пт 18 октября 14:54
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Операция «Гамлет»

Операция «Гамлет»

Как убивали Сталина

[i]9 марта 1953 года огромная страна хоронила своего вождя – Иосифа Виссарионовича Сталина, скончавшегося четырьмя днями ранее. В те же дни родился и благополучно доживший до наших дней слух о том, что смерть эта не была вызвана естественными причинами: едва ли не первым на эту тему высказался сын покойного – Василий Сталин, безапелляционно утверждавший, что «отца отравили». С тех пор прошло 53 года, в течение которых обстоятельства кончины хозяина Кремля изучались и исследовались не по архивным документам, а почти исключительно по воспоминаниям очевидцев, нередко содержавшим в себе таинственные полунамеки на то, что случившееся с Иосифом Виссарионовичем 5 марта 1953 года не обошлось без вмешательства сил даже более могущественных, чем те, что представлял он сам. Между тем источники, которые обнаружил [b]историк Николай ДОБРЮХА [/b]в до сих пор закрытых архивах, впервые позволяют не предполагать, но утверждать, что Иосиф Сталин действительно был отравлен. Толчком к расследованию, предпринятому автором «Вечерки», послужило нигде прежде не публиковавшееся письмо Игоря Егорова, человека, со времен Великой Отечественной войны служившего при Сталине офицером по особым поручениям.[/i] [b]«Приходилось контролировать и ведомство Берии»[/b] [i][b]Игорь ЕГОРОВ. Родился в 1923 году (жив ли он сейчас, или уже умер, установить не удалось. – «ВМ»). Сын маршала Советского Союза Александра Егорова, в 1931–35 годах занимавшего пост начальника Штаба Рабоче-Крестьянской Красной армии, а в 1935–37-х – начальника Генштаба. Именно маршал Егоров сменил на посту первого заместителя наркома обороны маршала Тухачевского, разоблаченного как «враг народа». Впрочем, всего два года спустя, в 1939 году, его постигла та же участь – Александр Егоров был расстрелян. Его сын – Егоров Игорь – еще подростком арестовывался по делу отца, однако затем был освобожден и сделал феерическую карьеру. Цитируемое ниже письмо было написано Игорем Егоровым в 1988 году, когда он, пожилой человек, уже под другой фамилией, жил в маленьком киргизском городке.[/b][/i] «Не скрою: для меня И. В. Сталин не был хищником, я его лично и довольно близко знал, искренне любил, ничего не искал взамен и тем более не ищу теперь – он дать ничего не может по известной причине. Отправил его ТУДА Берия, а повышенного кровяного давления у Сталина не было ДО ТОГО. Он отлично слышал даже шепот и без очков отлично видел самый мелкий шрифт, чего не бывает у людей-гипертоников… …Скажу и еще одно, не останавливаясь подробно: именно когда сотрудники компетентных органов в присутствии отца, добиваясь «признаний», пинками выбивали мне зубы, расписывались на спине, «плохой» Сталин, узнав об этом, сумел забрать, вылечить, дал личную рекомендацию в ВЛКСМ и устроил воспитанником в авиашколу… В период Великой Отечественной и позже я фактически исполнял обязанности офицера для особых поручений у «плохого» Сталина. Приходилось и контролировать ведомство Берии (по основному образованию Игорь Егоров был радиотехником, так что вполне допустимо предположить, что среди прочих деликатных поручений, даваемых ему Сталиным, была и «прослушка». – «ВМ»). Вот по этому случаю и не разрешили «компетентные органы» поднимать вопрос о плане «Гамлет» и уничтожили документы, включая даже мою учетную карточку в районном военкомате… …В нашей деятельности опасно знать много. Именно за это «правоохранители», включая и ведомство Берии, пытались топтать меня при Сталине (да он не давал), и теперь еще топчут: сначала разоблачили в качестве сына «врага народа бывшего маршала Егорова», а потом стали «разоблачать» в обратном направлении. Тут уж никуда не денешься!» [b]«Сон удовлетворительный. Кишечник регулярно. Общее состояние хорошее»[/b] Напомним, что, по официальной версии, «в ночь на 2 марта у И. В. Сталина произошло кровоизлияние в мозг… на почве гипертонической болезни и атеросклероза». Опять же по официальной версии, спустя три дня именно эти заболевания свели его в могилу. Несколько раньше – 4 марта 1953 года – родилась на свет версия о том, что глубинной причиной такого диагноза послужило «тяжелейшее напряжение», которое вождь пережил в «годы Второй мировой войны». Кто был автором этих псевдомедицинских хроник, общеизвестно – все официальные бюллетени согласовывались с Лаврентием Берией. Между тем все составлявшиеся после 1947 года медицинские карты Сталина не то чтобы не подтверждают версии о его неважном самочувствии, скорее, наоборот, они начисто ее опровергают. Как опровергают они и досужие домыслы о том, что вождь будто бы не доверял врачам и, опасаясь отравления, в основном прибегал к самолечению. В реальности дело обстояло иначе: по поводу любого недомогания к Сталину тут же вызывались медики, устанавливавшие ежесуточные многодневные наблюдения за общим состоянием организма. Ниже приведены выдержки из медицинских карт, фиксировавших состояние здоровья вождя. [b]16 СЕНТЯБРЯ 1947 ГОДА[/b]. Сталину 68 лет. Обследование перед курортными процедурами в Мацесте. «Диагноз основной – гипертония в начальной стадии; сопутствующий – хрон.(ический) суставной ревм.(атизм), переутомл.(ение). Пульс 74 в 1 мин. Арт.(ериальное) давл.(ение) 145/85. Леч. врач Кириллов». К слову, это последний с 1947 и до первых мартовских дней 1953 года случай, когда в медицинских документах вождя упоминается гипертония. Даже о начальной ее стадии в этот период речи ни разу не заходит. [b]29 СЕНТЯБРЯ 1947 ГОДА[/b]. После отдыха на курорте медицинские показатели Сталина заметно улучшаются: «Кровяное давление после ванной 135/75. Пульс после ванной 68 в 1 мин., ритм.(ичный). Тоны сердца отчетливы. Суставы не беспокоят. Самочувствие и настроение хорошее. Кириллов». [b]4 СЕНТЯБРЯ 1950 ГОДА[/b]. Сталину 71 год. «Пульс до ванной 74 в 1 мин. Кр.(овяное) давл. 140/80. После ванной пульс 68 в 1 мин., ритм. Арт. давл. 138/75. Тоны сердца стали лучше. Сон удовл.(етворительный). Кишечник регулярно. Общее состояние хорошее. Кириллов». [b]9 ЯНВАРЯ 1952 ГОДА[/b]. Сталину – 73. До смерти – чуть больше года. «Пульс 70, полный, правильный. Кров. давление 140/80…» И это, заметим, во время болезни гриппом! [b]«Это явление нас озадачило – как его объяснить?»[/b] Среди записей врачей, пытавшихся лечить Сталина в первые мартовские дни 1953 года, главное место занимают медицинский журнал, сутки за сутками подробнейшим образом отражавший развитие событий, анализы крови, производившиеся в специальной лаборатории, и, разумеется, акт патологоанатомов. Начнем с медицинского журнала, зафиксировавшего все происшедшее со 2 марта 1953 года, когда человек, еще накануне повелевавший судьбами мира, был обнаружен лежащим на полу в полубессознательном состоянии, до 5 марта, когда смерть Сталина приобрела абсолютно законченную физическую форму, плохо согласуется не только с официальными бюллетенями о состоянии здоровья вождя, но и с воспоминаниями тех, кто находился у его смертного одра. Составленный на основе исчерканных «черновиков», медицинский журнал вобрал в себя все сомнения лечащих врачей, так и не сумевших (или, что скорее всего, не посмевших) внятно истолковать ту медицинскую картину, которую они наблюдали в течение трех суток агонии Сталина. Впрочем, документ этот ценен еще и тем, что в нем просматривается явное стремление не упустить ничего хоть сколько-нибудь существенного. Именно благодаря этому обстоятельству современным специалистам сразу бросается в глаза, что отмеченные их коллегами 53 года назад симптомы с очень большой долей вероятности могут свидетельствовать об отравлении Сталина. Здесь и существенное повышение температуры тела, и судороги, и дрожание головы, и расстройства дыхания. Да и в списке «контрмер», призванных облегчить состояние вождя, присутствуют почти все возможные тагда рецепты борьбы с отравлениями: пузырь со льдом на голову, сладкий чай с лимоном, очистка желудка серно-кислой магнезией и т.д. Свидетелем этих безуспешных попыток помочь Сталину был Лаврентий Берия. «Реаниматолога Неговского и меня с аппаратурой для реанимации привезли на дачу Сталина 2 марта, – вспоминала впоследствии врач Чеснокова. – Когда мы расставляли аппаратуру, Берия громко и властно сказал: «Так… Сейчас вы будете рассказывать, что с собой привезли, что собираетесь делать, а я вас буду внимательно слушать…» Конечно, эту фразу Лаврентия Павловича можно расценивать двояко. Можно – как искреннее стремление верного ученика и соратника вернуть к жизни своего учителя. Но можно – и как желание хладнокровного убийцы устранить со своего пути все хоть сколько-нибудь возможные препятствия к уничтожению намеченной жертвы. [i]Как бы то ни было, записи медицинского журнала мы приводим очень подробно[/i]: [b]2 МАРТА 1953 ГОДА[/b] [b]7.00 [/b]АД 190/110, пульс 86 в мин., дыхание 30 в 1 м. [b]10.00[/b] Положен лед на голову. [b]11.00 [/b]Более выраженные двигательные беспокойства, левой рукой отталкивал пузырь со льдом. [b]12.45[/b] Температура 37,1. В. Иванов. [b]13.30[/b] Места от пиявок до сих пор понемногу кровоточат. (В 9 час. было поставлено 8 пиявок за уши.) Лукомский. [b]15.00 [/b]Дополнительно поставлены 4 пиявки на левый сосцевидный отросток. В. Иванов. [b]16.00 [/b](…) В 4-м часу дня проглотил 3 чайных ложки чая без поперхивания. Паралич правых рук и ноги остается. (…) Состояние больного по сравнению с состоянием в 7 час. утра стало еще более тяжелым… Третьяков, Куперин, Лукомский, Ткачей, Глазунов, В. Иванов. [b]18.30 [/b]Лед на голову пока отменен. (…) Начали давать перорально сладкий чай с лимоном. Больной получил 4 чайных ложки. Температура тела в правой подмышечной ямке 37,4°, а слева 37,6°. В. Иванов. [b]22.45[/b] Состояние тяжелое, больной открыл глаза и пытался разговаривать с тт. Маленковым Г. М. и Берия Л. П. (…) Больной сильно потеет. Температура 38°. [b]3 МАРТА 1953 ГОДА[/b] [b]7.10[/b] Больной беспокоен, после перемены подушек и питья воды с лимонным соком и глюкозой стал несколько спокойнее. [b]10 час. 30 мин.[/b] Консилиум Третьяков, Куперин, Коновалов, Мясников, Ткачев, Глазунов, Тареев, Филимонов, Лукомский, Иванов, Незнамов. По сравнению с последним консилиумом от 2 марта в 24 часа в состоянии больного произошло значительное ухудшение: угнетение сознания стало более глубоким, усилились нарушения дыхания, деятельность сердца слабеет. Консилиум считает состояние больного угрожающим. (…) Консилиум считает необходимым всем участникам в настоящее время находиться около больного. [b]13.30[/b] (…) После дыхания кислородом ритм дыхания становится более правильным и ровным. (…) Временами появляются проблески сознания, пытается что-то сказать, отдельное слово разобрать невозможно. Голову на подушке держит, глаза временами открывает, взглядом не фиксирует, при усилении дыхательных расстройств глазные яблоки производят колебательные движения то в вертикальном, то в горизонтальном направлениях. Зрачки узкие, реакция на свет вялая, правая носогубная складка опущена, язык не высовывает. Временами появляется двигательное беспокойство в левых конечностях (перебирание пальцами в воздухе, застывание поднятой руки, иногда хватательный рефлекс в левой кисти). [b]19.00[/b] Около 50 минут больной был без кислорода. Наблюдался кратковременный проблеск сознания, реагировал на речь товарищей. [b]24.00[/b] Резко усилились расстройства дыхания, доходя часто до угрожающего состояния – полной остановки дыхания. [b]4 МАРТА 1953 ГОДА[/b] [b]0.10[/b] (…) В начале первого часа ночи состояние больного стало крайне тяжелым вследствие часто повторяющихся остановок дыхания… Лукомский. В связи с крайним ухудшением, начиная с полуночи на 4 марта больному стали вводить инъекции кофеина. [b]6.30[/b] С [b]3.30 до 6 час. [/b]состояние дыхания было несколько лучше, чем в первом часу ночи, хотя периодически отмечались продолжительные паузы, проходившие после надавливания на грудную клетку. [b]7.35[/b] Дан кислород – синюшность несколько меньше. [b]8.00[/b] Резкий цианоз лица и конечностей. (Цианоз – посинение и почернение кожи и слизистых оболочек. Синюшная окраска кожи появляется при отравлении и некоторыми ядами – анилином, нитробензолом, бертолетовой солью и др., – так как из-за них гемоглобин крови превращается в так называемый метгемоглобин, имеющий темную окраску.) [b]14.00[/b] Больной вспотел (…) Дыхание улучшилось. Явления цианоза губ, лица и кистей рук уменьшились. Больной спокоен. ([i] C 15.00 и до 21.00, то есть целых 6 часов, дневник врачей почему-то не велся. Делались лишь общие обзорные заметки о состоянии пациента и процедурах[/i]. – [b]«ВМ»[/b]). [b]21.00[/b] (…) Сознание полностью отсутствует. Дыхание с частыми и длительными паузами – до 10 секунд пауза. [b]22.00 [/b](…) Значительное последовательное кровотечение после пиявок, особенно за правым ухом. [b]23.00 [/b]Прошедший час больной провел сравнительно спокойно, производя в общем впечатление спящего ровным сном (…) Больному было предложено 4 неполных ложечки раствора глюкозы, которые он проглотил путем несколько запоздалых, но отчетливых глотательных движений. [b]5 МАРТА 1953 ГОДА[/b] [i]С 1 часу до 3 часов ночи дневник опять почти не ведется. К этому времени поступили результаты очередных анализов крови и мочи. Заключение консилиума на 1 час ночи 5 марта предельно лаконично[/i]: «(…) При исследовании крови отмечено увеличение количества белых кровяных телец до 17 000 (вместо 7000–8000 в норме) с токсической зернистостью в лейкоцитах. При исследовании мочи обнаружен белок до 6 промилле (в норме 0)». [b]3 ч. ночи.[/b] (…) Печень остается увеличенной. ([i]Один из обязательных признаков сильного отравления[/i]. – [b]«ВМ»[/b]) [b]3 ч. 30 м.[/b] (…) В пальцах левой руки временами движения перебирания, в левой ноге стереотипные движения поднимания ее и отведения. Правые конечности неподвижны. Коновалов, Ткачев, Глазунов. [b]4.55.[/b] Появилась икота (2–3 раза). [b]6.00. [/b]У больного появилась икота (2–3 раза). [b]6.30. [/b]Снова появилась икота. В[b] 7.00 [/b]была икота, затем снова дыхательная пауза. Коллапс. Профузный пот. Дан кислород. В[b] 7.12[/b] дан кислород с несколькими глотками углекислоты. Цианоз нарастает. [b]7.20[/b] У больного наблюдалось двигательное беспокойство, он попытался вставать. Цианоз не исчезает. Обильный пот. Похолодания ног нет. [b]7.50[/b] (…) Икота. [b]8.00[/b] (…) Икота. [b]8.20[/b] Двигательное беспокойство. Позывы на рвоту. Рвота с кровью (рвотные массы темного цвета). Несколько приподняли верхнюю часть туловища и голову. Сделана инъекция кофеина (1 кб. см.). Состояние крайней тяжести. Больной открыл глаза. Резкий цианоз. Кровяное давление 170/110. Пульс – 110 в минуту, слабого наполнения. Рвотные массы посланы на анализ. [b]Из воспоминаний профессора А. Л. Мясникова[/b]: «[i]Утром пятого у Сталина вдруг появилась рвота кровью: эта рвота привела к упадку пульса, кровяное давление пало. И это явление нас несколько озадачило – как его объяснить? Все участники консилиума толпились вокруг больного и в соседней комнате в тревоге и догадках…»[/i] [b]8.27[/b] Снова рвотные движения. Под голову и верхнюю часть туловища подложена еще подушка. [b]8.30[/b] Пульс 104. Больной побледнел и вспотел… Дыхание неглубокое, 30 в минуту ([i]при норме 16–18 в минуту[/i]. – [b]«ВМ»[/b]), правильного ритма. [b]8.40[/b] Снова повторились рвотные движения… [b]8.45[/b] Кровяное давление 155/95. [b]8.50 [/b](…) Кровяное давление 145/90… Дыхание стало ровным, но поверхностным. [b]9.05 [/b]Снова позывы на рвоту… Кровяное давление 170/105. [b]9.25 [/b]Рвоты нет… [b]10.15[/b] Восстановилось ровное, глубокое дыхание. Изредка икота. Пульс 120 в минуту, число дыханий – 30 в минуту. В 10 час. температура 36,8°. Глазунов. [b]10.50 [/b]Появилась икота, которая затем быстро прекратилась. [b]11.08[/b] Небольшой кашель… [b]11.14[/b] Икота. [b]11.20[/b] Кашель, рвотные движения, пульс стал очень слабым. Головной конец тела приподнят – подложены дополнительные подушки. Под кожу введен 1 кб. см кофеина и кб см кардиозола. [b]11.30[/b] Внезапно наступили позывы на рвоту. Состояние больного сразу ухудшилось. Наступило резкое побледнение лица и верхнего отдела туловища. (…) Наблюдалось легкое движение головы, 2–3 тикообразных подергивания в левой половине лица и судорожные толчки в левой ноге. [b]11.40 [/b](…) Позывов на рвоту нет. [b]11.45 [/b]Восстанавливается дыхание, оно становится более глубоким и ровным. Лицо покрыто потом. Кожные покровы бледноваты, губы и кисти рук (особенно ногти) цианотичны. Глазунов. [b]Заключение консилиума 5 марта в 12 час. Дня[/b] (…) В начале девятого у больного появилась кровавая рвота… которая закончилась тяжелым коллапсом, из которого больного с трудом удалось вывести. В 11 час. 30 мин. после нескольких рвотных движений вновь наступил коллапс с сильным потом, исчезновением пульса на лучевой артерии; из коллапса больной был выведен с трудом… [b]12.00 [/b](…) Наблюдается дрожание головы. [b]12.10[/b] Вновь появилась икота на короткое время. [b]12.15 [/b](…) Икоты нет… [b]12.30 [/b](…) Временами дрожание головы. [b]12.40[/b] Снова наблюдается икота. [b]12.55[/b] Икота. [b]14.35[/b] Икота (2 раза). [b]14.55 [/b]Поднес левую руку к губам, шевелил губами, выпил 2 чайных ложки воды. [b]16.00[/b] (…) Живот более вздут, чем обычно. [b]17.00[/b] (…) Иногда икота (2–3 раза). [b]18.00[/b] (…) Один раз была икота. Издавал 3 раза звуки стона. [b]19.40[/b] Кровяное давление 150/100. Ткачев. [b]20.10[/b] (…) Коматозное состояние… Потливость общая, резкая. Неполное смыкание век. (Кома – угрожающее жизни состояние с отсутствием сознания и реакций на любые внешние раздражители обусловлено нарушением кровообращения в головном мозге и (или) токсическим повреждением клеток центральной нервной системы). [b]21.10[/b] Резкий цианоз лица. Кожа влажная. (…) Живот вздут… [b]21.30[/b] Резкая потливость. Больной влажный. Пульс нитевидный. Цианоз усилился. [b]21.40[/b] Карбоген (4,6% CO2) 30 секунд, потом кислород. Цианоз остается. Пульс едва прощупывается. Больной влажный. Дыхание учащенное, поверхностное. Повторен карбоген (60 CO) и кислород. Сделаны инъекции камфары и адреналина. Искусственное дыхание. [b]21.50[/b] Товарищ И. В. Сталин скончался. Подписи: Третьяков, Лукомский, Тареев, Коновалов. Мясников, Филимонов, Глазунов, Ткачев, Иванов. [b]Ищите женщину[/b] Цитируемый нами медицинский журнал содержит и много других интереснейших записей. Особенно примечательны те из них, что касаются уколов, сделанных Сталину буквально в последние минуты его жизни. В «Папке черновых записей лекарственных назначений и графиков дежурств во время последней болезни И. В. Сталина» имеется «Предписание о процедурах на 5–6 марта 1953 г». Выполнять его должны были медсестры Панина, Васина, Демидова и Моисеева. 5 марта в 20 часов 45 минут последняя ввела умирающему инъекцию глюконата кальция – это был первый и последний укол глюконата кальция, сделанный Сталину за все время лечения его последней болезни. Спустя час и пять минут та же Моисеева распишется в том, что ввела пациенту инъекцию адреналина, тоже первую за все время лечения. И – уже самую последнюю для Сталина: через несколько секунд после этого он скончался. Понимала ли медсестра, что вождю в его и без того плачевном состоянии адреналин, вызывающий спазмы сосудов, абсолютно противопоказан? Ответа на этот вопрос мы, очевидно, не получим уже никогда. Впрочем, он не так уж и важен. Ведь план операции «Гамлет», если таковая действительно была осуществлена, явно исключал какие бы то ни было случайности, тем более – в виде проблесков гуманистического сознания у отдельных исполнителей воли главного ее разработчика. [b]«Множественные мелкие черно-красные точки, легко снимающиеся ножом»[/b] Ни один из опрошенных автором этого материала специалистов-медиков не пожелал выступить с публичным комментарием обнародованных выше документов, назвав при этом свое имя. Это обстоятельство, с одной стороны, может послужить поводом для очередной дискуссии на тему о невероятной живучести выпестованного Сталиным страха, продолжающего терзать наших сограждан и спустя много лет после того, как бояться вроде бы стало нечего. Впрочем, сказанного специалистами на условиях анонимности вполне достаточно для того, чтобы сделать вывод о том, что Хозяин, скорее всего, был отравлен ядом природного, органического, белкового происхождения. Отравляющие вещества такого рода содержатся в выделениях змей, пауков и скорпионов, а также в некоторых видах растений и бактерий и способны поражать лимфатические узлы, головной мозг и другие органы человека. Примечательны в этом смысле результаты предсмертных анализов крови, мочи и рвоты Сталина. Принося читателям извинения за натуралистические и потому малоприятные подробности нашего расследования, мы в то же время просим учесть, что в данном случае обойтись без них совершенно невозможно. Попутно отметим, что все анализы производились без указания в бланках фамилии Сталина и выписывались на имя начальника его выездной охраны Ивана Хрусталева (не путать с однофамильцем – водителем Лаврентия Берии). Согласно официальной версии, именно Иван Хрусталев был последним человеком, который видел Сталина в дееспособном состоянии: было это ранним утром 1 марта 1953 года, когда с «ближней дачи» в Кунцево разъезжались ночные гости вождя – Хрущев, Маленков, Булганин и Берия. Вскоре после смерти Сталина Хрусталев был арестован, однако дней через 10 – отпущен. Спустя примерно неделю после этого бывший начальник выездной охраны Сталина, до того отличавшийся отменным здоровьем, неожиданно скончался при неизвестных обстоятельствах. [b]Но обратимся к «Исследованию крови № 14966», датированному 5 марта 1953 года[/b]: «Гемоглобин по Сали – 83 Эритроциты – 4740000 (в норме) Цветной показатель – 0,88 Лейкоциты – 21.000 (При норме 5000–8000) Лейкоцитарная формула: Лимфоциты – 4,5% (При норме 22–30%. Резкое уменьшение лимфоцитов означает опасное снижение защитных функций организма и свидетельствует о проникновении токсинов, т. е. отравляющих веществ природного происхождения. – «ВМ») Моноциты – 10,5% (При норме 4–8%. Дополнительное подтверждение наличия в организме токсинов. – «ВМ») Клетки Тюрка – 0% (При норме 0–1%) Базофилы – 0% (При норме 0–1%) Эозинофилы – не найдены (При норме 1–4%. Способны обезвреживать токсины. – «ВМ») Нейтрофилы – 85% (При норме 55–68%. Рост числа нейтрофилов, является, пожалуй, главным доказательством наличия в организме токсинов. Именно нейтрофилы способны поглощать токсины и вообще мелкие инородные тела. Токсины – сложные соединения белковой природы бактериального, растительного или животного происхождения, ведущие к летальному исходу. Показатель нейтрофилов на бланке исследования подчеркнут синим карандашом. – «ВМ») Классификация нейтрофилов по Шиллингу: Миэлоциты – 0% (При норме 0%.) Юные – 0% (При норме 0%). Палочко-ядерные – 18% (При норме 2–5%. Этот показатель тоже подчеркнут синим карандашом – «ВМ») Сегментно-ядерные – 67% (При норме 50–68%). Особые замечания. В части нейтрофилов имеется токсическая зернистость. Лаборант Виноградов(а)». Очевидно, именно эти «Особые замечания» и заставляли «участников консилиума толпиться вокруг больного в тревоге и догадках…» Нетрудно представить себе и то, о чем именно догадывались медицинские светила: ведь не могли же они в самом деле не заметить этой «токсической зернистости». Наверняка заметили. Но, напуганные набиравшим обороты в эти же дни «делом врачей» предпочли смолчать, не развивать тему, смертельно опасную уже не только для Сталина – для них самих. Между тем то, что установила в своих анализах «Центральная клинико-диагностическая лаборатория Лечебно-санитарного управления Кремля», подтвердило и вскрытие тела вождя, производившееся в присутствии вышеупомянутого Ивана Хрусталева с 4 часов утра до 1 часа дня 6 марта 1953 года. Главная сенсация состояла в том, что патологоанатомы не нашли в легких Сталина никаких «воспалительных очагов», о которых громогласно объявляли официальные сводки. Зато они обнаружили нечто другое – то, о чем ни в каких сводках никогда не упоминалось: весь желудочно-кишечный тракт усопшего был будто посечен дробью. «Содержимое желудка, – отмечалось в заключении, – представляет собой черного цвета жидкость в количестве 200 кб. см. На слизистой желудка обнаружены множественные мелкие черно-красные точки, легко снимающиеся ножом. По удалении их на слизистой желудка обнаруживаются мелкоточечные углубления. Слизистая желудка сглажена. Такого же характера изменения обнаружены на слизистой двенадцатиперстной кишки. На вершине складок верхнего отдела тощей кишки в слизистой оболочке обнаружены мелкоточечные кровоизлияния. Такие же кровоизлияния кое-где встречаются и на протяжении всего тонкого кишечника. В просвете верхнего отдела тонкого кишечника обнаружена густая темно-зеленого цвета масса, приобретающая на остальном протяжении кишечника черную окраску. Слизистая тонкого кишечника местами интенсивно окрашивается этой полужидкой массой в черный цвет…» [b]Четыре «Истории болезни»[/b] Оформить «Историю болезни, составленную на основе журнальных записей течения болезни И. В. Сталина», было поручено профессору Лукомскому. В процессе работы он многократно переписывал некоторые места этого документа, меняя отдельные формулировки. Например, отражая события 5 марта 1953 года профессор первоначально записал: «У больного повторно наблюдались явления острой сердечно-сосудистой недостаточности (коллапс), которые до некоторой степени зависели от желудочного кровотечения (еще один симптом сильнейшего отравления. – «ВМ»)… Лукомский». Несколько позже последняя формулировка была изменена Лукомским на: «до некоторой степени могли зависеть от желудочного кровотечения». В третьей редакции профессор вообще зачеркнет слова «могли» и «до некоторой», а вместо них напишет: «в значительной степени зависели от желудочного кровотечения». Однако в июле 1953 года, уже после ареста Берии, консилиум врачей поправил коллегу, утвердив следующий текст: «5 марта 1953 года у больного развились повторные явления коллапса, которые до некоторой степени зависели от желудочного кровотечения». Далее в том же тексте вместо написанного Лукомским предложения: «Однако артериальное давление продолжало оставаться на высоком уровне до наступления 5 марта коллапса в связи с желудочным кровотечением», появилось следующее: «Однако артериальное давление продолжало оставаться на высоком уровне до 5 марта, когда наступил коллапс». Была вычеркнута из третьей, июльской редакции «Истории болезни» и первоначально содержавшаяся в ней фраза о том, что «желудочное кровотечение способствовало возникновению повторных приступов коллапса, которые закончились смертью». Вообще, множественные переписывания и исправления этого места свидетельствуют о том, что согласия между врачами не было до самого конца. Быть может, именно поэтому датированный июлем 1953 года третий вариант «Истории болезни» не подписал ни один из них… Сказать же, когда членами консилиума был завизирован 4-й, окончательный, вариант «Истории…», содержащий уже только самые нейтральные формулировки, вообще не представляется возможным. Видимо, из-за этого и жив до сих пор слух, согласно которому эта версия документа был подделана в значительно более позднее время. [b]«У меня есть предложения по использованию некоторых новых веществ»[/b] И еще много, очень много загадочных и странных событий можно прочно увязать со смертью Сталина. В частности, незадолго до этого события с ведома Лаврентия Берии, за «злоупотребление служебным положением» и «незаконное хранение сильнодействующих веществ» был арестован полковник Госбезопасности Григорий Моисеевич Майрановский, начальник специальной лаборатории ядов (была, оказывается, и такая), находившейся в Варсонофьевском переулке. Едва очутившись в тюрьме, он начинает забрасывать своего шефа покаянными письмами. Пишет даже и после того, как арестовывают самого Берию, пишет, просто не зная об этом. Смысл писаний таков: виноват, сила моих ядов оказалась недостаточной, но – искуплю, торжественно клянусь исправиться. Характерная цитата из письма полковника (27 апреля 1953 года): «Я обращаюсь к вашему великодушию: простите совершенные мною преступные ошибки. (…) У меня есть предложения по использованию некоторых новых веществ: как ряда снотворного, так и смертельного действия – в осуществление этой вполне правильной Вашей установки, данной мне, что наша техника применения наших средств в пищевых продуктах и напитках устарела и что необходимо искать новые пути воздействия через вдыхаемый воздух…» А эта – из протокола допроса Майрановского (23 сентября 1953 года): «Мы яды давали через пищу, различные напитки, вводили яды при помощи уколов шприцем, тростью, ручкой и других колющих, специально оборудованных предметов. Также вводили яды через кожу, обрызгивая и поливая ее…» Возможно, сами по себе признания эти стоят не слишком дорого: зная о том, какими методами велось в те годы следствие, можно предположить, что полковнику Майрановскому просто очень не хотелось становиться калекой (в итоге, по данным специалистов общества «Мемориал», отбыв в 1961 году полученный срок, он вышел из тюрьмы и спустя три года умер в Махачкале). Но – вот свидетельство другого старого чекиста, Наума Эйтингона, как-то раз присутствовавшего «при производстве опытов в лаборатории Майрановского» и наблюдавшего за «впрыскиванием четырем подопытным жертвам яда кукарина». «Яд, – бесстрастно констатировал сотрудник спецслужбы, – действовал почти моментально…» [b]Поздно пить «Боржоми»[/b] И последнее. Общеизвестным и не подвергаемым сомнению фактом является то, что 2 марта 1953 года Сталин был найден лежащим у стола, на котором стояли бутылка минеральной воды и стакан. Спустя всего несколько месяцев после этого – 8 ноября 1953 года – Санитарное управление Кремля решило передать для музея Сталина «медикаменты и три бутылки из-под минеральных вод». Передача состоялась на следующий же день, но бутылок, вопреки заявленному намерению, оказалось всего две. Куда и почему подевалась третья, никто не знает. [b]«НЕКИЙ ТОКСИЧЕСКИЙ ФАКТОР, ВОЗМОЖНО, ПРИСУТСТВОВАЛ» ГЛАВНЫЙ СУДМЕДЭКСПЕРТ МОСКВЫ ВЛАДИМИР ЖАРОВ – «ВЕЧЕРНЕЙ МОСКВЕ»[/b] Основываясь на виденных мною материалах, могу сказать, что исключать отравление Сталина нельзя. Некий токсический фактор, возможно, действительно присутствовал. Это мог быть яд не разъедающего действия, а, допустим, вызывающий поражение дыхательной, сосудодвигательной функций. В пользу версии об отравлении говорит и массивное кровоизлияние в полость желудочно-кишечного тракта из-за нарушения проницаемости стенок сосудов. Отмеченное у Сталина увеличение печени также может быть связано с токсическими воздействиями. На определенные мысли наводит и отмеченный у Иосифа Виссарионовича лейкоцитоз. Дело в том, что если в организм попадают бактериальные или токсические элементы, то лейкоциты, лимфоциты и нейтрофаги начинают размножаться и «съедают» их. В этом случае действительно наблюдается такое явление как токсическая зернистость. Однако в имеющихся материалах недостаточно все-таки оснований, чтобы однозначно сделать вывод об отравлении И. В. Сталина. [b]«ОТ ЭТИХ МАТЕРИАЛОВ НИКОМУ НЕ ОТВЕРТЕТЬСЯ» БЫВШИЙ ПРЕДСЕДАТЕЛЬ КГБ СССР ВЛАДИМИР КРЮЧКОВ – «ВЕЧЕРНЕЙ МОСКВЕ»[/b] Обнародованные «Вечерней Москвой» документы о смерти Сталина – конечно, очень сильный материал. Убедительный. Хотелось бы, чтобы после публикации этих ошеломляющих материалов высказались видные специалисты и вообще все, кто имеет к этому серьезное отношение. Впервые материалы о последней болезни и смерти Сталина настолько значительны, что теперь от них уже никто не сможет отвернуться. Наконец-то сделан в нужном направлении очень нужный первый шаг, такой шаг, от которого не отвертишься. Теперь ни один уважающий себя историк или политик не сможет не иметь этого в виду. Этот шаг примечателен тем, что впервые позволяет перейти от исследований воспоминаний, слухов и предположений к исследованию подлинных документов.

Новости СМИ2

Ольга Кузьмина  

Москва побила температурный рекорд. Вот досада для депрессивных

Анатолий Сидоров 

Городу нужны терминалы… по подзарядке терпения

Виктория Федотова

Кто опередил Познера, Урганта и Дудя на YouTube

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

В чьей ты власти?

Дарья Завгородняя

Дайте ребенку схомячить булочку

Полина Ледовских

Трудоголиков домашний очаг не исправит

Оксана Крученко

Ради безопасности детей я готова на все. И пусть разум молчит