втр 15 октября 02:38
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Главнокомандующий меня назначил…

Главнокомандующий меня назначил…

Объект обследования — премьер

[i]Политолог и психолог сошлись в диалоге, чтобы обсудить вопрос о политическом и психическом здоровье отечественных харизматов — действительных и мнимых, последних, кстати говоря, больше. Критерий политического здоровья — какие цели ставит перед собой и чему служит харизмат или полухаризмат: гражданам, стране, государству или исключительно своей личной власти, своему карману. В первом случае это политический человек, во втором случае политикан или, как сочно называют его в Латинской Америке, политикастро. Руководители высших государственных рангов во всех высокоразвитых странах обязательно проходят специальное медицинское, в том числе психологическое и психиатрическое, обследование. Пора и в нашей стране, как показывает печальный опыт правления Бориса Николаевича Ельцина и его соратников, достаточно серьезно отнестись к анализу психики, точнее, важных особенностей психологии кандидатов на высшие государственные посты, равно как проверить состояние тех, кто эти посты сегодня занимает. Итак, авторы приступают к обследованию… [/i] [b]Политолог: [/b]«Главнокомандующий меня назначил… Я как офицер, не обсуждая, принял назначение…» Вряд ли можно придумать, изобрести лучшую самооценку нового председателя правительства Владимира Владимировича Путина, чем эта сентенция. Сразу приходит в голову нечто юмористическое. Например, знаменитый рефрен отца Федора: не корысти ради, а токмо по воле пославшей мя жены. Боюсь утверждать, но все-таки мне кажется, что за всю историю России да и других государств впервые руководитель правительства представляет себя подобным образом. Ну, конечно, скромность, мол, не подсиживал Сергея Степашина, не рвался к этому посту. Но, с другой стороны, дал согласие — неужели только потому, что вызвали, предложили, назначили. Ведь не на должность оперуполномоченного или помощника мэра, или даже председателя ФСБ. Тут, казалось бы, надо примерить свои силы, знания, возможности не только к новому креслу, а к тому гигантскому и невероятно трудному, что связано с ним в нынешних драматических условиях России. Надо решиться взвалить на свои плечи такой груз: кризисная экономика, беспомощный бюджет, бедность и нищета народа, региональные войны. [b]Психолог: [/b]В психологии существует понятие адекватности, соответствия кандидата, отбираемого на ту или иную деятельность, на какие-то конкретные должности. Соответствие по уровню знаний, развития, интеллекта, профессиональной подготовки и опыту. Рассмотрим его послужной список. Студент юрфака, сразу начавший сотрудничать с органами государственной безопасности. Кем? Можно без труда догадаться. Он еще не имеет образования и не может стать кадровым офицером, стало быть кто — осведомитель? После окончания университета он занимает рядовые должности в Управлении государственной безопасности по Ленинграду и Ленинградской области. Далее неожиданный прыжок в сторону: Путин — директор Дома немецкосоветской дружбы в Лейпциге, по существу, директор провинциального дома культуры. Возвращение в Ленинград и уход в действующий резерв. По всей видимости, в госбезопасности посчитали, что Владимир Владимирович по своим способностям, навыкам и умениям достиг предела и повышать его в системе дальше некуда. Его назначают на должность проректора по международным связям Ленинградского университета. Ни ученых степеней, ни ученых званий, административная работа по отбору, подбору и оформлению разрешительных документов на выезд сотрудникам университета и организация приема иностранных делегаций. Здесь он знакомится с Анатолием Собчаком, входит в команду Собчака перед первыми выборами, проходит весь путь, пока Собчак — мэр, вместе с ним, становится вице-мэром. А затем блистательно проваливает избирательную кампанию А. Собчака на следующих выборах мэра. После этого неожиданным образом перебирается в Москву и становится заместителем управляющего делами в администрации президента, фактически хозяйственным работником. Я не знаю, имел ли Путин какое-то отношение к делам «Мабетекса» или чего-то еще, но, выполняя функции заместителя Павла Бородина, безусловно должен был знать обо всех этих делах. И вдруг через полгода он получает неожиданное назначение, становится начальником контрольно-ревизионного управления в администрации президента, еще через полгода — директором Федеральной службы безопасности, потом по совместительству руководителем Совета безопасности и, наконец, премьером, причем предлагается стране также в качестве будущего президента России. [b]Политолог: [/b]Что и говорить, карьера беспрецедентная. Есть ли основания для такого взлета? Вероятны по меньшей мере два объяснения. Первое — мы имеем пример совершенно уникальной личности, яркого таланта организатора, управленца, думающего бюрократа, мыслителя, может быть. Второе — это счастливчик Джим, меченый атом истории, как я люблю говорить. Кто-то оттуда, сверху, распорядился. Так некогда молодой человек из бедной семьи далекого Симбирска стал руководителем великой державы, а сын грузинского сапожника и гулящей женщины возглавил крупнейшую империю мира. Может, и здесь, с Путиным, судьба играла человеком. Но все-таки если приглядеться, то ни та, ни другая модель не подходят. Есть третий вариант, который, увы, становится главным, магистральным путем карьеры в нынешних условиях России: сумел войти в доверие к Семье и, как сам наш герой сказал, к верховному главнокомандующему лично, невероятным образом обнаружил свою преданность и готовность выполнить любой приказ. Стало быть, Путин это не столько сам Путин. Это абсолютно ситуативный лидер. Как говорят политологи — флюгерный лидер. Именно наше больное время изрядно потрудилось над тем, чтобы человек пошел в гору. [b]Психолог: [/b]Хочу зацепиться за фразы, которые вы употребили: «войти в доверие» и «продемонстрировать преданность» (слово «преданность» подчеркиваю) Семье. Дело в том, что основной задачей любого низового оперативного работника государственной безопасности и является войти в доверие к людям, расположить их к себе, но только с тем, чтобы потом их предать. И все, что он, войдя в доверие, узнал, передать в систему госбезопасности. Поэтому вот слова «преданность» и «предательство» созвучны между собой, я бы здесь это отметил. Что же — он будет предан Семье до конца или он, войдя сейчас в доверие, в какой-то момент предаст Семью? Просчитывала ли Семья и такой вариант? [b]Политолог: [/b]Я бы не торопился говорить о предательстве. Предавал ли он кого-либо или, напротив, верно служил — это еще вопрос. Я полагаю, что возвращение Анатолия Собчака, довольно неожиданное, это некий симптом как раз преданности Владимира Владимировича, поскольку Собчак вряд ли так смело и неожиданно вернулся бы в Россию, если бы не получил очень надежных гарантий. А гарантии мог дать только человек, занимавший пост председателя ФСБ, руководителя Совета безопасности. Но дело даже не в должностях, главное — приближенное лицо. [b]Психолог: [/b]Собчаку, подозреваемому в коррупции… [b]Политолог: [/b]Не более чем многие другие… [b]Психолог: [/b]И не менее… Скажи мне, кто твои друзья… [b]Политолог: [/b]Ну с друзьями нет вопроса: Березовский, Абрамович, Волошин, Юмашев, наконец, Татьяна Борисовна и, судя по теплоте последней встречи в Кремле, — сам президент. Значит, «предан без лести», как некогда Аракчеев Александру I — тоже либеральному царю. [b]Психолог: [/b]Изгнавшему, кстати говоря, тогда же Сперанского — этого духовного предшественника Е. Примакова. [b]Политолог: [/b]Мы куда-то уходим в дебри, хотя говорено было: аналогии в истории опасны… [b]Психолог: [/b]Но поучительны… [b]Политолог: [/b]Были и другие преданные службисты, например Николай Ежов, Николай Щелоков… [b]Психолог: [/b]Не будем искать слишком близко, это действительно опасно, время изменилось, изменились и персонажи. [b]Политолог: [/b]Государственная дума РФ легла под президента — благо он находится в прекрасной форме: пульс 64, давление 120 на 80. Давления, собственно, не понадобилось. Депутаты еще до встречи с Владимиром Путиным в Госдуме объяснились о своем тотальном расположении к нему. Никто больше не требовал изложения правительственной программы, никто не спрашивал, почему убрали Сергея Степашина. Никто не интересовался мыслями самого претендента — как он собирается вытаскивать экономическую телегу из ямы, в которую ее обрушил дефолт. Президент указал, Дума приговорила. Правда, нашлось несколько депутатов, которые воздержались от голосования, пряча фиги в задних карманах (чтобы не обнаружили, не дай бог). Измордованная постоянной угрозой роспуска, частыми сменами правительства, обескураженная провалом импичмента и, главное, снедаемая страстным желанием депутатов сохранить свои места, Дума наглядно показала, как еще далеко ей до парламента. Это живой рецидив покорности советских слуг народа, а не защитников интересов избирателей. [b]Психолог: [/b]Президент играет с депутатами, как кошка с мышкой, и хотя мышек много, страшнее кошки зверя нет. [b]Политолог: [/b]А герои Думы, убегая от президента, думают: не слишком ли быстро мы бежим… [b]Психолог: [/b]Что касается здоровья президента, то можно только порадоваться показателям его пульса и давления. Однако внушают опасения некоторые отклонения от нормы в области психики. Пять безмотивных смен руководителей правительства в течение полутора лет — это уже не только политический, а медицинский факт. Резкие вспышки раздражения. И произвол. По самым малым поводам. Только в случае с Сергеем Кириенко была очевидная причина — дефолт. А Примаков? А Степашин? Заподозрив в симпатиях к «Отечеству», он изгнал их без выходного пособия. А это явный показатель неадекватности Бориса Николаевича, несмотря на ровную пульсацию сосудов. [b]Политолог: [/b]Почему Владимир Путин — на этот вопрос устроители даже не пытаются ответить. Если речь идет о войне на Кавказе, то именно Степашин был более серьезным специалистом в этом вопросе. И его-то и убрали в самый острый момент конфликта. Если нужен человек для переговоров с МВФ, то, конечно же, это не В. Путин с его суровым, приказным стилем «силовика». Если же речь идет об экономической реформе, то из последней гоголевской тройки премьеров явное превосходство у Е. Примакова. Тогда остается одно: Путин сегодня угоден президенту и его окружению. Эта странная, эта непомерная страсть к власти, к командованию другими людьми, к возвышению над ними — не превосходство духа и интеллекта, а грубой силы. Президент явно наслаждается, когда легким щелчком выбрасывает со своих постов премьеров, министров, генпрокуроров, генералов. Не следует ли ввести в психиатрию такое понятие: харизматическая паранойя, сверхсексуальное удовлетворение посредством причинения боли вчерашнему другу, соратнику, брату? И низведение высших лиц в государстве до уровня простых приказчиков. Поди, подай, пошел вон! [b]Психолог: [/b]В психиатрии есть понятие маниакальной шизофрении. Когда человек поглощен одной страстью, одной идеей и теряет самоконтроль. Назначение последних премьеров, особенно Владимира Путина, — это куплеты из этой песни. Конечно, это можно назвать и иначе, применительно к русскому характеру: куда хочу, туда и ворочу. Харизмат шалеет от безответственности и безнаказанности. [b]Политолог: [/b]Но вернемся к новому выдвиженцу. [b]Психолог: [/b]Да, Путин производит впечатление — на слове «производит» я делаю акцент — человека неглупого, сдержанного и профессионально умеющего расположить к себе собеседника. Кроме того, человека очень осторожного. Прекрасно. Но уровень его возможностей все равно должен соответствовать уровню второго лица в государстве. Имеются ли у Путина скрытые резервы в характере и интеллекте, чтобы перескочить в одночасье все должностные ступеньки, побыв (не поработав) короткое время на разных управленческих должностях, возглавить правительство, а тем более через год возглавить страну? [b]Политолог: [/b]Здесь я бы попытался вывести некую социологическую кривую о наших премьерах. Виктор Черномырдин, Сергей Кириенко, Евгений Примаков, Сергей Степашин. Достаточно назвать этот ряд, чтобы однозначно прийти к выводу, что новый премьер плохо смотрится в сравнении с предшественниками. Кривая явно идет на убывание или даже падает куда-то, может, не в пропасть, но вниз. В этом ряду обращает на себя внимание еще одно крайне важное обстоятельство. Три последние фигуры — Примаков, Степашин, Путин — из специальных служб. [b]Психолог: [/b]На протяжении всей советской истории шла скрытая, подспудная, а временами открытая и жестокая борьба за власть и влияние между партией и органами безопасности — ЧК, ГПУ, НКВД, КГБ, ФСБ. Была такая фраза: органы безопасности вышли из-под контроля партии. Так во времена Хрущева писали о периоде истории 30-х годов, когда «органы» катком прошлись по телам всей партийной элиты. [b]Политолог: [/b]В наше время эта борьба не прекратилась, а приобрела новые формы и обрядилась в новые одежды. Партия раскололась и выжила в виде сравнительно небольшой группы осколков номенклатуры, которые в двадцать раз меньше по составу, чем это было в прошлом. Что касается спецслужб, то после некоторого потрясения в момент их насильственной эволюции от одного лидера к другому они не только выжили, но, я бы сказал, укрепили свое влияние. Легко понять почему. Эти органы не только у нас, а во всем мире представляли и представляют некое тайное братство. Это нечто значительно большее, чем просто государственное учреждение. Это родственная близость людей — возможно, служебная, культурная, но в еще большей степени близость, присущая всем тайным обществам. Структуры могут распасться, а отношения, чувство локтя, общей ответственности, в хорошем случае — ответственности за безопасность государства, в плохом — за свое выживание, сохраняются всегда. Я не буду указывать пальцем, но перед моими глазами сейчас десятки людей на очень высоких должностях в государственном аппарате, в средствах массовой информации, в бизнесе, которые до сих пор принадлежат к этому братству. И вот происходит нечто беспрецедентное. Подряд три премьера приходят оттуда. [b]Психолог: [/b]Был, правда, и раньше прецедент, когда лидером страны стал бывший председатель КГБ Юрий Андропов. Но сам Андропов до этого прошел огромную школу — комсомольскую, партийную, работал послом, секретарем ЦК, почти двадцать лет участвовал в принятии всех важных решений. Он как бы совмещал в себе оба начала — партийное и силовое. [b]Политолог: [/b]Но даже тогда очень многие специалисты — меньше в нашей стране, больше за рубежом — выражали удивление: как это, из такого угла и в генеральные секретари. Поэтому понять, что стоит за цепочкой премьерских назначений людей из специальных ведомств в наше безмерно демократическое время, дело крайне важное и, вероятно, сложное. [b]Психолог: [/b]Андропов — это уникальный пример. [b]Политолог: [/b]И неповторимый, я согласен. Это была уникальная личность, возможно, несостоявшийся русский Дэн Сяопин. Странно подумать, что вся история России могла пойти по другому руслу, проживи он еще лет пять. [b]Психолог: [/b]И не было бы ни распада СССР, ни крушения наших союзов, ни натовского беспредела. [b]Политолог: [/b]Но не было бы и свободы писать о руководителях то, что мы сейчас пишем. [b]Психолог: [/b]Владимир Путин повторяет лозунг Андропова: дисциплина и порядок. Но в отличие от него просто не замечен в каком-либо интересе к экономическим проблемам. Работа у Павла Бородина — это завхоз в большом государственном хозяйстве, а не в рынке. Любое государство вообще и государство, которое мы начали сейчас строить, имеют как бы три уровня власти: власть политическую, власть экономическую и аппарат принуждения, к которому относятся и спецслужбы. Что касается Юрия Андропова, то мы должны отметить, что он удачно сочетал в себе опыт и знания всех трех уровней: занимал и высший политический пост, и высшую должность в спецслужбах, и имел безусловный опыт экономической деятельности. [b]Политолог: [/b]Правда, мне вспоминается замечание, которое высказывал Никита Хрущев и на которое Юрий Владимирович изрядно обижался. Выдвигая Андропова как быстрорастущего работника, Никита Сергеевич замечал: жаль, что он не знает экономики. [b]Психолог: [/b]Ну со времени этого замечания прошли почти два десятилетия правления Брежнева, и Андропов приобрел достаточный багаж экономических знаний, чтобы возглавить государство. Что касается сегодняшних представителей спецслужб на посту руководителя правительства, то мы должны отметить, что Евгений Примаков, пройдя все ступени административной лестницы и будучи и руководителем спецслужбы, и руководителем Министерства иностранных дел, обладает, безусловно, серьезными экономическими знаниями и имеет ученую степень именно в области экономики. [b]Политолог: [/b]Он ведь был и руководителем экономического отделения Академии наук СССР. [b]Психолог: [/b]Да, я согласен с тем, что спецслужбы имеют особую силу и что это особое братство. Каждый вид деятельности, каждая профессия привлекают к себе людей определенного типа. Делают это и спецслужбы. И в этом отношении Владимир Путин не является исключением. Характерологически он полностью вписывается в эту среду и соответствует общим типологическим особенностям представителя спецслужб. Но здесь ведь речь идет не только о типологии, не только об особенностях личности, а об уровне личности, опыте и уровне знаний. Повторяю, служебный путь Владимира Путина необычайно скромен. И взлет его, и его кратковременное пребывание на высших государственных должностях совсем не означают, что он приобрел управленческий опыт, экономические знания или большой опыт в политической деятельности. Я сомневаюсь в том, что при любых самых высоких способностях и одаренностях Путин за один год, к тому же насыщенный избирательными страстями, окажется готов возглавить огромное государство и соответствовать внешнеполитическим требованиям, международному уровню, направлять внутреннюю политику. [b]Политолог: [/b]Назначение преемника — это отдельный сюжет. Он собственно больше касается не Путина, а Бориса Ельцина. В сущности, это тоже факт медицинский, а не политический. Какие права имеет нынешний президент, чтобы назначать своего преемника? Да никаких. Кстати говоря, даже советские руководители, которые располагали колоссальной властью и огромным авторитетом по крайней мере в рамках партии, не рисковали публично да и тайно называть кого-то в качестве преемника. Ленин, как известно, в своем завещании не только не назвал какого-то конкретного деятеля, а, напротив, выдал негативные характеристики всем возможным харизматам — и Сталину, и Троцкому, и Бухарину, и Зиновьеву, и Каменеву. Сталин при наступающей старости, дряхлости стал испытывать какую-то злую ревность к возможным преемникам. Известно, что он практически обрек на заклание Молотова, Микояна, Ворошилова. Только Брежнев с обычной своей вальяжностью как будто бы называл тайно Черненко в качестве своего преемника. [b]Психолог: [/b]Насколько это было удачно, нам показали по телевидению, когда Черненко, поддерживаемый сзади ассистентами, пробормотал свое известное и живущее доныне «все хорошо». [b]Политолог: [/b]И вдруг в условиях демократии, пускай ущербной, но знающей процедуру президентских выборов, действующий президент, к тому же утративший почти полностью свое оперение, называет малоизвестного политика преемником. Шутка, как говаривал Юрий Никулин. Или, напротив, намек на то, что и этот разделит судьбу тех, кому обещали долгую политическую жизнь, — Чубайса, Немцова… Почему президент пошел на этот рискованный шаг, можно только догадываться. [b]Психолог: [/b]Возможно, какой-то приговор врачей, хотя никто об этом пока из специалистов не говорил. Или Семья лихорадочно ищет человека в качестве самого надежного ангела-хранителя на случай… Но так или иначе, говоря словами классика, этот политический жест смеху подобен. [b]Политолог: [/b]Сможет ли Путин профессионально участвовать в обсуждении бюджета, предвидеть уровень инфляции, продумать необходимые меры, которые требуются для того, чтобы удержать в стране хоть какой-то финансовый порядок. Или кто-то вместо Путина из-за его спины будет руководить формированием бюджета? [b]Психолог: [/b]Этот вопрос, по-моему, правомочен и в отношении родной ему силовой сферы. Ведь даже став директором ФСБ, Путин перескочил все ступеньки, не побыв ни замом, ни даже начальником главка. Он прослужил в конкретной должности, в конкретном управлении, не выходя за рамки своих служебных обязанностей. То есть и о системе ФСБ он вряд ли имеет целостное представление. Сможет ли Путин навести здесь порядок или порядок будут наводить профессионалы? Короче, не вылезет ли теперь из-за его спины кукловод, который будет манипулировать им, дергать за ниточки, а Путин станет послушно озвучивать и подписывать необходимые приказы, постановления, решения, рекомендации — все, что должен делать премьер? [b]Политолог: [/b]Проблема кукловода, может быть, самая главная в этой связи. Первое, что любому приходит в голову в нынешней ситуации, не Борис ли Абрамович «подсунул» этого человека Семье? Или, скажем, Абрамович? Второе: не выдвинется ли на роль кукловода, хотя и очень нелегко ему это сделать, опальный Анатолий Собчак? Ну, конечно, вспыхивает в сознании сакраментальное имя: Татьяна Борисовна. Однако, кажется, она пока еще не овладела полностью мастерством кукловода, хотя, наверное, к этому стремится. В то же время трудно ждать от нее, и вряд ли она на это претендует, попыток определения экономической или внешней политики или методов регулирования конфликтов. Ее функции в этом качестве, вероятно, ограничиваются симпатиями либо антипатиями к тем или иным кадрам, убеждением в их надежности либо ненадежности. [b]Психолог: [/b]Вопрос о роли и участии Татьяны Борисовны, о возможной ее роли кукловода, мне кажется, сложнее и многозначнее, чем можно было бы предположить. Если обратиться к истории, то сразу приходит на память, как мелкопоместная и худородная немецкая принцесса на тридцать с лишним лет стала в чужой стране Екатериной Великой. Амбиции женщины, стремящейся к власти, ущемленной и порицаемой постоянно в средствах массовой информации, могут привести к совершенно непредсказуемым последствиям. А ее влияние на Семью, если не ограничивать понятие Семьи только Наиной Иосифовной, Борисом Николаевичем и мужем Дьяченко, ее влияние на Семью в широком смысле этого слова очень велико. И я не исключаю, что в какой-то самый сложный момент вдруг ситуация перевернется таким образом, что на первый план выступит именно Татьяна Борисовна с попыткой удержать контроль в своих руках, даже если впереди нее будут руки Путина или кого-то еще. Маленькая ремарка. Несколько дней назад по телевизору прошел сюжет, беседовали с однофамильцем и земляком Путина. Фамилия всех их когда-то была Распутины. Но после печально известного Григория Распутина деревня, откуда является выходцем и сам Владимир Путин, приставку «рас» убрала, и стали все Путины. И не случайно одна из газет одному из номеров предпослала шапку: Семье нужен новый Распутин. [b]Политолог: [/b]Вы привели пример Екатерины. Она действительно состоялась как великая царица. Несчастье в том, что очень многие дамы из высших эшелонов власти — это началось не с Татьяны Борисовны, а значительно раньше, хотя бы с Крупской — все время косили глазом в сторону этого исторического примера. Однако тут, надо согласиться с классиком, аналогии опасны. А уж эта, будем надеяться, не имеет никаких шансов на то, чтобы стать реальностью. [b]Психолог: [/b]Небезынтересно заметить, что Иосиф Виссарионович Сталин постарался уничтожить не только свою жену, но и ликвидировать или устранить жен своего партийного окружения, первых лиц государства, отправив их в ссылки и лагеря. Очевидно, он помнил исторические примеры, когда обаятельная жена верхом на лошади с группой гвардейцев захватывает власть. [b]Политолог: [/b]Если то, о чем догадывается вся страна, правильно, то Таня Дьяченко и есть главный кукловод. Похоже, что она визирует все решения президента о кадровых перемещениях, свергает и назначает премьеров и министров. Но если это действительно так, то Татьяна Борисовна должна выйти из тени и появиться на публике. Изложить свою программу, отстоять ее в парламенте и в прессе, а в конечном счете предложить себя народу, чтобы быть избранной. Кем — это дело ее выбора: депутатом Госдумы, губернатором или даже президентом (!). Не может великим государством управлять аноним. Или родственник избранного президента. Это незаконно и противоестественно. И при всех обстоятельствах Татьяна Дьяченко, буде ей выпала такая необычная роль, обязана отказаться от своего окружения, от того, чтобы в свою очередь быть куклой, наивным и слепым орудием Березовских, Абрамовичей, Юмашевых. Это не государственные люди, они никем не избраны и не имеют никакого права на руководство страной. Словом, открой свое личико, Гюльчатай… [b]Психолог: [/b]Что касается исполнительской чести, на которую ссылается Владимир Путин, то он, видимо, не очень отдает себе отчет в том, насколько изменился его статус. Председатель правительства РФ — не марионетка в чьих-то руках, а вторая крупнейшая фигура в государстве со всеми вытекающими отсюда обязательствами перед народом и личной ответственностью. А в сложившейся сейчас практике за все провалы — в экономике, жизни народа, политике — спрашивают не с президента, а именно с премьеров. И шутя делают их крайними, когда надо на кого-то свалить вину. [b]Политолог: [/b]Нельзя исключить, что Путина ждет та же судьба, что и Степашина. И поскольку болезненный произвол в Кремле день ото дня крепчает, отпущенный ему срок отсидки в Белом доме может стать еще короче. [b] Михаил ВИНОГРАДОВ, [/b][i]психолог [/i] [b]Федор БУРЛАЦКИЙ, [/b][i]политолог [/i]

Новости СМИ2

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Никита Миронов  

Хамское отношение к врачам — симптом нездоровья общества

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше

Сергей Лесков

Нобелевка, понятная каждому

Георгий Бовт

Сталин, Жданов, Берия и «Яндекс»

Оксана Крученко

А караван идет…

Ольга Кузьмина  

Без запуска социального лифта нам не обойтись

Александр Никонов

Чему нам действительно нужно учиться у Запада