Случай в Когалыме
/ Фото: Игорь Ивандиков

Случай в Когалыме

Общество
Почему-то каждый, с кем я знакомился, считал своим долгом сообщить: «Четыре года назад тут ничего не было». Но что значит «ничего»? Были сосны, низкий кустарник, поселок был и топи… Название, наконец, было, в переводе с языка хантов означающее «гиблое место».

Добраться сюда из Москвы было непросто. Три часа самолетом до Сургута, затем четыре часа поездом, да приплюсуем проблемы с транспортным расписанием и погодные задержки. Короче, без малого через двое суток я сошел на станции с ничего не говорящим именем Когалым.

Это было в 1985 году. Двадцать семь лет назад.

Всего-то.

Жили в Когалыме нефтегазодобытчики управления «Повхнефть» (тогда я впервые услышал имя его начальника, будущего магната Вагита Алекперова), а строили поселок прибалты — рижская мехколонна, таллинское стройуправление и каунасский строительно-монтажный поезд (Каунас — это Литва, если кто забыл).

Ко времени моего приезда многие строители-первопроходцы уже сменились. Среди литовцев, к примеру, остался лишь один когалымский ветеран — начальник поезда Анатолий Леонидович Курилов, удостоенный почетного прозвища Дед. Вот с ним-то мы и провели три моих командировочных дня.

И еще с нами был молодой спортивный парень, он встретил меня на вокзале, мы друг другу представились. Он, понятное дело, знал, что приехал специальный корреспондент центральной газеты с самым большим в мире тиражом, и это было для Когалыма событием (дело тут, поймите правильно, совсем не во мне, а в тогдашней репутации газеты «Труд»). Я же за шумом поезда имени и должности встречающего не расслышал.

И лишь когда за ужином мы с Куриловым рассуждали о том, как похож Когалым на милый его и моему сердцу литовский городок Палангу, Дед спросил: «Кстати, а вы познакомились?» Я ответил, что да, но, извините, имени не расслышал, и Курилов со значением представил нашего сотрапезника: «Заместитель председателя Когалымского сельсовета. Сергей Семенович Собянин».

Ага, догадался читатель, началась история: «Я и большие люди»! Да не волнуйтесь, дайте просто помечтать. Вот, к примеру, подружились бы мы с зампредом сельсовета Собяниным. Стали бы переписываться и перезваниваться, встречались бы в Москве в бытность его тюменским губернатором. А когда он возглавил администрацию президента, мог бы взять меня на работу, и я был бы Сурковым. Или Эрнстом — после избрания Собянина председателем совета директоров Первого канала, почему нет? А уж кем бы я был сейчас, вы и сами понимаете.

«В этой жизни случайностей нет», — поет Андрей Макаревич. Как сказать... Если говорить о питерской команде во власти — Макар прав. Если о нас с Собяниным — ошибается.

Все вышло как вышло. Я дописываю эту заметку в газету и вполне доволен. Собянин управляет Москвой, и, похоже, ему это нравится. Мы живем в одном городе, ни разу не общались, и ничего страшного. Просто по воле случая двадцать семь лет назад в Когалыме он с гордостью показывал мне тамошние фотоклуб, шахматную школу, лыжную базу, молодежный центр, прекрасно чувствующие себя в подвалах жилых домов, и это было прорывно, потому что в ту пору в большинстве западносибирских новостроев такой социальной инфраструктуры и близко не водилось. И что, где тут перст судьбы? Просто нечаянное пересечение линий жизни.

И то, что в кафе мы вместе с детьми уплетали изумительно вкусное мороженое, которое возили сюда из Сургута, тоже не более чем совпадение, просто случай.

Так же как и то, что вечерами сиживали мы, скажу по правде, не за мороженым, а наоборот — за горячительным. Было, Сергей Семенович, из песни слова не выкинешь.

Впрочем, последний случай — скорее закономерность.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Google newsGoogle newsGoogle news