Счастливое завтра начинается с экономии

Общество

Помнится, еще Леонид Брежнев формулировал – «экономика должна быть экономной». С тех пор много воды утекло, многое изменилось в мире, но вопросы сбережения ресурсов по-прежнему находятся под пристальным и постоянным вниманием властей. Более того, в последнее время вопросы экономного расходования энергии считаются едва ли не самыми важными с точки зрения перспектив развития страны. В указе президента № 889 от 4 июля 2008 г. была обозначена цель – снизить к 2020 г. энергоемкость валового внутреннего продукта Российской Федерации не менее чем на 40% по сравнению с 2007 г.С точки зрения простого гражданина, все понятно: будешь меньше тратить воды или тепла – будешь меньше платить за коммунальные услуги. Это, так сказать, вполне утилитарное толкование необходимости беречь ресурсы.А с точки зрения государства? Вряд ли только забота о наших с вами кошельках заставляет чиновников принимать серьезные программы, направленные на энергосбережение. Мероприятия, предусмотренные такими программами, между прочим, весьма затратные – порой цена вопроса зашкаливает за сотни миллионов рублей.Так какую же выгоду планируют в итоге извлечь из подобных программ? Почему, чтобы хорошо жить завтра, сегодня мы должны серьезно экономить?Об этом мы беседуем [b]с Олегом ТОЛКАЧЕВЫМ, представителем правительства Москвы в Совете Федерации, председателем Комиссии Совета Федерации по жилищной политике и жилищно-коммунальному хозяйству.– Так для чего нам нужно экономить ресурсы, Олег Михайлович?[/b]– Вот вы правильно вспомнили про Брежнева. Именно тогда, в 70-е, не только наша страна, но и весь мир впервые задумался о необходимости экономить. Тогда случился очень серьезный нефтяной кризис, когда арабские страны, основные поставщики нефти на мировой рынок, резко подняли цены на энергоносители.После того как первоначальный шок прошел, человечество нашло адекватный ответ. Именно тогда появилось совершенно новое, экономичное поколение устройств, механизмов, приборов и машин, потребляющих углеводороды.[b]– Получается, что кризис, а вслед за ним осознание необходимости экономить бензин стали толчком к развитию новых технологий?[/b]– Конечно. Более того, человечество все время сталкивается с этой проблемой. Чем дальше, тем труднее становится добывать углеводороды – это объективная реальность. Решение может быть только одно – новые технологии, такие, которые позволяют получать тот же результат, но из гораздо более скромного объема потребленного углеводородного сырья.Это более глубокая переработка нефти, это, в конце концов, создание новых типов двигателей. Скажем, автомобильный двигатель стал не просто экономичнее, он стал технологичнее. В течение буквально полутора-двух лет все популярные ранее автомонстры, которые потребляли по 20–25 литров бензина на 100 км, исчезли. Вместо них появились автомобили с компактными двигателями, которые вписывались в 10–12 литров.Еще до нефтяного кризиса никогда никому в голову не приходило заниматься компактным дизелем для легковых автомобилей. Огромные дизели для грузовиков, танков, подводных лодок – строили, а компактный вроде и не нужен был. А сейчас, особенно в Европе, – процентов 60–70 всех автолюбителей используют исключительно дизельный двигатель. Ведь если двухлитровый бензиновый движок расходует 10–12 л. на 100 км, то такого же объема дизельный – всего-то 5–6. При этом солярка еще и стоит намного дешевле.[b]– С другой стороны, как бы мы ни экономили нефть, рано или поздно она попросту кончится…[/b]– Это верно. Необходимость экономить и понимание, что углеводороды – ресурс не возобновляемый, заставляют обращаться к новым видам энергоносителей. Например, к банальному спирту. В США порядка половины колонок на заправках имеют маркировку Е75. Это значит этанол 75%. Спирт – это возобновляемый источник энергии, для его производства используют кукурузу, тростник, рапс.Есть и другое направление, в котором активно движется, скажем, Япония. Я имею в виду производство гибридных двигателей. Это новейшая и очень интересная технология, которая, обратите внимание, тоже появилась в результате необходимости дальнейшего снижения потребления бензина.[b]– Хорошо, с автомобилями понятно. А как может помочь программа энергосбережения в развитии новых технологий, например в производстве тепла или электричества?[/b]– Цены на энергоносители неизбежно будут расти. И все страны давным-давно уже поняли, что бессмысленно бороться с ростом цен – дело бесперспективное. Помочь может только энергоэффективность. Скажем, переход от тепловых электростанций к станциям, работающим в так называемом парогазовом цикле. КПД таких электростанций, использующих турбины нового поколения, от нынешних 55–60%, уже подбирается к 80%. Вот это технология! Дальше. Вот вам самый банальный и простой путь, который много ума не требует. Заменить лампы накаливания на энергосберегающие. И не надо придумывать, как это сделать в массовом масштабе – все уже давно придумано.В Великобритании принят закон, по которому страна не выпускает, не ввозит и не продает начиная с прошлого года лампы накаливания более 100 ватт. Все, точка. Запрет оборота. И волей-неволей, когда у тебя перегорит лампочка накаливания, тебе придется заворачивать энергосберегающую. Постепенно все устаревшие лампочки уйдут. Останутся только газоразрядные, только энергоэффективные. У них в три раза меньше потребления при такой же мощности и эффективности.[b]– Многие считают, что излучение энергосберегающих ламп вредно для человеческого глаза. Не говоря о том, что она стоит намного дороже обыкновенной.[/b]– Дороже, но служит в разы дольше. А насчет вреда… Помните, в «Войне и мире» у Толстого сцена в салоне Анны Павловны? Это конец XIX века. Дамы обсуждают, что в Петербурге и Москве стало очень модным освещать дома электрическими лампами.Они считают, что это неплохо. Но лампочки ни в коем случае, – говорят они дальше, – нельзя вкручивать в детской, потому что ребенок после этого становится идиотом. Вот вам и ответ. Ну что мы занимаемся сплетнями? Любая новая технология всегда вызывала негативную реакцию.Сколько было в свое время криков, что нельзя тому же ребенку давать мобильный телефон, у него от этого «поедут» мозги. Но не от телефона «едет крыша», просто клей не надо нюхать и поддавать.[b]– Программа энергосбережения требует определенных, да к тому же значительных, средств. Какую выгоду мы в итоге получим?[/b]– Если говорить о Москве, то такая программа подготовлена. Она заслушана в правительстве.Конечно, эта программа затратная. Она требует модификации и модернизации существующих процессов, инженерного и технического оборудования. Но отдача от этой программы должна в разы превышать те затраты, которые в нее будут вложены.[b]– Помнится, Юрий Лужков на заседании правительства раскритиковал цифры…[/b]– Мэр умеет заглянуть в центр проблемы, в ее ядро. Проект программы предлагал ценой немыслимых всеобщих усилий сэкономить в 2010 году в Москве 0,31% электроэнергии, 0,92% тепловой энергии, по 0,79% природного газа и воды. То есть для выполнения программы надо потратить несколько сотен миллионов, а отдачу получить в виде долей процентов. Такая программа не годится. Она должна давать эффективность в десятки процентов.И этого добиться можно. Ведь программа включает в себя целую систему энергосберегающих мер.Например, эффективность жилища. Дома, особенно пятиэтажки, теряют тепло через стены, и, как это ни удивительно, больше всего – через крышу. Необходимо утепление фасадов, остекление балконов, замена столярки, окна деревянные менять на стеклопакеты. Одни эти меры дают повышение энергоэффективности дома примерно на 25–30%.[b]– Вот мы заговорили с вами об энергосбережении в жилищно-коммунальном хозяйстве. Наверное, сектор многоквартирного жилья самый сложный в этом смысле?[/b]– Скорее, самый энергопотребляющий. И поэтому, конечно, самый тяжелый для решения задач сбережения. Самый инерционный. Но тем не менее нужно это делать. И в Москве это делается под руководством правительства. Причем в этом деле мы накопили свои собственные знания, которые можем применять. Но можем использовать и накопленный мировой опыт, который никто не скрывает.Скажем, новые строительные проекты в Евросоюзе теперь принимаются только при условии нулевого энергопотребления жилища. Для того чтобы дом не потреблял энергию, проектируют тепловые насосы, которые работают на разнице теплового потенциала у поверхности земли и, скажем, на глубине 25–30 метров.Используют солнечные батареи, ветряные электростанции. Используют новые типы стеклопакетов, которые не только не пропускают излучение из дома, а еще и забирают энергию с улицы. Эти технологии позволяют делать дома с нулевым или минимальным энергопотреблением. Мы пока к этому еще и близко не подошли.Но технологии, которыми мы уже владеем, позволяют сделать современное строительство по крайней мере на треть, а иногда и наполовину более энергоэффективным, чем традиционное. Более того, благодаря программе капитального ремонта в Москве и использованию новейших материалов и технологий, мы уже сейчас заметно снижаем энергозатраты.[b]– Наверное, программа энергосбережения сможет заработать в полную силу тогда, когда сами москвичи станут принимать в ней активное участие. Есть ли механизмы, разработанные правительством, чтобы стимулировать, заставить людей экономить?[/b]– Пока еще никто не придумал более ясного механизма, чем разъяснение необходимости энергосбережения. При этом одно дело, если экономить начинает один гражданин, и совсем другое – когда сразу целый дом. Я говорю об объединении жильцов, о кондоминиуме. Конечно, здесь есть много своих вопросов. Надо искать грамотные, знающие кадры. Во главе должен быть такой человек, которому люди верят, который не полезет в общую кассу.Это очень важно. Там, где сложились товарищества жильцов, есть эффективность. Ведь коллектив жильцов становится юридическим лицом. Получает свой счет в банке. Это дает возможность получать от города дотации на содержание дома. Возможность заключать правильные договоры с эксплуатирующими организациями. Решать вопросы о том, что нужно в первую очередь для дома – листовое оборудование, ремонт кровли или трубы переложить.Так что, как видите, программа энергоэффективности в целом включает в себя множество различных задач и дает колоссальный стимул прогрессу. Для конкретного человека это означает, что в энергоэффективном доме, в энергоэффективной квартире он не будет платить лишних денег. А если вспомнить о новых видах энергии и технологиях, которые появляются благодаря сознательной экономии ресурсов, то мы можем говорить, что в программе энергосбережения кроется огромный потенциал будущего развития всего человечества.Вот и получается, что программа энергосбережения на сегодня, наравне с программами по демографии и здоровью, одна из важнейших. Это стратегическая задача.

Google newsYandex newsYandex dzen