пт 18 октября 17:05
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Хван хороший, Хван плохой

Хван хороший, Хван плохой

Никогда не делал клипов. Не тянуло и не тянет

[i]С кинорежиссером Александром Хваном мы встретились через две недели после трагической гибели Армена Петросяна, сценариста и исполнителя главной роли в фильме Хвана «Дрянь хорошая, дрянь плохая». Саша принес с собой вышедшую на днях видеокассету. Фильм только что стали тиражировать. Я сказал: хорошо, что есть эта лента, память об Армене. Правда, есть еще и многочисленные клипы, сделанные Арменом, но он никогда не относился серьезно к своему клипмейкерству, хотя и получал какие-то суперпрестижные призы. Считал это временным явлением, материальным подспорьем, а еще тем, что принято называть «поколенческим синдромом».[/i] [b]Александр Хван.[/b] [i]А я вот никогда не делал клипов. Не тянуло и не тянет. Не люблю. Хотя клиповое мышление сегодня всем приписывают. Наверное, в киностилистике 90-х оно действительно проглядывает. Что касается «поколенческих синдромов»… Приятель рассказывал мне, что, когда он попал в армию и получил военную форму, ему захотелось каким-то образом переделать ее, чтобы отличаться от других. Он по-ковбойски заломил поля панамы, закатал рукава, сделал что-то с воротником, штанинами. В результате, когда вышли на построение, выяснилось, что остальные проделали со своей формой в точности то же самое. Я никогда не относил себя к какому-то определенному поколению. Приехал в Москву в семнадцать, окончил ВГИК в 1980-м, а первый фильм — «Доминус» по Рею Брэдбери — сделал на «Дебюте» спустя целых восемь лет. Все эти годы работал на Госфильмофонде. Просмотрел дикое количество фильмов. Все лучшее, что было создано в кинематографе, и все самое свежее, что в те годы «крутили» только на спецпросмотрах. Студентом ВГИКа я мог только мечтать об этом.[/i] [b]— А ведь Квентин Тарантино так же начинал. С работы в видеосалоне. Не случайно, похоже, вас с ним сравнивают. Особенно, когда говорят о «Дряни хорошей, дряни плохой».[/b] — Ну случайностей в жизни вообще не бывает, я в этом убежден. А в «Дряни» я вполне сознательно цитировал Тарантино. Его «Бешеных псов». Хотя с самого начала сюжет заинтересовал меня по другой причине. Мы сидели с приятелем в Доме кино за этим же столиком, где сидим сейчас с вами, и он рассказал мне историю двух криминальных друзей, живущих в криминальном мире. Кажется, будто они одинаково плохи, а на деле между ними изначальная и существенная разница. И женщина (роль которой в фильме исполняет Оксана Фандера) — как мерило той разницы… Что делать, если мир столь неоднозначен, если хорошее и дурное замешано так, что только в экстремальной ситуации можно отличить одно от другого и нравственность побеждает отнюдь не нравственными методами. В «Дюба-Дюба», если помните, речь шла о том же. Чтобы совершить добро, герою приходиться противостоять злу, а значит, самому творить зло. В несовершенном мире это становится неизбежным: зло во имя справедливости. На самом деле хорошим быть непросто. [b]— И в последнем вашем фильме «Умирать легко» та же идея. Психически неуравновешенный герой убивает всех (довольно несимпатичных людей), кто когда-либо обидел женщину, которую он любит. Пройти через зло, чтобы сотворить добро — это что, ваша личная позиция?[/b] — Это вчерашняя позиция. Сегодня мне бы хотелось взглянуть на человека иначе. На самом деле нет плохих и хороших. Каждый несет в себе доброе начало. Человек изначально идеален. Во всяком случае так было задумано Творцом, который сам совершенен. Но представьте ситуацию: кто-то украл у Бога его проект и сотворил мир, как мог: грубо, топорно, искаженно. Мы живем в мире плагиата. И плохи мы в той степени, в какой плагиатору не удалось реализовать замечательную идею. Отсюда наша обреченность на вечные поиски совершенства. Но если сквозь искажения увидеть изначальное, отпадет необходимость делить людей на хорошую и плохую дрянь. Хорошее перестанет быть единичным. [b]— В ваших фильмах много смертей. Вы боитесь смерти?[/b] — Конечно. Умирать страшно. Хотя не исключено, что, умирая, человек открывает для себя Истину, которая не открылась бы ему при жизни, будь он хоть семи пядей во лбу. Может быть, мы рождаемся на свет ради выполнения какой-то миссии и, выполнив ее, уходим. Не исключено, что и суть этой миссии нам неведома. Иногда мы преувеличиваем свое предназначение, иногда преуменьшаем. Во всяком случае просто так ничего не происходит, и смерть просто так не является. Возможно, смерть — не продолжение жизни, как считают, а вечное ее повторение. Это как сон, из которого никогда не выберешься. Вот почему нельзя кончать с собой: невыносимое состояние, в котором ты пребывал, превратится в вечность. Ведь и искусство похоже на сон. А разница между сном и явью… Это как погружаться в воду с открытыми глазами. Под водой один мир, над ней — другой. Смерть страшна, ужасна, но в ней есть какой-то скрытый смысл. Впервые я всерьез задумался об этом после того, как ушел из жизни мой друг Алеша Саморядов, сценарист «Дюба-Дюба». Необычный, избранный человек, трагически и нелепо погибший. [b]— Вы всегда работаете с друзьями?[/b] — Я работаю с теми, кто вписывается в работу. Потом уже мы становимся друзьями и работаем на других картинах. Так было, например, с актером Александром Тютиным, который играл практически во всех моих фильмах. [b] — А чем занимаетесь в периоды простоев? [/b] — Я неисправимый читатель. Когда-то зачитывался фантастикой и знал все, что когда-либо печаталось в этом жанре. И сейчас много читаю, но больше современную российскую прозу. Параллельно думаю о том, насколько та или иная книга подошла бы для кино. Что еще?.. Пишу стихи. Влюбляюсь. [b]— Любовь многомерно присутствует во всех ваших фильмах, но эротику в них надо додумывать.[/b] — Верно, додумывать надо. Бывает, что я снимаю постельные сцены, но во время монтажа они у меня вылетают, кажутся лишними. Так было на картине «Умирать легко». Я отнюдь не ханжа. Но зачем делать то, что не вписывается в задачу? Чтобы угодить всем вкусам? Немного «обнаженки», немного драк, немного мелодрамы — как по рецепту. Я против такого кино. Жизнь пропитана эротизмом, он присутствует во всем: во взаимоотношениях, во взгляде, в жесте… Часто эпизоды с откровенными сценами выглядят менее эротично, чем точно сыгранное состояние. Все зависит от того, о чем твоя история. [b]Досье «ВМ» [/b] [i]Александр Хван. Родился в 1957 году в Чебоксарах. Окончил режиссерский факультет ВГИКа в 1980 году (мастерская Льва Кулиджанова и Татьяны Лиозновой). Как актер сыграл в фильмах «Мания Жизели» Алексея Учителя (1995) и «Научная секция пилотов» Андрея И (1996). С 1980 года — в штате Студии имени Горького. В 1997 году выпустил сборник лирических стихов «Букет». Поставил фильмы: 1980 — «Шнур» — дипломная работа. 1990 — «Хозяин» — новелла в альманахе «Доминус». Приз — «Дебют»-90. 1992 — «Дюба-Дюба». Призы кинофорума в Ялте, «Кинопресса»-92, «Киношок»-92, «Ника»-92, «Золотой Овен»-93, «Котбус» (Германия)-94, «Сталкер»-95. 1995 — «Свадебный марш» — новелла в альманахе «Прибытие поезда». Призы «Кинотавр»-96, «Кинопресса»-95. 1998 — «Дрянь хорошая, дрянь плохая». 1999 — «Умирать легко». Был женат. Есть сын.[/i]

Новости СМИ2

Михаил Бударагин

Кому адресованы слова патриарха Кирилла

Ольга Кузьмина  

Москва побила температурный рекорд. Вот досада для депрессивных

Анатолий Сидоров 

Городу нужны терминалы… по подзарядке терпения

Виктория Федотова

Кто опередил Познера, Урганта и Дудя на YouTube

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

В чьей ты власти?

Дарья Завгородняя

Дайте ребенку схомячить булочку

Полина Ледовских

Трудоголиков домашний очаг не исправит