Искусство без границ в голове
Театр мюзикла. В центре — актеры Денис Котельников (Родион Раскольников) и Мария Биорк (Соня Мармеладова) в сцене из мюзикла режиссера Андрея Кончаловского по роману Достоевского «Преступление и наказание» / Фото: Бобылев Сергей/ТАСС

Искусство без границ в голове

Культура
В «Гоголь-центре» восемнадцать голых актеров разыгрывают сцены из спектакля «Машина Мюллер». В Театре мюзикла герои романа «Преступление и наказание» поют рок. В столичных галереях выставляются художники, которых обвиняют в экстремизме и святотатстве.

Корреспонденты «ВМ» и наши эксперты решили разобраться, что же происходит с современной культурой и где та граница, что отделяет безвкусную провокацию от новых форм в искусстве. 

ЛОВКОСТЬ РУК И НИКАКОГО МОШЕННИЧЕСТВА: ЭТО ФОРМУЛА ИСКУССТВА  

Создается впечатление, что организаторы многих «культурных» мероприятий, проходящих сейчас в Москве, занимаются тем, что в простонародье называется словом «подлог». То есть заменяют реальное искусство суррогатом.

НА БОСХА ВДОХНОВИЛ ВАН ГОГ

Готовьте лабутены и красивые штаны! У нас тут нарисовался Ван Гог-2 — только теперь это Босх.

Выставка «Босх. Ожившие видения» предлагает посетителям посмотреть на огромные, во всю стену, проекции полотен Иеронима Босха. Чтобы пятисотлетие со дня смерти этого нидерландского художника Раннего Возрождения прошло как следует, полотнам решено придать динамику.

Мало нам классического Босха — подайте публике теперь такого, чтоб уж совсем страшно, пусть герои его полотен зашевелятся! Экспозицию, которую создатели дерзко называют «одним из главных мероприятий, посвященных Году Босха в нашей стране», осмотрела «ВМ».

Пройдя длинный путь сквозь корпуса бывшей промзоны и очутившись, наконец, в самом ее углу, перед зданием галереи, вы устаете, но верите: увижу полотна гения, и случится исцеление искусством. Подлинников Босха в России нет, и не отпускает мысль, как же организаторам удалось создать «главное мероприятие». Наивный вопрос — в духе современности, конечно! А точнее, поверхностно и несильно напрягаясь. Пространство разделено на три зоны: первая — ознакомительная, вторая — рекламная, третья — зал с картинами.

Бабушка с внуком не скупится на комплименты:

— Как красиво, познавательно! Хоть узнали, кто такой Босх.

Казалось бы, зачем предварять зал с живописью двумя другими площадками. А чтобы расставить все точки над i.

В ознакомительном помещении можно разглядеть мелко написанные слова «...на выставке собраны интерпретации образов Босха с помощью современных технологий».

А в рекламном — оригинальные работы неких Даши Ястребовой, Венеры Казаровой и других. Может быть, лет через 500 они тоже будут Босхи для грядущих поколений, а пока — на разогреве. На одной из картин нарисованы овцы на синем фоне, на второй — лошадь и зебра на станции метро «Тропарево».

В мультимедийном зале темно, но вы видите силуэты пуфиков на полу. На стены проецируют изображения картин Босха: «Сад земных наслаждений», «Корабль дураков» и прочие. Круговая проекция создает ощущение, что полотна «плывут» вокруг вас. Играют церковные песнопения на латинском. Вы должны забыться от обилия эффектов.

Однако яркая напольная надпись «Сувениры» со стрелкой, куда идти, не позволяет. Потому, ясное дело, на выходе посетители достигают апогея — надо купить магнитик! Пусть Босх и на холодильнике шевелится.

— Какой ты хочешь? — спрашивает бабушка внука, пройдя по стрелке. — С этой картиной Босха или с другой? Современным посетителям рассказали о Босхе на их языке. Возвращаясь домой, вы, возможно, будете думать, за что заплатили 650 рублей на входе.

ИСКУССТВО ИЛЛЮЗИЙ

Галерея современного искусства «Центр Марс» тоже в тренде. Выставка «Искусство взаимодействия» предлагает увидеть семь интерактивных световых инсталляций, ни много ни мало, за 550 рублей. И если на «Босхе» еще можно встретить представителей старшего поколения, ведущих внуков, что называется, на имя, то здесь сплошь старшеклассники и студенты. Чего им только не обещают — и звук, и свет, и зеркала, и круги, и стены, и потолок. Дабы было не обидно, создатели подчеркивают: только у нас — инсталляции созданы специально для выставки.

— Мне очень понравилось, познала много нового, но что — не скажу, — признается выпускница школы № 330 Анжелина Айвазова в гардеробе.

Открывает экспозицию полнокупольная видеоинсталляция «Роза мира» по мотивам книги Даниила Андреева.

Сидя на пуфике под куполом и слушая строки Андреева, вы сперва ничего не понимаете. Потом мысленно вопрошаете, что здесь важнее — компьютерная графика или все-таки строки писателя? А может быть, купол и пуфик? Собственно, «Розой мира» все начинается и заканчивается.

Остальные залы предлагают проекцию абстрактных рисунков на стену и стекло, светящийся зигзагом потолок, обтянутые сеткой кольца, круговые проекции компьютерной графики. Кое-где градус оригинальности зашкаливает: 3D-инсталляцией называют шипящую настроечную сетку, как на ТВ во время профилактических работ. Это и правда что-то новенькое.

Название выставки оправдывает себя лишь в инсталляции Глеба Сторожкина, где, проходя мимо проектора, посетитель видит свою тень. Но это не стоит полутысячи. Искусство взаимодействия не проходит.

Впрочем, не стоит сочувствовать лишь изобразительному искусству. Не лучше обстоит ситуация и с некоторыми театральными постановками.

ЗЛОЙ РОК

В Театре мюзикла, к примеру, на днях прошла премьера рок-оперы Эдуарда Артемьева «Преступление и наказание» в постановке Андрея Кончаловского. В принципе, это звучит как оксюморон. Как так: роман Достоевского — и рок-опера? Но несоответствие скрыто не только в этом.

На рекламном плакате, выставленном в холле бывшего ДК Горбунова (более известного как легендарная «Горбушка»), изображена занимающаяся пламенем дорогая иномарка, лежащая посреди типичной для Петербурга арки.

«К чему тут машина?» — спросит помнящий «Преступление и наказание» со школьной скамьи читатель. А вот к чему: нынче действие романа разворачивается в наши дни, а точнее, в 1990-е годы, и рисует перед нами весь набор клише о том времени: криминальные разборки, жизнь по понятиям и прочий постсоветский мрак. О нем же в основном и поют герои под музыку Артемьева, звучащую из оркестровой ямы. Причем поют достаточно однообразно, в чем, кстати, нет никакой вины композитора. Штука вот в чем: если у композитора Эдуарда Артемьева каждый персонаж существовал в стилистике от классики до рэпа, то в постановке Кончаловского все только роком и ограничилось.

Обидно тут, кстати, совсем не за классику. Известные литературные произведения зачастую приобретают самые разные формы, трансформируясь то в балет, то в оперу, то в кино. Куда больше грусти вызывает другое: рок-опера «Преступление и наказание» могла бы стать знаковой постановкой, когда режиссеру и композитору удалось бы обойтись без «вырезания» не только некоторых сюжетных линий, но и большей части партитуры. А так вышел концерт «на тему»: с хорошим исполнением, но явно хромающей идеей. Впрочем, это самое «на тему» давно уже стало общим местом: мы смотрим мультимедиавыставки «на тему» известных художников, ходим на постановки «на тему» классических произведений и застываем перед экранами, где показывают фильмы «на тему» истории.

Искусство стало синонимом слова «искусственный». Мы и сами имеем все шансы стать такими. А ведь хотелось-то остаться настоящим.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Человек, хорошо знающий, что красота спасет мир, никогда не пойдет на провокацию и революцию

В эфире сетевого телевидения «ВМ» сторонники и противники «культурного экстремизма» поспорили о том, есть ли в искусстве границы допустимого. (далее)

Этот безумный, безумный арт-мир

В советское время было модно критиковать «искусство ради искусства». (далее)

Google newsGoogle newsGoogle news