сб 19 октября 05:46
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

«Мы слышали, как кричали наши родные»

«Мы слышали, как кричали наши родные»

Крыша Басманного (Бауманского) рынка обрушилась ранним утром в четверг, накрыв собой десятки людей – торговцев и покупателей

[i]Рынок работал круглосуточно – ночью вовсю шла оптовая торговля. Мелкие оптовики закупали здесь овощи, фрукты и зелень для своих магазинов и уличных лотков. В подвале стояли контейнеры с товаром. В свободных контейнерах жили грузчики-гастарбайтеры. Зачастую – с женами и детьми. Архитектор здания – Нодар Канчели, автор рухнувшего два года назад «Трансвааль-парка». Все здания Канчели теперь проверяют на прочность, а похожий по конструкции Даниловский рынок закрыли. На всякий случай. Корреспонденты «ВМ» провели 23 февраля у развалин Бауманского рынка целый день – вместе со спасателями, чиновниками и родственниками тех, кто остался внутри[/i]. [b]«Проснулся от грохота – темно, пыль, все разрушено» 10.00.[/b] Территория вокруг Бауманского рынка оцеплена. С раннего утра сюда съезжаются машины МЧС, «скорые», пожарные, кинологи с собаками. Две прилегающие улицы заполнены грохочущей техникой – машины, краны. Но пока завалы разбирают вручную, чтобы спасти как можно больше людей. Перед милицейским оцеплением собралась толпа. Женщины и мужчины плачут и причитают – это родственники тех, кто остался внутри, под завалами. В основном азербайджанцы, но есть таджики, грузины. Говорят на своем языке, на русский переходят неохотно – общаясь с милицией или прессой. Они говорят, что почувствовали, как содрогнулась земля, когда рухнула крыша рынка. Женщина бьется в истерике, пытается дотянуться до милиционеров через ограждение: «Сволочи, убивать вас надо, из-за вас они погибли. Только и знаете, что в карман лазить, деньги тянуть. А на людей вам наплевать!» Подруга успокаивает ее: «У них тоже горе – взятки теперь не смогут брать». Милиция ведет себя на редкость корректно: «Своими криками вы им не поможете», – кивнув в сторону рухнувшего рынка, говорит милицейский сержант. Небритый мужчина пытается дозвониться родственнице, оказавшейся под завалами. «Раньше звонила, теперь перестала», – говорит он. Андрею повезло. Он шел на рынок за чаем. «Уже подходил, отвернулся ненадолго, слышу – грохот. Смотрю – нет рынка. Я там все время чай покупал у одной женщины, хорошая такая, добрая. Умерла». Валиф вышел на минутку из здания рынка. «Прямо передо мной все рухнуло. Бог отвел». Валиф говорит, что в здании было более двухсот человек. Армену тоже повезло. У него своя торговая точка на рынке – свежая выпечка. Но в то утро мать Армена, которая продает вещи в подземном переходе, попросила подменить ее. «Я согласился, а так бы тоже был под развалинами». Халик Мамедов: «Я торговал зеленью, отошел передохнуть, уснул на стуле под лестницей. Проснулся от грохота – темно, пыль, все разрушено. Рядом была дверь, и я вышел. Сейчас объявляют: тридцать три раненых, шестеро в морге. Но нас же там было больше двухсот, я всех знаю». Агарь Садыков с утра торговал вместе с братом. Агарь вышел наружу – в кафе. Брат остался и погиб. Агарьв Москве уже четыре года, а брата позвал к себе из Азербайджана месяц назад. Мужчины безуспешно просят милиционеров пропустить их поближе, но стражи порядка неприступны. – Нам надо знать, в какой морг повезут, – говорит один из мужчин милиционерам. – Ребята видели тело моей сестры. Не можем выяснить, в какой морг ее везут. Милиционеры молчат. Но уже в 11 часов они тихо говорят журналистам, что шансов найти под завалами живых нет. Вдруг в толпе раздается радостный крик. Кричит мужчина, которому самому удалось выбраться из-под завала: – Я счастлив! Моему сыну сегодня исполнилось 13 лет! У него сегодня сразу два дня рождения. Мы же были с ним внутри, в центре рынка, около мясных прилавков. Как только услышали грохот, сын сразу же закричал. Я быстро накрыл его своим телом, и мы легли на пол. Меня тут же ударила какая-то балка, но несильно. Где-то через минуту мы с ним побежали. Вокруг темно и люди стонут: «Помогите, помогите!» Нам повезло: в одном павильоне, где раньше вроде располагались игровые автоматы, образовалась щель, и мы через нее выбрались на улицу. [b]«Они там даже рожали» 11.30.[/b] К середине дня люди у милицейского кордона успокаиваются. Больше нет сил на слезы и истерику. Мороз почти не оставляет шансов для оставшихся под завалами. Спасатели пытаются обогреть здание, окружив его по периметру тепловыми пушками. Но толку мало. С отчетом к журналистам выходит мэр Юрий Лужков. Он озвучивает первые версии трагедии. Говорит, что, вероятнее всего, это техногенная катастрофа, что возможность теракта исключена на 90 процентов. «Уровень снежного покрова на крыше был равномерным (40–45 см), нагрузка на кровлю – не запредельная. Здание проверялось неоднократно, серьезных вопросов, которые привели бы к прекращению эксплуатации, не было. Предположительно причиной обвала стала 30-летняя изношенность конструкции». Мэр сообщает, что среди найденных под завалами – только приезжие. Позже среди пострадавших обнаружат двоих москвичей. В толпе родственников – психологи. Пытаются успокоить людей, раздают валерьянку и валидол. Вице-президент «Союза азербайджанцев» [b]Джафар Медхи ГАСАНОВ [/b]обещает: «Мы будем оказывать помощь пострадавшим, а погибших отправим на родину». [b]13.00.[/b] Те, кого спасатели вытащили из-под завалов, тут же пытаются вернуться назад – там остались близкие. Выжившие лучше официальных сводок МЧС информируют о ситуации внутри. Каждого спасенного тут же обступают люди. Новости «оттуда» вызывают новую волну рыданий. Джамал с кровавой царапиной на носу прорывается обратно через кордон ОМОНа: «Вместе со мной брата мертвого вытащили, дайте мне его забрать». Не пускают. Толпа пытается прорваться, начинается потасовка. Когда рухнуло здание, Октай стоял у одного из входов. Потерял сознание. Очнулся – развалины. Под обломками у него погибли сестры: Сара, Горанфил и Севда. Все они приехали из Азербайджана. Октай кричит, размахивая руками: «Почему милиция не подпускает родственников? Мы бы помогли завалы разобрать. Когда крыша рухнула, надо было людей спасать, а они оцепили все и решали, кто этим будет заниматься. Мы же слышали, как наши родные кричали. Это все почему? Это потому, что мы азербайджанцы». Женщина отводит нас в сторону и тихонько говорит: – Ну, вы же понимаете, в чем тут все дело? – Не понимаю. Женщину зовут Люда, она закупает товар на рынке для своего магазина, который находится неподалеку. В этой катастрофе у нее погибли друзья: Борис и Нэлли. Она вышла из здания рынка в 4.30. Ей тоже повезло. – Крыша эта уже давно была в аварийном состоянии, – говорит Люда, – еще при прежнем директоре вопрос о закрытии рынка поднимался. Но руководство интересовали только деньги. Здесь же миллионы крутились: кассовые аппараты липовые, налогов не платили. Взятки чиновникам давали, те и не трогали. А по ночам здесь нелегально торговали зеленью, вот и народу поэтому столько внутри оказалось. Сюда же со всей Москвы оптовики приезжали закупаться. – Говорят, в подвале жили гастарбайтеры? – Жили? Да они там даже рожали! Неподалеку от рынка молодой человек листает какие-то бумаги и пытается кому-то дозвониться. Он владел здесь небольшим павильоном: – Думаю, все произошло из-за снега, его здесь вообще не чистят, а он же тяжелый. Хотя, наверное, здесь много факторов роль сыграли. Слава богу, что все мои сотрудники живы – ночью они не работали. Сейчас вот пытаюсь выяснить, сколько я потерял в результате ЧП. Думаю, не меньше 30–40 тысяч рублей. Владелец павильона спорттоваров раньше был архитектором, и у него есть своя версия произошедшего: – Я уже слышал про Канчели. Но думаю, он невиновен. Живущие в окрестных домах люди видели дым. Не пыль, а именно дым. Я все это проанализировал и подумал, что просто так он рухнуть не мог. Мне кажется, что, возможно, произошел теракт. Чтобы крыша обвалилась, достаточно в одном месте что-то испортить, и тогда центр тяжести сместится. Тем более, много слухов ходило, что на этой земле хотят что-то построить. Правда, власти это вряд ли признают. Я работал и главным архитектором, и начальником проектнопроизводственного бюро и знаю, как архитекторы проектируют. Между прочим, в позапрошлом году крышу укрепляли, заново остекляли, швы залатывали. Внутри-то рынок, может, и выглядел обветшалым, но на самом деле он был крепким. Думаю, здесь вина не снега и не архитектора… Истина, действительно, трансформируется по ходу развития событий. В истерике люди выкрикивают, что в здании были трещины, крыша протекала, обвиняют власти в безответственности. Затем сами же торговцы заявляют, что ничего такого не было. Время обрушения также «переносится»: в начале дня очевидцы говорили о 4.45, далее появляется цифра 5.15. На вопрос: «Много ли в подвале проживало нелегалов?» представитель администрации рынка, явно русский, делает вид, что не понимает родного языка. Число погибших по сводкам МЧС не сходится с теми цифрами, которые называют люди, спасенные из-под завалов. Уже оглашают и вывешивают списки раненых: имя, фамилия, возраст, пол, степень тяжести ранений, номер больницы. Те, кто обнаружил информацию о своих, разъезжаются по больницам – в Институт имени Склифосовского, в 33-ю, 71-ю и 29-ю горбольницы. У Руслана под завалами осталось много родственников. Они есть в списках: «Я на такси объездил эти больницы, ближайшие морги, но мне ответили, что таких людей у них нет. Значит, они здесь». Он остается ждать. Толпа перед оцеплением постепенно редеет. Поступают данные, что во время поисковых работ пострадали два спасателя: одного придавило строительными конструкциями, у другого повреждены глаза. В начале второго сотрудники МЧС по громкой связи начали объявлять списки пострадавших, а в два часа дня было сообщено об открытии штаба, в котором можно узнать о состоянии пострадавших. Несколько десятков человек сразу же направились туда. В помещении местного Совета ветеранов собрались сотрудники МЧС. Они составляли списки пострадавших и рассказывали людям, в какую больницу отвезли их родственников. Здесь же дежурили и психологи, пытавшиеся успокоить безутешных родных. В холле переговаривались мужчины – они ждали, когда их посадят в машины и повезут в морг на опознание. Среди них был Гамлет. Его брат в тот злополучный день тоже был на рынке, он работал грузчиком. Его имени не было ни среди живых, ни среди погибших. – Я останусь здесь, буду ждать новых известий, – сказал он журналистам. В начале третьего шум техники и грохот от перетаскивания железобетонных плит прекратился, а из центра рынка повалил густой дым. Он окутал ближайшие здания за считаные минуты. Какое-то время около самого рынка было сложно дышать. По словам спасателей, от искр загорелись краска и вещи, хранящиеся на складах. Благо, дежурившим рядом пожарным удалось не допустить сильного пожара. [b]14.00.[/b] Из развалин начинает валить густой, едко-желтый дым. В здании рынка – пожар. Выбегающие из здания спасатели рассказывают: при распиливании бетонной плиты искра попала на пролитый бензин. Рядом лежали баллончики дезодорантов. Строительная техника мешает теперь уже пожарным машинам – они не могут пробиться к месту возгорания. Через пару часов Виктор Бельцов, представитель управления информации МЧС, сообщает, что возгорание локализовано и пожар скоро будет потушен. По его словам, все могло быть значительно серьезнее – в здании находились баллоны с ацетиленом и кислородом, но почти все их удалось вынести. [b]18.00.[/b] Из подвала рынка продолжают поступать телефонные звонки. Кто-то из ожидающих родственников сообщает, что звонил знакомый грузчик, туркмен. Сказал, что людей там продолжает заливать водой (после обрушения крыши из-за прорыва теплосети в подвалы хлынула вода). Но в штабе операции полагают, что живых под развалинами уже нет. К толпе родственников и журналистов выходит заместитель начальника управления МЧС по Москве Юрий Сидельников с итогами спасательной операции: «Весь объект обследован. Больше погибших не найдено. По официальным данным, 58 погибших, 29 пострадавших». Но, по словам очевидцев и родственников, жертв гораздо больше. Им ничего не остается, как просто стоять у здания рынка и ждать. Окончательное количество погибших станет известно лишь после того, как развалины рынка разберут полностью. Это, по предположению Юрия Лужкова, займет несколько дней. [b]«Магазины пооткрывали, да еще и крышу не чистили»[/b] Столичная мэрия обещает выплатить всем пострадавшим компенсации – по 50 тысяч раненым и по 100 тысяч семьям погибших, вне зависимости от гражданства. Пострадавшие в основном иностранцы, жители СНГ. Но больше всего среди них азербайджанцев. По распоряжению президента Азербайджана [b]Ильхама Алиева[/b] в Москву едут два азербайджанских министра – министр здравоохранения [b]Октай Ширалиев [/b]и министр по чрезвычайным ситуациям [b]Кемаледдин Гейдаров [/b]– помочь семьям погибших и пострадавших азербайджанцев. Кроме этого, правительство Азербайджана берет на себя все расходы по транспортировке и захоронению погибших на родине. По факту обрушения здания рынка возбуждено уголовное дело по статье 109, часть 2 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности двум и более лицам»). В пятницу «по делу в качестве подозреваемого в совершении преступления задержан директор государственного унитарного предприятия «Басманный рынок» города Москвы Марк Мешиев», – сообщил прокурор Москвы [b]Анатолий ЗУЕВ[/b]. Зуев также сообщил, что следствие сейчас рассматривает три версии случившегося: – Среди причин ЧП можно выделить ненадлежащую эксплуатацию здания, обрушение из-за снега, неверное конструктивное решение при проектировании здания. В пользу версии о неправильной эксплуатации здания говорит тот факт, что, по словам столичного прокурора, еще 22 декабря прокурором района было внесено предписание директору Басманного рынка в связи с нарушением требований пожарной безопасности. Помимо этого, на рынке застроили и второй этаж. На антресолях, шириной в 9 метров, установили торговые палатки. Естественно, они давали дополнительную нагрузку на здание и могли привести к обрушению конструкции. Кроме того, один местный житель рассказал, что раньше торговых павильонов на втором этаже рынка не было: – Когда этот рынок открывали, по-моему, даже с участием Косыгина, уже тогда на втором этаже запретили размещать всякие магазины, и года два-три их не было – второй этаж был пустой. А потом магазины открыли, да еще крышу не чистили. Хотя у нас, к примеру, в доме уже раза три снег с нее сбрасывали. Второй версией ЧП называют осевший на крыше снег. Его никто не чистил. По идее, он должен был таять, и вода по водостокам должна была стекать вниз. Однако из-за сильных морозов в трубах образовались ледяные пробки, отчего снег просто лежал на крыше. Не выдержав такой нагрузки, купол запросто мог рухнуть. В администрации рынка заявили, что сразу после трагедии в «Транасвааль-парке», который также проектировал Канчели, специалисты провели обследование конструкции купола Басманного рынка на предмет надежности. Но тогда никаких изъянов найдено не было.

Новости СМИ2

Михаил Бударагин

Кому адресованы слова патриарха Кирилла

Ольга Кузьмина  

Москва побила температурный рекорд. Вот досада для депрессивных

Дарья Завгородняя

Дайте ребенку схомячить булочку

Оксана Крученко

Детям вседозволенность противопоказана

Анатолий Сидоров 

Городу нужны терминалы… по подзарядке терпения

Виктория Федотова

Кто опередил Познера, Урганта и Дудя на YouTube

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

В чьей ты власти?