чт 17 октября 04:01
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Третье дыхание Василия Аксенова

Третье дыхание Василия Аксенова

О романе «Москва-Ква-Ква», и не только о нем

[b]В среду состоялась презентация журнальной ([i]«Октябрь», № 1 и № 2[/i]) публикации нового романа Василия Аксенова «Москва-Ква-Ква». В тот же вечер в крупнейших московских книжных магазинах появилась и книга, выпущенная издательством «ЭКСМО».[/b] Не успели улечься страсти после прошлогоднего Букеровского скандала, главным героем которого был Василий Павлович Аксенов (в качестве председателя жюри он так упорно, в лоб, двигал в лауреаты своего протеже, замечательного на самом деле Анатолия Наймана с действительно хорошим романом «Каблуков», что все остальные члены жюри сговорились – и в пику ему наградили тоже неплохого, но еще слишком зеленого Дениса Гуцко – за роман «Без пути-следа»), как он уже снова оказался на острие литературно-окололитературных новостей. Журнал «Октябрь» в двух первых номерах года выстрелил долгожданным романом Аксенова «Москва-Ква-Ква». Все держалось в тайне, рукопись критикам заранее не рассылалась, и кое-кому пришлось писать о целом, судя по его части (что чревато ошибочными выводами, каковые и были явлены городу и миру). На презентации журнального варианта в клубе «Жизнь замечательных людей» Василий Павлович читал куски из романа, отвечал на вопросы собравшихся, которые говорили ему всякие приятные вещи. В общем, было здорово, даже отчасти познавательно. Выяснилось, что автор писал роман восемь месяцев, что «Москва-Ква-Ква» – это его мемуары. А также что этот роман борется за звание лучшего у Аксенова с его же «Вольтерьянцами и вольтерьянками», за которых он получил русского Букера, свою первую значительную литературную премию. Многие критики тогда написали, что писателя наградили по совокупности заслуг, но чего только об Аксенове не писали за его долгую творческую жизнь! Василий Аксенов из тех редчайших писателей, чье имя вызывает неизменный интерес вот уже около полувека. С момента появления в журнале «Юность» в 1960 году его первой повести «Коллеги» и до дня сегодняшнего. После «Коллег» в той же «Юности» были опубликованы куда более яркие повести – «Звездный билет», «Апельсины из Марокко», «Затоваренная бочкотара». А вот самая, пожалуй, любимая моя вещь – «В поисках жанра» – была опубликована в «Новом мире». Как и знаменитые записки по итогам поездки автора по Америке «Круглые сутки нон-стоп». На рубеже 1970–80-х имя Василия Аксенова всплывало по большей части в связи с политическими скандалами – по поводу альманаха «Метрополь», запрета романов «Ожог» и «Остров Крым», логическим следствием чего стали эмиграция и лишение гражданства. В США тоже, конечно же, писались романы и повести (например, «Желток яйца», «В поисках грустного бэби»), но фактом нашей литературы они стали (или не стали) уже позднее, в начале 1990-х. Кстати, известная многим лишь по недавнему сериалу «Московская сага» тоже была написана в Америке, и чуть ли не по заказу Голливуда. В 1990-х Аксенов стал проводить в Москве почти столько же времени, что и в Америке. В 1995 году случился небольшой скандальчик, связанный с публикацией в «Знамени» рассказа «Корабль мира «Василий Чапаев». На Аксенова обиделись обиженные им кришнаиты. Хорошо помню, как они осаждали редакцию с требованиями извинений. Присутствие Аксенова в нашей жизни и в нашей литературе чувствовалось постоянно. Переиздавались его прежние произведения, выходили новые, хотя ни вышедший в 1997 году роман «Новый сладостный стиль», ни появившееся в 2002 году «Кесарево свечение», увы, событиями не стали. Василий Павлович перебрался из Америки во Францию, но в России по-прежнему бывал довольно часто. Повод приехать в Москву на этот раз у Аксенова был один. Вернее, два: завершение публикации романа «Москва-Ква-Ква» в журнале «Октябрь» и выход его книгой в издательстве «ЭКСМО». Так что же, собственно, такое эта самая «Москва-Ква-Ква»? Подзаголовок гласит: «Сцены 50-х годов». Таким образом, еще не прочитав ни строчки, мы уже знаем координаты романа: время и место. Приступив же к чтению, начав существовать там и тогда, волшебным образом погружаемся в атмосферу «будней великих строек». Причем буквально – основное действие романа происходит внутри и снаружи одной из семи знаменитых высоток на слиянии Москвы-реки и Яузы, все еще до конца не достроенной. Атеистический СССР пытается следовать античности. Писатель отслеживает эту тенденцию, описывая многочисленные скульптуры, украшающие гигантские здания, а также лучших представителей советской элиты. Культ тела, но отнюдь не в ущерб культу духа! Главная героиня – Глика Новотканная – девушка стройная и лучезарная, сталинская стипендиатка университета, медалистка хельсинкской Олимпиады по гребле на байдарке. Как в известном фильме: студентка, комсомолка, спортсменка и просто красавица. Два ее жениха – один лучше другого. Обоим в районе сорока, но оба – красавцы и вообще выдающиеся мужские экземпляры. Один – знаменитый поэт, шестижды лауреат Сталинской премии, Герой Советского Союза и прочая, и прочая, и прочая Кирилл Смельчаков. Критики вполне обоснованно предположили, что главным его прототипом стал Константин Симонов (по документам, если кто не знает, тоже Кирилл). При этом в романе несколько раз появляется и сам Симонов, но подобный маскировочный прием не нов: взять хоть дубовскую «Большую пайку», где наряду с главным героем, прототипом которого является Березовский, эпизодически действует и сам Борис Абрамович. Чтобы окончательно запутать читателя, Аксенов приписывает своему герою стихотворение «Лейтенанты, вперед!» («Коммунисты, вперед!» – так у Александра Межирова). Второй жених Гликерии – фигура полумифическая. То ли он бывший полярник Моккинакки (Коккинакки в романе также упоминается), чудесным образом воскресший после того, как его уничтожали бериевские костоломы, то ли маршал югославской армии… Но семью, или, как выражается вождь народов, «новую фазу» образцовой советской девушки Гликерии Новотканной надлежит создать именно с поэтом Смельчаковым. А потому второй жених неизбежно должен погибнуть. Кульминацией романа становится параллельное покушение на Сталина и на Тито. Вообще югославский сюжет в романе самый интересный – и самый логически выстроенный. Как-то вроде все мы знаем о кошке, которая пробежала после Второй мировой войны между двумя тиранами, но у Аксенова Тито и прочие сербо-хорватские гайдуки оказываются главными врагами Сосо. Еще одна героиня романа – Гликина мама Ариадна Лукиановна Рюрих. Ее история и вовсе чистая вампука (грамотная Гликерия употребляет это слово, правда, по иному поводу). Типа она похищает Гитлера,а наши потом его отправляют обратно. Ну и, понятное дело, ей присваивают звание Героя Советского Союза и чин генерал-майора пограничных войск. А раз Ариадна – значит, Тезей. За него, болезного, у нас все тот же Смельчаков. А раз Тезей – значит, Минотавр. Вот тут сложнее: то ли это сам дружище Иосиф, то ли какие-то собственные вины и комплексы. Мне показалось, что миф немного жмет, что ли, этому роману, что притянут за уши. Возможно, кому-то покажется иначе. А вот что мне точно не показалось: роман «Москва-Ква-Ква» получился у Василия Аксенова очень эротическим. Местами даже чуть ли не с порнографическими нотками. Один из значимых персонажей романа, юноша по имени Так Таковский, рассуждает при виде счастливых обнявшихся Глики Новотканной и Жоржа Моккинакки: «Бальзак совсем еще годных женщин облажал, а Хем героизировал пожилую мужскую кобелятину». А поскольку этот персонаж есть не что иное, как альтер эго самого автора, то переадресуем эту «пожилую мужскую кобелятину» ему. Седина в бороду – бес в ребро, и тем не менее у Василия Аксенова вот уже второй роман подряд наблюдается очевидное второе, если не третье, дыхание.

Новости СМИ2

Полина Ледовских

Трудоголиков домашний очаг не исправит

Никита Миронов  

За фейки начали штрафовать. Этому нужно радоваться

Дарья Завгородняя

Чему Западу следует поучиться у нас

Дарья Пиотровская

Запретите женщинам работать

Оксана Крученко

Ради безопасности детей я готова на все. И пусть разум молчит

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше