Свято место пусто не бывает

Свято место пусто не бывает

Общество

[b]Мне многое в сегодняшней Москве нравится. А многое и нет. Но ведь и человеку, прожившему всю жизнь в своей квартире, может не нравиться то, как переставляют мебель его подросшие внуки?[/b]Привычка — великая сила. И вовсе не всегда эта самая привычка — сила инерции, чаще — традиции. Привыкаем мы находить что-то на своем месте, и очень нам больно, когда этого самого на старом месте не оказывается. Это я о московских магазинах и точках всяческих услуг.Я, к примеру, первые сорок с лишним лет жизни прожил на нынешнем проспекте Мира, в той его части, которая лежит между станциями метро «Рижская» и «Алексеевская». Для меня каждый здешний угол в шести проекциях виден: тени снесенных домов, давным-давно выкорчеванных деревьев, контуры старых магазинчиков и придорожных забегаловок — все просвечивает друг сквозь друга, как кадры на дважды по ошибке отснятой фотопленке… Я могу уверенно говорить, что стригусь на одном и том же месте вот уже 57 лет. Где-то в год или полтора меня привели в маленькую, насквозь пропахшую «Тройным» — единственным доступным одеколоном тех лет, — парикмахерскую. Стояла она чуть впереди (ближе к «красной линии») дома, где еще недавно был весьма популярный магазин «Океан», а сейчас меняются с калейдоскопической быстротой вывески и оформление витрин…Приводили меня всегда к одному и тому же парикмахеру — невысокому, чуть суетливому и услужливому дяде Саше, похожему усиками и всегдашним «минором» на карикатурного Чарли Чаплина. После неизменного стояния в очереди (в тогдашних парикмахерских очередь «на полчаса» даже очередью не считалась) дядя Саша выходил из зала и приглашал нас с отцом: «Захадите, пожалуйста»…Из-за стойки зеркала доставалась специальная доска, обтянутая черным коленкором, которая укреплялась между ручками кресла, — и сиденье для маломерного клиента готово!..Где-то к началу шестидесятых парикмахерскую снесли; несколько лет мы кочевали по проспекту в поисках «привычного места», но не находили. А потом почти на месте старой парикмахерской построили высокий дом с салоном «Локон». Именно в нем я и оставил за тридцать с лишним лет несколько десятков кг снятых машинкой и ножницами волос, по которым я, как подсказывает народная мудрость, плакать не должен…Сюда я привел «на скамеечку» и своих сыновей; одного за другим. Так мы по сей день и ездим стричься на «свой» проспект Мира, хотя и живем давно не в здешних краях, и времени на дорогу бывает жалко. Привычка, господа, привычка! Вот из таких привычек и состоит «моя» Москва. Да и только ли моя? Привыкли мы, например, к тому, что «самое лучшее» вино продается в Столешниковом переулке; и сколько бы мне жизнь ни доказывала, что соответствующая «фирма» теперь есть в каждом уважающем себя супермаркете, я с удовольствием бы ездил за праздничной бутылочкой в любимые Столешники. Вот только некуда — нет больше знаменитого магазина! И самого уважаемого во второй половине прошлого века «Букиниста» в тех же Столешниках тоже нет; и совсем уж любимая кондитерская захирела и «опростилась»…Вот и хочется посетовать городским властям: не покушайтесь без особой надобности на наши привычки. Они нам и жить, и выживать помогают…

Google newsGoogle newsGoogle news