- Город

“Я мечтал стать криминалистом”

«Желтый» уровень опасности погоды продлили в Москве до 19 февраля

Россиянка заразилась коронавирусом на круизном лайнере в Японии

Синоптики рассказали, какой будет погода в марте

Грудинин ответил судье КС на слова о «незаконно созданном» СССР

Длинные выходные ждут россиян из-за Дня защитника Отечества

Политологи объяснили слова Зеленского о выборах в Крыму

Что известно о напавшем на прихожан храма в центре Москвы

Протоиерею ответили на слова о «бесплатных проститутках»

Врач опроверг заявления о вреде любого количества алкоголя

Новый русский миллиардер. Как Николай Сторонский заработал состояние

Избившая таксиста участница «Красы России» рассказала об инциденте

«Классическая схема»: как экс-глава управления ФСИН мог пронести пистолет в суд

Политолог объяснил нервное поведение Лукашенко

Что нужно успеть сделать москвичам до 1 марта

Лев Лещенко озвучил размер своей пенсии

Алла Пугачева поделилась своей заветной мечтой

“Я мечтал стать криминалистом”

14 марта в Политехническом с программой “Избранное для избранных” выступит Владимир Вишневский

Мы знакомы давно. И в силу моей симпатии к Владимиру Вишневскому разговор наш носил несколько запанибратский характер, в чем и винюсь перед читателями “Вечерки”, и перед самим Владимиром. [b]– Мы, как умные люди, начнем с серьезного вопроса. Вот, скажи, пожалуйста, в принципе тебя уже можно считать классиком в определенном жанре – жанре одностишья? Как минимум, хотя бы за то, что ты там был первопроходцем. Ты себя классиком ощущаешь?[/b] – Мне, понятно, "впервые" доводится отвечать на подобный вопрос... Всерьез считать себя классиком глупо и пафосно, что бы о тебе ни говорили. Тем более – цитирую себя, кавычки открываются: "Самоирония есть истинно серьезное отношение к себе". Правда, что касается самоиронии, тоже не стоит перебарщивать! Я понимаю, что на сегодня известен читательским и даже более широким слоям населения, в основном, благодаря моим одностишьям. Удача с небес, “от Создателя...”, что мне удалось поймать этот алгоритм и сделать все это всенародной игрой, гимнастикой ума, что у меня есть последователи и подражатели. В то же время я всегда энергично возражаю, когда меня называют поэтом-"одностишисцем". Так же всегда бдительно оговариваюсь, что я не вполне первооткрыватель, и не устаю напоминать, что в “Антологии лирики” уже прошлого ХХ века все-таки вошла моя лирика. Поэтому я, конечно, благодарен одностишьям за все, но сегодня стараюсь идти дальше, писать что-то новое, иное... [b]– Какие жанры предпочитаешь на сегодняшний день?[/b] – Моя новая книга “Быть заменимым некрасиво”, которая удостоена премии “Венец” и, кажется, выдерживает уже вторую перезагрузку, представляет городу и миру, смею надеяться, несколько другого Вишневского, который пока еще недостаточно известен. Тут и “приступ” лирики, и новые сатиры. Наряду с этим есть уже редкие, но тем более драгоценные для меня одностишия. Но и это совершенно другие стихи. Насколько книга шаг вперед, судить, наверное, не мне... хотя почему? Ощущение нового витка есть! Для меня остается главным – не работать под себя, подтверждая уже поднадоевший мне же имидж, а все-таки стараться куда-то идти. В этом плане 2007 год был для меня продуктивным: родилось достаточно много новых стихов, которые и составили книжку, второго пришествия которой не терпится дождаться. А что до так называемого сложившегося имиджа, то изменить его в глазах людей непросто. И устно возражать наивно, и нелепо всякий раз... Все ждут, что я вот сейчас заговорю пятистопным ямбом! Такой маньяк, передвигающийся по жизни посредством одностиший! “Не за это я боролся, но на это напоролся”. Но я всякий раз не забываю богобоязненно спохватываться: будь благодарен и этому – одностишия меня сделали одним из самых цитируемых поэтов. [b]– Хорошо, с одностишьями разобрались. А сам-то ты кого читаешь? Как выбираешь книгу для чтения?[/b] – Ну, читатель Вишневский сильно, конечно, отстает от одноименного литератора, что не есть хорошо. Читать в должном объеме не успеваю, это давняя моя беда, стыжусь в этом признаться. К тому же, наступает такая пора, когда живешь в режиме перечитывания. Припадаешь то к Глазкову, то к Пастернаку, то вообще к бесспорным и незаменимым классикам – Пушкин, Лермонтов, Тютчев... [b]– Как ты отдыхаешь от работы в таком случае?[/b] – Почти банальный ответ: это смена занятий. Или, например, релаксация в форме общения с подмосковным лесом. Я ведь почти не отдыхаю – и это не то чтобы заявление трудоголика, а, скорей, признание в неправильном образе жизни. Но меня всегда вдохновляет сама возможность разнообразия, смены занятий, будь то выход в город, выезд в лес, даже посадка за руль... [b]– А в детстве кем хотел быть?[/b] – У меня не было дежурных советских "мечт" – стать космонавтом или летчиком. Наиболее длительно и осмысленно – с шестого по девятый класс – мечтал стать криминалистом и даже углублялся в подготовку к этой миссии, уже умел брать отпечатки пальцев на доморощенном уровне. Да, в советском детстве я хотел стать следователем-криминалистом. Но не стал. [b]– И что помешало?[/b] – Да не то чтобы помешало, просто нечто более сильное захватило и увело. В детстве должны быть кумиры, и это удача, что моими стали поэты, гремевшие в шестидесятых, Евтушенко и Вознесенский. Слава их соблазнила и совратила впечатлительную натуру. Лет в четырнадцать возникло не просто то самое пушкинское "желание славы", но именно поэтической славы. Да, был еще один кумир. Был (и остается) такой поэт – Евгений Винокуров, которым я был буквально болен. [b]– А ты свою первую публикацию помнишь?[/b] – Помню, конечно. Она была в одной известной газете под доброй опекой АлександраАронова, несравненного и незабвенного, и не только потому, что меня впервые напечатал. "Первопубликация" в ту пору была важнейшим событием, а к т о м – ну все равно как стать мужчиной! И я хорошо помню (если бы этого не было, то надо было бы выдумать для мемуаров), как я под звездным небом перочинным ножичком со стенда вырезал свою публикацию. Как принято говорить в интервью, возможно, я дал какие-то клятвы при этом, и кое-какие из них даже удалось исполнить, а какие-то... ну, ничего, какие наши годы! [b]– Хотелось бы пожеланием читателям закончить наш краткий разговор.[/b] – Можно уйти в дежурные пожелания, например, в собственные стереотипы: "Я желаю вам громких успехов, я желаю вам ярких грехов, я желаю вам грецких орехов и дальнейших Вишневских стихов!" Но есть совершенно конкретное пожелание, в том числе и себе: кто хочет и готов услышать мои новые стихи, приходите, друзья, на мой вечер – 14 марта в Политехническом – "Избранное для избранных". Я готов соответствовать вашим ожиданиям. [b]P.S.[/b] “Вечерка” присоединяется к пожеланию поэта и тоже приглашает на вечер Владимира Вишневского [b]“Избранное для избранных”[/b]. 14 марта в 18 часов – “в Политехнический, в Политехнический!” Приходите, скучно не будет! “[b]Унынье грех, на вас и не похоже...”[/b] [b]ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ [i]Не пора ли в эпоху кризиса перейти на малые жанры?[/i] Сергей ГОНЧАРОВ, депутат Мосгордумы:[/b] [i]– Такие литераторы, как Владимир Вишневский, дают хоть какую-то долю юмора нашим гражданам. Я думаю, что на сегодняшний момент они очень полезны нашему государству.[/i] С божьем даром себя не смешиваю, уж не стать мне божителем новым, не пророк я, но и не посмешище,- все, я выдохнул - я просто менеджер по работе со Словом. [b]И. О. ЗАЧИНА[/b] [i]Так повелось издревле на Руси... А впрочем, как – никто не сознается. Сгорели как-то странно документы На днях в кировохотском РУВД. Приносим извинения свои За временно разрушенные семьи, перемещенье гнезд эвакуатором, за подтопленье крыши в отчем доме. За нахожденье временное в коме. За веерность, за точечность, за то, что душевный жар недолокализован. За то, что пожару присвоена не та категория сложности. (Практически он поДтушен) Простите нас, если дышите. Мы вас услышали. Ваше SOS Ваше SOS Ваше SOS Очень важно для нас.[/i] [b]ИЗ ДНЕВНИКА N. N.[/b] [i]Я общаюсь с людьми, И они мне желают удачи. И, кого ни возьми, Все моложе меня и богаче. Эпиграф? Есть: "Как Днепр чуден!.. Но – далеко, в иных степях. Мы больше ничего не будем с тобою делать второпях". Не жди формальных ласк – Учти: я буду страстен Подробен, полновластен, тебя ничем не ASK!.. Чтоб было нам с тобой взаимно и взаправду, Чтоб стало нам повадно из наших дней – в любой. Всецело и вполне, Порочно для зачатья. И слезы твои счастья. пусть отольются мне. По осени цыплята усмехнулись, а по зиме ягнята замолчали... А по весне расклад всегда таков: печален вид отброшенных коньков...[/i] [i]ДРАГОЦЕНЕН НАШ ЖИЗНЕННЫЙ ОПЫТ, ТО ЕСТЬ ГОРЬКИЙ, ПОСКОЛЬКУ ОН – ЛИЧНЫЙ. ВСЕ НЕПЛОХО, И ДАЖЕ ОТЛИЧНО – ПО СРАВНЕНИЮ С ТЕМ, ЧТО МОГЛО БЫТЬ.[/i] [i]"Я куда-то откуда-то вышел, Громыхнул под ногами настил, Но прорезалось шепотом свыше: "Я и так тебя долго щадил". Сверху вниз, съезжая все выше, – "Жесть имею", – откланялась Крыша. О, пользователи меня! Мой мессидж о факте существенном. Так вот, с предстоящего дня друг другу мы не соответствуем. Ушел добровольно в отказ от бонусов, льгот с привилегией Работать жилеткой на вас, - Я пуговицы подрастряс, питая всех светлой энергией. Стоп, снято, спасибо, я пас. Высокой и всякой пурги российские производители!.. Себя отключил за долги от вашей трубы упоительной. Я сам прерываю свой стаж, срок вышел, я больше не действую! Как было, серийный вы наш, не мне повествуйте, а следствию. Чужим я себя раздарил, к своим по дороге блуждающий. В обличии б.одуванчиков с вампирами – как я был мил!.. (Ах, с трогательными людьми, со святопростыми людьми, С такими вот сводит людьми нелегкая несвоевременно. В них только участье прими, погибнешь в два счета – проверено!) Все лучшие фото в цвету уж сделаны, как выясняется. Подправлено мне на роду - в оставшихся жить обстоятельствах. И всем – пролетая – привет! И всем же всего наилучшего. И все – ни вникать, ни выслушивать. Спасибо, но жизни уж нет чужих тараканов обслуживать. Сколько же лет, – ужаснись – пронеслось. Все-то мы слушали Баха поврозь - Не при свечах – обесСвеченно. Видишь, и жизнь мне отдать пришлось Совсем за другую женщину. На Востряковском кладбище евреи пока что узнают меня, когда С цветами и лопаткою в ведерке бреду я к 41-му участку. Ну, улыбнутся, ну, переглянутся. И максимум “Ой, здрасьте!” – и не боле. Все понимают эту грань и место. ...Но вдруг нарисовался человек, который громко распахнул объятья: "Я вас узнал! ("Ну вот", – напрягся я.) Ведь вы гравер! (Он в этом был уверен) Маргойты мы – вы делали нам надпись!" И не разбился я, а рассмеялся. Реальность скорректировала крышу. “То Жизнь сама...” свое сказала слово насчет недомедийности лица. (Не зарывайся в самомненьях, Вова) Ну вот и байка есть для интервью, история для телепосиделок. А можно, кстати, – рраз! – и в пафос впасть, Вот тут бы и пойти на обобщенье: “Будь сам себе бесспорен, как гравер. Останься хоть строкою на граните! А между тем мне надпись суждена “И в том строю есть промежуток малый... Здесь, а не где-то, не в стене ж Кремлевской. Здесь мама с папой под одной плитой. Сюда пролег прижизненный маршрут. Где мальчики из неплохих семей, Успевшие порадовать родителей, Имеют шанс столкнуться неслучайно. На Востряковском кладбище еврейском. Какая география имен, И этот пир фамилий – карта мира! Семитская история России. Где все-таки любой погост – кладбище, И что ни день, пока что посещенья, То самое “у гробового входа” – Денек, в который “вновь я посетил Так представляет свое время года, Весенний, зимний, летний (как последний - с крапивой, стерегущею малинник!) Особенно погож, так пробирает. А уж осенний... Самое сегодня. Это – пропасть, конкретнее – бездна. Выбирайте маршруты объезда Бог видит все, и более того На личном, на заоблачном дисплее Он видит: это я ему звоню, Моля его, – и сбрасывает вызов... Здесь, по-моему, что-то случилось. Только что. Но еще не схватилось. И затикал иной временной... Здесь повисло и воцарилось. И все дело в объекте вниманья. Но из всех в мизансцене немой Я единственный не понимаю: Что случилось – случилось со мной.[/i]

Новости СМИ2

00:00:00

Анатолий Горняк

Протоиерей Дмитрий Смирнов и бесплатные проститутки

Ирина Алкснис

Решение о сбережении: почему россияне начали копить

Александр Лосото 

Спасибо за жуткие сказки про коронавирус

Антон Крылов

Зачем нужны поправки к Конституции

Алиса Янина

«Вези меня, тварь!»: конфликт барыни и кучера

Алексей Зернаков

Это нужно живым

Виктория Федотова

Декрет или карьера? Не ваше дело

Элита общества. Судьба страны порой зависит от одной улыбки дипломата

ЕГЭ по английскому. Типичные ошибки

Почему люди бьются током: на детские вопросы на занятиях отвечают ученые

Существованья ткань сквозная. Памяти Бориса Пастернака