подарок, который ФИФА сделала городу. И то, что сегодня делается для проведения зимней Олимпиады, обязательно пригодится и в 2018 году. Словом, Сочи уже прочно прописался на карте мировых событий.Возьмите Зимний театр, где мы находимся. Его построили несколько десятилетий назад, и мы до сих пор им пользуемся благодаря успешным, умным и дальнозоркими действиям тех руководителей еще в советском государстве. А если бы не они, где бы сейчас выступали музыканты? А где сегодня может выступить настоящий полноценный балетный коллектив масштаба Мариинского или Большого театра или Парижской Гранд-опера? Пока негде. Где может выступить настоящий симфонический оркестр с хором, чтобы на сцене было 200–250 человек? Так что если Юрий Абрамович или я, ваш покорный слуга, ставим такой вопрос, то, поверьте, мы знаем о чем говорим.Мы уже выступали, может быть, в 60–70 странах. Побывали в больших и не очень больших городах – каждый раз оглядываемся вокруг, смотрим, какого класса комплекс, залы, театры, что за акустика. Стараемся побывать в фойе, посмотреть даже, как работают буфеты или просторны ли гардеробы. На все обращаем внимание.[b]– Уникальный случай: два выдающихся музыканта Юрий Башмет и Валерий Гергиев – и оба послы сочинской Олимпиады… Это звание ко многому обязывает?[/b]– Ну, я бы сказал, что и Юрий Абрамович Башмет и Анна Юрьевна Нетребко, не забывайте, она тоже посол сочинской Олимпиады, и я сам – задолго до победы Сочи были вовлечены в этот очень непростой процесс определения олимпийской столицы. Мы все горячо болели и переживали, и победа принесла всем нам огромное чувство радости, неуемного восторга. Ну а теперь уже, конечно, надо думать не только о том, как пройдет Олимпиада, а и о том, что останется людям, что останется сочинцам, краю.Проведение Олимпиады дает колоссальный шанс великолепному курорту, знаменитому Сочи, стать одной из культурных столиц России.Вообще черноморский регион очень важен для всего мира, мне кажется, что здесь через каких-то десять лет могут происходить совершенно регулярно очень классные события, которые не надо будет привязывать только к Олимпиаде. Просто потому что люди этого заслуживают и этого хотят.[b]Сочи–МоскваСправка «ВМ»[/b][b][i]Валерий Гергиев[/i][/b][i] – самый ангажированный дирижер мира.Помимо художественного руководства Мариинским театром он работает с известнейшими музыкальными коллективами, такими как Всемирный оркестр мира, Венский филармонический оркестр, оркестр Берлинской филармонии, Лондонский симфонический оркестр, Национальный оркестр Франции, оркестр Шведского радио, Роттердамский филармонический оркестр.[/i]

Парад чудес

[b]Ничего нет лучше плохой погоды[/b]В день закрытия IV Зимнего международного фестиваля искусств столицу зимней Олимпиады завалило снегом.«Вот видите, Сочи нас не хочет отпускать», – сказал артистический директор фестиваля Юрий Башмет, открывая последний гала-концерт. Зал Зимнего театра разразился овациями. Все мы – и зрители, и участники фестиваля – настолько сроднились за эти несколько февральских дней, что, казалось, этому празднику не будет конца.Мощное поле культурного пространства, созданное в Сочи энергией и талантом Юрия Башмета, как магнитом притягивает к себе всех, кто попадает в эту орбиту.Фестиваль, который четыре года назад начинался как сугубо музыкальный, в этом году значительно расширил свои границы. Теперь это уже международный фестиваль искусств, наподобие зальцбургского или петербургских «Белых ночей», ежегодно собирающий мировых звезд первой величины.В программе IV сочинского фестиваля через запятую идут лучшие музыканты мира, знаменитый драматический театр, звезды мирового балета, феноменальный джазоркестр, популярная фолк-рок-группа, ретроспектива музыкальных фильмов знаменитого испанского режиссера Карлоса Сауры, международный фестиваль актуальной анимации и медиаискусства, европейский конкурс видеоарта… И, конечно же, выступления самого маэстро Юрия Башмета и двух его знаменитых коллективов – камерного ансамбля «Солисты Москвы» и симфонического оркестра «Новая Россия».На первой пресс-конференции, отвечая на вопрос журналистов, чего он ждет от фестиваля, Юрий Башмет сказал: чудес. И чудеса не заставили себя ждать.Одним из таких чудес стал приезд на фестиваль лучшего дирижера современности, художественного руководителя Мариинского театра Валерия Гергиева. Несмотря на фантастическую занятость: накануне концерта он прилетел из Мюнхена, несколько часов побыл в Петербурге и полетел в Сочи – дирижировать оркестром «Новая Россия». А после концерта улетал в Амстердам.Сочинская публика разразилась аплодисментами, когда на сцену вышли сразу два выдающихся музыканта современности – Юрий Башмет и Валерий Гергиев. Зазвучали первые звуки Концерта для альта с оркестром А. Шнитке, и зал замер в напряженной тишине. Эта произведение было написано в 1985 году специально для Юрия Башмета. А. Шнитке, едва завершив работу над концертом, перенес тяжелый инсульт, который радикально изменил его жизнь. Может быть, поэтому в концерте так явно звучат трагические мотивы.Во втором отделении оркестр исполнил Вторую симфонию С. Рахманинова. Валерий Гергиев священнодействовал за дирижерским пультом. Он то раскачивался на носках, то подпрыгивал, вкладывая в каждый жест всю мощь своего темперамента… Оркестр звучал фантастически! Гергиев не просто видел и слышал каждого музыканта, он сумел добиться того звучания, которое ему было нужно.Легкими движениями рук дирижер объединял всех музыкантов в одно целое, зажигал их своей энергией, поднимая градус звучания до немыслимых пределов. Наблюдая за Валерием Гергиевым, понимаешь, что это за профессия такая – дирижер. Не только зрители, но и музыканты испытали культурное потрясение.После концерта за кулисами я спросил у знакомого бас-кларнетиста о его впечатлении от концерта. Он признался, что ничего подобного припомнить не может, хотя исполнял симфонию Рахманинова раз пятьдесят.[b]Солисты и виртуозы[/b]Еще одним фестивальным чудом стало выступление российского пианиста Дениса Мацуева. Сменив за три дня три материка, он, как метеор, влетел на сцену Зимнего театра, взорвав атмосферу фестиваля своей реактивной энергией.Вместе с камерным ансамблем «Солисты Москвы» под управлением Юрия Башмета он исполнил произведения В. Моцарта и Д. Шостаковича.Виртуозная техника и глубочайшее проникновение в суть музыкальных произведений покорили зал. Под нескончаемые овации, рискуя опоздать на самолет, Денис Мацуев исполнил на бис еще два музыкальных отрывка, причем один из них – играя в четыре руки с Юрием Башметом!Еще одним из сюрпризов сочинского фестиваля искусств стало выступление Ву Мэн – одной из самых виртуозных исполнительниц на пип-а – так называется четырехструнная древнекитайская лютня. Парад зарубежных гостей продолжили известный итальянский виолончелист и композитор Джовании Соллимо, норвежское колоратурное сопрано Мари Эриксмоэн, дирижер Клаудио Ванделли, который принимал участие еще в первом фестивале в Сочи.На этот раз Ванделли встал за дирижерский пульт, а маэстро Башмет взял в руки свой удивительный альт, и вместе с выдающейся скрипачкой Аленой Баевой они исполнили Концерт для скрипки и альта с оркестром Б. Бриттена. Этот концерт был написан в 1932 году, но при жизни композитора не исполнялся. Интересно, что право мировой премьеры концерта было доверено нашим соотечественникам – Юрию Башмету и Гидону Кремеру.Ярким событием фестиваля стал и гала-концерт звезд мирового балета, посвященный Марису Лиепе, которому в этом году исполнилось бы 75 лет. Андрис Лиепа вместе с сестрой Илзе подготовили очень интересную программу памяти отца. В вечере балета приняли участие танцовщики лучших балетных трупп мира. Концерт предварял десятиминутный фильм о творчестве Мариса. Эти кадры стали катализатором выступлений для всех участников гала-концерта.Включая Илзе Лиепу, которая совсем недавно стала мамой, но уже успела обрести великолепную форму.Илзе танцевала «Болеро» и номер «Встреча», где она исполняла сразу две партии – мужскую и женскую. За те четыре минуты, которые шел этот номер, возникало полное ощущение, что танцуют два разных исполнителя.Солисты Большого и Мариинского театров, Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко Андрей Меркурьев, Ирма Ниорадзе, Андрей Баталов, Андрей Ермаков, Кристина Кретова, а также звезды Берлинской оперы Михаил Канискин и Элизия Карильо Кабрера исполняли номера классической и современной хореографии, в которых когда-то блистал Марис Лиепа. В частности, его любимые партии Корсара и Дон Кихота. И зрители имели возможность соприкоснуться с творчеством великого танцовщика.Вниманию публики была представлена фотовыставка с уникальными фотографиями из архива семьи Лиепа, посвященная жизни и творчеству Мариса Эдуардовича.Гала-концерт в Сочи открыл череду мероприятий, которые пройдут в честь юбилея М. Лиепы в Москве, Санкт-Петербурге, Риге, Новосибирске и других крупных городах, как в России, так и за рубежом.[b]Ах, Моцарт, Моцарт![/b]Украшением сочинского фестиваля стали и фолк-рок-группа «Пелагея», покорившая сочинцев народными песнопениями, и один из лучших современных драматических театров России – Театр Петра Фоменко, показавший спектакль «Волки и овцы». В рамках прощального мирового турне заглянуло в Сочи джазовое трио Жака Люсье, очаровавшее публику уникальными джазовыми обработками популярных произведений И. С. Баха. Танцевала прилетевшая на показ фильма «Саломея» легендарная испанская танцовщица Аида Гомес. Блеснул мастерством на сцене Зимнего театра лауреат почетной премии «Грэмми» камерный ансамбль Berliner Barock Solisten.А еще были творческие встречи участников фестиваля в музыкальных школах и училище искусств, благотворительный концерт в местном детском доме, который опекает маэстро, мастер-класс Юрия Башмета, при помощи телемоста транслировавшийся на несколько городов. Гала-концерт закрытия фестиваля был целиком посвящен Моцарту.Солировали Ксения Башмет ( фортепиано), Юрий Башмет (альт), французский скрипач Рено Капусон и Дмитрий Булгаков (гобой).Всего же в IV Зимнем международном фестивале искусств в Сочи было задействовано около 500 участников. Провести такой масштабный фестиваль, собрать столько звезд вместе Юрию Башмету и компании «Русское концертное агентство» без надежных партнеров было бы невозможно. Таким партнером фестиваля стал МДМ Банк, который взял на себя 70% всех расходов. Юрий Башмет особо подчеркнул, что кроме телеграммы от губернатора и поздравлений от мэра Сочи реальной помощи фестиваль ни от края, ни от города не получил. Помощь Минкульта РФ была сокращена в три раза от того объема, который обещал выделить министр А. Авдеев.Словом, если бы не поддержка МДМ Банка то фестиваль, наверное, все равно состоялся бы, но все было бы очень скромно.– Партнерство с МДМ Банком позволяет нам фантазировать и делать программу международного зимнего фестиваля намного интереснее, – отметил Юрий Башмет. – Этот год очень значимый в развитии фестиваля. Мы идем, прощупываем и подбираем самое лучшее во всех жанрах. Я думаю, что каждый фестиваль – это как спортивный рекорд, и в конце концов к 2014 году мы отберем самое лучшее по всем жанрам. Мы будем знать, что особенно хорошо получается и что нравится публике.В этом году впервые учрежден специальный приз сочинского фестиваля – серебряная ракушка, – изготовленный компанией « Ильгиз Ф.» Приз был выставлен в фойе Зимнего театра на протяжении всего фестиваля и каждый мог рассмотреть его поближе.Во время церемонии закрытия приз был вручен артистическому директору фестиваля Юрию Башмету в знак признания его удивительного таланта, уникальной способности зажигать сердца зрителей.

Любо, братцы, любо!

Приглашение Юрия Башмета фолк-группе «Пелагея» выступить на IV Зимнем международном фестивале искусств в Сочи стало неожиданностью для всех, включая и саму группу. Чего уж скрывать, в среде академической, классической музыки жанр народной песни считается чем-то второстепенным. Но кадровая импровизация маэстро вознаградила слушателей с лихвой – выступление Пелагеи имело фантастический успех. Восхищенные силой и красотой ее голоса, сочинцы стоя аплодировали певице. [b] [i]Грусть – это творчество[/i][/b] [b] – Пелагея, каковы ваши впечатления от фестиваля в Сочи?[/b] – Для меня это, прежде всего, огромная радость. Во-первых, потому что я очень давно знакома с Юрием Абрамовичем. У нас даже на Новый год случился такой тандем на телеканале «Культура»: мы вместе исполнили песню, которая и сегодня прозвучала на концерте. Маэстро сделал аранжировку: не классическую, а как раз основанную на нашей стилистике, – это было очень интересно. И оркестр у него замечательный. Я благодарна за доверие, оказанное нам маэстро. Нас пригласили на фестиваль выступать в одном ряду с театром Петра Фоменко – лучшим на свете, с замечательными звездами балета, с великолепными оркестрами… В общем, это действительно для нас очень серьезный шаг, и нам, безусловно, лестно, что нам была оказана честь таким великим человеком, как Юрий Башмет. [b]– Куда отправитесь после Сочи?[/b] – В данный момент мы готовимся к выступлению в Питере. Это будет сборный концерт, в котором разные исполнители будут петь песни «Битлз». У нас еще ничего не сделано, и нам нужно срочно работать над аранжировками. А «долгоиграющие» планы связаны с расширением репертуара. Я испытываю тягу к романсам. И у нас уже было несколько довольно удачных, как мне показалось, опытов исполнения романсов. Но мне давно хотелось сделать если не отдельную программу романсов, то во всяком случае как-то пошире внедрить их в наш репертуар. Потому что мне, как артистке, всегда очень интересна драматическая составляющая песни. И тут романс, конечно, благодатная почва. В детстве я часто пела: «Я ехала домой…» – и все говорили, что я еще маленькая и не понимаю, о чем пою. И теперь я хочу доказать всем, что я и тогда соображала, и сейчас понимаю, о чем этот романс. Мы думаем над тем, какие романсы мы бы хотели внедрить в наш репертуар и в какой форме. Это будет, конечно же, не классическая трактовка, а присущая группе «Пелагея». [b]– Почему у нас так любят грустные песни, щемящие душу романсы, а веселых, заводных песен так мало?[/b] – Это национальная особенность нашей истории и культуры. Дело в том, что грустные эмоции вызывают в нас наибольший душевный отклик. Грусть, тоска – это очень творческое состояние. Когда нам весело, мы веселимся – и все. А когда мы страдаем, то эту трагическую энергию мы сублимируем – и получаются красивые мелодии. Когда ты влюблен и счастлив, тебе некогда писать стихи, а вот когда тебе не ответили взаимностью, целые поэмы слагаются. Поэтому все логично. [b][i]«Норма» в «дорожках»[/i][/b] [b] – Ваши уникальные голосовые данные – это дар природы и родителей или вы занимались вокалом профессионально?[/b] – Специально не занималась. Дело в том, что мне не повезло: я не нашла своего педагога. Но зато у меня хорошая мама, она была и талантливой певицей, и талантливым режиссером. И так случилось, что и педагогом она стала очень талантливым – у нас с ней талантливый тандем. Сейчас я, конечно же, занимаюсь вокалом и слушаю очень много хороших певиц. Считаю, что это один из самых важных моментов – такие виртуальные мастер-классы. То есть я слушаю, как они поют, пробую сама. И самая лучшая школа – это концерты. Это метод проб и ошибок, но, если проанализировать то, что происходило на концерте, можно многому научиться. Но вообще-то я всем вокалистам советую заниматься с педагогами, если им повезет найти своего педагога. [b]– Понятно, что народные песни могут по-разному интерпретироваться, но для начала их нужно иметь. Где вы их находите?[/b] – Жила-была замечательная бабушка Ольга Сергеева в Псковской губернии, она умерла несколько лет назад. Это была не профессиональная певица, но она была известна у себя в деревне и во всех близлежащих. Особенно после того, как к ней начали приезжать фольклористы, записывать ее песни на разные музыкальные носители. Благодаря Интернету это все получило широкую известность. И я думаю, сегодня все знают, кто такая Ольга Сергеева, потому что это невероятная певица, каких мало. У нее действительно был очень хороший музыкальный вкус, и песни, которые она пела, были настолько красивые, что даже те люди, которые пренебрежительно относились к народной музыке, называли ее «пошлым искусством в кокошниках», когда слушали Ольгу Сергееву, удивлялись: вот это класс! [b]– И вам не тесно в рамках фольклорного жанра?[/b] – Дело в том, что мы компилируем фольклор с другими жанрами, позволяем себе все что угодно. Мы начали исполнять фольклорные композиции с элементами рока и современной альтернативной музыки. Мы меломаны в хорошем смысле слова, слушаем очень разную музыку – главное, чтобы она была качественная. И, конечно же, нам нравится заниматься собственным творчеством: ни мне, ни ребятам не хочется загонять себя в какие-то узкие рамки. Мол, мы поем только казачьи песни или мы поем только архаичные композиции и так далее. Поэтому мы можем впихнуть в «Позарастали стежки-дорожки» арию из «Нормы» или включить в «Отжил я свой век» цитату из «Пинк Флойд». [b] [i]Огранка бриллиантов[/i][/b] [b] – Есть ли в России певицы, которые вам интересны?[/b] – Их мало, но они есть. Есть Земфира – я считаю, мы должны гордиться тем, что она наш современник. Потому что она великолепная певица, очень талантливый поэт, композитор и вообще мегаличность. Есть Инна Желанная, чье творчество, навеянное любовью к фольклору, всегда интересно. Есть замечательная Анжела Манукян и группа «Волга» – у них музыка достаточно жесткая, но что она вытворяет своим голосом, невероятно! В общем, есть интересные исполнители, но, к сожалению, их никто не знает, кроме горстки людей, которые этим интересуются. Может быть, благодаря опять же таким фестивалям интерес к этому направлению возрастет и этих исполнителей будут знать больше. Если я как-то поучаствую в этом, я буду счастлива, потому что они этого заслуживают. – Расскажите, с чего начинается работа над песней: с аранжировки или с вокала? – Песня рождается долго. Прежде чем она предстанет в таком виде, в каком вы ее слышите на сцене или в альбоме, она проходит огромное количество разных этапов. Всю огранку для того или иного бриллианта, той или иной песни придумывают наши музыканты. А потом уже прихожу я и привношу какие-то вокальные нюансы. Это моя вотчина, и никто туда не ходит. Опять же я очень доверяю вкусу моей мамы, которая является продюсером всего этого большого проекта под названием «Пелагея». Я очень уважаю наших ребят, потому что это на самом деле шикарные музыканты – очень умные, талантливые, и я с удовольствием подчиняюсь им, скажем так, на каких-то этапах. [i] [/i][b][i]Олимпиаде – да, «Евровидению» – нет[/i][/b][b]– Если бы вам предложили представлять Россию на «Евровидении», согласились бы?[/b] – Нет. Вот сочинскую Олимпиаду я бы с удовольствием представляла, потому что Олимпийские игры – это событие, которое действительно касается всех. Это достойно, а «Евровидение»… Ну о чем мы говорим? [b]– Не было ли у вас желания попробовать себя в кино или на драматической сцене?[/b] – Я пробовала… Но я в этом плане максималист, считаю, если что-то делать, тем более публично, это нужно делать очень хорошо. А у меня не получается быть хорошей актрисой. Может быть, потом, когда я наполнюсь еще больше жизненным опытом, что-то случится, но пока я себе такой задачи не ставлю. [b]– Вы часто выступаете в Москве. В чем особенности московского зрителя?[/b] – Московский зритель избалован всевозможными артистами, поэтому его очень непросто удивить. В начале нашей карьеры в Москве нас не так хорошо знали. Вообще не представляли, чем мы занимаемся. А сейчас к нам на концерты идут люди уже более подготовленные. В последнее время у нас уже не бывает такого, что люди сидят и еле хлопают. Они сразу приходят с открытым сердцем – это очень приятно, потому что раньше гораздо больше приходилось тратить усилий, доказывая, что ты достоин того, чтобы тебя слушали. А сейчас люди сами тебя просят: пожалуйста, попой, поиграй! [b]– Кто они – ваши поклонники? Вы знаете свою аудиторию?[/b] – Аудитория расширяется невероятно. То есть у нас на концертах всегда очень разные люди. Много мужчин, причем разного возраста. К нам приходят бабушки, но не те, которые хотели бы, чтобы я пела без микрофона и под баян. Нет, к нам приходят продвинутые бабушки. Очень много молодежи, в том числе молодых семей с маленькими детьми. Самое главное отличие наших зрителей, как мне кажется, – они все очень интеллигентные. И мне так нравится, когда я вижу их ясные глаза. И мне всегда приятно, что такие хорошие люди сидят и смотрят на нас два часа. [b]– Когда ждать выхода нового диска группы «Пелагея»?[/b] – Пока таких планов нет. Нам нужно немножко отдохнуть, потому что мы только что выпустили двойной диск – он концептуальный, в него было вложено много идей. Поэтому нужно сделать выдох. И мы сейчас занимаемся тем, что ездим по стране с концертами и знакомимся с публикой. Вот сегодня в Сочи у нас произошел такой удачный контакт. Я не ожидала такого теплого приема и не думала, что будут такие овации. Это всегда приятно, а особенно когда ты в первый раз выступаешь в таком важном для нас городе. [b]Сочи–Москва Досье «ВМ» [/b][i][b]Пелагея ХАНОВА[/b] родилась в 1986 г. в Новосибирске. В 1996 г. стала победителем в конкурсе «Утренняя звезда». Год спустя переехала с мамой в Москву. В 1999 г. Пелагея и ее мама организовали группу, играющую фолк-рок (русские песни, обработанные в рок-акустике). В 2000 г. девушка экстерном окончила школу при Институте им. Гнесиных, в 14 лет поступила в институт РАТИ (ГИТиС) на эстрадный факультет, по окончании которого получила красный диплом. В 2007 г. вышел альбом «Девушкины песни» – и был отмечен премией «Лучший рок-альбом года». В 2008 г. Пелагея получила премию «Триумф» за вклад в российскую культуру.[/i]

Игра в четыре руки

Чтобы успеть в Сочи на фестиваль Юрия Башмета Денис Мацуев летел двое суток: сначала из Питсбурга в Амстердам, где у него был концерт, потом из Амстердама в Москву и уже оттуда – в столицу зимней Олимпиады.В Сочи он прилетел днем, успел порепетировать с камерным ансамблем «Солисты Москвы», а вечером блистательно исполнил программу плюс несколько номеров на бис (в том числе под овации публики с Юрием Башметом они сыграли в четыре руки). И сразу после концерта – опять в самолет.Поэтому задавать вопросы музыканту приходилось буквально на бегу – в перерыве между репетициями и отделениями концерта.[b][i]Сочи–Иркутск – города-побратимы[/i]– Денис, ваша жизнь – непрерывные перелеты, сколько времени вы проводите в воздухе?[/b]– Вы знаете, я действительно готов летать хоть каждый день. Позавчера у меня был концерт в Америке, вчера – в Амстердаме с Валерием Гергиевым, который, кстати говоря, прилетел туда из Сочи. Он был под огромным впечатлением от фестиваля, от оркестра «Новая Россия», которым дирижировал, от публики.В общем, жизнь в Сочи кипит, и по градусу, по некой химии, сразу чувствуется, что здесь происходит что-то настоящее.Из Сочи я улетаю в Иркутск – принимать Мариинский театр. Иркутск – это мой родной город, который я всегда помню и люблю. Сочи тоже мой любимый город. Он мне очень близок, у меня здесь много знакомых. Их на самом деле многое объединяет: здесь Черное море, там Байкал; это города великие во всех отношениях. И я даже думаю, что хорошо бы сделать что-то для них обоих как городов-побратимов.[b]– Чем сочинский фестиваль отличается от других музыкальных фестивалей?[/b]– Чем отличается? Во-первых, тем, что раньше здесь ничего похожего не было. А такой город, как Сочи, должен был иметь свой фестиваль, потому что это блестящий город, потрясающий регион. Я обожаю Сочи, с 81-го года каждый год здесь бываю, знаю все улицы, начиная от Мамайки и заканчивая Тоннельной и Вокзальной. Я обожаю Зимний театр, я бывал здесь 6-летним мальчиком с бабушками и дедушками, когда приезжал сюда отдыхать.Город, конечно, изменился за последнее время, и мы все понимаем, какое значение придается столице зимней Олимпиады. И это здорово, что в преддверии огромного события здесь происходит такое культурное потрясение, как фестиваль Башмета. Я очень благодарен Юрию Абрамовичу, который пригласил меня на свой фестиваль. Потому что об этом фестивале говорят не только в стране, но и за рубежом. Фестиваль искусств Юрия Башмета в Сочи – это уже международный бренд. Я думаю, не стал бы этот бренд больше, чем сама Олимпиада.Потому что все, что делает Башмет, это всегда гарантия качества и высочайшего художественного вкуса. Играть с ним, с его оркестрами – это большая честь…Возьмите его новогодние концерты, которые постоянно проходят 31 декабря в Зале Чайковского.Сейчас многие знаменитые музыканты устраивают новогодние концерты и делают это блестяще, но мне посчастливилось участвовать вот в этих концертах три или четыре раза подряд. Люди буквально за час раскупают билеты, потому что все знают, что фантазия у Башмета просто неописуемая. Он горазд на фантастические импровизации и сюрпризы и всегда с юмором все делает, с таким куражом в хорошем смысле слова.[i][b]От Моцарта до Шостаковича[/b][/i][b]– Что вы скажете о программе фестиваля?[/b]– Программа фестиваля очень рафинированная, тонкая, разнообразная, составлена с большим вкусом. В ней представлены и блестящее молодое поколение, и суперзвезды, например знаменитый камерный оркестр Берлинской филармонии. Их выступление – это вообще событие фантастическое.Мне кажется, что идея создать фестиваль на сплетении спорта и культуры возникла у Юрия Абрамовича не случайно.И это связано не столько с предстоящей Олимпиадой, просто у спорта и культуры много общего. Здесь можно найти очень много параллелей: дирижер – тренер, команда – оркестр. Очень много есть схожих вещей, связанных с тактикой и с интерпретацией произведения…[b]– А у вас есть любимый вид спорта?[/b]– А как же – футбол! И конечно же, здорово, что в нужное время и в нужном месте появился Юрий Абрамович Башмет, выдающийся наш музыкант, которого я обожаю. Я вижу, что здесь происходит чтото новое, необычное и потрясающее. Год от года этот фестиваль развивается, раскручивается. И я желаю этому фестивалю существовать и после Олимпиады. Потому что жизнь здесь будет продолжаться. Я говорю не только о спортивных, но и о культурных объектах. И, конечно, городу Сочи необходим концертный зал…[b]– Об этом говорили и Юрий Башмет, и Валерий Гергиев, да и мэр города Анатолий Пахомов двумя руками «за», но средств на культуру, как обычно, нет…[/b]– Вы знаете, это вообще наша беда, в нашей стране нет хороших концертных залов. В Москве остался один Зал Чайковского, потому что Большой зал консерватории на ремонте. В Доме музыки, к сожалению, играть не очень приятно, потому что там акустика плохая. Сочинский Зимний театр, где мы с вами находимся, один из самых любимых моих театров, я сюда ходил с пятилетнего возраста, обожаю это здание.Но акустика здесь – да, блестящая, потрясающая, но все-таки не для классической музыки, а для драматического театра. Нам нужны хорошие концертные залы.Пример Валерия Гергиева, который за 14 месяцев построил в Петербурге уникальный зал с гениальной акустикой, очень поучителен. Насколько я знаю, бюджет этого зала составил порядка 35 миллионов долларов.Почему бы нам не построить десять таких залов по всей стране? И в Сочи тоже.[b]– Ваши впечатления о сочинской публике?[/b]– Могу сказать, вот сейчас, в перерыве между отделениями, что атмосфера в зале замечательная. Здесь подготовленная публика, которая очень чутко слушает. Мы играли сегодня, в общем-то, не самый известный 17-й концерт Моцарта, и была гробовая тишина – я был поражен этим.[b]– В свою программу вы включили и Первый концерт Шостаковича, где звучат советские марши, спортивные мелодии…[/b]– Ну, не только спортивные, очень много всего сплетено в этом концерте – и юмор, и фарс, и в то же время какие-то скрытые мотивы, какое-то хулиганство там тоже присутствует. Даже улавливается таперская манера Дмитрия Дмитриевича – он в молодости играл в кинотеатре. Есть там и пародии на разные советские марши.Я думаю, что это один из самых веселых, но и один из самых сложных концертов для фортепиано с оркестром, несмотря на свою легкость, юмор, браваду…[i][b]Цена ошибки будет велика[/b][/i][b]– Сейчас все обсуждают новые стандарты образования, предложенные министром Фурсенко… Выдающиеся театральные деятели, балетные звезды, знаменитые музыканты – все как один выступают против этих нововведений. Что вы думаете об этом?[/b]– Этот вопрос возникал еще несколько лет назад… Я помню, как мы, участники первого фестиваля «Крещендо», в 2005 году пришли на прием к нашему президенту Владимиру Владимировичу Путину. У нас было такое дружеское застолье, но мы затрагивали разные темы, в том числе и тему образования. Это нас сегодня очень тревожит, потому что наше образование, пожалуй, самое сильное, если мы говорим о музыкантах. Великое образование, я бы сказал. Эта модель: музыкальная школа – консерватория – аспирантура – это лучшее, что может быть. И вводить некие новшества, как бакалавриат, магистратура и прочие, абсолютно неуместно. Я говорю о музыкальном цехе в данном случае. И, конечно, мы все очень встревожены, потому что любое вмешательство в устоявшиеся каноны неизвестно к чему может привести.И я, и многие музыканты обеспокоены этим. В том числе мы также беспокоимся о будущем таких специальных музыкальных учреждений, как ЦМШ или Гнесинка. То ли их надо закрывать, то ли им надо будет начинать учить ребенка музыке с 12-летнего возраста – это, конечно, полный бред.Поэтому, если это будет принято, я думаю, что это будет огромная ошибка. Потому что талантливому, одаренному, гениальному ребенку нужно учиться музыке с самого раннего возраста, когда он впервые проявит свои способности.[b]– Интересно, состоялся бы Денис Мацуев как музыкант, если бы начал учиться музыке с 12 лет по инструкциям Минобразования?[/b]– Я в три года подошел к инструменту – пианино «Тюмень», как сейчас, помню. Наиграл одним пальцем мелодии из телевизионной программы. И родители сразу поняли, что я обречен на это дело. С тех пор я начал заниматься – и в музыкальной школе, и в училище, потом консерватория, аспирантура… Многие говорят, что талант всегда пробьет себе дорогу, но вы знаете, я бы не стал рисковать. И если вы хотите знать мое мнение, я абсолютно против этих новшеств.Вообще, у меня такое ощущение, что кто-то хочет, чтобы культура, которая в России является национальным достоянием, стала каким-то прикладным, развлекающим фактором. Я считаю, что это огромная ошибка.[b]– А есть что-то такое, что бы вы изменили в системе подготовки творческих специалистов?[/b]– Вы знаете, не надо ничего менять, у нас потрясающая система образования, нам сейчас надо думать о том, как сохранить наш уникальный творческий капитал, наш музыкальный цех. Ведь до недавнего времени в музыкальных школах были зарплаты 3–4 тысячи рублей в месяц.Я много езжу по России и знаю, что в некоторых провинциальных оркестрах до сих пор зарплата составляет 4–5 тысяч, и люди, в общем-то, из любви к искусству каждый день репетируют, играют. Без слез на это просто смотреть невозможно. Да, у нас есть потрясающие коллективы в Москве и Петербурге, ведущие наши оркестры.Но о провинциальных оркестрах не нужно забывать, потому что там тоже есть музыканты, которые очень здорово играют. Эти коллективы нужно поддержать.[b]Сочи–МоскваДосье «ВМ»[i]Денис Леонидович Мацуев [/i][/b][i](род. 11 июня 1975 года в Иркутске) – российский пианист.Заслуженный артист России, лауреат Государственной премии Российской Федерации в области литературы и искусства 2009 года.«Мы имеем дело с виртуозом «великой русской школы», который возвращает нас к эпохе великого Эмиля Гилельса: технические навыки Мацуева без преувеличения фантастичны, а его исполнение Рахманинова воистину пронизано «русской душой».[/i]

В глуши лесов тригорских

Зимние дни коротки, поэтому из Пскова мы выехали засветло. Мы – это большая группа журналистов, отправившаяся на выходные дни в экскурсионную поездку в Пушкинские Горы. Экскурсовод Ирина, фанатично влюбленная в Пушкина, всю дорогу увлекательно рассказывала о природе и истории мест, которые мы проезжали, о родовом имении поэта, где в полную силу расцвел его творческий гений.…Наконец мелькнул указатель «Пушкинские Горы», и наш автобус свернул с автострады. Еще несколько минут, и мы въехали в село Михайловское. Оставив автобус на стоянке, наша группа неторопливо направилась к дому поэта. По дороге мы миновали горбатый мостик, замерзший пруд, яблоневый сад, домик бывшего директора заповедника С. Гейченко с коллекцией самоваров на веранде.[b]Под надзор семьи[/b]Впервые Пушкин приехал в Михайловское в 1817 году после окончания лицея и прожил в нем все лето. Тогда он написал оду «Вольность»:[i]Увы! Куда ни брошу взор –Везде бичи, везде железы...Законов гибельный позор,Неволи немощные слезы.[/i]В свой очередной приезд летом 1819 года Пушкин пишет стихотворение «Деревня»:[i]Здесь барство дикое без чувства, без закона,Присвоило себе насильственной лозойИ труд, и собственность, и время земледельца,Склонясь на чуждый плуг, покорствуя бичам,Здесь рабство тощее влачится по браздам.[/i]За эти два стихотворения в мае 1820 года Пушкин был отправлен в южную ссылку. А четыре года спустя его ссылают в родное село Михайловское, куда он и прибывает 9 августа 1824 года. Поэта приветливо встречают родители, сестра Ольга и брат Лева. Однако семейная идиллия продолжалась недолго. Вскоре Пушкин узнает, что из Пскова приезжал исправник и попросил отца присматривать за сыном, дабы он не ударился в крамолу. Сергей Львович, сочтя это своим отцовским долгом, согласился.Это расстроило поэта, начались ссоры с отцом. Жить вместе дальше стало невозможно, и родители, собрав пожитки и забрав с собой повара, покинули Михайловское. Пушкин остался с няней и верным слугой Никитой Козловым. Няня готовила Александру, Никита Козлов подавал верхового коня. Друзья поэта, А. Тургенев и князь П. Вяземский, боялись, что Пушкин «в глуши лесов тригорских» сопьется или сойдет с ума. Этого не произошло, напротив, период ссылки стал одним из самых плодотворных в жизни поэта.Нет, не случайно поэт называл Михайловское «приют спокойствия, трудов и вдохновенья». Осенью 1824 года Пушкин закончил начатые еще на юге поэмы «Бахчисарайский фонтан», «Цыгане», «Песнь о Стеньке Разине», две главы «Евгения Онегина». К концу ссылки им были написаны трагедия «Борис Годунов», поэма «Граф Нулин», стихотворения «Жених», «Зимний вечер», «Буря», «Я помню чудное мгновенье», посвященное А. П. Керн – в общей сложности более ста произведений.[b]Себя как в зеркале я вижу[/b]…Перед нами открылась панорама небольшой усадьбы с несколькими хозяйственными постройками. Старинный ганнибаловский дом, в котором Пушкин провел «изгнанником два года незаметных», не сохранился, но восстановлен таким, каким был при жизни поэта. Дом небольшой, деревянный, изначально предназначался для летнего проживания. В суровые зимние морозы топилась печь, наполняя его теплом и уютом. Ирина пригласила нас «в гости к Пушкину», и мы, поднявшись на крыльцо, вошли в усадебный дом, где сосредоточена основная музейная экспозиция.В передней – стенды, знакомящие с историей Михайловского. Здесь представлены документы о пожаловании имения наперснику Петра I А. П. Ганнибалу, карта дорог того времени, материалы, рассказывающие о приездах сюда юного Пушкина в 1817 и 1819 годах и о днях ссылки 1824– 1826 годов.Из передней мы прошли направо, в комнату Арины Родионовны, или «девичью». В этой комнате когда-то за пяльцами работали дворовые девушки, теперь здесь хранятся предметы крестьянского и помещичьего быта того времени. Три комнаты северной стороны дома – спальня, гостиная, или зальце, и столовая – обычно занимались изредка приезжавшими в Михайловское родителями поэта. Их портреты украшают стены гостиной. Здесь все те же «штофные обои, портреты дедов на стенах и печи в пестрых изразцах», стоит старинная мебель, точно такая же, как при Пушкине. Из окна хорошо видны оба озера, река Сороть, за ней деревня Зимари.В столовой со стены на нас смотрел портрет Пушкина кисти О. Кипренского. Тот самый, о котором поэт сказал:[i]Себя как в зеркале я вижу,Но это зеркало мне льстит.Так Риму, Дрездену, ПарижуИзвестен впредь мой будет вид.[/i]В центре – старинный стол-сороконожка, за таким же столом собиралась обедать семья поэта. В небольшом шкафчике вещи, которых касалась рука Пушкина: бокал, бильярдный кий и шары, ручка от кареты… Восстановлен в первоначальном виде, по воспоминаниям современников, кабинет поэта. В центре – старинный письменный стол, кресло с откидной спинкой, подножная скамеечка, подаренная Анной Петровной Керн. У стены – книжная полка, невысокая этажерка, на которую Пушкин складывал книги и рукописи, в углу – кровать с пологом, напротив – белый камин. На стене портрет Байрона с надписью на обороте: «Подарено А. С. Пушкиным Анне Вульф 1828 г.» – одна из главных реликвий музея. У камина, среди личных вещей поэта, знаменитая девятифунтовая железная трость.Друзья Пушкина в своих воспоминаниях писали, что поэт, отправляясь на прогулку, часто брал с собой тяжелую трость. «Для того чтобы рука была тверже, если придется на дуэли драться», – говорил Пушкин.[b]Остров уединения[/b]Выйдя из дома-музея, мы прошли в деревянный флигелек, известный как «домик няни». Эта небольшая постройка состоит всего из двух комнат, одна из которых служила банькой, другая – светелкой няни поэта Арины Родионовны. С другой стороны дома стоят еще три флигелька: кухня и людская, дом управляющего и дом приказчика. Они восстановлены в точности и повторяют свой прежний облик. Прямо перед домом по кругу липы, посаженные сыном Александра Сергеевича Григорием.Любимое место прогулок Пушкина, Михайловский парк, был разбит дедом поэта в конце XVIII века. Через весь парк проходит широкая еловая аллея, служившая въездом в усадьбу. По ней к опальному поэту, невзирая на запрет, приехал его лицейский друг Иван Пущин, которому Пушкин посвятил строки:[i]Мой первый друг, мой друг бесценный!И я судьбу благословил,Когда мой двор уединенный,Печальным снегом занесенный,Твой колокольчик огласил.[/i]Мы прошлись по еловой аллее, любуясь красотой сохранившихся до наших дней могучих двухсотлетних деревьев, в своей юности видевших Пушкина. Свернули на липовую аллею, носящую в народе еще одно название – «аллея Керн», в память о великом шедевре, написанном А. С. Пушкиным после посещения Михайловского Анной Петровной Керн в июне 1825 года.Полюбовались каскадом прудов, на одном из которых находится любимый уголок Пушкина – «остров уединения».[b]Чудо – жизнь анахорета![/b]Имение Тригорское расположено всего в трех километрах от Михайловского.Пушкин любил Тригорское, часто бывал там. Уже после окончания ссылки он писал Осиповой: «Вспоминайте иногда Тригорского (т. е. Михайловского) изгнанника. Вы видите, я, по старой привычке, путаю наши жилища».В уютном доме Осиповых-Вульф, храня память о поэте, организовали подобие маленького музея Пушкина. В экспозиции представлено немало подлинных вещей, связанных с его именем: рабочая шкатулка – подарок поэта Е. И. Вульф, стол, за которым он работал в Тригорском, кресло А. Н. Вульфа, часы, картины фламандской школы. Старый парк, Онегинская скамья, поляна, где устраивались хороводы, могучий дуб – современник поэта – все здесь пропитано атмосферой пушкинской эпохи. Все напоминает о том, что поэт был счастлив в Тригорском.[i]Здравствуй, Вульф, приятель мой!Приезжай сюда зимой,Да Языкова поэтаЗатащи ко мне с собойПогулять верхом порой,Пострелять из пистолета.Лайон, мой курчавый брат(Не Михайловский приказчик),Привезет нам, право, клад...Что? – бутылок полный ящик.Запируем уж, молчи!Чудо – жизнь анахорета!В Троегорском до ночи,А в Михайловском до света:Дни любви посвящены,Ночью царствуют стаканы,Мы же – то смертельно пьяны,То мертвецки влюблены.[/i][b]Последний приют[/b]Из Михайловского все дороги ведут в Святогорский монастырь – поклониться праху поэта. На высоком холме внутри монастыря стоит Успенская церковь. Миновав две крутые лестницы с перилами из дикого камня, мы оказались на ровной площадке – возле родовой усыпальницы Ганнибалов-Пушкиных. Здесь похоронены родители поэта – Надежда Осиповна и Сергей Львович. А рядом – обрамленная балюстрадой могила самого Александра Сергеевича. На ней стоит удивительный по красоте памятник. Основание сложено из красного и черного полированного гранита. На постаменте – беломраморный обелиск, украшенный орнаментом, с нишей, в которой стоит мраморная урна, покрытая покрывалом. На гранитном цоколе высечена золотыми буквами надпись: Александр Сергеевич Пушкин родился в Москве, 26 мая 1799 года. Скончался в С.Петербурге, 29 января 1837 года.Цветы у могилы поэта. Вспомнились поэтические строки, написанные Пушкиным за полгода до смерти:[i]И хоть бесчувственному телуРавно повсюду истлевать,Но ближе к милому пределуМне все б хотелось почивать.[/i]В этом «милом пределе» рано утром 18 февраля 1837 года поэт был погребен в присутствии А. Тургенева, своего старого дядьки Никиты Козлова и небольшой группы местных крестьян. Среди пришедших проститься с Пушкиным были и две дочери владелицы Тригорского Прасковьи Александровны Осиповой-Вульф – Мария и Екатерина. Вот и все.Пушкинские Горы – один из самых поэтических уголков России, он сохраняет свое неповторимое очарование в любое время года. Все, кто хоть раз побывал в Пушкинских Горах, сходятся в одном: сюда хочется возвращаться снова и снова.

Как я люблю Москву…

У ЛЮБИТЕЛЕЙ поэзии праздник. Пятый год подряд выходит в свет альманах «День поэзии. XXI век». Это литературно-художественное издание, появившееся в «оттепельном» 1956 году, прекратило свое существование в роковом 1991-м. Стране, оказавшейся по воле политиков на сломе бытия, было, как говорится, не до песен. Но интерес к поэтическому слову неистребим, и после длительного перерыва в 2006 году усилиями известного московского поэта Андрея Шацкова, при поддержке тогдашнего Министерства культуры России, альманах удалось возродить. Причем на некоммерческой основе: тираж «Дня поэзии» целиком рассылается в библиотеки, школы, литературные объединения.С каждым годом у «Дня поэзии» появляется все больше новых друзей. Юбилейный, пятый со дня своего второго рождения, выпуск альманаха – плод совместных усилий москвичей и петербуржцев. Вклад в издание альманаха внесли Общественный совет города Москвы, Ассоциация «Лермонтовское наследие», Литературный фонд «Дорога жизни» и питерский журнал «Нева». Первая презентация нового альманаха состоялась в Петербурге, теперь москвичи готовятся к ответной встрече, приуроченной к празднованию Всемирного дня поэзии – 21 марта.В альманахе, основу которого составляют московские поэты, немало стихотворений, посвященных Первопрестольной.[i]Вселенная в окне – букварь для грамотея, читаю по складам и не хочу прочесть. Объятую зарей, дымами и метелью, как я люблю Москву, покуда время есть…[/i] – писала Белла Ахмадулина, чья поэтическая подборка украшает юбилейный «День поэзии».Стихи поэтов органично дополняют литературно-художественные очерки. Интересное эссе об Александре Блоке, чей портрет по праву украшает обложку этого альманаха, так как в минувшем году автору «Стихов о прекрасной даме» исполнилось бы 130 лет. Не остались без внимания составителей и другие круглые даты: 120-летие Бориса Пастернака, 100-летие Александра Твардовского, 100-летие «блокадной музы» Ольги Берггольц.Главными редакторами юбилейного издания стали сразу три известных литератора. Каждому из них мы задали по три вопроса:[b]1.[/b] В чем особенности «московской» и «петербургской» школ поэзии?[b]2.[/b] Чем юбилейный выпуск «Дня поэзии» отличается от предыдущих?[b]3. [/b]Почему в наш меркантильный век люди продолжают писать и читать стихи?Предлагаем читателям «Вечерней Москвы» их ответы.[b]Андрей ШАЦКОВ (Москва):1.[/b] В противостоянии школ немалое значение имеют проблемы философского порядка. Общее над частным превалирует в московской школе, а частное как самоценность характерно для Питера. Существование и взаимообогащение «школ» радует и служит во благо поэзии.[b]2. [/b]В нем число авторов (260 человек) в полтора раза превышает их количество в предыдущем альманахе, напечатана «фотолетопись» возрождения альманаха, больше прозаического материала о юбилярах – «повелителях светлых словес». Впервые целенаправленно даны стихи 25 студентов Литературного института им. Горького. В общем, в большем объеме дан срез современной российской поэзии.[b]3.[/b] Век действительно меркантильный и агрессивный. Но потребность в истинно прекрасном осталась. Чтобы хоть как-то возродить социальную значимость поэзии, «чтобы не престала память родителей наших и наша, и свеча бы не угасла», ежегодно выходит альманах «День поэзии», знаковое издание для истинных ее знатоков и любителей.[b]Сергей МНАЦАКАНЯН (Москва):1. [/b]Особенности петербургской школы – большая сдержанность, прозрачность белых ночей. У московской поэзии родовые черты выражены не так ясно, они в чем-то ярче и одновременно более склонны разрушать границы. Но это чисто условно.[b]2.[/b] Новый выпуск альманаха отличается от предыдущих тем, что над ним сообща работали поэты двух столиц – Москвы и Питера.Санкт-Петербург делегировал для работы одного из главных соредакторов, членов редколлегии. Книга выпущена в Северной столице. А московская часть, естественно, готовилась в Москве.[b]3.[/b] Люди не виноваты в своем пристрастии к поэзии. Это поэзия заставляет читать себя, записывать неожиданные строки, находит тайные струны в человеческой душе, которые отзываются на поэтические ритмы, на яркие и искренние слова стихов – как классиков, так и поэтов современных. Эти струны звучат в душе каждого, просто обычно их не умеют слушать. Этому надо учиться.[b]Наталья ГРАНЦЕВА (Санкт-Петербург):1.[/b] На мой взгляд, питерская поэзия более жестко относится к технике версификации и требованиям литературного вкуса, менее требовательная в этом смысле московская получает по этой причине немалое преимущество – большую свободу.[b]2.[/b] В нем «больше поэтов, хороших и разных».[b]3. [/b]Одни люди продолжают писать стихи потому, что Бог одарил их талантом и им есть что сказать. Другие люди продолжают читать стихи, потому что одарены потребностью духовного взаимодействия. Эта сфера просто неподвластна меркантилизму.

От трагедии до водевиля

К 90-летию знаменитого актера телеканал «Культура» подготовил показ его лучших театральных работ. В минувшую субботу москвичи увидели знаменитый спектакль «Ханума», где раскрылся его яркий комедийный талант. А, например, в спектакле «Амадеус» Стржельчик в роли Сальери достигал высот подлинной трагедии. Кажется, он вообще мог играть все – от трагедии до водевиля. Но где ему действительно не было равных, так это в ролях героев-любовников. Много лет держал марку самого кассового спектакля Петербурга «Последний пылко влюбленный», где Стржельчик играл современного, сгорающего от страсти донжуана. Его партнершей была непревзойденная Алиса Фрейндлих. Зрители с восторгом принимали и другой дуэт этой знаменитой актерской пары – в спектакле «Старомодная комедия» Арбузова. Однажды они играли эту драму двух уже немолодых людей на гастролях в Германии. В последней картине героиня уезжает и говорит ему: «Ради бога, не провожайте меня». Он просит ее остаться, но она уходит, и тут ему становится плохо, у него появляются слезы на глазах. И вдруг в зрительном зале по-немецки закричала женщина. (Об этом мне рассказывал в одном из последних своих интервью сам Владислав Игнатьевич). Она крикнула: «Не смей уезжать!» Такова сила настоящего искусства. Вот ради таких моментов и живут актеры. Казалось, совсем недавно мы сидели в его гримерке в БДТ, и он рассказывал о том, как в детстве мечтал стать музыкантом, пел в капелле мальчиков. У него был неплохой голос и абсолютный слух, и сам Евгений Мравинский в своей книге писал о том, как он пел Леля в «Снегурочке» Римского-Корсакова. Но этой мечте не суждено было сбыться. Началась эпоха великой чистки. Отец его был поляк, к тому же служащий, а не рабочий. И мальчика выгнали из капеллы. «Такое время было, что только дети рабочих могли учиться. Ну что делать? Я не злой человек, обиды не держу», – говорил актер. Однако любовь к музыке осталась на всю жизнь. «Я симфонист, люблю классическую музыку. У меня чудные записи, еще караяновские, и солисты потрясающие. Люблю поставить пластинку Обуховой или Федора Ивановича, слушаешь и думаешь: «Боже мой! Чудо какое!» Не многие знают о фронтовой страничке его биографии. Владислав Стржельчик начал служить еще до войны, в 40-м году, а вернулся в конце 45-го. Прошел войну артиллеристом. И всегда говорил, что армия – это великая школа. Владислав Стржельчик много снимался, создал немало ярких, колоритных образов в кино: Наполеон в «Войне и мире», генерал Ковалевский в «Адъютанте его превосходительства», князь Нарышкин в «Короне Российской империи», Яичница в «Женитьбе» и многие другие. Но главным делом своей жизни он считал театр. За шестьдесят лет работы в театре Стржельчик переиграл множество ролей. Его имя на театральной афише было лучшей гарантией качества спектакля. Зрители шли в театр «на Стржельчика». Каждый спектакль, говорил он, нужно играть с таким накалом, как будто он последний в вашей жизни. Он двигался от роли к роли, от звания к званию, пока не стал «маршалом» – в театре, в актерской профессии. А в жизни больше всего в людях ценил доброту. «Меня очень волнует то, что сейчас равнодушных много стало, – говорил он. – Вот это самое страшное. Потому что, когда человек даже, может быть, злится, чем-то недоволен, но говорит об этом честно, это терпимо. Но когда человек вообще ни о чем не говорит, когда ему все равно – вот это самое страшное». А еще «Стриж», как его любовно звали в театре, пользовался необыкновенным успехом у представительниц прекрасного пола. На семидесятилетие актера был устроен театральный капустник, и коллеги подарили Стржельчику молодую полураздетую артистку. Подарок, что тут скрывать, необыкновенно понравился юбиляру. «Без женщин жить нельзя на свете, – усмехнулся Владислав Игнатьевич, когда я ему напомнил об этом. – Я люблю женщин. Когда видишь их – жить хочется. Как можно, чтобы тебя не окружал прелестный пол? Они прелестны – и молодые, и пожилые, и старые. Женщины – это великий стимул». Умение быть импозантным, светским, обаятельным привело к тому, что Стржельчика часто назначали на роли сановников. Он играл Наполеона, Николая Первого, Александра Второго. Помнится, я спросил его, кто из монархов ему самому нравится. «Это сложный вопрос, – ответил он. – Я ведь с ними не был знаком. Кстати, последний Николай, погибший такой ужасной смертью, да простит меня Бог, мне совершенно не нравится. Раз он позволил прийти другой власти, раз он отрекся от престола – это не монарх. Власть должна быть сильной. Но когда мы говорим о демократии, надо сначала разъяснить, чтобы люди поняли, что это такое. Мы же учим детей говорить «мама», «папа», учим уважительно относиться к старшим. Это процесс. А мы хотим сразу ввести демократию и свободу. Свобода – это великая вещь, ее завоевывают, еще надо научиться ею пользоваться, свободных людей надо воспитать». Поневоле подумаешь: как актуально звучат эти слова сегодня.

Сергей Лазарев: Не признаю стимуляторов

[i][b]Завтра начинается сегодня[/b][/i][b]– Сергей, правительство Москвы объявило 2011-й Годом здоровья. Что бы вы пожелали подросткам, вступающим в большую жизнь, какой бы совет им дали?[/b]– Думать о том, что жизнь впереди длинная, ее нужно прожить достойно. Нужно нарожать здоровых детей, создавать здоровую нацию. Почаще смотреть вперед, думать о том, что поступки, которые ты совершаешь в настоящем, могут изменить твое будущее. В какую сторону – положительную или отрицательную – зависит только от тебя.[b]– Согласно восточному календарю 3 февраля оканчивается Год белого тигра. Каким этот год был для вас?[/b]– Минувший год был для меня богат на различные события, творческие в том числе. Я подписал контракт с Sony Music Entertainment, выпускал альбомы, клипы. А в конце года сделал замечательный подарок как для себя, так и для всех своих фэнов: мои песни вошли в официальный саундтрек к фильму «Хроники Нарнии-3. Покоритель зари».[b]– Как это вам так подфартило?[/b]– Сначала меня пригласили поучаствовать в записи, а потом мою композицию взяли для промоушена этого фильма на Украине и в России. Так что много было позитивных событий в творческой жизни.[b]– Сергей, о вас говорят как об идеальном артисте, который является примером для многих. Вы действительно такой положительный?[/b]– Я очень целеустремленный человек и всегда стараюсь быть на высоте, никогда не проигрывать. А если проигрывать, то достойно и извлекать из этого положительные уроки на будущее. Мне кажется, что тот положительный образ, который сложился в сознании людей, соответствует тому, какой я есть на самом деле. Я хорошо воспитан, люблю трудиться, прекрасно понимаю, что никогда ничего просто так с небес сыпаться не будет, нужно все заслужить – и зрительскую любовь, и какие-то награды. Мне никогда ничего не доставалось просто так, всегда это был труд. Будь то театр, или музыкальная эстрада, поэтому я всегда знаю, куда я иду, и какая у меня цель.[b]– Наряду с позитивными моментами в жизни популярных артистов бывают серьезные проблемы, депрессии, кризисы, которые нередко приводят к употреблению искусственных стимуляторов, наркотиков, алкоголя. Как вы думаете, почему это зло так притягательно?[/b]– Мне сложно ответить на этот вопрос, потому что я никогда в жизни не употреблял наркотики – ни легкие, ни тяжелые. И я не знаю, для чего люди этим занимаются, могу лишь предположить. Наверное, чтобы забыться, закрыть какие-то свои комплексы, потому что при употреблении стимуляторов люди чувствуют себя более уверенными, королями мира. Хотя на деле это совершенно не так. Что касается алкоголя, то, на мой взгляд, иногда вполне допустимо в какие-то праздники чуть-чуть выпить, и я, в общем-то, себе это тоже позволяю. Другое дело, что я никогда не позволяю себе выпивать перед выступлением или на сцене.Таких случаев просто не было. Да, я занимаюсь спортом и стараюсь вести здоровый образ жизни. Стараюсь не есть какие-то вредные жирные блюда, не очень люблю фастфуд. Ну, иногда можно опять же позволить, но это не самая любимая моя еда, как у многих.[i][b]Наркотики – это табу[/b][/i][b]– Некоторые горячие головы предлагают легализовать легкие наркотики, как вы смотрите на это?[/b]– Я против, конечно же.– Начинается все с забавы от нечего делать, а кончается кошмаром и разрушением личности?– Да, это так. Просто некоторые люди не понимают, что, начав принимать алкоголь или наркотики, они ничего не приобретают, а тут же начинают терять, все что имели. Многие осознают это тогда, когда уже все потеряли.[b]– Когда вы узнали что у вашего коллеги по сцене Владислава Топалова серьезные проблемы с наркотиками, вы пытались как-то повлиять на него?[/b]– Вы знаете, очень сложно со стороны каким-то образом на человека повлиять, хотя такие попытки всегда существуют. Но, так или иначе, человек сам решает, как ему быть и что ему делать, и только сам человек ответствен за свои поступки.[b]– Но для себя вы сделали определенные выводы?[/b]– Вы знаете, я старше, чем Владик, и в моей жизни было много таких примеров. И в школе, и по жизни, и в шоу-бизнесе я слышал, что многие сидят на стимуляторах. Я знаю, как люди деградируют, я видел, как меняется их жизнь, и для себя таких изменений я бы не хотел. Поэтому для меня наркотики – это табу.[b]– Государство пытается ставить препоны, но пока, увы, безуспешно. Наркомания в России достигла масштабов эпидемии, и, похоже, никто не знает, как уберечь молодежь от этого зла.[/b]– Мне кажется, что молодежью надо, конечно, больше заниматься, направлять ее в нужное русло. Потому что как только подростки взрослеют, гормоны ударяют им в голову, и многие вообще ведут себя неадекватно. Так вот нужно, во-первых, родителям гораздо лучше следить за своими детьми, не пускать на самотек их воспитание. Потому что многие думают так: ну все, ему уже 14–15 лет, это взрослый человек… А на самом деле его еще рано отпускать из домашнего гнезда, нужно еще много-много вложить в его голову полезной информации.Ведь воспитание происходит не тогда, когда человек уже взрослый, а когда он подросток. Нужно больше предлагать каких-то социальных программ для подростков, чтобы им было чем заняться, а не бегать по подворотням. Потому что в основном такие пагубные привычки начинаются именно со двора, перенимаются от ребят из плохих компаний. А подростки в такие компании попадают обычно тогда, когда им некуда приложить свои силы. Они выходят на улицу и от нечего делать занимаются вот такой фигней. Поэтому, на мой взгляд, должно быть как можно больше социальных программ для молодежи, чтобы она была занята чем-то хорошим, добрым, позитивным, во благо себе и обществу.Нужно заинтересовывать молодых людей – спорт, какие-то увлечения, чтобы каждый мог себя в чем-то находить. Порой сам подросток не может определиться, чем полезным заняться. Тогда ему должны прийти на помощь, прежде всего родители и государство.[i][b]Лучший отдых – сон[/b][/i][b]– Вы своим примером доказали, что в шоу-бизнесе можно оставаться самим собой, не поддаваться влияниям богемного характера...[/b]– Да, можно. И если для кого-то моя кандидатура послужит примером, то я буду рад. У меня есть чем заняться, есть любимая профессия, и мне хорошо и без каких-то искусственных стимуляторов. Я далек от этого и абсолютно счастлив и успешен.[i]– А как же вы снимаете стресс, ведь у вас очень напряженный график?[/i]– Мне помогает сцена. С одной стороны, я очень много двигаюсь, пою, танцую, в общем, много энергии отдаю залу, но в то же время получаю от зала позитивную энергию.Расслабляться я люблю дома или в отеле, если я на гастролях. Там, где есть кровать, подушка и я могу поспать, потому что, на мой взгляд, при таком графике самый лучший отдых – это сон. Я не люблю клубиться или тусить, как это многие делают, мне это просто неинтересно. Я лучше в компании друзей спокойно посижу, мы пообщаемся на какие-то темы, может быть, сходим в кино. Я так часто на гастролях поступаю: после концерта мы идем в кино на ночные сеансы – это спокойный отдых.У меня очень динамичная жизнь, моя работа требует больших затрат энергетики, и поэтому расслабляться я стараюсь не слишком шумно. Для меня любимый досуг – это общение с моими друзьями и близкими – с теми людьми, которых я из-за частых разъездов мало вижу. И когда есть такая возможность, я восполняю это.[b]– Чего бы вы себе пожелали в Год белого кролика?[/b]– Я пожелал бы, чтобы у меня не иссякали идеи, чтобы у меня было много-много мыслей о том, куда двигаться дальше, в каком направлении развиваться в своем творчестве. Потому что когда у тебя постоянно такой плотный график выступлений, очень легко можно потерять ориентиры и не понимать вообще, в каком направлении ты двигаешься. Так вот я бы хотел себе пожелать, чтобы я всегда знал, к чему я иду, чтобы я всегда видел цель перед собой и чтобы мне сопутствовала удача.[b]Досье «ВМ»[/b][i]Настоящей славы и международного признания Сергею Лазареву удалось добиться еще во время обучения в Школе-cтудии МХАТа. Вместе с другом детства и коллегой по «Непоседам» Владом Топаловым они создали музыкальный коллектив, получивший необычное название – «Smash!!»С 2005 года началось сольное плавание Сергея Лазарева. Его первый сольный альбом разошелся тиражом более 250 000 экземпляров. В 2007-м увидел свет второй сольный альбом Сергея Лазарева «TV Show». Наиболее полюбившимися публике композициями второго альбома стали сингл «Shattered Dreams», русскоязычные композиции «Вспоминай» («Everytime») и «Зачем придумали любовь» («Almost Sorry»).Альбом и программа «TV Show» совпали с участием Сергея в двух грандиозных телепроектах «Танцы на льду» на канале «Россия» и «Цирк со звездами» на Первом канале. Оба проекта стали победными для Сергея. В 2008–2009 годах он получил самые престижные премии: радиопремию «Бог эфира», «Лучший артист года» по мнению MTV и музыкальную премию МУЗ-ТВ как «Лучший исполнитель года».В марте 2010 года Сергей Лазарев заключил контракт с Sony Music Entertainment – одним из крупнейших лейблов на мировом музыкальном рынке, с которой сотрудничали Элвис Пресли, Майкл Джексон, Бритни Спирс, Пинк, Шакира и многие другие.[/i]

Когда небо в клеточку

Объявленный президентом Дмитрием Медведевым курс на либерализацию уголовного законодательства на днях получил развитие – Госдума приняла в первом чтении законопроект, радикально смягчающий уголовные наказания: по некоторым подсчетам число заключенных может сократиться на треть. Из-за несовершенства системы нашего судопроизводства большинство осужденных отбывают срок наказания за мелкие преступления.Условия, в которых содержатся правонарушители в западных странах, имеют мало общего с тем адом, через который проходит наш рядовой зэк. В этом наш корреспондент убедился сам, побывав в печально знаменитом следственном изоляторе с окнами на Неву.[b]Где-то «пуля» пролетела…[/b]…Краснокирпичный массив «Крестов» мрачно возвышается над набережной Невы. Шел мокрый снег. Но в любую погоду – в снег и в дождь, в жару и в холод – под тюремными стенами сиротливо маячат одинокие фигуры и немногочисленные группки людей. Это родственники, друзья, любимые или просто знакомые заключенных.…Я замедляю шаги. Рядом какая-то женщина средних лет со следами былой красоты громко, с небольшими интервалами кричала в сторону тюремных корпусов: «Вася! Вася!!!» Вдруг из зарешеченного окна появилось так называемое ружье – небольшого диаметра труба, свернутая из обычной бумаги. «Ружье» нацелилось в нашу сторону, и через секунду из него вылетела «пуля» – скатанная в трубочку записка с хлебным наконечником.Спланировав по ветру, «пуля» перелетела через высокий тюремный забор и упала на землю почти у наших ног. Какие же надо иметь легкие, чтобы дуть с такой силой!Женщина торопливо подобрала записку. Интересно, кто он, этот Вася, подумал я, кем он приходится этой даме с потухшими глазами – мужем, сыном, братом? И что за преступление он совершил – ограбил, убил, изнасиловал? Или просто украл мешок картошки со склада и теперь коротает время в камере? Из разговора с женщиной выясняется, что Вася – ее сын, ему всего двадцать лет. «Залез в чужую машину, ничего не взял, просто хотел покататься, – вздыхает мать, – и вот уже одиннадцать месяцев сидит в тюрьме в ожидании суда. А максимум за это дадут год».В это время в забранном решеткой окне появляется Васина рука с газетой и начинает чертить в воздухе замысловатые фигуры. Женщина переключает все свое внимание туда. «Вы понимаете, что он вам пишет?» – спрашиваю я. «Конечно», – не отводя глаз от окна, отвечает она и начинает размахивать рукой в ответ. Я отхожу в сторону: чужое горе не терпит праздного любопытства.У центрального входа в «Кресты» очередь ожидающих свидания с арестованными. Протиснувшись сквозь нее, я показываю пропуск дежурному. С противным лязгом распахиваются сначала одни металлические двери, затем другие, и я оказываюсь в тюремном дворике, прямо перед административным корпусом. На видном месте висит плакат со словами государя всея Руси Петра Первого: «Тюрьма есть ремесло окаянное, и для скорбного дела сего зело истребны люди твердые, добрые и веселые». Впрочем, для веселья у тюремного начальства не так уж много поводов, в тюрьме те же проблемы, что и на свободе: недофинансирование, низкая заработная плата, отсутствие жилья, неукомплектованность кадров...Мужской следственный изолятор № 1 Санкт-Петербурга, получивший в народе выразительное прозвище «Кресты» из-за крестообразно расположенных тюремных корпусов, был построен в 1892 году. Когда-то это была тюрьма на окраине города, с однотипными камерами площадью восемь квадратных метров, рассчитанными на одного человека. Всего в ней находилось 1150 арестантов. Толстые стены «Крестов» видели и легендарного бандита 20-х годов Леньку Пантелеева, и коварного соблазнителя Мадуева, устроившего побег с помощью влюбленной в него женщины-адвоката, – эта нашумевшая история легла в основу кинофильма «Тюремный роман».В наши дни в «Крестах» содержится в десять раз больше, по 14–15, человек в камере. Скученность такая, что заключенным приходится спать по очереди. В основном здесь сидят арестованные за тяжкие преступления – грабеж, изнасилование, убийство…В «Крестах» немало иностранцев, в основном арабов, сирийцев, вьетнамцев. Они содержатся отдельно. Помнят они и многое другое…Но оставим историю историкам. Попробуем своими глазами увидеть жизнь обитателей «Крестов».[b]«Фурман без никому»[/b]Возле пищеблока парни в тюремных робах выгружали из машины бачки с едой. Это были арестанты, осужденные на небольшие сроки и оставленные в «Крестах» в качестве хозяйственной обслуги. Взявшись за бидоны, они образовали цепочку и двинулись разносить еду по тюремным корпусам. Приближалось обеденное время. Когда попадаешь с улицы в тюремное помещение, первое, что ощущаешь, – это тяжелый, спертый воздух, который ударяет тебе в нос. Хозобслуга, останавливаясь у каждой двери, разливала по мискам коричневого цвета жижу и просовывала ее в открытые окошки камер.Система содержания арестованных под стражей в «Крестах» отлажена до мелочей. Пока одни заключенные обедали, других уже выводили на прогулку. Часовая прогулка в узком дворике с бетонными стенами и решеткой вместо потолка – ежедневная радость арестанта. Можно размяться, подышать свежим воздухом.На прогулку и с прогулки арестованных сопровождают охранники с овчарками. Арестанты идут по коридору гуськом, друг за другом, держа руки за спиной.Большинство одеты в дешевые спортивные костюмы, кое-кто в черных кожаных куртках – кого в чем задержали. На стадии предварительного следствия спецодежда не выдается: забрали человека летом, значит, будет ходить в летней одежде и осенью, и зимой, если с воли не пришлют что-нибудь потеплее или администрация не подкинет какой-нибудь ватничек или свитерок из гуманных соображений.…По узенькой лестнице поднимаюсь на смотровую площадку, где молодая женщина-прапорщик ведет наблюдение за арестованными. Как выясняется из разговора, когда-то Лена работала оператором вычислительных машин. Потом ушла в декретный отпуск. За это время ее предприятие ликвидировали. Найти работу по специальности женщине с двумя маленькими детьми труднее, чем выиграть суперприз в «Поле чудес». Так она стала младшим инспектором режима и охраны.– Поначалу было очень тяжело, – призналась Лена. – Я считаю, что здесь должна быть психологическая служба, которая помогала бы новичкам освоиться. Работа специфическая, здесь нужны люди определенной закалки. Ведь арестанты – прекрасные психологи, им тут и делать-то больше нечего, как наблюдать за охранниками. Они видят человека насквозь, знают, как к кому подойти, кому можно нахамить, а кому нет. Бывает достаточно простого взгляда, чтобы поставить наглеца на место.Особо опасный контингент – бандиты, насильники, убийцы – содержится в шестом отделении «Крестов». Туда мы и отправимся. Старшина распахнул дверь камеры и зычным голосом крикнул: «Ну, кто хочет пообщаться с корреспондентом?» В духоте и тесноте стояли, сидели и лежали, свешиваясь с трехъярусных нар, полуодетые люди. Было много молодых лиц.Заключенные молчали, не выражая ни малейшего желания вступать в общение с прессой. «Мужики, кто хочет закурить?» – спросил я, доставая приготовленную загодя пачку «Беломора». Расчет оказался верен, и через минуту мы уже беседовали с одним из обитателей «Крестов».Тридцатидевятилетний Виктор И., назвавший себя «фурман без никому», имеет за плечами пять судимостей. Первый раз сел в 20 лет за то, что по поддельным документам получал в прокате вещи и продавал их. Будучи на «химии» в Тверской области, сошелся с женщиной, у них родился ребенок. В промежутках между отсидками заботливый отец занимался воспитанием сына. Всякий раз, проходя мимо тюрьмы, говорил ему: «Смотри, Юра, будешь плохо себя вести, попадешь в клетку. Ничего там хорошего нет, сам испытал».После смерти жены они с сыном перебрались из Твери в Питер, жили на чердаках. Однажды к ним на чердак двое бомжей привели того, кто в материалах уголовного дела теперь значится потерпевшим. По словам визитеров, он задолжал им крупную сумму денег.В ходе разборки Виктор недолго думая дважды ударил должника ножом, в результате чего бедняга скончался. Статья, по которой он арестован, предусматривает до десяти лет лишения свободы, но Виктор надеется на восемь.В «Крестах» он впервые и условиями содержания доволен: «По сравнению с другими тюрьмами здесь и отношение к арестантам лучше, и питание хорошее, и вообще чище».[b]Невеста для подзащитного[/b]В комнате для свиданий, разделенной на 26 кабинок, было многолюдно. Раз в месяц в течение часа арестованные имеют право общаться со своими родными и близкими по телефону, глядя друг на друга через звуконепроницаемое стекло. По инструкции разговор должен носить исключительно домашний характер, нельзя говорить ни о режиме содержания, ни об обстоятельствах уголовного дела. Понятно, что инструкции часто нарушаются. Хотя разговоры периодически прослушиваются и нарушителей наказывают.Когда мужчина попадает в «Кресты», его связь с родными, с семьей, если таковая была, ослабевает, а через какое-то время зачастую и вовсе утрачивается. Многие жены, не дожидаясь суда, расторгают браки. Но бывает и наоборот: женщины просят зарегистрировать брак с тем или иным арестантом.Как и на свободе, браки в тюрьме далеко не всегда заключаются по любви. Нередко они носят фиктивный характер: адвокаты находят своим подзащитным «невест» для того, чтобы добиться изменения меры пресечения или решить какие-то их бытовые проблемы. Например, перевести на «жену» квартиру до суда, чтобы жилье не пропало.Вообще обитатели «Крестов» женятся часто и охотно. Иногда невеста по возрасту годится жениху в бабушки. Мне рассказали про случай, когда сразу три женщины подали заявление с просьбой о регистрации брака с одним и тем же заключенным. И он всякий раз добросовестно заполнял бланки, соглашаясь жениться на каждой из них.Бывает, по пять-шесть пар толпится в коридоре административного корпуса в ожидании бракосочетания. Приходят девушки – молодые, красивые, нарядные, с цветами в руках. Из камеры приводят женихов – хмурых, небритых, покрытых татуировками. Многие из них, судя по выражению их лиц, даже не знали, что у них сегодня регистрация: как валялись на нарах, так встали и пошли жениться.Сама процедура занимает минут десять, не более. Само собой, никакой музыки, никакого шампанского, никакой первой брачной ночи. Расписался, чмокнул жену и назад в камеру.Тридцатипятилетний Юрий К. вошел в кабинет в сопровождении надзирателя, держа руки за спиной и тревожно оглядываясь. Нервный, возбужденный, озлобленный. Из материалов дела следовало, что он рецидивист, первый раз за решетку попал за кражу госимущества еще малолеткой. Потом отсидел за кражу личного имущества и десять лет – за изнасилование.– Я десятку отдремал, приехал домой в Питер, а администрация района мою двухкомнатную хату забрала себе, – рассказал он. – В общем, ни квартиры, ни прописки, ни работы. Что мне было делать? Сошелся с женщиной, нормальной, порядочной. Другая с таким негодяем, как я, никогда бы не связала свою судьбу, а эта ради меня развод взяла. Хотя, конечно, у меня были женщины и покруче…Два года они жили не расписываясь. Потом Юрий избил кого-то и оказался в «Крестах».– Вы напишите, почему за хулиганство держат в тюрьме годами, а те, кто идет по статье за вымогательство в особо крупных размерах, отсидят несколько месяцев и выходят, – горячился он. – В нашей камере есть парень, ему больше двух лет не дадут, а он уже четыре года сидит. Да и мне светит от силы год-полтора. Чего они тянут, почему не судят? У меня жена на восьмом месяце, ей скоро рожать, там любое может случиться.Тут, как в кино, открылась дверь, и в кабинет вошла молодая девушка, чья фигура однозначно говорила о том, что она очень скоро познает радость материнства. Следом за ней вошли две работницы районного загса, по выражению лиц которых было видно, что регистрировать тюремные браки для них дело обычное.Пока дамы доставали необходимые в таких случаях бумаги, молодые ворковали о чем-то своем. Из угла доносился лихорадочный шепот жениха: «Пришли чаю побольше, жратвы не присылай, скажи адвокату, чтобы пришел, узнай, почему не дают свидание…»Наконец все было готово, и работница загса обратилась к жениху и невесте со словами: « Юрий Сергеевич и Светлана Васильевна, перед актом бракосочетания я должна спросить у вас: является ли ваше решение вступить в брак свободным, взаимным и единым? Прошу ответить невесту… жениха…»– Вы уверены, что будете счастливы в этом браке? – спросил я новоиспеченную жену после того, как ее нового мужа увели в камеру.– Верю, – сказала она и счастливо улыбнулась. – Юра замечательный человек. А что в тюрьму попал, так всякое в жизни бывает. Как говорится, от тюрьмы и от сумы не зарекайся. Что я вам могу еще сказать? Ну полюбила я его! Полюбила!!– Честно говоря, не понимаю я этих девушек, – вздохнула работница загса, когда мы остались одни. – Даже если это любовь, все равно за тот срок, который ему определят, любое чувство угаснет. Мужикам, конечно, это на руку: им и свидание с женой в колонии предоставят, и передачи разрешат приносить. А вот зачем женщинам на себя брать все это? Не понимаю. Наверное, это чисто женская потребность заботиться о ком-то.…Когда я вышел из «Крестов», снег уже идти перестал. На Неву опустились сумерки, по набережной мчались автомобили, сверкая фарами, а у тюремной стены все так же стояли люди. Площадка перед каменным забором была усеяна скатанными в трубочку записками: тюремная почта работает без перерыва на обед. Молодая девушка, сложив руки рупором, кричала изо всех сил: «Саша, я люблю тебя, слышишь! Я жду тебя!!»[b]Москва – Санкт-ПетербургОтель «Кресты»?[/b][i]Летом 2006 года было принято решение о переносе тюрьмы «Кресты» на новое место.Согласно планам ФСИН, почти треть из 211 пенитенциарных заведений России планируется отдать инвесторам, которые за это должны построить на окраинах городов новые следственные изоляторы, отвечающие европейским стандартам.В питерских СМИ неоднократно появлялась информация о том, что новый владелец здания «Крестов» перепрофилирует его под гостиницу или развлекательный комплекс.Однако потенциальным инвесторам не были даны соответствующие гарантии относительно эксплуатации нынешнего здания СИЗО.«Кресты» не только изолятор, но и памятник культуры, и чтобы превратить обветшавшее учреждение в отель или развлекательный центр, необходима внутренняя перепланировка здания, а по закону это запрещено.Правительство Петербурга решило выставить участок на Арсенальной набережной, где располагаются «Кресты», на торги (ориентировочная цена объекта от 80 до 120 млн евро). Но это произойдет уже после возведения нового изолятора и перевода туда всех заключенных. Новые «Кресты» займут территорию в 28 гектаров недалеко от Колпинской воспитательной колонии. Здесь планируется строительство суперсовременного восьмиэтажного комплекса со спортивными залами и медпунктами. Помимо этого появятся два жилых дома для сотрудников СИЗО и банно-прачечный комбинат. На каждого заключенного (новый изолятор рассчитан на четыре тысячи человек) придется не менее семи квадратных метров. Кроме того, во ФСИН уверяют, что здание так же будет иметь форму креста.По предварительным данным, строительство нового СИЗО обойдется федеральному бюджету в 4,3 млрд рублей.Деньги будут выделены в рамках федеральной целевой программы «Развитие уголовно-исполнительной системы (2007—2016 годы)».Опыт переселения «Крестов» будет использован для вывода из центра Москвы обитателей «Бутырки» и «Матросской Тишины».[/i]

Ни дня без классики

СЕГОДНЯ прославленному музыканту исполняется 57 лет. Маэстро считает, что нет ничего лучше, чем отмечать день рождения со своими слушателями.На его концертах всегда невероятный ажиотаж – все равно – выступает ли он сольно, с Камерным ансамблем «Солисты Москвы» или с Государственным симфоническим оркестром «Новая Россия». Эти коллективы во главе со своим прославленным художественным руководителем и главным дирижером объездили всю страну, приобщая людей к творениям П. Чайковского, В. Моцарта, Г. Берлиоза, Б. Бриттена, Г. Канчели, Ж. Менотти, И. Райхельсона… Нередко перед началом концерта можно увидеть такую картину: у служебного входа стоят десятки людей, в основном студенты, педагоги музыкальных училищ – те, кому не по карману купить билет в кассе. В таких случаях Юрий Абрамович говорит администратору: пока мы не найдем способ их запустить, не начнем концерт. И тут же все устраивается – разрешают и по бокам стоять, и сидеть в центральном проходе на ступеньках.– Я думаю, то, что ты знаешь, что можешь отдать, передать людям, надо отдавать, – говорит Маэстро. – Меня, например, в свое время научили педагоги, и я теперь могу этому научить других людей. В своей специальности я могу многое передать – это и есть долг музыканта перед обществом.Концерт, посвященный дню рождения Юрия Башмета, состоится сегодня в Концертном зале им. П. И. Чайковского. Сам Маэстро лучшим залом считает Большой зал консерватории, но он будет как минимум на один сезон закрыт. И теперь основную нагрузку несет Зал Чайковского, который, по словам Башмета, благодаря усилиям самой филармонии, от концерта к концерту явно улучшается.– Они там что-то делают, с какими то отражателями, приспособлениями, – говорит Юрий Абрамович. – Что-то там происходит, и, поскольку я там выступаю два-три раза в течение сезона и на Новый год обязательно, могу сказать, что этот зал постоянно улучшается, причем очень заметно. Вообще, он уютный, в нем нет лишнего нерва, ненужного, и есть своя публика. И посещаемость, конечно, на высоте.В программе – П. Чайковский, В. Моцарт, М. Найман, Ф. Мендельсон, К. Сен-Санс, М. Брух, Дж. Россини. Солисты: Ростислав Кример, Ксения Башмет, Массимо Мерчелли, Кристоф Барати, Наталия Гутман, Алена Баева и, конечно, сам Маэстро.А уже 4 февраля Юрий Башмет будет открывать Зимний международный фестиваль искусств в Сочи, артистическим директором которого он является.Сочинский фестиваль, организуемый «Русским концертным агентством» при поддержке правительства РФ, в этом году значительно расширяет свои границы. Если прежние фестивали при всем их разнообразии характеризовались все же как музыкальные, то в 2011 г. этот форум стремительно перерос в «фестиваль искусств».Такое всеобъемлющее название вполне подтверждено его программой, в составе которой мы видим и выступление артистов Московского драматического театра Петра Фоменко, и спектакли старейшего миланского театра марионеток, и звезд балета таких всемирно известных театров, как Ковент-Гарден (Лондон), Мариинский и Большой.Пройдут и концерты известных джазовых коллективов, в том числе трио знаменитого джазового пианиста Жака Люсье (Jacques Loussier Trio). Кроме того, в рамках фестиваля состоится и ретроспектива фильмов Карлоса Сауры (Carlos Saura) – испанского кинорежиссера с признанным международным авторитетом и выставка известного художникаювелира.Впервые стартует Международная выставка работ художников видео-арта, посвященная экологии.В программе фестиваля примут участие музыканты мирового масштаба: Валерий Гергиев, Денис Мацуев, Джованни Солима, Рено Капусон и многие другие.Юрий Башмет выступит в качестве солиста и дирижера, вновь представив два своих прославленных коллектива: Государственный симфонический оркестр «Новая Россия» и обладателей всемирно известной премии Grammy – Камерный ансамбль «Солисты Москвы».