Понедельник 24 сентября, 09:09
Туман + 7°
Э. Я. Шанкс «Новенькая в школе» (1892). Мальчики и девочки вплоть до революции учились раздельно.

Проблемы с древними языками или деньгами делали гимназистов из классиков реалистами и солдатами

Мало кто сумел так тонко и правдиво отобразить мир детства, как Чехов. В том числе жизнь учеников последней четверти XIX века.

«Ведь ему (…) пятнадцать лет! Можно ли в таких летах быть в третьем классе?» — переживает мать за сына («Папаша», 1880). Не пугайтесь: гимназисту третьего класса должно было быть 12–13 лет. То есть мальчик «всего» дважды оставался на второй год. Поступали в гимназию в 9–10 лет (до этого получали образование в начальном училище или дома), оканчивали ее лет в 18.

В рассказе «Толстый и тонкий» (1883) сын «тонкого» гимназист Нафанаил, услышав о высоком чине «толстого», «вытянулся во фрунт и застегнул все пуговки своего мундира». Почему Нафанаил в мундире, если он не на уроке, а в дороге? Гимназист был обязан даже вне школы ходить в форме. Попадись он учителю или надзирателю (была такая должность в гимназиях) на улице с расстегнутой пуговицей (!), на следующий день его могли в наказание заставить два часа сидеть после уроков в пустом классе без обеда. Запрещалось появляться в городе после 19 часов, посещать оперу, кофейни, маскарады.

Ради образования некоторым детям приходилось ехать в чужой большой город и жить у родственников или на съемной квартире. В повести «Степь» (1888) Егорушку как раз везут учиться: в его городке гимназии нет. За учебу надо было платить. Гимназист Зиберов («Репетитор», 1884) ради этого дает уроки мальчику Пете. Юный педагог бездарен, и отец ученика легко затыкает его за пояс и задерживает жалованье.

Название рассказа «Случай с классиком» (1883) сейчас тоже непонятно. «Классик» — это Ваня, 13-летний гимназист. По уставу от 1871 года изучению классических языков (греческого и латыни) придавалось огромное значение, они были бедствием для многих. Не случайно зануда и тиран Беликов («Человек в футляре», 1898) преподавал именно греческий.

— Древние языки занимало до 70 процентов учебного времени, — говорит доктор исторических наук Вера Бокова, ведущий научный сотрудник Государственного исторического музея. — Треть учеников отсеивалась, в том числе из-за проблем с этими языками.

«Классик» Ваня «срезался» на экзамене по греческому. Соседка ругает его мать: «Ну с какой стати ты его в эту гимназию отдала? (…) Как же, беспременно, так вот вас и сделают дворянами». Выпускник классической гимназии имел право поступить в университет, а высшее образование давало право на личное дворянство.

А вот у Володи, героя одноименного рассказа (1886), проблемы были с математикой. Но он даже радовался, что его исключат из гимназии. Дворянином он был и так. Зато «завтра он будет свободен как птица, наденет партикулярное платье» (т.е. перестанет носить форму), а потом, глядишь, «поступит в вольноопределяющиеся». Это значит — пойдет добровольно в армию, где сможет пользоваться некоторыми льготами и быстро получит офицерский чин.

Еще можно было стать «реалистом». В реальном училище не преподавали древних языков, делали акцент на технические и естественные науки, и плата была меньше, чем в гимназии. Но потом можно было поступать только в промышленные и торговые учебные заведения. Поэтому героиня «Душечки» (1899) рассуждала, что «трудно учиться в гимназиях, но все-таки классическое образование лучше реального, так как из гимназии всюду открыта дорога».     

Добавьте в избранное: Яндекс Дзен Яндекс Новости

Новости СМИ2

Спасибо за вашу подписку
Подпишись на email рассылку Вечерки!
Предлагаем вам подписаться на нашу рассылку, чтобы получать новости и интересные статьи на электронную почту.
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER