втр 22 октября 07:06
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Гвардейцы рождаются по приказу

Сергей Собянин рассказал о планах по созданию новых выделенных полос в Москве

Владимир Жириновский высказался за введение многоженства в России

СК опубликовал видео с места обнаружения тел депутата и ее семьи в Подмосковье

Вильфанд сообщил, сколько продержится теплая погода

Названы пять лучших марок автомобилей для русской зимы

Эдгард Запашный: Цирк для зоозащитников — инструмент самопиара

«Готовим законопроект о запрете аниме»: как японцы обидели Поклонскую

Нагиев впервые в истории «Голоса» встал на колени перед участницей

Владимир Соловьев попал в Книгу рекордов Гиннесса

Михаил Ефремов: Горбачев спас Россию

Ректор Института им. Б. В. Щукина рассказал о «дедовщине» в своем вузе

Кончаловский трогательно поздравил младшего брата с днем рождения

Гвардейцы рождаются по приказу

Один день в элитном полку

[b]«Принял присягу — от нее ни шагу» (плакат на плацу) [/b] — Товарищ гвардии старший лейтенант, разрешите обратиться? — в дверях стоял здоровенный детина нового призыва, переминался с ноги на ногу. — Ну что там у тебя? Выкладывай, — не отрываясь от бумаг, поинтересовался офицер. — Я хотел бы проходить службу в вашей разведроте. Лейтенант взглянул на молодого бойца. — Тебя как зовут? — Алексей. — Леша, ты должен понимать, что в разведке нужны не только мышцы, но и мозги. Понимаешь ты это? — Так точно. — Ну хорошо. Я задам тебе несколько сложных вопросов на сообразительность, и, если ты на них ответишь, будем разговаривать дальше. Детина кивнул тумбообразной головой. — Итак, вопрос первый. Какого цвета медведь на севере? Потрескавшиеся губы воина расплылись в улыбке. Он знал ответ на эту задачу, а соответственно, понимал, что разведчиком ему быть. Однако командир был другого мнения по этому поводу. — Сейчас мы проверим силу твоего воображения. Сможешь ты головой пробить шкаф? — и прежде чем офицер успел сказать, что это была шутка, раздался грохот... — После этого случая двери того шкафа открываются вовнутрь, — закончил свой рассказ командир роты материального обеспечения Борис Квак. На территории рязанского 137-го Гвардейского парашютно-десантного полка не очень людно, постоянные ротации дают о себе знать — Югославия, Босния, Абхазия. Полк принимал и продолжает принимать участие во многих силовых конфликтах на территории бывшего СССР и за его пределами. — Мы и сейчас находимся в положении полной боевой готовности, весь полк по первому приказу готов выполнить любую поставленную задачу. — Так уж и весь? — Нет, конечно, молодые, неопытные солдаты останутся... — В бой идут одни старики? — Старики тоже не воюют. Когда до дембеля остается несколько месяцев, ни о каком Косове и речи быть не может. — Кстати, о Косове. Много было желающих? — Полно! Но брали только отслуживших год-полтора. — А вообще молодежь охотно идет служить в ВДВ? — Да, боятся, думают, что здесь одни убийцы, но вот, помню случай, парнишка один, как же его фамилиято была?.. Евграфов! Рвался только в десант, у него брат-десантник в Чечне погиб, ну и он вроде как его место в строю занять хотел. — Занял? — Занял. Он один из первых в Косово попал. — Извините, а чего это у вас на столе стекло разбито? — Это вчера во время воспитательной работы с личным составом старшина в пылу беседы поставил все точки над «i». [b]«Они позорят роту» (стенд в спортивном зале) [/b] В этот же момент в комнату вошел рядовой, вскинул руку к берету. — Това...гва...старш...тенант, — и уже более внятно. — Можно получить зарплату? — Заходи. Слышал уже, что по тридцать пять? — Угу, — солдат расписался и получил деньги, — разрешите идти? — Ступай. — Да, не густо, — сказал я, когда за бойцом закрылась дверь. — Вообще-то они по сорок восемь рублей получают, — пояснил офицер. — Но мы с них собираем на благоустройство роты. — Охотно с деньгами-то расстаются? — Ну да, как же! Когда отдают, злые, как черти, выйдут отсюда и матерятся на чем свет стоит. Но сами-то понимают, что бюджетных денег не хватает. — А офицеры? — Разумеется, и офицеры сдают деньги. А так как зарплата у нас больше, то и сдаем больше. Зато у нас, сами видите, почти евроремонт. И действительно, я ни за что не ожидал увидеть подвесные потолки, дубовые двери с зеркалами, да чего там, даже розетки и выключатели в казарме лучше, чем у меня дома. — Нравится?— спросил меня довольный офицер. — Но ты не думай, так не всегда было. Это года три назад, когда командиром полка стал гвардии полковник Крымский Владимир Яковлевич, начались перемены с бюджетных денег и кончая внутренней дисциплиной. Вы поднимитесь на этаж выше, в роту десантного обеспечения, у них там лучший в полку спортивный зал. За столом сидел замкомроты Валерий Раев, перед ним стоял рядовой и кивал. — Перво-наперво петли купи, понял? Иглы, расчески, платки, обувные щетки, бумаги туалетной возьми рулонов шесть. Почем она сейчас? — Два с половиной. — Вот тебе двести рублей и увольнительная до четырнадцати тридцати, понял? — Так точно! — Так точно, ты в полтретьего здесь должен быть, а не на КПП! Уразумел? И еще, в увольнении форму не нарушать, честь старшим по званию отдавать, стареньким бабушкам место уступать, и вообще я тебе запрещаю сидеть в автобусе. Дорогу переходить только в положенном месте и на соответствующий сигнал светофора. В драки не влезать, девушек, смотря каких, правда, защищать. Понял? — Так точно! — Тебе когда увольнительную выписывают, у тебя глаза как-то странно блестят... Смотри и насморк пропал, ну ты перец! — Разрешите идти? — Свободен. Когда Валера закончил с делами, он показал нам спортивный зал. — Сейчас «грушу» набивают, завтра повесим. Сюда два тренажера «Кеттлер» поставим, в общем, будет все в лучшем виде... — А это что? — я указал на стенды с надписями «Лучшие спортсмены роты» и «Они позорят роту». — Здесь будут фотографии, лучшие спортсмены уже готовы, осталось только оформить. — А на втором стенде тоже будут снимки? — Надеюсь, что нет! [b]«Десантник, не надейся на прибор — выдерни кольцо» (надпись на макете самолета Ил-76) [/b] Воздушно-десантный комплекс (ВДК) — сердце всего полка, туда мы отправились поснимать гвардейцев, что называется, в деле. Валера оказался еще и инструктором воздушно-десантной подготовки. До тренировок было еще долго, мы курили. Подопечные нашего нового знакомого в это время убирали территорию. — Кобелев, хочешь попасть в газету? Знаю, что хочешь! Давай, зови остальных, будете прыгать с вышки! Через двадцать минут вышка была готова к эксплуатации. Мы с лейтенантом поднялись наверх, внизу курили бойцы. — Ну и чего сидим, давай живо, надели системы, шлемы и наверх! Поляков, оглох, что ли? — Товарищ лейтенант, я боюсь... На вышку тем временем поднялись два парашютиста. — Ну что, Султангариев, приехал из далекой Удмуртии, чтобы прыгнуть в Рязани с парашютом? Ну ладно, все помнишь? Сгруппироваться, ноги вместе... Готов? Пошел! — и уже на полпути его догнал последний приказ. — Смотреть на фотографа!!! Один из десантников все еще стоял внизу. — Поляков, ну чего ты там копаешься? — Сейчас, товарищ лейтенант, подтяну... — Иди сюда, я те ща здесь подтяну! — Валер, — я вдруг вспомнил, что я журналист, — а сколько прыжков из самолета совершает в среднем гвардеец за время службы? — В среднем прыжков 10—12. — А есть какие-нибудь традиции относительно парашютистов-новичков? — А как же, запаской по заднице. — Не понял... — А чего тут понимать, каждому бойцу после первого прыжка бьют запасным парашютом по заднице — вот и вся традиция. Ребята собирали парашют, а мы с Валерой отправились в УТП-76 — огромный макет самолета Ил-76, на втором этаже которого расположена боевая техника, готовая к десантированию. Пока мы разглядывали технику, замкомроты продолжал выполнять свою непосредственную работу. — Кобелев, тебя сколько раз видели спящим в макете? — Ни разу, товарищ лейтенант! — Ни разу? Кобелев, можешь забыть про выходные. — Товарищ лейтенант... — Все! [b]«Контрольное блюдо» (табличка в столовой) [/b] — У нас бойцы питаются так, как нигде не питаются, — заверил меня старший лейтенант Николай Москвичев. — Каждый день мясо, каждый день... Мы сидели за офицерским столиком и ждали своих порций, рядом сидел дежурный по кухне: — Красной икры, ребята нет, крысы стащили, но белого хлеба достанем. Время от времени к нему подходили за разрешением приступить к приему пищи, он привычно желал всем приятного аппетита. — Дима, сбегай на кухню, скажи, что обеда уже не надо, пусть принесут цветы. Мы все давно умерли от голода. Наконец-то долгожданная солдатская пайка: бульон с картофелем и крупой, указанный в меню как суп крестьянский, гречка и порезанное кусочками отварное мясо, кабачковая икра, свежие огурцы, хлеб и компот из сухофруктов, который немного смахивает на чай. Довольно прилично и вполне съедобно... [b]Часовня [/b] Все началось летом девяносто пятого, когда в полк привезли из Чечни кусок брони и плиту с дворца Дудаева. Приехал местный священнослужитель, освятил место рядом с казармой 3-го батальона. Деньги на строительство собирали около года, давали спонсоры, были пожертвования... Хотели отстроить куполов пять, но денег, как всегда, не хватило. Купол получился только один. 2 августа девяносто шестого состоялось открытие скромной часовни. Внутри на мраморных плитах имена двадцати восьми гвардейцев, которые навсегда занесены в списки полка. Там постоянно лежат свежие цветы, все больше красные гвоздики. Мы постояли немного и пошли, боялись опоздать на электричку. По плацу шел военный строитель, размахивая ножом-бабочкой. Дежурный с безразличным лицом открыл ворота. — Всего доброго! — попрощался я. Он удивленно улыбнулся. — Заходите еще...

Новости СМИ2

Георгий Бовт

Верен ли российский суд наследию Александра Второго Освободителя?

Оксана Крученко

Соседи поссорились из-за граффити

Александр Никонов

Искусственный интеллект Германа Грефа

Ольга Кузьмина  

Выживший Степа и закон бумеранга

Ирина Алкснис

Экология: не громко кричать, а тихо делать

Александр Лосото 

Бумажное здравоохранение

Екатерина Рощина

Елки, гирлянды и мыши: новогоднее безумие стартовало