втр 15 октября 10:05
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Отжившие

Отжившие

Московский центр избавился от последней хрущевки

[i]В субботу в Центральном административном округе столицы снесли последнюю хрущобу – пятиэтажный блочный дом с комнатками-каморками, совмещенными санузлами и 5-метровыми кухнями. Бывшие жильцы пришли посмотреть на снос дома: ведь многие из них провели в хрущевках целую жизнь. Вместе с ними и мэром Юрием Лужковым прощались с пятиэтажной эпохой корреспонденты «Вечерней Москвы».[/i] [b]Квартал последних хрущевок[/b] Ничем не примечательная улица Международная, идущая вдоль железнодорожных путей, вошла в историю Москвы неожиданным образом. Стоящий на ней дом № 30 – рядовая пятиэтажка 53-го года – сделался в одночасье последней хрущевкой в ЦАО. Еще 15 лет назад ими был застроен весь район. Совсем рядом, по адресу: Международная, 24, стоит такая же хрущевка, которая вполне может претендовать на звание предпоследней в центре. Ее успели снести лишь наполовину, но так уж устроен мир знаменательных дат и символических событий, что наполовину не считается. И на торжественный снос мэр Лужков в субботу должен был приехать именно к дому 30, который все еще стоял целехонек, но был стерильно пуст: в нагих оконных проемах виднелись лишь обитые блеклыми обоями коробочки пустых комнат. Снаружи тот факт, что здесь когда-то жили люди, выдавала только выцветшая репродукция картины Брюллова «Итальянский полдень», висевшая в одной из комнат на первом этаже. В другой комнате на стене висело несколько плакатов с голыми улыбчивыми женщинами, но эти образцы художественной мысли явно были наклеены в уже опустошенном доме. По всей видимости, рабочими, занятыми на разборе. Время в ожидании визита столичных руководителей все убивали по-разному. Милиционеры перекрыли улицу и даже на всякий случай сурово справились об аккредитации у человека, фотографировавшего голые стены «исторического» здания. Большинство журналистов собралось вокруг большой оранжевой машины на гусеничном ходу. Ее водитель рассказал, что машина называется разрушителем с гидравлическими ножницами, а потом забрался в кабину и, положив руки на рычаги, принялся жизнерадостно позировать. Картинка получалась прямо-таки соцреалистическая. [b]«Не соответствующие нормам цивилизации»[/b] К торжественному сносу готовились загодя. Рядом с «историческим» домом установили походную трибуну, на которую поместили стол с семью белыми строительными касками и несколько иллюстративных стендов о будущей застройке Таганского района, обещающих, что «здесь будет город-сад». Но напрасно старались чиновники префектуры: делегация во главе с Лужковым и Ресиным у стендов долго не задержалась. Юрий Михайлович практически сразу пошел общаться с журналистами и признался им, что хотя он и считает хрущевки ужасными и «не соответствующими нормам цивилизации», их не стоит ругать – они строились во времена, когда надо было решить жуткую проблему жилищного кризиса. Тогда в очередь ставили семьи, в которых было меньше 2 кв. метров на человека. «Свою роль эти дома сыграли, но простояли больше, чем нужно», – отметил мэр. «Итак! – подытожил Юрий Михайлович. – Двинемся вперед, на снос пятиэтажки!» После чего вся правительственная делегация ощутимо отодвинулась назад – подальше от «исторического» дома. Опасения оказались напрасными. С завораживающей легкостью выхватываемые железной клешней куски панели падали строго в пределах зоны, огороженной забором. И даже пыли при этом взбивалось не так много, как можно было ожидать, – в нескольких метрах от дома ее присутствие в воздухе практически не ощущалось. Гидравлические ножницы оказались очень мощным инструментом, минут за 15 разрушитель откусил от здания добрый угол. Лужкова, впрочем, работа разрушителя не поразила. Стоявшим поблизости подчиненным он восхищенно рассказывал о другой технологии сноса (в Москве, кстати, уже применявшейся) – когда «подкладывается много маленьких зарядов, они одновременно взрываются, и дом как бы немного приподнимается и потом сразу складывается». «Здесь слишком близко другие дома, чтобы взрывать», – объяснил «ВМ» прораб Андрей Ткаченко. Снос панельной пятиэтажки, по его словам, в принципе, не представляет никакой сложности и займет от силы три дня. [b]«Через 30лет и эти дома могут объявить негодными»[/b] Под грохот рушащихся панелей Михаил Недайводов, начальник управления жилья ЦАО рассказал «ВМ», что приватизированные квартиры жителей сносимых домов обмениваются на эквивалентные по площади, муниципальные, – из расчета 18 кв. метров на человека плюс 9 кв. метров на семью. Что же касается «исторического» дома, то практически 100% жильцов были переселены в пределах микрорайона, а судебных исков от недовольных не оказалось в принципе. Вместо сносимых пятиэтажек тут же, на освободившихся местах, строят новые дома. Город находит инвесторов, которые отдают взамен часть квартир – для переселенцев и очередников. Бюджетные же деньги идут на социальное строительство: в этом году в районе построят два детских сада, а в будущем – школу. В декабре сдадут новый торговый центр со Сбербанком и почтой. Большинство жильцов действительно переселилине просто в этот же район, а в новостройки, стоящие практически тут же, рассказал «ВМ» один такой переселенец, Борис Емельянов. Он был одним из немногих бывших жильцов, пришедших посмотреть на гибель дома. Впрочем, поспешил добавить он, хотя по поводу выданных квартир многие, и он в том числе, действительно испытывают радость, «кто его знает, лет через 30 могут и эти дома объявить негодными и начать сносить». Правда, другой бывший жилец дома № 30, метростроевец Николай Вепринцев, имел свое – особое – мнение насчет сноса и последующего переселения. «Я с 1986 года в этом доме жил. Столько я для Москвы сделал хорошего! Вот и обидно, что несправедливо поступили, – объяснил он «ВМ». – Вместо двухкомнатной дали однокомнатную. Вроде бы равноценную по метрам, но по жилой площади потеряли 5 метров. Была двушка – как поругаемся, так и расходимся по разным комнатам. А сейчас, если вдруг разведемся, куда мы в однокомнатной квартире?» Судиться Вепринцев не хочет, потому что в правосудие не верит. Но с Лужковым поговорить хотел – не пустила милиция. Минут через двадцать мэр сказал лаконичное: «Всё!» Стенды сразу же убрали. И так немногочисленная толпа быстро растворилась. Обиженный на весь мир Вепринцев еще постоял некоторое время грустный возле своей бывшей квартиры на первом этаже – той самой, где оказались плакаты с голыми женщинами. Но квартиры скоро не стало. Гидравлические ножницы разрушили ее до основания. [b]СПРАВКА «ВМ»[/b] [i]Больше всего ветхих пятиэтажек было расположено в Таганском и Пресненском районах ЦАО. Отдельные дома, подлежащие сносу, были в Красносельском, Басманном районах и в Замоскворечье. В Таганском районе в 2000–2005 годах были снесены 34 дома общей площадью 95 тысяч кв. м, а построены – 19 новых домов площадью около 200 тысяч кв. м. Вслед за ЦАО программа по сносу ветхих пятиэтажек будет завершена в ЮАО (в 2006 году), в ЮВАО, ВАО и СВАО (в 2007 году). Наиболее проблемными мэр считает САО и ЗАО, где снос завершится лишь в 2008 году. Полностью от хрущевок город избавится лишь к 2009 году.[/i] [b]СПРАВКА «ВМ» «Людям не нужны красивые силуэты – им нужны квартиры»[/b] [i]Идею знаменитого панельного строительства Никита Хрущев импортировал в СССР из Франции, где генсек впервые увидел жилые панельные дома. Там ему их и показали во время официального визита как «дешевое социальное жилье». Никита Сергеевич, как всегда, загорелся простотой, дешевизной и всеохватывающим эффектом. В скором времени Советский Союз купил у французов первую технологическую линию для производства панелей. Впервые идея массового строительства жилья была озвучена в сентябре 1953 года Н.С. Хрущевым, только что избранным первым секретарем ЦК КПСС. Выступая перед избирателями Калининского района, он пообещал, что скоро каждая семья москвичей получит новую квартиру. Это жилье должно было быть максимально дешевым: «Людям не нужны красивые силуэты – им нужны квартиры…» С этого времени и ведут свой отсчет так называемые хрущевки – пятиэтажки. «Перебросить все средства на панельные дома», – было решено на заседании МГК КПСС 11 мая 1954 года. Моссовет определил нормы на одного москвича в 9 кв. м; высота потолка в новых квартирах – 2,5 метра. К концу 1954 года было окончено формирование «Главмосстроя», который и должен был выполнить эту грандиозную задачу. Строительство перешло на поток, дома массовых серий возводились без подписи архитектора на плане застройки. В январе 1956-го Н.С. Хрущев, выступая на партконференции, заявил: «Первое время везде были оппоненты, которые выступали против перехода на железобетонное строительство… А теперь понюхайте, чем это пахнет!..» И показал залу кулак. Кульминацией блочного строительства стал 1957 год, когда сотни одинаковых пятиэтажных домов выросли в Черемушках, Текстильщиках, Зюзине, а 2260 строителей Москвы получили ордена и медали. К началу 1960-х восторг относительно пятиэтажек поутих, а в народе появилось слово «хрущобы», очень обижавшее Хрущева. С 1965 года, после смены руководства страны, от строительства блочных и панельных домов в 5 этажей в Москве отказались вовсе. В конце 1995 года была принята программа о массовой реконструкции 5-этажного и ветхого жилья до 2010 года. Хотя сносить пятиэтажки начали еще в 93-м году по жалобе жителей района Фили-Давыдково. По программе планировалось снести 6 млн кв.м хрущевок. По некоторым оценкам, стоимость программы составляет 5 млрд долларов. Прежде всего речь идет о пятиэтажках серий К-7, 2-32, 1605-АМ, 1МГ-300 и 2-35. Ежегодно в городе планируется сносить 1,1 милн кв. м. К 2010 году все пятиэтажки будут ликвидированы.[/i]

Новости СМИ2

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Никита Миронов  

Хамское отношение к врачам — симптом нездоровья общества

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше

Сергей Лесков

Нобелевка, понятная каждому

Георгий Бовт

Сталин, Жданов, Берия и «Яндекс»

Оксана Крученко

А караван идет…

Ольга Кузьмина  

Без запуска социального лифта нам не обойтись

Александр Никонов

Чему нам действительно нужно учиться у Запада