Карта городских событий
Смотреть карту

«Пока сердце не остановится»: гимнаст Антон Голоцуцков — о том, ради чего стоит жить после Олимпиады

Сюжет: 

Эксклюзивы ВМ
Интервью
«Пока сердце не остановится»: гимнаст Антон Голоцуцков — о том, ради чего стоит жить после Олимпиады
Фото: РИА Новости

Гимнаст Антон Голоцуцков — двукратный бронзовый призер летних Олимпийских игр 2008 года в Пекине, двукратный вице-чемпион мира, пятикратный чемпион Европы, многократный чемпион России, многократный обладатель Кубка России в вольных упражнениях и опорном прыжке. Он завершил спортивную карьеру еще в 2012 году, однако продолжает активно делиться опытом: Антон является основателем собственной академии гимнастики, а также президентом благотворительного фонда «Здоровье детям через спорт». В беседе с «Вечерней Москвой» он рассказал об отношении к собственным победам, поделился секретами общения с детьми, а также объяснил, почему лучший бой — тот, который не состоялся.

— Антон, на прошлый Новый год вы в блоге написали такую вещь: «Никогда не откладывайте на завтра, если пообещали себе начать год с тренировок». Как себя убедить заняться спортом не с понедельника, а прямо сейчас?

— Надо сделать это прямо сейчас. Вот реально — идете, задумались и все, отправляетесь на кардиотренировки. Только придумал — все, знай, что у тебя есть полчаса, даже если их нет, — найди.

Или надень кроссовки, штаны, куртку и прогуляйся по лесу. Без физической нагрузки — просто обычная прогулка. И каждый раз набирать темп, увеличивать дистанцию, получать от этого удовольствие. А потом придешь к тому, что захочется поприседать и поотжиматься.

— Вы президент благотворительного фонда «Здоровье детям через спорт». Какие три основные рекомендации можно дать родителям, чтобы они отдали своего ребенка в спорт?

— Надо просто любить своих детей. Если ты любишь ребенка, то ты ему желаешь хорошего светлого будущего. А чтобы было хорошее светлое будущее, в первую очередь нужно здоровье, которое, как мы знаем, ни за какие деньги не купишь. Чтобы оно было, нужно заниматься спортом, закаляться и правильно питаться. Поэтому тут даже не три рекомендации, а одна. А дальше оно по накатанной все пойдет.

— Недавно в вашем блоге был пост про то, что когда-нибудь ваш сын повзрослеет и его придется отпустить. Вы хотите, чтобы он стал профессиональным спортсменом или дадите свободу выбора?

— Честно, не знаю, кем будет мой сын, пытаюсь в эту историю не вмешиваться. Записываю его на разные кружки: он занимается гимнастикой, хоккеем, фортепиано, дизайном, пением и так далее, но он сам должен выбрать свой путь.

Кем бы он ни был, я его буду любить всю жизнь. Отпускать детей тяжело, но буду стараться так, чтобы, например, наши дома были рядом. Я Лев по знаку зодиака, для меня семья — очень важно. Да, я рос без отца, но у меня есть замечательная мама. Я желаю, чтобы у каждого были такие ценности, потому что без семьи очень тяжело. Ни один друг никогда в жизни ее не заменит.

— В своем блоге вы очень простым и доступным языком рассказываете про спорт. А со своими подопечными как общаетесь?

— Абсолютно так же. Я для них друг, ровесник, но при этом — авторитет, тот, за кем нужно идти. Я показываю на себе, каким нужно быть, и те родители, которые со мной согласны, приводят ко мне детей.

— Насколько профессиональному спортсмену важно слушать то, что говорит его наставник?

— Наставника нужно слушать всегда, но бывают такие моменты, когда он может передавливать. Бывает, затирается глаз, когда работаешь 10–15 лет вместе. У нас тоже с тренером такое было, поэтому тренеру важно слушать спортсмена. Мы с тренером учили те элементы, которые он еще не умел в свое время делать, потому что их просто еще не было. Он говорит: «Я думаю, надо вот так и так сделать, попробуй», потому что он как тренер это видит. Как у художника есть мольберт: он стоит, рисует. Он видит это так, а я как спортсмен или как пластилин, из которого что-то пытаются лепить, говорю: «Слушай, по моим ощущениям, надо сделать по-другому». И мы сходились на том, что сначала делали так, как чувствую это я, потому что я это делаю (у меня мозоли, у меня руки болят) и, если вдруг я не прав, мы делали по его методу.

Но это было уже тогда, когда я стал профессионалом. А когда ты ребенок и тренер дает базу, тут спортсмен не вправе спорить. Он не может сказать «не могу», но может сказать «не хочу», после чего выслушает беседу с тренером и родителями (смеется). Но «не хочу» — история очень опасная, нужно выяснять, почему — не устраивает тренер, условия, отношения? При этом каждый профессиональный тренер видит, когда дети обманывают, хитрят, пытаются схалтурить. Ребенка очень важно не перегрузить, не передавить, чтобы он с радостью шел в зал.

Но иногда должна быть строгость, потому что есть дети, которым ты объясняешь что-то, а они не слушают. А ответственность-то за него ты несешь! Никто не хочет в копилку свою как-то травму добавлять. Но во многих школах об этом не задумываются, травмировался ребенок — ну и ничего страшного.

— Нужно ужесточать контроль?

— Обязательно, мы работаем со всеми специалистами, общаемся на эту тему. Не дай Бог, что-то произойдет, хотя у нас такого не было и, очень надеюсь, не случится. Но мы по любому поводу каждую неделю со специалистами общаемся, я всегда наблюдаю за их процессом, где-то корректирую, подсказываю, направляю, если вижу, что что-то идет не так. Это целая работа, не из легких.

— Часто в результате этой работы начинающий спортсмен становится профессионалом, у него появляются достижения, награды. Например, у вас, в том числе, — две бронзы на Олимпиаде в 2008 году. Что для вас медаль — логичный итог того, что вы делаете, или некая цель?

— Конечно, у каждого спортсмена моего поколения была цель хотя бы просто съездить на Олимпийские игры. У меня не было такого, что я мечтал о медалях, — я мечтал побывать на Олимпиаде. Съездил на первую Олимпиаду, остался без медали, травмировал палец. Я думал: «Все, заканчиваю с гимнастикой», юношеский максимализм. А потом в 2007 году на чемпионате мира я травмировал ногу, со сломанной ногой выступал, чтобы сборная России вообще попала на Олимпиаду. И там, да, меня даже засудили, там совершенно другого достоинства должны были быть медали.

Я горжусь этими медалями, но не останавливаюсь на том, что вписал свое имя в историю спорта. Я хочу вписать свое имя в историю благодаря тому, что я сделал для российского спорта, для меня это будет гораздо важнее, чем олимпийские медали. Они, согласен, не каждому достаются, но это только начало моего пути. Кто-то на этом заканчивает и всю жизнь потом ходит и говорит, что он — олимпийский чемпион, а я так не хочу. Я этот путь прошел сам, а теперь я хочу дать и объяснить детям, каково это и как сделать так, чтобы добиться этого же результата, чтобы это было массово, а не в единичных случаях. Да, это сложно, да, это долго, но я за счет этого живу. У нас же должна быть какая-то цель? И я хочу, чтобы она реализовывалась.

Вот, к примеру, Юлия Пересильд слетала в космос. Я бы тоже слетал с удовольствием. Мне кажется, я бы ради этого пошел в школу-студию МХАТ, чтобы ее окончить, чтобы тоже там сыграть какую-то роль. Это тоже интересно.

Я не обесцениваю олимпийские медали, медали Чемпионата мира и Европы, но на этом нельзя останавливаться, поэтому я иду дальше. Никогда не остановлюсь, пока мое сердце не остановится. Я буду всегда делать все во благо детей, потому что дети — самое главное, что у нас в принципе есть. Повторю, что я рос без отца, мне дико его не хватало всю жизнь и не хватает до сих пор. Детей надо развивать, они должны быть активными, бегать по стенам, разбивать вазы с тарелками. Благодаря спорту каждый ребенок может залезть на дерево от злой собаки, может перепрыгнуть через забор, спуститься по водосточной трубе, если какой-то пожар возникнет. И ребенок, который физически готов, должен уметь взять и сделать ноги. В ситуации, когда тебя спрашивают: «Сиги есть?», не надо доказывать, что ты умеешь бить в морду, лучший бой — тот, который не состоялся.

Мы детям даем здоровье, развитие и чувство легкости. Когда я карьеру закончил и первые два года вообще ничего не делал, реально превратился в обычного человека. Что я имею в виду: обычный человек — не то чтобы это плохо, просто когда ты спортсмен, гимнаст и находишься в отличной форме — ты не обычный человек, а человек со сверхспособностями. Когда я закончил карьеру, то понял, что я уже не так рулю, не та резкость, не то восприятие мира. Я начал опять заниматься спортом, потому что не мог без этого. Это очень круто, и так должно быть у каждого.

— Современному спортсмену, чтобы стать известным, достаточно только много заниматься спортом или нужно обязательно создавать имидж в соцсетях?

— Соцсети сегодня — та площадка, на которой можно бесплатно себя рекламировать, продавать свои услуги, даже не продавать, а просто делиться мыслями. Я замечаю, что когда я или моя жена что-то выкладываем, на нас реально реагируют и смотрят. Если людям нравится то, что я делаю, почему бы этим не делиться? Я же показываю то, о чем я думаю, как я отношусь к своему ребенку, к жене, к любимому делу. Кто-то вправе делать так же, кто-то вправе этого не делать, а кто-то додумает и сделает по-другому, и это тоже будет круто.

Я и YouTube-канал тоже вел. Но у нас, к сожалению, редко показывают правильные ценности (что нужно любить семью, любить детей, учить ребенка разводить костер и так далее) — это никто не смотрит, это неинтересно. Многие родители тренера ребенка ни разу не видели.

— Тем не менее вы какой-то язык все-таки нашли, на котором нужно разговаривать с аудиторией, чтобы увлекать ее за собой.

— Я десять лет занимаюсь развитием гимнастики, где-то с 2016-го начал вести Instagram и все остальное. Да, тяжело, но почему я должен искать легкие пути? Быть как все — неинтересно, нужно выделяться, а чтобы выделяться — нужно работать над собой.

Google news Yandex news Yandex dzen Mail pulse

Подкасты