втр 22 октября 17:37
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Московское землетрясение, или как снесли могилу Баумана

Мосгорсуд выпустил из СИЗО виновника ДТП у «Славянского бульвара»

Как будут отдыхать россияне на ноябрьские праздники

Каховскую линию закроют на реконструкцию 26 октября

Появилось видео с места убийства двух человек в Новой Москве

Эдгард Запашный: Цирк для зоозащитников — инструмент самопиара

Синоптики предупредили о снижении температуры в столице

Названа доля семей, которым хватает средств на еду и одежду

Кинолог рассказал, чем лучше кормить собак

«Готовим законопроект о запрете аниме»: как японцы обидели Поклонскую

Трамп объяснил, почему начали процедуру импичмента

Путешественники назвали способы борьбы с джетлагом

Чем опасно долгое использование смартфона

Михаил Ефремов: Горбачев спас Россию

Московское землетрясение, или как снесли могилу Баумана

Каким был московский апрель 1906 года

[i]Ровно сто лет назад страсти в Москве никак не могли утихнуть, хотя уже больше трех месяцев прошло со времени подавления декабрьского восстания. Да и как было удержаться от эксцессов, когда вся страна еще продолжала биться в революционных конвульсиях?[/i] [b]Землетрясение далекое и близкое[/b] В апреле 1906-го сейсмографы, установленные на Пресне, зафиксировали два заметных толчка. Первые колебания почвы (5 апреля) были отголоском сильнейшего калифорнийского землетрясения, практически стершего с лица земли город Сан-Франциско. А вот второе сотрясение московской земли, зафиксированное сейсмографами, никакого отношения к природным катаклизмам не имело. Оно было результатом очередного теракта, случившегося на Тверской, близ резиденции генерал-губернатора. Что же там произошло? 23 апреля многие жители столицы услышали оглушительный взрыв. Те, кто был вдалеке от Тверской, подумали, что стреляют холостыми с Тайницкой башни Кремля по случаю дня тезоименитства императрицы Александры Федоровны. И лишь прохожие стали очевидцами покушения на хозяина Москвы вице-адмирала Федора Дубасова. Бомбу в проезжавшую коляску метнул переодетый в морскую форму террорист Вноровский-Мищенко. Дубасов был тяжело ранен, а его адъютант, граф Коновницын, погиб. Пострадали и стоявший на посту городовой, а также несколько случайных прохожих, в том числе трое детей. [b]Скандал вокруг кладбища[/b] А вот «сотрясения социальной почвы» на Ваганьковском кладбище приборы не отметили, хотя повод для волнений был. 11 апреля по Москве поползли слухи, что собравшаяся на кладбище по случаю Радоницы (день поминовения усопших) толпа разрыла могилу убитого в прошлом году Николая Баумана, а гроб с его останками разнесли на части. Другой слух утверждал, что могилу уничтожили власти, а гроб перезахоронили в другом месте. Слухи оказались преувеличенными, хотя и не далекими от истины. За полгода могила Баумана превратилась в место паломничества для революционеров. Здесь устраивали митинги, призывали к насилию, распевали революционные песни. Поэтому градоначальник распорядился: могильный холм срыть, красные флаги уничтожить, венки и цветы перенести на соседние могилы. Холмик, впрочем, вскоре опять появился – но его снова срыли. Любопытно, что когда в 1926 году на могиле Баумана устанавливали памятник, обнаружили, что насыпной холм оказался в стороне от места погребения. В яме, вырытой при закладке фундамента памятника, гроба не оказалось, его обнаружили на расстоянии двух метров. Были ли это останки Баумана – так и осталось неизвестным. [b]Власти и страсти[/b] Тяжелое наследство досталось недавно избранному городскому голове Николаю Гучкову. Долг городского самоуправления достиг 40,5 миллиона рублей при годовом бюджете чуть более 21 миллиона. Подходили сроки платежей, только на неотложные расходы требовалось более 7 миллионов. Был момент, когда в городской кассе оставалось только 300 тысяч рублей, из которых 250 тысяч требовалось выплатить в виде жалованья городским служащим. Пообещали дать в долг питерские городские власти, но в последний момент отказали. А тут еще непредвиденные расходы – на выборную кампанию в Госдуму Москва истратила больше 100 тысяч рублей. Городским властям приходилось экономить на мелочах: отменили поливку улиц, сократили и без того скудное уличное освещение… Но была и другая Москва, веселящаяся и развлекающаяся. Необычайно модными стали граммофоны – их ставили в трактирах и ресторанах, покупали в личное пользование московские обыватели. «Граммофоны в Москве самой невозможной конструкции: рев изумительный. Весело!» – писали газеты. Как грибы после дождя появлялись клубы. Декларировали они цели самые благородные, но на деле вся их деятельность, независимо от названия, сводилась к азартным (запрещенным законом) карточным играм. Даже один из старейших московских клубов – Литературно-Художественный кружок – не остался в стороне от этого поветрия. Если доходы от членских взносов этого «собрания московской интеллигенции» составили чуть более 30 тысяч рублей, то штрафы от засидевшихся до утра картежников приносили кружку в семь раз больше… Новый московский градоначальник Рейнбот взялся было искоренять эту заразу, но очень скоро сдался, превратившись в обыкновенного взяточника. Впрочем, Рейнбот оказался неспособным навести порядок даже в собственном доме. Полицейские явно не справлялись со своими обязанностями. Число побегов уголовных и политических арестантов из московских полицейских домов достигло невиданных размеров. Только из Сущевского дома за неделю сбежали 16 человек. А вот исполняющий обязанности московского губернатора Владимир Джунковский пошел по другому пути. Без привычных для нас жалоб на то, что москвичи «не хотят идти на такую работу», он откомандировал на Кавказ одного из приставов, который завербовал на службу тамошних аборигенов. Уже в апреле первая группа из 92 «диких горцев» прибыла в Москву для наведения порядка. [b]Революция и демография[/b] Газеты отмечали резкое увеличение в Москве количества патологических родов. Акушеры объяснили это стрессами, которые во время недавних забастовок и восстания неблагоприятным образом отразились прежде всего на женщинах. Впрочем, революционные стрессы подействовали не только на женщин, но и на слабые головы некоторых военных. Штабс-капитан Пупков прислал в управу жалобу на то, что еще 11 декабря революционеры отобрали у него орудие труда – шашку, – и обвинил городское управление в том, что оно «не приняло надлежащих мер к безопасности мирных обывателей», потребовав возмещения убытков в размере 14 руб. 50 коп. Городской голова, у которого и настоящих проблем было выше крыши, все же нашел время ответить бравому капитану, любезно разъяснив ему, что «предупреждение и подавление вооруженного восстания не входят в круг обязанностей городского общественного управления», и следовательно убытки возмещать управа не обязана. При этом Гучков из личных средств отправил штабс-капитану И. Пупкову 15 рублей – «на бедность». [b]На илл.: [i]Площадь перед домом генерал-губернатора. Здесь был центр московской жизни. Здесь же произошло покушение на Ф. Дубасова.[/b][/i]

Новости СМИ2

Сергей Лесков

Все, что требует желудок, тело и ум

Георгий Бовт

Верен ли российский суд наследию Александра Второго Освободителя?

Оксана Крученко

Соседи поссорились из-за граффити

Александр Никонов

Искусственный интеллект Германа Грефа

Ольга Кузьмина  

Выживший Степа и закон бумеранга

Ирина Алкснис

Экология: не громко кричать, а тихо делать

Александр Лосото 

Бумажное здравоохранение