Главный герой богородских произведений – медведь

Общество

Мастерство особых излишеств не требует. Липовый чурбачок, топор да умелые руки. Вот так жители подмосковного села Богородское режут игрушку без малого четыре века.– Точную дату рождения промысла назвать можете? – спрашиваю у мастеров.– Точный расчет, говорят, у немцев в чести, – усмехается тот, что постарше. – А мы родились, считайте, с топором под подушкой. И дележа в промысле на женскую и мужскую работу нет. Все топором махать способны.Под разговор мастер споро вырубил заготовку. И отправил ее к «товаркам» – в огромный клеенчатый мешок:– Кто там у вас?– Да медведи все. В лесу с охотником повстречались, ружье из рук дернули, да через коленку и ломают, – объяснил мастер.Усмотреть в липовой чурке столь сложную композицию? Тогда мастер привычно изобразил лесную сцену на себе. И домой засобирался: доводить до ума скульптуру.А начинался промысел не со скульптуры. С примитивнейшей игрушки. По одной легенде, сам Сергий Радонежский резал их в келье и раздавал детям паломников. В Богородском же обязательно свою легенду расскажут. Про куклу Ауку, которую ради забавы многочисленных чад вырезала бедная крестьянка из трехгранной щепочки. Вслед за ней стали появляться неокрашенные фигурки людей, животных, птиц, композиции из жизни русского крестьянина. А символ промысла – вот он – «Кузнецы»: медведь с мужиком бьют молоточками по наковальне. Интересно: с кого это мастер медведиков делал?– Вы на мастера внимательнее посмотрите, – посоветовала мне Наталья Сашина, методист ассортиментного кабинета. – Теперь поняли?Как правило, мастера «отдают» медведям не только свои черты лица, но и характер. И если мастер с открытой душой, и медведи у него такие же получаются – простодушные, доверчивые, щедрые. Вот медведиков Максима Смирнова каждый узнает. Все мягкие, пушистые, добрые и веселые. И одно «лицо» с Максимом Ивановичем. Смешно? У нас тут все начинают улыбаться, когда дело до медведей доходит.А в другом зале я обнаружила здоровенного медведя, который увлеченно вырезал фигурку своего родственника. Оказалось, что Виктора Ерошкина (он преподает в местном художественном училище) студенты прозвали Медведем. А один из студентов – Олег Глушенков – взял да и сделал Виктора Григорьевича в топтыгинском обличье. Но мастер не обиделся на шутку молодого коллеги. Да и то сказать, если в тебе углядели символ богородского промысла – любимого косолапыча? Другой зал – как перемещение во времени на несколько десятков лет назад. Расписные курочки на подставке, под ней – шарик баланса. Раскрутишь его – и курочки дружно начинают стучать клювами. Знаете, сколько этой игрушке лет? Сто пятьдесят! Вот лукавый котик-рыбак. И множество зайчиков, поросят. На «Крестьянском дворе» все герои заняты своим делом: мать доит коров, отец колет дрова, дочка кормит кур, и они стучат клювами, а маленький сынишка качается на качелях. Фигурки приводит в движение кнопочный механизм. Наталья объяснила, что детали крепятся на суровой нитке к внутренней планке. Сдвинулась планка – и фигурки оживают:– Теперь все детали для игрушек вытачивают на токарных полуавтоматах, – говорит Наталья. – А раньше абсолютно все, вплоть до ручек и лапок, вырезали вручную. Заготовкой древесины занимались мужчины. Им доверялась работа серьезная, как носителям богородского промысла: черновая обработка зарубленной формы, работа стамесками, богородским ножичком. А девочки выполняли несложные фигурки людей и животных. И всегда только они описывали шерстку у медведиков.То есть поверхность «черновой» игрушки декорировали. Движения все витиеватые – у каждого свое название: «корзиночка», «веревочка». Мужчинам однообразная работа претит, тут требуется женская усидчивость. Ценился ли женский труд? Вряд ли. Даже когда в Богородском в 1913 году была открыта художественная земская школа, девочек туда учиться не брали. Так наша сестра и пробыла на подхвате у сильной половины мира сего до тридцатых годов прошлого века. Тогда наступило полное равноправие полов. Вот их работы: конюх с лошадью, бондарь с бочкой, баба-капустница. А тут уже колесо истории круто повернуло вспять – Ленин с ходоками, пионер, рабфаковка. Все липового цвета. Богородскую игрушку красили лишь в двух случаях: если делали «обманки» или «китайскую мелочь».В XVII в. в российскую жизнь стремительно ворвался фарфор. Понятно, что не всем он был, мягко говоря, по карману. Но дом-то свой стремился украсить всякий человек. Вот и наладили в Богородском «фарфоровый» промысел, доводили его до ума уже в лавре. Местные монахи зашкуривали фигурки наглухо и закрашивали под фарфор, то есть полностью, вплоть до донышка. Краска, естественно, травяная, с добавлением яичного желтка.А «китайская мелочь» появилась из-за чистой фантазии местных жителей. Они предположили, что в далекой стране – Китае – живут люди чрезвычайно маленького роста. Вот забавы ради кто-то и вырезал таких «китайцев». Фигурки были маленького размера, и продавались они, словно семечки – стаканами. В один помещалось 5–6 фигурок, и стоил он 1 копейку. Но фигурки только по размеру соответствовали «китайцам». Изображены на них были что ни на есть граждане Российской империи.Теперь богородскую игрушку стали раскрашивать гуашью. Только не полностью, чтобы было видно – игрушка деревянная, экологически чистая. И покрывать всю поверхность пищевым масляным лаком. Веяние времени – заяц-компьютерщик, медведь с ноутбуком.В мастерской резчиков мы «зависли» основательно. Если бы можно было остаться хоть часа на два, то я бы и то не устала смотреть на ловкие пальцы мастеров-резчиков. Ожидаемых стружек на низких столах не обнаружила. Зато вдосталь было деревянных «заточек», округлых, небольших. Напоминающих карандашные.Сергей заканчивал «Правосудие», Михаил – «Снеговика», а Кирилл делал целую композицию «Добрая девочка кормит лошадь».Я постаралась сформулировать вопрос покаверзнее:– А невыполнимые заказы случались, мало ли что людям в голову может прийти?– Веселые попадались: мужик заказал в подарок резную ступу в подарок теще. Деревянные ботинки были. Несколько лет назад приходилось делать панно – портрет Лужкова, наш бывший мэр Тяжлов заказывал. Большая была работа. Путина, Громова, было, делали. Президента Медведева, говорите? Ну, сами посудите, если его «тезка» – символ промысла богородского?[i]Фото Петра БОЛХОВИТИНОВА, Владимира ЗОЛИНА, Игоря ИВАНДИКОВА[/i][b]Московская область, Сергиево-Посадский район, Богородское[/b]

Google newsYandex newsYandex dzen