пт 15 ноября 05:59
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Олег Тактаров: Всех, кто недополучил школу, видно за километр

Садовничий отреагировал на слухи о возможном уходе с поста ректора МГУ

В Кремле определили сроки большой пресс-конференции Путина

СМИ опубликовали последние слова стрелка в колледже Благовещенска

Почти 20 новых мостов появятся в столице до 2023 года

Отец «пьяного» мальчика прокомментировал освобождение Алисовой

Названа причина убийства чемпиона мира по тайскому боксу Боляна

Вокалист Scorpions спел свой хит с уличным музыкантом в Киеве

Филолог рассказал, как необычные имена становятся банальными

Робертино Лоретти спел свою легендарную «Ямайку» 57 лет спустя

СМИ назвали причину смерти аспирантки СПбГУ

Флорист перечислила растения, которые опасно держать дома

Пресняков-старший объяснил секрет долгого брака ленью

Священник рассказал, как помочь мужчинам жить дольше

Как спустя 50 лет Камилла Паркер-Боулз заполучила принца Чарльза

Олег Тактаров: Всех, кто недополучил школу, видно за километр

Олег Тактаров рассказал о детстве и жизни в Америке

Официальная страница Олега Тактарова в соцсети «ВКонтакте»

Cериал «Отчаянные», который сейчас идет по Первому каналу, стал отличным поводом для беседы с Олегом Тактаровым. В нем он сыграл роль главы криминальной группировки.

Олег Тактаров как минимум трижды в корне менял свою жизнь и везде добивался успеха. Сначала удачный бизнес, потом серьезные успехи в спорте. Сейчас он востребованный актер, одна из его новых работ — в сериале «Отчаянные».

— Олег, в «Отчаянных» роль писали «под вас» или пришлось проходить кастинг?

— Дарья Полторацкая, режиссер «Отчаянных», с которой мы работали когда-то на проекте «Бывшая жена», позвонила мне вроде как посоветоваться: «Олег, я читаю сценарий, который точно буду делать, и понимаю — здесь не хватает чего-то, чтобы уравновесить наших ярких девушек». Вот, собственно, и уравновесила мною. (Улыбается.)

— Ваше спортивное прошлое и амплуа крутого брутального мужика не загоняют режиссеров в определенные рамки?

— Когда режиссер боится чего-то и не способен принять решение, когда он не видит, король голый или одетый, — он может что-то напридумывать и ограничить себя. Если режиссер в себе уверен, такого не происходит. В Америке был случай, когда один актер, увидев меня на пробах, начал высказывать весьма опытным продюсерам: «Ой, там у вас чемпион UFC сидит. Чего он у вас тут делает?!» Ему ответили: «Его-то уже утвердили, а вас — пока еще нет». Кстати, его так и не утвердили…

— Из бизнесменов в актеры переучиваться сложно было?

— Меня долго держали на первом курсе актерской академии, потому что нужно было раскрыть что-то, что не раскрывалось. Ну представляете: у тебя бизнес, и ты учишься много лет, как не выплескивать свои эмоции. А тут вдруг, наоборот, надо их показать. И при этом гамма их должна быть разнообразной. Более того, во время спортивных выступлений я и боль, и эмоции тоже прятал…

— Вы уехали в США в 1994 году, чтобы стать актером. А здесь это было неперспективно?

— Не могу припомнить практически ни одного нашего достойного проекта, созданного в 1990-е. Я помню наше кино 1950-х, 1960-х, 1970-х годов, в 1980-е еще что-то появлялось. А в Голливуде фильмы шли один за другим. И я подумал: зачем мне сейчас, в 26 лет, когда у меня есть прибыльный бизнес, ехать в Москву, чтобы стать актером? Люди увидят и скажут: «А ты чего здесь делаешь? У тебя же там заводы, пароходы. А ты в актеры решил податься? Может, бомжевать пойдешь?» И я поехал в Америку…

— Как же вы решились бизнес бросить?

— Видимо, не мое это было. Я не получал от этого удовольствия. С бизнесом было все хорошо и спокойно — понимаете, все вроде хорошо, а мне нехорошо. Я почти не помню себя до отъезда в Америку…

— Но в одном из интервью вы сказали, что 1990-е годы вспоминаете все-таки с теплом.

— Молодость как без тепла вспомнить? Есть сожаление, что 1980-е годы можно было провести лучше, обучаясь языкам и профессии в достойных учебных заведениях. Детство, юность — это то время, когда к тебе все прилипает. Буквально сегодня армию вспоминал. Да, это были нужные моменты: становление, выживание, порой через «не могу», определенная тоска на втором году службы и понимание, что жизнь уходит, а ты вот тут торчишь. И все вроде хорошо, ты миновал дедовщину и прочее. Но дальше-то что? Всему, чему я научился, я научился в течение, может быть, первых месяцев шести. А остальное время была просто медленная деградация — полтора года деградации. У меня неоднозначное отношение к армии. Знаете, Месси и Рональдо — они в армии не служили…

— Вы в детстве жили с родителями в закрытом научном городе. Они пытались каким-то образом повлиять на вашу дальнейшую судьбу?

— Никто на меня не пытался влиять. И я на своих детей тоже не пытаюсь влиять.

— Но папа все-таки вас уговорил в спорт пойти?

— Но сделал он это тонко и ненавязчиво, когда понял, что в школе у меня неладно и надо ребенка отдать куда-то.

— Как так неладно? Вы же физикой очень увлекались.

— Ну да. Точно помню, что в шестом классе решил задачу для второго курса МИФИ. Я на факультативе занимался, где нам задачи давали, которые опережали школьную программу. По крайней мере в то время я хоть чего-то понимал: как происходят ядерные процессы и что с чем как делится, от каких вещей зависит. А сейчас я не понимаю, не помню и, честно, не хочу понимать.

— Вы же на самом деле с детства мечтали быть актером?

— Ну, мне так ребята знакомые рассказывают. Я не помню. Они говорили, что я носился со своими сценариями. Пытался на всех их опробовать, какие-то моменты воплощать. Так было на первом курсе института и продолжилось после армии, когда вернулся на первый курс уже сержантом и учился с ребятами на 2–3 года моложе меня. Получается, это всегда было, надо было только мечту реализовывать.

— Вы получили актерское образование в Америке. Нужно ли оно вообще, как считаете?

— Я вижу сейчас ребят, которые куда-то попали не то что без образования, а даже без желания образовываться. Я вижу это как боец. Был у нас мальчик один — яркий, как молния, талантливый очень. Он очень резко стартанул, а потом ушел от своего учителя, известнейшего тренера по джиу-джитсу. То есть недоработал, недополучил школу. Увлекся боксом и стероидами. Выиграл несколько боев, и вот совсем недавно проиграл на элементарном — видно, что человек недоучился. Так и в кино: всех, кто недополучил школу, видно за километр.

Мой учитель по актерскому мастерству вдолбил в меня основы, базу, и это так и сидит внутри. При этом чего-то бояться, сомневаться в себе — это нормально. Когда чемпион идет на бой, ему тоже кажется, что он чего-то не умеет. А потом организм сам берет вожжи управления в свои руки и дальше тебя выводит. Но пока ты базу не заложишь, бесполезно чем-либо заниматься.

— Сложно было учиться в совершенно чужой стране? Не было мыслей все бросить?

— Нет. Это было, наверное, лучшее время в моей жизни. Я мог бы выступать в боях, зарабатывая хорошие деньги. А поменял все это на такой распорядок дня, на который у меня сейчас здоровья точно бы не хватило. Вставал в четыре-пять часов утра, бежал в гору к знаку «Голливуд», возвращался пешком. Потом ехал на машине по пробкам в Даунтаун в Лос-Анджелесе в языковую школу, где из меня выбили русский акцент. (Сегодня меня, наоборот, на пробах иногда просят, чтобы я акцент русский делал.) После школы занимался боксом два часа, получал иногда по башке.

Потом ехал в актерскую школу, три часа там. Иногда спал на занятиях. Но не проспал ни одного стоящего занятия за три-четыре года беспрерывной учебы. После актерской академии я преподавал боевое искусство крав-мага. Раньше у израильтян не было своего боевого искусства, а теперь оно есть. Я и парень из Голландии — мы были два главных преподавателя.

— Вы снялись в большом количестве голливудских фильмов. Сильно отличается там индустрия от нашей?

— Требования к актерам, конечно, там выше. И самоотдача там выше. У нас актер может сниматься в трех проектах одновременно, но даже если ты суперклассный, везде на отлично сыграть не получится. Мне вообще нужно от двух до четырех дней минимум, чтобы сжиться с героем. И в этом образе я живу дальше. У меня был случай, когда я полтора года не мог выйти из образа…

Но в любом случае нельзя несерьезно относиться к своей работе. Если даже один человек через много лет случайно наткнется на твою работу и она его как-то мотивирует, значит, ты уже не зря этим занимался. Но в Голливуде тоже есть «мануфактурщина». Даже у моего любимого Де Ниро были периоды, когда он в год по пять фильмов делал. Но тогда ему было за шестьдесят или за семьдесят, и он просто зарабатывал деньги. Я всегда привожу в пример Аль Пачино, у которого глаза горели всегда, даже в 72 года. И он в каждый кадр входил, как ребенок, ему интересно было.

— В Америке вы стали чемпионом по смешанным единоборствам. Как пережили славу?

— Тяжело. Жизнь меняется в корне. И ты как загнанный зверь становишься. Приятно, конечно, когда на первом свидании девушка, в которую ты влюблен, неожиданно узнает, что ты чемпион. Но у меня такого никогда не было. Однажды даже было так: «Секундочку, ты, оказывается, знаменитый. Нет-нет, я со знаменитым не хочу встречаться». То есть хорошего ничего от этого не было, я это точно помню.

— А почему не остались в Америке? Все-таки там очень мощная киноиндустрия.

— Я не говорю, что я совсем оттуда уехал. Просто там был какой-то период, когда начались сплошные забастовки, а в России у меня хорошие проекты были.

— Вы как спортсмен свой чемпионский бой выиграли, а в кино? Каким должен быть «чемпионский фильм»?

— Должны быть сборы, как у «Аватара». А потом премии «Оскар», «Золотая ветвь», всенародная любовь, признание. (Улыбается.) Тогда смогу прямо сказать: «Все, до свидания всему этому действу». И заняться чем-то более полезным. Всегда надо заканчивать начатое. Я еще не закончил.

ДОСЬЕ

Олег Тактаров родился в 1967 году в городе Арзамас-16 (Саров). В детстве увлекался боксом и самбо. После службы в армии занимался единоборствами, владел крупным бизнесом. В 1994 году уехал в США, чтобы заниматься профессиональным спортом и сниматься в кино. В фильмографии актера 65 фильмов.

Читайте также: Как сейчас живет Кэтти из «Трех мушкетеров»

Новости СМИ2

Михаил Бударагин

Павлик жил, Павлик жив

Алексей Зернаков

Руки прочь от реконструкции

Юрий Козлов писатель, главный редактор «Роман-газеты»

Защита «длинного чулка»

Анатолий Сидоров 

Эпоха наглости и хамства

Ксения Ефимкова 

Пить и не стесняться

Оксана Крученко

Эгоистки с прицепом

Александр Лосото 

Литература без срока годности

Екатерина Рощина

Искусство с молоком матери

Никита Миронов  

Избави нас от дилетантов

Вторая жизнь отходов. Как промышленность использует выброшенный мусор

Путают наречия и порядок слов в предложении

Cемиклассница победила соперников и побила рекорд

Научись играть на укулеле