Четверг 20 сентября, 12:09
Ясно + 21°
Сергей Лесков

10 июля 1984 года Андрей Тарковский в Милане объявил о решении не возвращаться в СССР.

Поступок знаменитого режиссера, которому было присвоено звание народного артиста РСФСР, означал, что противостояние советской интеллектуальной элиты и руководства страны достигло точки невозврата.

До своего решения Тарковский с предельной учтивостью просил разрешить ему снимать фильмы в Европе и гарантировал, что вернется в СССР. Председатель Госкино Филипп Ермаш направил в ЦК КПСС секретную записку: «Сосредоточившись на  эгоцентричном понимании нравственного долга художника, Тарковский надеется, что на Западе он будет свободен от классового воздействия буржуазного общества и получит возможность творить, не считаясь с его законами. Госкино СССР не считает возможным ... удовлетворение просьбы создаст нежелательный прецедент». Сегодня эти слова кажутся бредом из социальной антиутопии, но еще недавно были законом. Всего через год началась перестройка. Еще через год скоропостижно умер режиссер, а в 1991 году погибла великая страна. Такой сюжет не мог предположить автор  культовых до сей поры фильмов «Андрей Рублёв», «Солярис», «Зеркало», «Сталкер».

Трагический финал жизни великого художника имеет символическое значение. И до предела обостряет вопрос, мог ли СССР жить и развиваться, если бы его престарелое и погрязшее в застывших догмах руководство было адекватно вызовам времени? Эпоха изменилась, но лидеры, как псалтырь, повторяли заветы Ленина. Думаю, до рубежа 1960–1970-х годов у СССР сохранялся динамичный импульс развития, конкуренты на Западе паниковали, но в этот момент были допущены критические ошибки в политическом и экономическом курсе.

Случайно ли, но именно тогда в СССР возникло диссидентское движение, аналогов которому в истории не было. Это результат оборванного на полуслове разоблачения культа личности и попыток общества впервые за несколько десятилетий наладить диалог с властью. Начало движения относится к 1965 году, когда состоялся процесс по делу писателей Синявского и Даниэля, которые преступно опубликовали свои романы за границей. Сегодня процесс выглядит нелепым, но писатели получили большие сроки. В их защиту выступили многие деятели культуры, в том числе молодой Андрей Тарковский. А еще Булат Окуджава, Корней Чуковский, Белла Ахмадуллина, Юрий Нагибин, Вениамин Каверин... Однако на съезде партии Михаил Шолохов сказал, что предатели еще мало получили и в прежние времена их наказали бы жестче.

Диссиденты — антиподы революционеров, которых воспевали в СССР. Диссиденты не планировали захватить власть и даже не имели программы реформ. Диссиденты были категорически против насильственных мер и призывали к соблюдению законов, которые существовали в СССР, а также международных пактов о соблюдении прав человека, которые подписало руководство Советского Союза. Требование простое, но наивное и невозможное, как холодное эскимо в доменной печи. Законы в стране победившего социализма были челядью при дворе её величества идеологии. Законы и международные пакты нужны лишь для того, чтобы сохранить привлекательность в конкуренции с капитализмом. В конце концов, сталинская Конституция 1936 года была самой прогрессивной на свете, а брежневская 1977 года — и того лучше.

Диссидентское движение было невозможно в сталинскую эпоху. Его не было при Хрущёве. Однако диссиденты — одна из самых неотъемлемых примет эпохи Брежнева. Активных диссидентов было несколько тысяч, но запрещенные романы Войновича и песни Галича были чуть ли не в каждом интеллигентном доме. В вегетарианскую эпоху сажали нечасто, на сто профилактических бесед приходился один арест. Имена многих диссидентов, таких как Людмила Алексеева, Натан Щаранский, Владимир Буковский, Александр Вольпин-Есенин (сын Есенина) войдут в учебники истории. Андрей Сахаров и Александр Солженицын получили Нобелевские премии. Мне кажется роковой ошибкой то, что часто дельные суждения воспринимались политическим руководством враждебно просто из-за их независимости, хотя большинство диссидентов были сторонниками социализма,  желая  лишь незначительных демократических изменений. Отсутствие дискуссии и конкуренции идей в конце концов привело к застою и стало приговором великой стране. Куда мудрее было относиться к диссидентам, как к полезным лейкоцитам в организме. Хотя бы по именам — не худшие умы.

Как были раскрыты псевдонимы Синявского и Даниэля, под которыми они публиковались на Западе? До сих пор загадка. Есть версия, что имена слило ЦРУ, чтобы отвлечь  внимание от войны во Вьетнаме. Евгений Евтушенко писал, что эту версию он слышал от Роберта Кеннеди, который заманил поэта в туалет и включил воду, чтобы заглушить разговор. Я, по правде, думаю, что сами авторы проболтались, а в КГБ умели слушать.

В 1990 году Тарковскому была присуждена Ленинская премия. Слишком поздно. И для Тарковского, и для СССР...

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Новости СМИ2

Новости СМИ2

Спасибо за вашу подписку
Подпишись на email рассылку Вечерки!
Предлагаем вам подписаться на нашу рассылку, чтобы получать новости и интересные статьи на электронную почту.
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER