сб 19 октября 11:12
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Людмила Швецова: Политика — существительное мужского рода

Людмила Швецова: Политика — существительное мужского рода

На словах «гендер» и «гендерная экспертиза» заикаются люди даже высокого уровня власти

[b]Меня обвиняли в том, что я разрушаю комсомол [/b] [b]— Людмила Ивановна, расскажите, чем занимается ваш комитет. Большинство людей не представляют, зачем он нужен.[/b] — Когда я пришла в это подразделение, то и мне было непонятно, чем оно занимается. Мы получали 5—6 бумаг в день, люди в одиннадцать появлялись на работе, в четыре расходились... Сейчас ежемесячно через комитет проходит порядка 2000 документов, а посторонние у меня спрашивают: «Чего это ваши сотрудники бегают, а не ходят?». Дел много, вот и бегаем. В комитете сейчас работают 65 человек. Мы не имеем «юбки», то есть структуры в префектурах и в управах. Занимаемся всем сами. Функции нашего комитета — это связи правительства Москвы со всеми общественными, некоммерческими организациями города, с партиями и движениями. Связи не политические, а деловые и касаются в первую очередь решения социальных проблем города. Хотя иногда представители различных партий, движений и пытаются спровоцировать нас на решение политических вопросов. Но мы сразу очерчиваем поле возможного сотрудничества — социальные проблемы москвичей. [b]— Общественные организации — дети демократического общества. Сколько их народилось в столице за последние годы? [/b] — В городе их сейчас около 15 000. Это огромное количество. Мы еще не знаем, что такое гражданское общество, а только создаем его и учимся жить в нем. Но я считаю, что мы сейчас переживаем в своей жизни совершенно уникальный момент. До 91-го года у нас было до десятка общественных организаций. Это были мощные организации, которым поручалось от имени государства решать те или иные вопросы. Скажем, комсомольской организации — молодежные проблемы, пионерской — детские, ветеранским — ветеранские... Им предоставлялись материальная база, средства, кадры, возможность представительства на всех уровнях. С принятием закона об общественных объединениях пришла новая жизнь, и тогда они появились в большом количестве, современные, демократичные, отражающие всю специфику демократического общества. Но не имеющие, как правило, возможности реализовать свой потенциал без поддержки государства. Комитет работает со всеми группами общественных организаций, создает свою систему взаимодействия с ними. Правительством Москвы принята Концепция общественного развития города. Здесь столица оказалась «впереди России всей». Мосгордума первой приняла закон о благотворительной деятельности. Мы первыми ввели понятие государственных грантов для общественных организаций, первыми создали институт паспорта благотворительной организации и паспорта благотворительной программы. Мы сумели сплотить вокруг себя достаточно много общественных сил и считаем, что работа ведется весьма конструктивно. Отдельно выделено подразделение по работе с ветеранами. Это очень сложный блок вопросов: ветеранов много, живут они трудно. Работаем с национальными объединениями. В городе действует около ста полноценных, серьезных национальных организаций, уже 5 лет они объединены в Московское межнациональное совещание. [b]— Как вы считаете, нужно и можно ли сегодня возродить комсомол, пионерию, за что ратуют некоторые политические движения? [/b] — Что касается комсомола, думаю, что нет. Возвращение к той большой единой молодежной организации нереально. Самое правильное сейчас просто более внимательно работать с различными молодежными движениями, поддерживать конструктивные программы тех молодежных организаций, которые имеются, и максимально координировать их деятельность в рамках ассоциаций, «круглых столов». Не нужна сейчас такая большая неподъемная организация. Кстати, и в те времена, когда я работала в комсомоле, тоже считала, что комсомол единый и нерушимый, это скорее самоубийство, чем достоинство этой организации. И когда я создавала вместе с группой активистов первую Ассоциацию студентов-медиков, меня критиковали в ЦК ВЛКСМ за то, что я делаю шаги к разрушению комсомола. Комсомола уже давно нет, а Ассоциация студентов-медиков 10 лет благополучно работает. И не только медиков, но и студентов других вузов. Что касается детского движения, то я разделяю подход нашего мэра в том, что нам нужна массовая детская организация, которой государство создаст материальную, организационную, кадровую базу. Она должна быть не только в школе, как прежде, а иметь мягкое, гибкое базирование по мере необходимости и целесообразности. Пусть она будет пионерской, слово «пионер» доброе, хорошее, значит — первый. Для ребят нормально, когда им хочется быть первыми. А вот оградить детское движение от растаскивания по политическим «тусовкам» — задача государства. [b]Политическая арматура России — Как вы относитесь к тому, что московское правительство критикуют за то, что из городского бюджета финансируются всевозможные проекты на Сахалине и в Севастополе, в то время как некоторые московские программы остаются без материальной поддержки? [/b] — Каждый москвич должен понять, что жить хорошо и уверенно в отдельно взятой Москве невозможно. Такого не бывает. Ваш вопрос затрагивает основное направление деятельности нашего комитета — межрегиональные связи, которое активно развивалось в течение последних 5—6 лет: от 24 договоров преимущественно продовольственного содержания, которые были заключены до создания комитета, до 190, которые имеются сегодня. В советские годы Москва снабжалась всем необходимым по постановлениям партии и правительства. Столица никогда не имела своих ресурсов сырья ни для строительства, ни для городского хозяйства, ни для пищевой промышленности. Еще с тех лет, когда тянулись в столицу составы с дефицитом, а из нее — «колбасные электрички», в глубинке возникла нелюбовь к Москве и ее жителям. Когда мы резко перешли к рыночной экономике, все стало с точностью до наоборот: в Рязани были и морковка, и мясо, а в Москве почти ничего не было. Все помнят очереди, которые выстаивали в магазинах... Но это время стало стартовым для того, чтобы московское правительство уже в новых условиях занялось заключением соглашений по обеспечению Москвы продовольствием. Вел эту работу Департамент продовольственных ресурсов, который достаточно много сделал, чтобы насытить рынок и установить продовольственные связи с регионами России. Потом эти связи стали более широкими: промышленными, научно-техническими, социальными, гуманитарными, духовными. Именно их обеспечивает и координирует наш комитет. [b]— Чем отличаются нынешние региональные связи от тех празднично-ярмарочных, которые были в советские времена? [/b] — Те побратимские связи носили больше культурный и партийный характер. Жизнь поставила нас в такие условия, что они перешли в плоскость делового сотрудничества хозяйствующих субъектов и, соответственно, обеспечения властями условий для этих контактов. Иногда это сотрудничество остается на уровне соглашений, которые почти никак не реализуются. Эти документы Юрий Михайлович Лужков называет «политическим танго». Потанцевали, руки пожали, доложили друг другу, что у нас есть... и забыли. Но основная часть соглашений имеет продолжение и вполне конкретные результаты. Например, мы очень активно сотрудничаем с Белоруссией. Это крупные завязки на предприятиях Минска, Могилева, других городов Белоруссии. Когда в прошлом году произошло снижение товарооборота между Белоруссией и Российской Федерацией (он составил около 7%), с Москвой товарооборот увеличился на 15,7%. И это несмотря на «обвал» 17 августа. Показательным является пример сотрудничества с Мордовией. Три года назад Юрий Михайлович в первый раз поехал в Мордовию в командировку на один день. Об этом хочу подробнее рассказать, потому что ни население, ни журналисты не знают, что это за командировки. В ходе знакомства с республикой мэр дал 81(!) крупное поручение по различным направлениям, отраслям для глубинной проработки. Впервые посетили тогда предприятие «Лисма», которое выпускает световое оборудование. Директор спрашивает, почему не берем у них, отечественных производителей, продукцию? А мы бы и рады, но лампы «Лисмы» вкрутить и закрепить стоит дороже, чем купить за рубежом. «Почему у вас такие плохие лампы?» — интересуется Лужков. Оказалось, что причина в некачественном вольфраме, а на хороший средств нет. «Сколько вам нужно, чтобы перестроить все производство на новые технологии, на новое сырье?». Они назвали сумму. Правительство Москвы ее выделило. Не просто так, а в счет предоплаты за качественную продукцию, которую «Лисма» благодаря нашим инвестициям стала выпускать. И МКАД освещена сегодня лампами мордовского производства. Наши связи с регионами — не благотворительность, а только взаимная выгода: если вложили средства в переоснащение птицефабрики в Мордовии, то теперь получаем нашу отечественную вкуснейшую курятину. Сейчас стараются любыми путями поссорить Москву с провинцией. Цели понятны: для того, чтобы скомпрометировать человека, надо скомпрометировать его дело. А дело политического деятеля Лужкова связано с Москвой. На чем сегодня можно играть? На том, что Москва живет за счет провинции, что она вообще не развивалась бы и не жила, если бы вся страна на нее не работала. Простите, но особенно преуспевают в этом СМИ. Например, в Красноярском крае в разгар предвыборной кампании пустили такую «утку»: Москва, дескать, полностью захватила добычу камня в Красноярском крае, ждите следующего шага — в столицу уйдут и все остальные богатства. А дело было в том, что глубоко в горах Шушенского района стояло роскошное месторождение белого мрамора, равного которому нет в мире. Никто его не разрабатывал. Мы создали совместное с красноярцами предприятие, привезли технику, наладили разработку камня. Естественно, делим всю прибыль с местными коллегами. Построили жилье, в этом году сдаем школу, каких не так много и в Москве. Обеспечили занятость населения, платим налоги в местный, шушенский, бюджет. А мрамор везем не куда-нибудь за границу, а облицовываем им храм Христа Спасителя, метро в Москве, другие объекты столицы. Что плохого сделала столица Красноярскому краю? Когда начинаешь рассказывать, что Москва живет не за чей-то счет, будь то провинция или Газпром, а на 50% получает дивиденды от малого бизнеса, а 18% пополнения бюджета связано с тем, что мы не устроили у себя этой жуткой приватизации, что охватила всю страну, люди начинают прозревать. Провинция представляет себе столицу сквозь витрины супермаркетов, в которые половина москвичей не ходят. А если ходят, то на экскурсию. Никто не знает, что 52% людей в Москве живут ниже черты бедности. И что после 17 августа нам плохо, как никому другому, потому что социальный минимум остался почти на прежнем уровне в 450 рублей, а стоимость потребительской корзины выросла в 2,5 раза. И если бы не социальная политика правительства Москвы, то ни о каком благополучии (даже относительном, как сейчас) не было бы речи. Межрегиональные отношения нас связывают не только с Россией, но и со странами СНГ, с их областями. Эти связи сегодня для Москвы не имеют альтернативы, потому что без них не выживет наш огромный мегаполис. И второе. Межрегиональные связи Москвы, как говорил Лужков, — это своего рода «политическая арматура нашего российского государства». Я помню времена (те самые, когда всем предлагалось столько «суверенитета, сколько сможете осилить»), когда наша консультативная встреча накануне Дня города была единственным местом для сбора губернаторов. Это в какой-то мере способствовало объединению регионов России вокруг Москвы. И если мы сейчас будем нагнетать противостояние столицы и провинции, сделаем непоправимое. В самые тяжелые времена Москва была собирательницей земель русских, а сейчас всем россиянам непросто... [b]Обществу необходим «ликбез» в национальном вопросе — Вы, как никто, должны знать о том, сколько на самом деле живут в Москве людей и каков их национальный состав.[/b] — По переписи 1989 года в городе 8,5 млн. человек. Но я думаю, что от этой переписи уже давно можно было бы отойти. По потреблению хлеба и по соли, как говорят, в столице около 13,5 миллиона жителей. Еще 2 миллиона приезжих. Сейчас очень много беженцев, вынужденных переселенцев. Эти люди очень разные, они приезжают в Москву с разными настроениями, с разными чувствами. Одни с горем, с надеждами, что смогут что-то поправить в своей семье, найти родных и близких, потерянных без вести. Есть квартиры в Москве, где 5 и 6 семей живут вместе. А некоторые едут сюда совсем с другими, криминальными, намерениями и их реализуют. От этого и отношение в Москве к людям разных национальностей очень и очень сложное. [b]— Один из самых острых и неприятных, пожалуй, в Москве вопросов — это вопрос о межэтнических отношениях. Позиция московского правительства непонятна, потому что, несмотря на все заверения о лояльности, о понимании и так далее, сплошь и рядом милиция задерживает лиц определенной национальности, трясет их со страшной силой. Зачем это лицемерие? Давайте сделаем проще: запретим им прописку, регистрацию в Москве. Это будет честнее, чем каждый день штрафовать их.[/b] — Да, этот вопрос действительно острый для тех людей, которых по внешнему облику можно отличить от всех остальных. Кстати, на следующее Межнациональное совещание мы специально вынесли вопрос о работе органов правопорядка по отношению к представителям разных национальностей, живущим в Москве. И мы попросим руководителей ГУВД, органов юстиции, судов принять в нем участие и выслушать все, что им скажут лидеры национальных объединений. Мы в комитете знаем о подобных фактах, не обо всех, конечно. И каждый раз, когда конкретные случаи притеснения людей по национальному признаку становились нам известны, по ним принимались меры. Могу сказать абсолютно точно, что целый ряд работников органов внутренних дел был наказан за то, что они вели себя некорректно, неправомерно по отношению к людям: без санкции обыскивали, останавливали транспорт, отбирали документы и так далее. Позиция мэра в этом вопросе однозначна: порядок в городе должен быть обеспечен, но не за счет нарушения прав человека. Вообще преступник он и есть преступник, и национальность тут ни при чем. Кстати, выходцы из кавказского региона не занимают первых мест в статистике преступлений. Мнение, бытующее в народе по этому вопросу, сложилось из-за непрофессиональной трактовки статистических данных. Что касается негативного отношения к людям других национальностей, то грешат этим не только органы внутренних дел. Когда мы собираем Межнациональное совещание, то получаем от руководителей неформальных объединений примерно поровну претензий по работе органов милиции и средств массовой информации. Знаю, что есть заказная печать, которая специально поджигает межнациональные отношения. Я не буду о ней говорить, это отдельная тема, тут и методы особые. Но есть просто непрофессионализм журналиста, который иногда пишет, не понимая, что может кого-то ранить. Например, в одной очень популярной московской газете прошла заметка о неком судебном разбирательстве. Судья и прокурор были названы по должности, а преступник по национальности — цыган. Вы не представляете себе, какая реакция была у диаспоры цыган. Под заголовком «Кавказцы дают жару» одна газета поместила статью про собак. Таких «ляпов» можно привести множество. Да и высокопоставленные чиновники имеют искаженное представление о национальной проблеме в городе. Как-то пыталась говорить с одним генералом милиции о том, что сотрудники его ведомства неправильно себя ведут по отношению к азербайджанской диаспоре, а он мне отвечает: «Людмила Ивановна, но они же наших девочек тут насилуют, увозят их куда-то, что попало с ними делают». Тут я возмутилась: «Вы о ком? Вот об этом академике, что рядом с нами сидит, он родился в Москве, но по национальности азербайджанец? Или о том враче-азербайджанце, который в отделении реанимации спасает сотни больных каждый день и уже 20 лет живет в Москве?». Многие не понимают, что такое в Москве люди разных национальностей. Это и коренные москвичи, и беженцы, и вынужденные переселенцы, чье пребывание в столице юридически обоснованно. Еще, конечно, это приезжие люди, которые уходят от регистрации, не подчиняются законам, ведут себя неподобающим образом. Мы хотим помочь журналистам узнать проблему поглубже, для этого придумали целую систему мер. Договорились с журналом «Студенческий меридиан» о том, что откроем специальный конкурс для студентов журналистских факультетов. Пусть делают курсовые, дипломные работы по межнациональной тематике. Мы установим премии, гранты и вручим их тем, кто наиболее ярко, интересно, современно и компетентно будет писать на эту тему. [b]Если я надену брюки, то не стану мыслить, как мужчина — Вы сказали, что преступность не имеет национальности. А политика имеет пол? [/b] — Имеет, конечно, а как же? У нас разве двуполая политика? И в федеральном, и в московском правительстве заседает самый настоящий «мужской клуб». Недавно мы вместе с Любовью Кезиной и еще несколькими женщинами ездили в Швейцарию на 200-летие перехода Суворова через Альпы. Посол устроил в честь встречи с нами прием. К нам были очень внимательны и не переставали удивляться: «Какая странная делегация приехала, однополая!». Я говорю: «А у вас что, обычно приезжают двуполые делегации?». Когда приезжают одни мужчины, ни у кого не возникает вопросов... Мы рождены на свете не красными и белыми, не грузинами и русскими, даже не членами КПСС или демократических партий. Мы рождены на свет мужчинами и женщинами. Мы разные, и из этого надо исходить. Даже если я надену брюки, а мужчины юбки, все равно мы разные и по-разному мыслим, по-разному существуем, разное умеем. В обществе, где существует гармония, мужчина и женщина должны быть вместе. Если в семье нет мужа или жены, то это тоже семья, вызывающая всяческое уважение, но она все же не так гармонична. Когда в рабочем коллективе одни мужчины или одни женщины, это тоже неверно. У нас такая сложная страна, а мы ею управляем «мужским клубом»! И дело вовсе не в том, чтобы больше женщин появилось в органах власти. Важно, чтобы женское мировоззрение влияло на принятие решений. Вот тогда бы не было войн, тогда бы мальчиков наших не посылали штабелями укладываться под танки. Женщина, дающая жизнь, охраняющая семейный очаг, мыслит как созидательница. Декларативно гармония не устанавливается, в идеале она должна быть естественной. Правда, я не знаю ни одной страны, где так получается. Зато во всем мире существуют правила игры, которые стимулируют приход женщин к власти. Ведь женщины не глупее мужчин, среди них и отличниц больше, и медалисток, и в вузы их больше поступает. Просто на каком-то этапе жизни они отстают: создают семью, устраивают быт, рожают детей... И все это при нашей социальной необустроенности, при хронической нехватке денег. Когда все это позади, она, отличница в прошлом, не уступающая никому из мужчин, вдруг оказывается вообще на пятнадцатых ролях. И вот здесь цивилизованное общество, понимающее, что все это время она работала на него, должно не подачку дать, а помочь стать тоже полноценным руководителем. Как помочь? Подучить, посмотреть, чтоб ее не дискриминировали по признаку пола. Я недавно вернулась из Исландии, куда нас посылал Юрий Лужков изучать опыт участия женщин в управлении. У них президент — женщина, нынешний мэр Рейкьявика — женщина, 50% депутатов — женщины. В коллектив, где менее половины женщин (при прочих равных условиях) предпочитают брать женщин. Для выравнивания. Несколько раньше я побывала в Европарламенте, где существует комиссия по отслеживанию продвижения женщин. А мы в этом деле понимаем так мало, что чаще всего только посмеиваемся. Что такое феминология, а это наука о положении женщины и ее роли в обществе, многие не знают. Некоторые даже слово «феминология» с лесбиянством путают. На словах «гендер», «гендерный подход» и «гендерная экспертиза» заикаются люди даже высокого уровня власти. Да, во власти засилье мужчин. В Совмине одна единственная женщина, в московском правительстве ни одной, в городскую думу прорвались, слава богу, восемь из 35, в Госдуме — 6% женщин, а дама-губернатор есть только в Корякском округе. Надо же как-то пробиваться, чтобы политика была гармоничной! [b]— Можно задать скользкий вопрос? Вы серьезно считаете, что в России возможно равноправие мужчины и женщины? Это же нонсенс. Как можно бороться за равноправие в стране, где столько мусульман, где огромная часть населения ориентируется на Восток? [/b] — Равноправие — это общепринятый международный термин, но я считаю более точным слово «равнозначность». Нам надо быть равнозначными фигурами общества. Права у нас определены законодательством и в нем нет дискриминации. Проблемы возникают на уровне реализации. Кстати, в некоторых мусульманских странах женщины занимают весьма высокие посты. Что касается России, то исторически все складывалось не так уж плохо. У Ларисы Васильевой, моей подруги и единомышленницы, вышел потрясающий двухтомник «Жены русской короны». Там написано обо всех женщинах, которые когда-то сами были у власти или рядом с мужчинами-властителями. Это целое исследование с точки зрения места и роли женщины в российском обществе. Действительно, были времена, и далеко не самые худшие, когда правили женщины. И справлялись не хуже мужчин. Но сегодня наше общество больше склонно к патриархальному мышлению. Когда женщина чувствует, что ей надо активнее вкалывать, чтобы доказать, что она может работать не хуже мужчины, становится горько. Моему ребенку было полтора года, когда я приехала в Москву. В ЦК комсомола существовала норма:100 дней в году —командировки. Я ездила, как все мужчины. Только им перед командировкой жены соберут чемоданчик, после приезда постирают. А я должна была перед отъездом 300 пельменей в морозилку заложить, потому что больше ничего другого готовить мои мужчины не умели. Приготовить ребенку в детсад одежду на несколько дней, а потом приехать и это все постирать, навести порядок в доме и сложить сумку для следующей командировки… И так все женщины. Конечно, это колоссальное напряжение! Но тем женщинам, которые решили чего-то достичь, приходится принимать эти правила игры. [b]— Вы поддерживаете предложение о введении квоты на присутствие женщин в органах власти? [/b] — Я считаю, что квота как временная мера действительно необходима. Для того, чтобы сориентировать общество, чтобы оно развивалось по нормальным законам. По эмпирическим оценкам, треть присутствия тех или иных сил в коллективном органе управления дает возможность этой группе заявлять и отстаивать свои идеи. Когда меньше, то они никогда не проведут своей точки зрения и не будут заметны. Весь Запад пользуется этим квотированием. [b]Операционная была страшнее БАМа — Хотелось бы спросить вас о работе в наградном отделе. Были в вашей практике награждения, которые запомнились на всю жизнь? [/b] — Хороший вопрос. Во-первых, я пришла заведующей отделом наград в тот момент, когда началась активная демократизация. Это был период, когда ушли от кампанейщины в награждении в связи с памятными датами и днями рождения. Я ввела тогда практику выезжать в коллектив и на месте знакомиться с людьми, оценивать их дела. Однажды в отдел прислали представление на 7 000 наград за БАМ. Не успело оно к нам попасть, как в «Комсомольской правде» появилась статья «Дамы приглашают кавалеров», где писали, что кампанейщина жива и конца этому формализму не будет. Я ее прочитала, собрала бригаду, взяла из министерства людей, и все вместе мы проехали БАМ от начала до конца. Выходили на станциях, беседовали с людьми, смотрели, что сделано. Многие действительно жили там в палатках, в вагончиках, прилипая по ночам спиной к мерзлым стенкам. А днем работали, несмотря на сорокаградусные морозы. Конечно, они заслуживали наград. Но самым большим потрясением стало другое награждение. Валерию Ивановичу Шумакову, теперь известному человеку, почетному гражданину Москвы, академику, исполнялось 60 лет. Пришли ко мне его сотрудники и говорят: у директора юбилей, а у него нет ни одной государственной награды. Каждый год им давали разнарядку на представление к награде одного человека с условием, что это должна быть женщина, санитарка или что-то в этом духе. До него никогда не доходило дело. Они принесли представление на орден Почета и пригласили меня посмотреть институт, прийти на операцию. Совершенно случайно оказалось так, что ночью у них была пересадка печени. Оперировали 42-летнюю женщину с циррозом печени. Я очень личностно это восприняла, потому что у меня на 50-м году жизни от той же болезни умерла мама. Смотреть операцию было страшнее, чем лазать по тоннелям на БАМе. Я видела, как Валерий Иванович работает: он стоял почти 20 часов возле стола, руководил огромной бригадой врачей. Узнала потом, что им было пересажено очень много человеческих сердец, что он следит за дальнейшей жизнью своих больных. И когда я все это увидела, думаю, Боже, кому мы даем Героев? В 60 лет он получит орден Почета, потом, возможно, еще чего-то, но Героем никогда не станет. Я написала президенту записку, что в порядке исключения этот человек должен получить сразу звание Героя Социалистического Труда. Он звание получил, это стало его первой государственной наградой. После, уже при новой власти, Шумаков получил другие высокие награды, стал почетным гражданином Москвы. И еще был один очень любопытный сюжет в отделе наград. Когда наступил момент выходить на пенсию тем, кто во время войны был подростком, выяснилось, что очень многие из них, хоть и работали в военное время на предприятии, не получают ни льгот, ни пайков… Стали разбираться. Оказывается, награды участникам трудового фронта давали по последнему месту работы. Когда закончилась война и стали награждать, все, кто трудились в этот момент, получили награды. А тот, кто был в эвакуации, вкалывал на заводе, а потом вернулся в родные места и стал учиться, например, оказался забыт. Мы предложили давать им награды при подтверждении всего, что связано с их работой. Долго доказывала, что в данном случае срок давности не должен быть помехой. [b]— Ваш комитет связан с работой, которая проводится по розыску людей, не получивших награды во время войны? [/b] — Впрямую нет. Этим занимается организация, которая называется «Награды Великой Отечественной», возглавляет ее Зиновий Вениаминович Галутин, а мы ей помогаем. Примерно 17 000 ветеранов, а чаще, к сожалению, их потомки уже получили через 50 с лишним лет свои награды. Кстати, это коснулось и меня. Я хотела найти наградные листы своего отца, который прошел всю войну, имел награды. Мне хотелось знать, за что, и рассказать своему сыну, чтобы помнил, каким наш дед был во время войны. Зиновий Вениаминович достал мне эти листы, а потом спрашивает: а где ваш отец был в 43-м? Я говорю: на Курской дуге, был контужен, ранен… Оказывается, нашлась его медаль «За отвагу». Отец живет в Краснодаре, там ему вручили в торжественной обстановке эту медаль. Для него и для всей семьи это был огромный праздник. [b]ДОСЬЕ "ВМ"[/b] [i][b]Людмила Ивановна Швецова[/b], председатель Комитета общественных и межрегиональных связей правительства Москвы. Обаятельная женщина, неординарный человек. Наверное поэтому и жизнь ее всегда была яркой и интересной. Людмила Ивановна окончила Харьковский авиационный институт и получила совсем не женскую специальность авиационного инженера. Конструировала крылья знаменитого «Руслана» в КБ Антонова и даже писала диссертацию, правда, защитить не успела — ее увлекла комсомольская работа. Прошла путь от секретаря райкома до заведующей отделом научной молодежи, секретаря ЦК комсомола Украины, потом была избрана секретарем ЦК ВЛКСМ. Позже работала в Верховном Совете СССР заведующей отделом наград, затем главой Комитета по делам семьи и женщин. Защитила диссертацию, но уже на «женскую» тему: об интеграции женщин в политику.[/i]

Новости СМИ2

Михаил Бударагин

Кому адресованы слова патриарха Кирилла

Ольга Кузьмина  

Москва побила температурный рекорд. Вот досада для депрессивных

Дарья Завгородняя

Дайте ребенку схомячить булочку

Оксана Крученко

Детям вседозволенность противопоказана

Анатолий Сидоров 

Городу нужны терминалы… по подзарядке терпения

Виктория Федотова

Кто опередил Познера, Урганта и Дудя на YouTube

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

В чьей ты власти?