втр 15 октября 09:58
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Ну, за Европу!

Ну, за Европу!

Мы знаем, как «потребляют» в России. Как это делают у них, рассказывают журналисты «Вечерней Москвы»

[b]Паб как зеркало британской жизни [/b] Быть в Англии и не зайти в паб, значит лишить себя удовольствия познакомиться с уникальным явлением жизни Туманного Альбиона. На протяжении многих столетий в пабах люди встречаются и в радости, и в горе, отдыхают за кружкой пива, ведут неспешные беседы. Там царит атмосфера взаимопонимания и уважения друг к другу. Только там, пожалуй, можно по-настоящему почувствовать и понять что такое «британский дух». Пабы стали своеобразным символом демократии. Министр и член парламента, водитель такси и водопроводчик чувствуют себя здесь одинаково уютно и раскрепощенно. Человека любой профессии, любого достатка здесь встретят приветливо, и сделают все, чтобы он чувствовал себя уютно. Депутату палаты общин, намеревающемуся после очередного заседания «пропустить» кружку пива в ближайшем к Вестминстеру пабе, в голову не придет мысль забронировать столик. Его просто не поймут. Кто первым приходит, того первым и обслуживают. Взял кружку пива и сиди себе сколько душе угодно. Некоторые британцы и ужинать предпочитают в пабе, но разносолов здесь не подают и кухня рано закрывается. Сегодня в Великобритании — около 65 тысяч пабов, многим из которых двести лет и больше. Их хозяева стремятся сохранить традиции, хотя делать это становится все труднее. Если еще лет десять назад во многие пабы нельзя было войти в неопрятной одежде, в шортах, то сейчас владельцы пабов, пытаясь привлечь молодежь, стали изменять вековым традициям. В Лондоне молодые люди даже заезжают в паб на роликовых коньках. Традиционный паб — это обычно довольно тесное помещение с 15—20 столами. Стойка с шеренгой кранов, наполняющих кружки различными сортами местного светлого и темного пива, а также сидра. За стойкой священнодействует бармен или барменша. Здесь можно не только выпить и поесть, но и поиграть в дартс, в карты, в домино. Многие пабы связаны с жизнью и творчеством известных всему миру людей. Об этом свидетельствуют не только их названия, но и таблички у входа. Один из родоначальников английской литературы Джефри Чосер описал свои любимые пабы в знаменитых «Кентерберийских рассказах». Пабы времен Чарлза Диккенса можно изучать по многим его романам, в частности, по «Посмертным запискам Пиквикского клуба». Примеры можно бесконечно продолжать. Сюжеты многих, ставших классическими, произведений Шекспира, Теккерея, того же Диккенса, Роберта Бернса, по мнению исследователей их творчества, рождались именно в пивных. Любимым пабом Диккенса был «Джордж Инн», где великий писатель, потягивая биттер, написал сотни страниц своих романов. Открытый в середине XVII века, этот паб и сегодня — популярное место среди англичан и иностранцев. Но не только на писателей и поэтов снисходило вдохновение в местных пивных. Как известно, и Карл Маркс, и Фридрих Энгельс большую часть жизни провели в Англии, изучая положение пролетариата. А где как не в пабе можно узнать о мыслях и чаяниях народа. Именно здесь, возможно, и шлифовалось учение, которое «всесильно, потому что оно верно». Да и Владимир Ильич, любивший бывать в английской столице, продолжая добрые традиции своих учителей, не прочь был опрокинуть пинту-другую местного пива. Может быть, как раз в пабах — «Корона» и «Российская императрица» — зарождались идеи и планы, которые привели Россию к столь памятным событиям 1917 года. [b]Шведы лечатся от монополии самогоном [/b] У нас бытует мнение, что все скандинавы страшные выпивохи и поэтому у них действует сухой закон. Скандинавы, конечно, любят выпить, как все северяне. Но сухого закона нет ни в одной скандинавской стране, разве что в Гренландии, но это уже не совсем скандинавская страна. Просто в некоторых северных странах существуют государственные алкогольные монополии и спиртное стоит очень дорого. Классическим примером монополии может служить шведская система торговли спиртным. На протяжении нескольких столетий шведы пили, и пили изрядно. Первым монархом, решившим пресечь эту дурную привычку стал Карл XII. Было это в 1718 году. С тех пор шведам приходится согреваться другими способами. Первый государственный магазин винно-водочных изделий открылся в Швеции еще в прошлом веке: в 1850 году. Тогда среднестатистический швед выпивал около 46 литров водки в год. Сто лет спустя, в 1955 году, была введена система государственных магазинов, где алкоголь продается по астрономическим ценам, 90% которых составляют налоги. Если обычные супермаркеты в Швеции открыты 24 часа в сутки и, как правило, без выходных, то магазины, продающие спиртное, закрываются уже в 6 часов вечера, а в выходные дни не работают вовсе. Подвыпившим клиентам, а также лицам, не достигшим двадцатилетнего возраста спиртное не продают и в этих магазинах. Причем продавцы строго проверяют удостоверяющие личность документы у каждого молодого человека. Аргумент сторонников государственной монополии на продажу алкогольных напитков прост: так легче контролировать потребление спиртного и, тем самым, уберечь нацию от повального алкоголизма и роста преступности. Действительно, с 1981 года, когда в Швеции перестали продавать спиртное по субботам, количество преступлений в выходные дни заметно снизилось. А по статистике министерства здравоохранения в Швеции от цирроза печени людей умирает в три раза меньше, чем, например, в Германии. Вероятно потому, что немцы потребляют чистого алкоголя почти в два раза больше, чем шведы. Кроме того, считается, что к спиртному в Швеции относятся несколько иначе, чем в других европейских странах: «Уж если шведы пьют, так по-настоящему: то есть — очень много», — утверждает шведский социолог Хаакан Лейфман. Поэтому в случае отмены госмонополии и снижения цен на алкоголь, специалисты предрекали катастрофический рост преступности и смертности от алкоголизма. Но все обошлось. После вступления Швеции в Европейский Союз 54-летний Хэрри Франзен из небольшого городка на юге Швеции, выставил на прилавок своего магазина вино и водку. А поскольку алкогольные напитки в Швеции продаются только в государственных магазинах, полиция не заставила себя долго ждать. Провокация удалась: товар был арестован и Хэрри, вполне удовлетворенный развитием событий, незамедлительно подал жалобу в суд Европейского союза в Люксембурге. По мнению Хэрри государственная монополия на продажу алкоголя в Швеции противоречит законам Европейского союза и потому должна была быть отменена. Крестовый поход против госмонополии на спиртное поддержали не только коллеги Хэрри, но и рядовые потребители. Всем им давно надоело чувствовать себя неразумными детьми под опекой государства. В октябре 1997 года суд Европейского союза в Люксембурге рассмотрел жалобу Хэрри Франзена и вынес решение: «государственная монополия на продажу спиртного в Швеции не идет вразрез с законодательством Европейского союза». Для Хэрри Франзена и его коллег — этот приговор означал поражение. Да и шведский потребитель был явно разочарован: многие уже надеялись, что традиционные очереди за спиртным по пятницам и умопомрачительные цены безвозвратно канут в прошлое. В стане победителей оказались не только представители министерства здравоохранения Швеции и организации, борющиеся за здоровый образ жизни нации. В государственную казну страны, благодаря монополии на спиртное, ежегодно поступает в пересчете на немецкие марки около 4 миллиардов. Такую дыру в бюджете залатать даже в благополучной Швеции не так-то просто. Но об этом здесь предпочитают не упоминать. Как и о том, что треть всех потребляемых в стране винноводочных изделий изготовляется нелегально. Так что ликуют по поводу сохранения госмонополии на продажу спиртного и шведские самогонщики, которым по-прежнему нечего бояться за свои доходы. [b]Пиво на Майне [/b] Германия — пивная страна. По потреблению пива она из года в год занимает первое место в Европе. Сколько же сортов пива производится в Германии? Неужели немцы не врут, когда называют цифру 6500 или чуть меньше того? Неужели, действительно, каждая деревня изготовляет свой сорт пива, непохожий на другой? Да, действительно. Да, изготовляет. В Мюнхене, в знаменитом «Пивном доме», подают около 120 сортов. Главные виды — пильс и вайенбир. То есть, ячменное и пшеничное. Разумеется, каждый из видов пива имеет массу разновидностей. Но основные — светлое, темное и черное (старое). Разные сорта пива подаются вам в посуде различной формы. И вместимости. Это традиция и ее никто не нарушает. В Саксенхаузене, в том самом районе города, где в одном «пивном» квартале располагается около 70 (семидесяти!) пивных заведений, находится знаменитая «Хеннигер-башня». Название, как вы понимаете, от сорта пива. А внешний вид ее чем-то напоминает Останкинскую башню. Внизу — пивной завод, откуда пиво непосредственно поступает к потребителю. Хеннигер одна из самых известных немецких пивоваренных фирм. Она существует с 1655 года и прославилась, в частности, тем, что впервые стала выпускать в Германии пиво в дозах — то есть, разливать по бутылкам и в таком виде поставлять на рынок. А вот с закуской во франкфуртских пивных — будь то гаштет, тринкхалле, кафе, ресторан, бирштубе — напряженка. Мы имеем в виду бывшего жителя СНГ, который обязательно к пиву брал в недалеком прошлом определенные причиндалы — воблу и леща. На худой конец, ему подавали сушки, обсыпанные крупной солью. Во Франкфурте к пиву не подают ничего, как и во всей Германии. Это мы сами приспосабливаем немецкую еду к нашим привычным представлениям о закуске к пиву и покупаем брецель с крупной солью вместо аналогичных сушек, красную рыбу в «Альди», где она дешевле всего, и ставриду холодного или горячего копчения (хотя, ребята, не ставрида это — а просто похожая на нее рыба), и специальный набор соленых «пшеничных изделий», крошечные брецели в пакете… Однажды, изучая франкфуртские пивные, мы в одной из них, в том самом пивном районе Саксенхаузен, попросили типично немецкую закуску к пиву. И после долгих раздумий официант принес нам редьку.

Новости СМИ2

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Никита Миронов  

Хамское отношение к врачам — симптом нездоровья общества

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше

Сергей Лесков

Нобелевка, понятная каждому

Георгий Бовт

Сталин, Жданов, Берия и «Яндекс»

Оксана Крученко

А караван идет…

Ольга Кузьмина  

Без запуска социального лифта нам не обойтись

Александр Никонов

Чему нам действительно нужно учиться у Запада