Когда очень хочется стать пугалом

Общество
Вырываясь на пленэр наездами, не ведаешь, сколько у тебя нахлебников. Шашлыки, посильная трудовая повинность в виде косьбы сорняков, утренние прогулки и вечерние посиделки отвлекают от бдительного наблюдения за происходящим в хозяйстве.

Вот не взошла морковка, а личинки луковой мухи сожрали на грядке почти весь лук — дело привычное, ежегодный колхоз «40 лет без урожая». Не с огорода же кормится семья, переживем! Тем более и переживать некогда: в понедельник утром до пробок надо успеть проскочить в Москву и бегом на работу.

Теперь же, выходя утром в трениках с вислыми коленками (классика дачного жанра!) на крыльцо, наблюдаешь, как тебя беззастенчиво объедает разная мелкая птичья сволочь. Только ворон уважаю. Они пасутся у компостной кучи, куда попадают и кухонные объедки. Иногда, как в басне дедушки Крылова, что-то роняют в траву, и тогда случается праздник желудка у нашего боксера Нюши. Как все высокопородные, графских кровей, собаки, она обожает помойки, и голая рыбья кость для нее слаще дорогого сухого корма от лучших производителей.

Сороки — тоже ничего птицы, только болтают, как депутаты: громко, безудержно и по любому поводу. Трясогузки — вообще прелесть, приятно посмотреть. Скворцы — трудяги, прочесывают газон, тотально склевывая жучков-вредителей. Воробьи — они и есть воробьи, хоть столичные, хоть деревенские, у нас их, к счастью, мало. Но есть пернатые, которых я возненавидел всей душой.

Несколько лет назад высадил вдоль забора иргу, она же пиника. Не знаю, как кому, а мне ее мелкие, синие, не слишком сладкие ягоды нравятся. Хоть с куста, хоть в компоте. Пока деревца были маленькие, плодов собирал горсточку. В этом году ирга вымахала ввысь, и я понял наконец, почему с урожаем у меня ежегодно были проблемы. Не деревья виноваты в низкой производительности своего труда, а обжоры, успевающие съесть ягоды прежде меня.

Жена с присущим ей романтизмом сказала, что прилетающие к нам в сад серые птицы — это лесные горлинки. В моем понимании фауны горлинки не должны кудахтать. А эти, агрессивные поедатели выращенного мной (о, скупая слеза хлебороба!) урожая, вопили, как куры, взволнованные бравым видом соседского петуха. Чтобы узнать врага в лицо, полез в интернет. Нашел: дрозд-рябинник.

Когда очень хочется стать пугаломНа дачных форумах отыскал способы борьбы с налетами дроздов / Фото: Александр Казаков

И никакой романтики, никаких популярных песен из далекого детства о дроздах, «песенных избранниках России». Стая этих дачных хулиганов обносит сад не хуже, чем толпа афроамериканцев, борющихся в США против расизма, супермаркет. То есть за считаные минуты и дочиста.

На дачных форумах отыскал способы борьбы с налетами дроздов. Первым делом развесил на деревьях старые компьютерные диски. Бликующие на солнце, они, как уверяли знатоки, должны отпугивать птиц. Эффекта ноль. Потом украсил ветки металлическими банками с камешками и гайками внутри. Их шум от колебания на ветру якобы нервирует непрошеных гостей. Эффект тот же. Дроздам такая дискотека со светошумовыми эффектами, по-моему, даже понравилась.

Я не сдавался. Попытка накинуть на деревья мелкоячеистую пластиковую сетку закончилась десантированием без парашюта с садовой лестницы и ссорой (практически до развода!) с женой, запутавшейся в моих упавших на землю ловчих сетях. А птички продолжили бойко клевать через ячейки… Сосед смотрел на мои инновации с легким презрением.

Не знающий сантиментов, он настрелял несколько дроздов из мелкашки и развесил на ветках. Вижу через забор, как висят, покачиваясь, серые трупики. Рядом с ними, практически на птичьем кладбище, живые дрозды продолжают свой сатанинский шабаш. Еще я вижу, как после пиники наглые и бесстрашные птицы обдирают у меня смородину. Она еще кислющая и вызреть, увы, не успеет.

Я, конечно, выскакиваю на участок, употребляю нецензурную лексику и активно машу руками. Дрозды кудахчут от смеха на заборе, ожидая, пока я уйду. Мне очень хочется стать пугалом.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Google newsGoogle newsGoogle news