Вторник 25 сентября, 08:09
Дождь + 7°
Юлия Зименко

Ноябрь 41 года выдался холодным и снежным. В небольшой деревне под Волоколамском шла эвакуация. Пятилетняя Света запомнила тот день. Ее прабабка, Анастасия Филипповна, выходит за дверь и подпирает ее камнем. Она с тяжелым сердцем покидает сруб-пятистенок, держа в руках узелок с самым ценным – иконами...

...Невестка с детьми спешно грузят кое-какой скарб в телегу – староста довезет до железной дороги, а там дальше Урал и эвакуация. Света смотрит на прабабку, на узелок в руках и тихо плачет. Морозец щиплет щеки, снег уже наметает первые сугробы. В деревню к прабабке девочку отправили, как только фашисты начали наступать. Мама опасалась голода, а в деревне есть какое-никакое хозяйство, ребенка прокормят. Теперь мамы рядом нет, а впереди - непонятное. И прабабка черная, как яблоня во дворе.

В вагоне невестка отчего-то раскричалась. «Тетя Мотя - смешное имя», - думает Светочка. А характер совсем не смешной. «Ругливая и своего не упустит»,- так про нее прабабка говорит. Поезд ползет медленно, в вагоне полно людей, дышать тяжело, а снаружи мороз и совсем зима. На полустанке раскрасневшаяся от крика невестка неожиданно выкидывает в снег Анастасию Филипповну. А за ней и Светочку. Еще долго девочке будут сниться эти слова: «На все рты еды не напасешьси». Узелок уезжает вместе с поездом. Куда теперь? Обратно в деревню. Пешком. Прабабка, кряхтя, опираясь на выломанную палку, медленно бредет к родной деревне. Светочка держит ее за руку. По ночам Анастасия Филипповна роет ямки в снегу. Так и спят. Как мишки в берлоге, думает про себя Светочка. Три дня они идут домой. Едят снег и немного рябины, нарвали в лесу...

К вечеру третьего дня показались огоньки родной деревни. А там – фашисты. Две истрепанных долгим переходом фигурки обреченно тащутся к родному дому. На пороге стоит немец – высокий и страшный. Говорит ломано, непонятно: «Нет, мать. Сюда не иди. Тут хоспиталь. Туберкулез». Отправились к старосте. Светочка растерянно смотрит на тающий в руке шоколад и даже немного жалеет слизывать его с пальцев – сладкий, а закончится ведь быстро. Староста пустил в дом, там и обретались. Анастасия Филипповна у печи, а Светочка рядом.

Однажды в дом зашел тот офицер, что и встретил их на пороге в самый первый день. И тихо сказал: «Матка, иди в лес. Прячься. Там румын идет. Мы уходим, а идет румын, злой. Всех стрелять будет - пух-пух». Ульрих привел их к землянке. За одну ночь он ее выкопал и замаскировал мхом и ветками. Внутри одеяла и много шоколада. Светочка будет довольна. Потом ушли злые румыны, пришли свои, а прямо за ними, по дымящимся еще полям, пришла мама. Заплаканная, прижимала к себе Светочку и шептала на ушко, что никогда-никогда больше ее не оставит. А Мотя после войны поселилась в Подольске. Светочка с ней даже общалась, правда, редко.

Эту историю рассказала мне сама Светлана, моя бабушка. 9 ноября - Международный день против фашизма, расизма и антисемитизма. Время, чтобы вспомнить. Например, того немца, который оказался человечнее родственника. Потому что фашизм – не политический строй государства. Это состояние души.

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Новости СМИ2

Новости СМИ2

Спасибо за вашу подписку
Подпишись на email рассылку Вечерки!
Предлагаем вам подписаться на нашу рассылку, чтобы получать новости и интересные статьи на электронную почту.
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER