пт 20 сентября 21:49
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Виктор Раков: Начиналось все с комических ролей

Виктор Раков: Начиналось все с комических ролей

Актер театра и кино Виктор Раков, фото 2017 года

Екатерина Чеснокова/РИА Новости

 За создание образа Комяги — отчаянного головореза, статного красавца, «волка», способного прыгнуть за флажки и идти своим непроторенным путем, Виктор Раков получил в прошлом году Российскую премию «Хрустальная Турандот».

— Виктор, режиссеры часто видят в вас романтического героя. Но в «Ленкоме» вы блестяще играете и острокомедийные роли, например того же надворного советника Подколесина, сбежавшего из-под венца в «Женитьбе». А сами-то вы кем себя ощущаете — героем или характерным артистом?

— Начиналось все с комических ролей, и сейчас я живу в их ожидании. Но поскольку есть определенная фактура, меня режиссеры часто вытаскивают в герои.

— Вашей первой совместной работой с Марком Захаровым стал фильм «Убить дракона», которому исполняется в этом году тридцать лет. В нем вы работали со своими будущими коллегами по «Ленкому» — Евгением Леоновым, Александром Абдуловым, Олегом Янковским... Звездные имена!

— Это люди, которых мне сегодня очень не хватает. Они нам помогали уже тем, что были в нашей жизни. 10 лет, как нет Александра Гавриловича Абдулова, который мне был как старший брат. А в следующем году будет 10 лет, как нет Олега Янковского. Олег Иванович взял надо мной опеку, как мне показалось. Это благодаря ему я снялся в «Гардемаринах-3» и в «Мастере и Маргарите», как потом выяснилось. Мою роль предлагали Янковскому, а он рекомендовал меня. Его мнение для меня было очень важным в работе. Я обожал его юмор, самоиронию. Кстати, у меня удачно получалось его пародировать, чему он очень радовался.

— Ну а с Марком Захаровым за эти годы у вас творческие конфликты случались?

— С другими были. С ним — нет. Марк Анатольевич очень правильно ведет отбор того, что предлагает ему артист, и использует это в своих целях. Мне странно было бы с ним тягаться в режиссуре. Это профессия, которая дается от Бога, так я считаю. У Марка Анатольевича есть чутье, ощущение сегодняшнего дня, остроты, злободневности. Это присуще ему изначально, с того момента, как он бросил профессию артиста и стал режиссером. Когда Захаров говорит, никто не сомневается, не задает вопросов. У Абдулова, например, не было сомнений в фильме «Убить Дракона», что он должен падать связанным с высоты вводу и связанным плыть. Захаров — режиссер, который всегда берет ответственность на себя, ты чувствуешь свою спину прикрытой.

— Помню, артист «Ленкома» Игорь Фокин рассказывал, как ему скоропостижно пришлось ввестись на роль Менахема в «Поминальной молитве». Как Абдулов его, трясущегося, выводил на сцену под руку. А у вас были подобные экстримы?

— У меня был срочный ввод в спектакль « Шут Балакирев» , когда с Николаем Петровичем Караченцовым случилась та жуткая авария. Объем текста у графа Меншикова, который надо было освоить за пять дней, запредельный. Это было ужасно, мучительно, у меня прыгали на первом спектакле не то что слова в предложениях, у меня буквы прыгали в словах. И когда удавалось собирать эти буквы в слово, я его выдавливал из себя.

— С другим историческим персонажем — Оливером Кромвелем в «Королевских играх» —подобных сложностей не было?

— Были, и не такие! Пьесу «1000 дней из жизни Анны Болейн» написал Григорий Горин. Нас на роль Кромвеля было двое — Денис Карасев и я, и Марк Анатольевич сорганизовал легкое соперничество. Все шло не слишком гладко. Ив какой-то момент Захаров попросил: «Виктор Викторович, сымпровизируйте что-нибудь». А у меня организм ответствовал: не хочу я ничего импровизировать, я вроде и так довольно убедительный. После чего Захаров, видя мои телодвижения, сказал: «Если не наберете энергии, можете не состояться как артист».

— Да, он умеет быть не только грелкой, но и «взгрелкой», и вооружиться кнутом…

И на удивление вовремя! После того разговора что-то произошло в моем организме и появился ресурс, который помог мне выйти на первые позиции и получить за эту роль премию «Чайка» «за лучшего злодея» и звание заслуженного артиста России.

Кадр из фильма «Убить дракона»: Виктор Раков (слева) в роли Генриха, Олег Янковский — в роли Дракона / Кадр из фильма  «Убить дракона»

Кадр из фильма «Убить дракона»: Виктор Раков (слева) в роли Генриха, Олег Янковский — в роли Дракона

ФОТО: Кадр из фильма «Убить дракона»

— Знаковой ролью для вас стал Глумов в «Мудреце».Инна Чурикова, феноменальная в своей органике актриса, была вашей партнершей по спектаклю. Рядом с ней, видимо, тяжело сосуществовать на сцене?

— Только если сопротивляешься. А если существуешь на одной волне, тогда получается то, что нужно. Тут важно соответствовать. В театре, как и в кино (а мы с Инной Михайловной работали и на фильме Глеба Панфилова «Мать»), существуют артисты, которые являются камертоном. Евгений Павлович Леонов был камертоном. И Инна Михайловна — тоже камертон. Камертон чего? Камертон сегодняшнего дня и правды. Таких артистов очень мало.

— Ну, раз заговорили про Инну Чурикову, то давайте поговорим про нюансы общения с противоположным полом. При общении с дамами какой типаж вам ближе: Глумов, с его желанием «идти напролом», или Подколесин, с его стремлением «смотать удочки»?

— Во мне все совмещается — и глумовщина, и подколесищина, и даже обломовщина. С возрастом я стал достаточно объективно смотреть на женщин — не превознося, не стеная, а реально.

— А чем наполнена ваша жизнь, кроме работы?

— Я пою, записал диски с песнями из фильмов, дарю их друзьям. Кроме того, увлекаюсь керамикой и живописью.

— Я знаю, что Валентин Гафт посвятил вам эпиграмму…

— Это было после картины «Мать» Глеба Панфилова. С Валентином Гафтом мы снимались в «Мастере и Маргарите», ехали по пустыне на съемки, и он поинтересовался, дали ли мне что-то за этот фильм. И узнав, что ничего не дали (картина у нас осталась незаслуженно недооцененной, хотя в Каннах Панфилов за нее получил приз «За выдающиеся художественные достижения»), Гафт подарил мне сборник своих эпиграмм. И надписал его: «О, Мастер, я за вашу «Мать» даю вам высшую награду. Вы станете меня листать — к ней посылать меня не надо!» Он очень остроумный!

Виктор Раков (справа) в роли Подколесина и Сергей Чонишвили в роли Кочкарева в спектакле «Женитьба» на сцене театра «Ленком». Фото 2007 года / Михаил Гутерман/РИА Новости

Виктор Раков (справа) в роли Подколесина и Сергей Чонишвили в роли Кочкарева в спектакле «Женитьба» на сцене театра «Ленком». Фото 2007 года

ФОТО: Михаил Гутерман/РИА Новости

— В визитной карточке «Ленкома» «Юнона и Авось» вы переиграли все роли: Пылающий Еретик, Фернандо, Человек от театра, граф Резанов. Какая из них вам ближе?

— Фернандо, жених Кончитты — молодой ревнивец, в нем гормон бьет, и эта роль физически гораздо более напряженная, чем роль Резанова. Но граф Резанов несет большую нагрузку — лирическую, драматическую, и за те 10 лет, что я играл его, Резанов стал мне очень родным, понятным и близким. Резанов — личность зрелая, у него есть понимание миссии, с которой он послан на землю, он чувствует долг перед родиной.

— Виктор, мы все, сегодняшние — родом из детства. Какой вам вспоминается Москва вашей юности, молодости?

— И как все-таки пришло решение связать судьбу со сценой? Я родился в районе Вешняков. Игры моего детства — это лапта, такая русская народная игра… с мячом и битой. Играли в «разбивалочку». А с девчонками — в «море волнуется раз», в «камень-ножницы-бумага». Иногда я даже прыгал в «классики», и в « веревочку», хотя это считалось больше игрой для девочек. Дружил в основном с мальчика ми, к девочкам мы, ребята, относились достаточно снисходительно. Мальчишки периодически дрались, ну, как без этого? Но меня особо не задирали: все знали, что у меня есть старший брат — а это очень весомо во дворе. Брат был частью «моих университетов». Учил меня курить, показывал, как это делать краешком губ, куда и что вдыхать. А вот крепкие напитки так и не пришлись «ко двору».

— Что-то подсказывает, что вы в школе были сорванцом...

— Напротив, очень послушным ребенком. До пятого класса я учился прилично. Но потом переехали в район Карачарово, поближе к Таганке, я перешел в другую школу. Там появилась первая тройка по математике. Помню, как горько я рыдал, спрятавшись между куртками в раздевалке. Эта тройка стала не единственной, и я в итоге с ними смирился. В артисты я решил идти в старших классах школы. Именно тогда понял, что люди этим занимаются всю жизнь и серьезно, и им за это платят денежки. Готовился к поступлению совершенно самостоятельно, с первого захода не прошел. Пришлось идти работать на завод. «Пайка», «военная приемка» — я не понаслышке знаком с этими терминами, поскольку получил профессию монтажника радиоаппаратуры и приборов.

Но на следующий год все-таки поступил в ГИТИС на курс Владимира Андреева, который руководил тогда Театром имени Ермоловой. Видимо, Владимир Алексеевич что-то такое все-таки во мне разглядел...

СПРАВКА

Виктор Раков родился в 1962 году. Окончил ГИТИС. Сразу после его окончания, с 1984 года и по настоящее время — актер театра «Ленком». В фильмографии актера около 80 ролей, в том числе в таких фильмах, как «Мать», «Мастер и Маргарита», «Любить по-русски», «Петербургские тайны», «Каменская-3», «Вольф Мессинг», «Три мушкетера», «Алхимик. Эликсир Фауста», «Дом с лилиями», «Великая» и других.

Новости СМИ2

Георгий Бовт

Газовая война между Россией и Украиной: кто «моргнет» первым?

Екатерина Рощина

Простите девочкам слабость — быть глупыми

Оксана Крученко

Пусть будет очередь для тех, кому «просто спросить» 

Никита Миронов  

Батька прав. Не хамите педагогу

Геннадий Окороков

Общественности стоит поменьше возбуждаться

Александр Никонов

Требуйте обязательный ЕГЭ по английскому

Михаил Виноградов  

Почему онлайн-календарь прививок — безусловное благо