Понедельник 22 апреля, 05:04
Ясно + 5°
Город

Лучший «глазной» институт отметил сорокалетие новыми достижениями

Доктора института уверены: современный уровень технологий таков, что позволяет исправить все оптические дефекты.
Доктора института уверены: современный уровень технологий таков, что позволяет исправить все оптические дефекты.
Фото: "Вечерняя Москва" Петр Болховитинов
В минувшие выходные отметил сорокалетие знаменитый Институт глазных болезней Российской академии медицинских наук, имеющий славу одного из лучших офтальмологических центров столицы и России.

В народе институт часто называют Красновским — в честь первого директора, выдающегося отечественного офтальмолога Михаила Краснова. В 2001 году место главы института занял член-корреспондент РАМН, доктор медицинских наук, профессор Сергей Аветисов. Накануне юбилея прославленного института мы поговорили с Сергеем Эдуардовичем о трудах и заботах его учреждения.

БЕСЦЕННОЕ ОТКРЫТИЕ

Сергей Эдуардович, несколько лет назад, когда «Вечерка» встречалась с вами, вы рассказывали о потрясающем открытии, сделанном в этих стенах…

— Вы говорите о методе диагностики глаукомы? Нами разработана методика, позволяющая за несколько минут определить индивидуальный уровень внутриглазного давления.

Вы сказали — внутриглазное давление. Какую роль оно играет в диагностике глаукомы?

— Раньше считалось, что существует некое универсальное для всех людей нормальное внутриглазное давление. Когда оно превышает верхнюю границу, возникают симптомы для глаукомы.

Что-то вроде средней температуры по больнице?

— Да, именно. Однако выяснилось, это не совсем верно. У каждого существует своя норма внутриглазного давления. И то, что нормально для одних, может быть патологией для других. Иногда бывает так: давление соответствует условной или общепринятой норме, а глаукомный процесс продолжает прогрессировать.

Ваша разработка позволяет определить внутриглазное давление, индивидуальное для каждого пациента?

— Не только в этом ее ценность. Попытки измерять внутриглазное давление уже были, но именно в нашем институте предложили достаточно несложные, или, как сейчас говорят, скрининговые методики. Глаукома — очень распространенная патология, количество больных ею таково, что они приходят не только в специализированные центры, но и в поликлиники. Поэтому в нашу задачу входила разработка методики, которую можно проводить и в условиях поликлиник.

Чтобы любой врач мог диагностировать глаукому?

— Любой офтальмолог за 5–7 минут может эту методику освоить. За последние годы мы исправили ряд ошибок, вы же понимаете, что любая методика имеет погрешности. А еще мы занимались процессом внедрения приборов. У нас все хорошо с ноу-хау, но процесс внедрения страдает. Сейчас методику освоили в трех учреждениях, в том числе и в нашем институте.

Простите за глупый вопрос, просто рядом со словом «глаукома» привычно слышать слово «катаракта». А что из них страшнее?

— Катаракту не зря называют жемчужиной глазной хирургии. Эта операция дает быстрый результат и приносит удовлетворение как пациенту, так и врачу. Глаукома куда менее благодарная стезя для пациента и хирурга. Отличие в том, что при катаракте пациент понимает, что с глазами что-то не так и нужно лечиться. А при глаукоме он может совершенно не ощущать уровня своего внутриглазного давления, ни на что не жаловаться. И потому — он совершенно не чувствует необходимости в лечении. Меж тем при глаукоме промедление может быть смерти подобно, поскольку наступающие изменения зрительного нерва, к сожалению, необратимы.

А катаракта на сегодня — совершенно не проблема?

Да. На сегодняшний день практически все современные учреждения обладают современными методиками лечения катаракты. Сейчас излечение от катаракты — это дело десяти минут. Кстати, существует статистика, которая помимо всего прочего характеризует уровень развития той или иной страны. Это количество операций по поводу катаракты на какое-то определенное число населения. К сожалению, пока по этому показателю мы существенно отстаем от многих стран.

ПАЦИЕНТ СЕБЕ… ВРАГ?

Вы сказали — отстаем. Технически?

— Нет, не технически. Новые методики эффективны, малотравматичны, могут проводиться в амбулаторных условиях. Проблема в том, что нужно пересмотреть показания к проведению этих операций. С одной стороны, это задача врачей, с другой — проблема в уровне информированности и культуры пациентов. Нужно оперировать не тогда, когда трудно читать, а тогда, когда у человека снижается зрение. В отношении катаракты не надо торопиться, но и не надо ждать. Обращаться нужно сразу.

Я знаю, что в вашем институте выполняют операции после неудачной блефаропластики...

— Да, сегодня блефаропластика — достаточно распространенная операция, но пациентки, недовольные результатами, часто поступают к нам…

— Часто?

— Знаете, говорят: о коллегах либо ничего, либо хорошее. Давайте ничего не скажем. Мы исправляем неудовлетворительные последствия, но это не основное направление работы института.

Сергей Эдуардович, прочитала на сайте удивительное. О том, что у вас есть глазной банк. Картинка, которую я представила, получилась весьма колоритной. Вы пересаживаете глаза?

— Не глаза, а роговицу. Это передняя часть оболочки глаза диаметром 10–12 миллиметров. В норме она должна быть блестящей, гладкой, ровной и, главное, прозрачной. Когда она мутнеет — определить, какого цвета у человека глаз, очень сложно.

Бельмо на глазу — это когда мутнеет роговица?

— Да, это финальная стадия, когда она мутнеет настолько, что становится белого цвета.

И в этих случаях необходима пересадка?

— Да, такая операция называется кератопластикой. Этим занимается отдел патологии роговицы, который есть в нашем институте.

Сегодня мы можем делать гораздо больше пересадок, чем делаем. Главная проблема — дефицит донорского материала.

Впрочем, это проблема любой специальности, где есть элемент трансплантации.

ТЕХНОЛОГИИ XXI ВЕКА

А какими новаторскими, передовыми идеями можете похвастаться?

— Честно говоря, идей много и трудно сказать о чем-то одном. Давайте, обратимся к сетчатке. Есть такое заболевание: макулярное отверстие.

Макулярное отверстие? Что это?

— В самом центре сетчатки — макуле, которая «ответственна» за формирование так называемого предметного зрения, — вначале возникает истончение, а затем — дефект.

Зрение снижается.

Как правило, это возникает у пациентов зрелого возраста.

До недавнего времени медицина считала заболевание неизлечимым.

А сейчас?

— Сейчас ситуация изменилась.

Появились особые подходы.

Эксклюзивная хирургия.

Зашиваете?

— Нет, освобождаем сетчатку от всех структур, которые ее стягивают, истончают и приводят к формированию отверстия. Поскольку толщина сетчатки составляет доли микронов — тонкость манипуляций запредельная! Этот раздел хирургии называется витреоретинальной хирургией. У нас есть специальное отделение, основная задача которого — развитие этого направления.

А можете назвать проблему, над которой пока безрезультатно работают офтальмологи?

— Это заболевания сетчатки, связанные с возрастом. Так называемая возрастная дегенерация. Главным симптомом заболевания является потеря способности к чтению.

Слепота обычно не наступает, но люди остаются слабовидящими. До недавнего времени эффективных методов лечения не существовало. Но сегодня мы можем говорить об определенном прорыве. Появились специальные препараты, которые вводят в глаз с помощью инъекций. Но это не хирургия в чистом виде.

Вы меня напугали. А как мне узнать, начинается ли у меня глаукома, или дегенерация сетчатки или еще что...

— Хороший вопрос. Нужны профилактические осмотры.

Раньше их проводили регулярно. Теперь их нет. Но, вы знаете, у населения появилось понимание культуры здоровья. Многие понимают, чтобы вовремя поставить диагноз — надо ходить к врачу. И независимо от ощущений хотя бы раз в год бывать у офтальмолога. Кроме того, сейчас за здоровьем можно следить при помощи Интернета.

Каким образом?

— Существует масса тестов. Например, очень легко найти в Интернете сетку Амслера.

Здоровый человек будет видеть на ней прямые линии, человеку, у которого имеются проблемы с сетчаткой, покажется, что линии искривлены.

Еще я рекомендую тем, кто ездит в метро, проводить несложный самоконтроль. Замечайте, с какого расстояния вы видите бегущую строку в вагонах. Если в определенный момент вы заметите, что не видите буквы с привычного расстояния, не поленитесь, запишитесь на прием к офтальмологу.

Сегодняшний уровень медицины таков, что исправить можно практически все оптические дефекты.

Ага, к врачу, говорите. Но к вам же не попадешь...

— Почему же? При наличии полиса к нам в институт может попасть любой пациент. Любой гражданин России.

И на профилактику можно?

— Да, это называется первичный осмотр офтальмолога.

Если все нормально, мы вас отпустим. Если проблемы — порекомендуем специальный алгоритм обследования. Приходите, убедитесь сами.

P. S.

Редакция «Вечерки» от всей души поздравляет коллектив знаменитого московского института с юбилеем. И, как говорится, в 40 лет — все только начинается. И пусть впереди вас ждут только успехи!\

ИСТОРИЯ ВОПРОСА

ФГБУ «НИИ глазных болезней» РАМН был образован в 1973 году постановлением Совета Министров СССР как Всесоюзный научно-исследовательский институт глазных болезней Министерства здравоохранения СССР.

С 1990 года институт вошел в состав отделения клинической медицины Российской академии медицинских наук. Первым директором института был академик РАМН, знаменитый офтальмолог, профессор Михаил. Вместе с ним «поднимали» институт ученые — Б. Н. Алексеев, О. В. Груша, а также А. А. Каспаров и И. А. Мустаев.

В декабре 2001 года руководителем института стал Сергей Аветисов, ученик Михаила Краснова; последний до своей кончины в 2006 году оставался советником директора.

Институт активно разрабатывает новые методы диагностики, лечения и профилактики различных глазных заболеваний, внедряет самые современные технологии в клиническую практику, готовит научные кадры и занимается повышением квалификации врачей-офтальмологов России и стран ближнего зарубежья.

В настоящее время в институте работают 506 сотрудников. В клинических подразделениях трудятся 73 врача, из которых 42 имеют высшую врачебную категорию, а 11 — являются кандидатами медицинских наук. В 11 научных подразделениях работают 115 научных сотрудников, среди которых 1 академик РАМН, 23 доктора медицинских наук, 61 кандидат меднаук.

Все пациенты института отмечают не только высочайшую квалификацию персонала, но и его отзывчивость. На операции в НИИ приезжают даже иностранцы! И в последние годы научные достижения сотрудников института еще больше укрепили его позиции в рейтинге международных лечебных заведений.

Доктора института уверены: современный уровень технологий таков, что позволяет исправить все оптические дефекты.

Новости СМИ2

Все мнения
Спасибо за вашу подписку
Подпишись на email рассылку Вечерки!
Предлагаем вам подписаться на нашу рассылку, чтобы получать новости и интересные статьи на электронную почту.
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER