Есть дела и тела поважнее

Общество
История о харассменте в медиа вновь всколыхнула соцсети. Времена изменились, нормы поведения тоже меняются — на этом настаивают сторонники «новой этики». Кажется, они сами толком не разобрались, что это такое. Я, по крайней мере, не разобрался.

Этично ли дать по лицу хаму, грубияну или, паче чаяния, коллеге по работе, распускающему руки? Сама постановка вопроса подразумевает его забалтывание в познеровском стиле «давайте это обсудим». Нечего здесь обсуждать. Потому что забалтывание — это окна Овертона, не к ночи будет сказано. Якобы если проблема обсуждается публично, то она как бы уже не совсем преступна. А там — один шаг до «понять и простить».

С этой «новой этикой» все как с ума посходили. Между тем «новая этика» сродни осетрине второй свежести. Потому что не бывает никаких логических переосмыслений в области морали и нравственности — если твоих слов недостаточно, если к тебе лезут, не слушая, изволь защищаться.

Забавно, но в России две трети страны живет по понятиям. А закон зоны гласит: терпишь — значит, нравится. По сути, это постулат римского права: если кто-то согласен, то происходящее с ним не является беззаконием.

Публичное охаивание проштрафившихся возникает тогда, когда нужно переключить внимание публики с более насущных проблем. Ну или когда гламурной прессе больше невмочь обсуждать чужие сумочки и ссоры из-за них. А я думаю, что крики типа «ой, не трогайте мои соски» в соцсетях — это либо способ хайпануть, либо провокация. Боитесь быть уволенными и терпите слюни какого-нибудь урода? Не осуждаю. Но здесь «Фейсбук» не подмога: будет только хуже. Вообще на работу больше не возьмут.

Есть дела и тела поважнееВремена изменились, нормы поведения тоже меняются — на этом настаивают сторонники «новой этики» / Фото: Владимир Новиков, «Вечерняя Москва» 

Коротко — о себе. Да, грешен. Нет, не пропускал. Нет, не всяких — лишь тех, что по сердцу. Нет, подчиненных в койку не укладывал — таковых не имел. Зато на старости лет подвергся в паре редакций усиленному вниманию редакторш. Поначалу было смешно — всегда считал себя отнюдь не красавцем. Потом, когда дамы стали посмелее, подумал: а может, им такие и нравятся, кто пострашнее? Тогда совсем беда... И уволился.

Да. В предпенсионном возрасте. Вы какой вариант предпочли бы? Типа «обсудить»? Видите ли, женщин не бьют. А вот всех остальных — приходится. Иначе сидеть всем на отдельных скамейках и есть продырявленными ложками — не к этому ли зовет «новая этика»?

И еще. По поводу публичности. Шел я как-то часа в четыре дня по родной улице Лобачевского на дополнительные занятия в школу. Смеркалось. А в известном всем там живущим овражке трое ублюдков затаскивали в лесок девчонку лет пятнадцати. Она голосила на всю округу. Мне было страшно, но я вмешался. Как вы думаете, кто громче всех орал на меня матом? Она.

В местах не столь отдаленных некоторых людей позволительно бить только ногами. Это регресс — раньше в ходу были канделябры. Но мы — гуманисты. И уважаем апологетов «новой морали». Терпите на здоровье. Но не вопите об этом в «Фейсбуке».

Есть дела и тела поважнее.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Google newsGoogle newsGoogle news