Слезы гориллы
кадр из мультсериала «По ту сторону изгороди»

Слезы гориллы

Наука

Вдоволь наигравшись со всем известным IQ, отвечающим за обычный интеллект, мозгоправы все активнее ратуют за развитие EQ — интеллекта эмоционального, утверждая, что без эмпатии, виртуозного распознавания чужих чувств и альтруизма в нашем сверхтехнократичном мире ну просто никуда. И то и дело ставят нам в пример братьев наших меньших, которые по этой части очень даже неплохо продвинулись.

Лайк Буренке

Речь не только о заласканных диванных питомцах, которые из-за постоянной близости к человеку нынче разве что не говорят (а некоторые уже и это пробуют), но и о зверях гораздо более флегматичных и в особых сантиментах вроде как не замеченных. Не так давно сотрудники нескольких ветеринарных институтов из Чили и США обнаружили у коров, живущих в стаде, сложную соцсеть. Ради экономии места долго про нее расписывать не будем, но скажем, что «лайки» там раздают с энтузиазмом, который не снился даже завсегдатаям фейсбука и ВК. До закидывания сердечками дело еще не дошло, конечно (подозреваем, просто за неимением нужной кнопки под копытом), но вот вылизывают друг друга рогатые примерно по тому же принципу, что и люди, ставящие большой палец под чужими постами. Наиболее эмоциональными в этом смысле оказались самые старшие коровы и новички, только принятые в группу. Чаще всего участники «соцсети» вылизывали ровесников, с которыми вместе росли (ну чем не «Одноклассники»?). Меньше всего «лайков» доставалось животным высоких рангов (долой подобострастие!). Но при этом активнее всего поощрительные ласки буренки раздавали тем, кто когда-то делал то же самое с ними, или тем, кто мог бы их отметить в будущем. В общем, все в полном соответствии с известным людским принципом «ты — мне, я — тебе».

А ученые из Университета Берна, наблюдая за серыми крысами, выяснили, что те, по запаху определяя, кто из сородичей голоден, помогали им едой быстрее, чем более сытым собратьям. В других экспериментах мыши отказывались от еды, когда понимали, что при получении пищи другую мышь ударят током.

Голландский приматолог Франс де Вааль, не единожды наблюдавший у обезьян проявления сотрудничества, тяги к справедливости, альтруизма и даже зачатков морали, в последних книгах стал писать о том, что по части эмпатии между нами и ними нет четкой разницы. Классическим стал его эксперимент с двумя абсолютно индифферентными друг к другу капуцинами (они не состояли ни в родстве, ни в иерархических отношениях). Подопытных изолировали друг от друга прозрачной стенкой, снабдив одного из них жетончиками красного и желтого цвета, которые он мог обменивать на еду. При этом за красные вкусняшку получал только он, а за желтые — оба. При любом раскладе владелец жетонов оказывался в плюсе, но в 80 случаях из 100 капуцин делал выбор в пользу желтого цвета…

Довольно иррациональными с точки зрения классического подхода к животным как к «машинам инстинктов» выглядят и периодические случаи проявления альтруизма к особям другого вида. От бесчисленных усыновлений чужих детенышей, что еще можно списать на проявление материнского инстинкта, до совсем уж странных поступков. Не так давно в Африканском национальном парке, например, слоны скооперировались и освободили стадо антилоп, запертых на огражденной площадке. И роликов с подобной межвидовой помощью в сети — тьма тьмущая. Кого там только нет: медведь, спасающий упавшую в воду птицу, ворона, переводящая через шоссе нерасторопного ежа, кошки, опекающие собаку с раненой ногой…

Более того, многие звери и к проявлению скорби могут относиться вполне по-человечески. Например, слоны, потеряв кого-то из близких, проводят натуральный похоронный обряд. Осторожно прикасаются к покойнику хоботами, после чего начинают трубить и шуметь, а потом внезапно затихают и приступают к «похоронам»: бросают на умершего листья и землю. И на этом обряд не заканчивается! Еще несколько дней они будут приходить на «могилу», оставаясь рядом с ней подолгу.

Нечто похожее делают, оказывается, и врановые. В Университете Колорадо наблюдали за четырьмя сороками, которые прощались с погибшим сородичем. Две из них подошли к умершему и начали осторожно прикасаться клювами к телу, а другие принесли охапки травы и возложили их рядом с сородичем. Интересно, что после публикации этого наблюдения в университет полетели письма от очевидцев, наблюдавших похожие «похороны» у других сорок и ворон.

Смерть представителей чужого вида тоже не оставляет многих равнодушными. Это, например, продемонстрировали знаменитые «говорящие» обезьяны — горилла Коко и шимпанзе Уошо, которые учили человеческий язык глухонемых. В 2001 году Коко познакомилась с известным комиком Робином Уильямсом, который стал первым, кому удалось ее рассмешить после полугодового «траура» по «мужу» Майклу. Спустя 13 лет, узнав о смерти актера, Коко показала на языке жестов: «Женщина плачет». С Уошо была другая история. Одно время за обезьяной ухаживала беременная дрессировщица, которая однажды пропала из вольера на несколько недель. Когда наставница вернулась к работе, Уошо всем своим видом дала той понять, что обиделась. Женщина извинилась и решила рассказать правду, показав на языке жестов, что ее ребенок умер. Как описывают очевидцы, Уошо резко поменялась в лице, внимательно посмотрела смотрительнице в глаза, после чего показала жест «плачу» и провела своим пальцем по щеке женщины, изобразив траекторию слезинки (сами шимпанзе плачут без слез). Как призналась позднее дрессировщица, «один этот жест рассказал мне больше о ее интеллектуальных способностях, чем все тесты, проведенные ранее». В конце смены, когда женщина собиралась домой, Уошо остановила ее и обняла в знак утешения…

Рабы не мы

Подобные примеры можно перечислять еще долго. Для многих биологов наличие у животных эмоционального интеллекта (ЭИ) давно уже не является чем-то спорным. Но если способность к сопереживанию развилась у зверей в процессе эволюции, значит она несла в себе явные преимущества для выживания? Возможно, этим преимуществом стало умение договариваться, учитывать мнение другого, находить компромиссы, предвидеть чужие реакции и так далее. То есть мозг у эмпатов развивался активнее и выживали они лучше, чем упертые, идущие по головам твердолобы. Серьезно продвигала развитие мозга и жизнь в больших и сложно организованных социальных группах, где умение налаживать связи и кооперироваться часто значит больше, чем наличие сильных мускулов и крепких клыков. Известно, что за два с лишним миллиона лет человеческой эволюции наш мозг утроил свои размеры, и большая часть этого увеличенного объема ушла на развитие контактных навыков: эмпатии, альтруизма, совместного планирования, языка, родственной привязанности, социального взаимодействия. В общем, палка-копалка, конечно, свою роль сыграла, но главной в нашем становлении была все же не она.

Это, кстати, прекрасно осознавал и Дарвин, у которого можно найти массу цитат не только про «выживает сильнейший», но и про радость общения и любовь к ближнему в качестве движущих сил эволюции. Так почему же, вопреки природному нашему естеству, нам так обильно ссыпают в головы клише совсем иного рода — все эти бесконечные «человек человеку волк», «сперва добейся», «просто бизнес — ничего личного» и прочие законы джунглей, к настоящим джунглям отношения не имеющие? Особенно активно эти идеи стали продвигать в массы с началом промышленной революции, хотя даже папа мировой экономики в лице Адама Смита очень быстро понял, что система, построенная исключительно на конкуренции и соперничестве, будет работать ни шатко ни валко.

— Современное рыночное общество порождает условные ценности вместо реальных, — говорит психолог, профессор МРСЭИ Дмитрий Смыслов. — И мы начинаем жить в этих условных ценностях семьи, морали, любви, долга… Вы заметили, что все чаще можно услышать от людей «я стою столько-то», «я продаю себя за столько-то»? Звучит диковато, но это значит, что рабская психология рынка въелась у многих уже в плоть и кровь. В свое время американский психотерапевт Эверетт Шостром утверждал, что большинство современных людей суть манипуляторы — неблагополучные личности, которые стремятся управлять окружающими, относясь к тем как к вещам. И именно в этом — большинство наших проблем. Да, современное общество становится все более индивидуализированным, но таким обществом проще управлять, ведь люди с низким эмоциональным интеллектом реже включают голову. С другой стороны, это чревато последствиями. Например, такой человек за рулем не всегда понимает, что он делает по отношению к пешеходам или другим водителям. Феномен, получивший у нас название «Яжмать», — из той же серии. И если такое отношение к другим не корректировать, мы рискуем превратиться через несколько поколений в общество отморозков.

Противостоят людям-манипуляторам актуализаторы — настроенные на общение, взаимодействие и эмпатию личности. Но их, по мнению психолога, среди нас все меньше:

— Сейчас мы сталкиваемся с тем, что общество становится несколько эмоционально депривированным (депривация — недоразвитие чего-то), — продолжает Смыслов. — Во многом это связано с вторжением в нашу жизнь всякой техники, которой мы уделяем все больше времени — в ущерб личному общению. Когда-то немецкий социолог Эрих Фромм поделил людей на две группы. Первая — это биофилы, получающие удовольствие от общения с людьми, животными и растениями. Классический случай биофила — Николай Николаевич Дроздов. Вторая группа — люди, которые любят окружать себя техникой, отдаляясь от живых людей. Ее у нас все больше, и она все выше громоздит стену между нами и другими, препятствуя развитию ЭИ. К чему это приведет, можно только гадать.

Ситуацию надо исправлять, уверен Смыслов, пока она не зашла слишком далеко:

— Разумеется, люди со слабо развитым ЭИ могут найти себя в профессиях, где эмоции только мешают. Стать медиками, военными, судьями, авиадиспетчерами... Но беда в том, что часто эти люди оказываются серьезной проблемой для других. Для меня, например, было открытием, что пластические хирурги, как правило, очень плохо разбираются в понимании чужих эмоций (мы тестировали недавно две московские клиники красоты). Да, они неплохо перекраивают лица по заказу, но зачем это делать, к чему это приведет, что стоит за подобным желанием, их не интересует. Оплатили — получите. И если процент таких безэмоциональных людей будет расти, общество станет сначала жестким, а потом и жестоким. Очень хорошо развитию ЭИ помогают психологические тренинги, где люди общаются в искусственно созданных ситуациях, чтение классической литературы (на бумажном носителе, который активизирует нужные мозговые процессы), погружение в музыку и живопись, просмотр хороших фильмов, есть масса алгоритмов для «прокачки» собственного ЭИ… Но главное, нам нужно что-то делать с нашей школой, которая погрязла в гонках за рейтингом. Знаете, кого называли педагогами в Древней Греции? Рабов, приставленных приглядывать за семилетними детьми. Нам нужны не рабы, а Учителя, потому что Учитель — профессия сакральная. Это тот, кто не только преподает свой предмет, но и наставляет, подает пример и пестует в ребенке Человека. ИСТОКИ Древние врачи считали, что различные органы контролируют различные настроения. Например, счастье исходит из сердца, гнев из печени, а страх из почек. А в ХVII веке Рене Декарт рассматривал человеческие эмоции как гидравлическую систему. Он считал, что человек чувствует злость или печаль, потому что соответствующие внутренние клапаны открылись и выпустили такие жидкости, как желчь и флегма.

КСТАТИ

У человека есть более 10 000 микродвижений лица для выражения эмоции. Большинство людей могут уловить эти тонкие изменения. Самые сложные эмоции для подделки — это грусть и гнев.

Читайте также:

Google newsGoogle newsGoogle news