Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

Психиатр рассказал, чем для общества чревато отсутствие норм

Общество
Психиатр рассказал, чем для общества чревато отсутствие норм
Кадр из фильма «Морозко» / 1964 год

Согласно одному из исследований ВЦИОМа, такие понятия, как «справедливость», «труд» и «патриотизм», более значимы для людей старшего возраста, чем для молодежи: они вызывают позитив у 14–25 процентов респондентов 60 лет и старше, тогда как среди опрошенных в возрасте 18–24 лет так на них реагируют лишь 3–5 процентов. Но разве может быть сильным общество с различными базовыми понятиями? Попытаемся разобраться с экспертом.

Удивительно, но свободолюбивое создание по имени человек чувствует себя более комфортно, если живет в системе четко прописанных координат: это — плохо, это — хорошо, так поступать стоит, так — нет. И наш эксперт, доктор медицинских наук Андрей Жиляев, уверен, что большинство наших проблем связано с разрушением существовавших прежде аксиом-столпов, замены которым пока не нашлось.

— К сожалению, приходится констатировать, что у нас нарушилась передача от поколению к поколению аксиом, которыми жило старшее поколение. Иными словами, они неприменимы в качестве опыта к поколению младшему, — уверен Андрей Геннадьевич.

С точностью до наоборот

Желая поспорить, начинаю вспоминать. Деды учили наше поколение не задавать работодателям вопросов о деньгах, считалось неприличным и расхваливание себя и своих талантов. «Скромно живешь — в почтенье помрешь», — прибавляли бабушки, не забывая напоминать: «лучшее украшение девушки — скромность».

А что сейчас? Не проси денег — так их и будут платить коллегам-конкурентам, а за лишнюю скромность придется расплачиваться — затопчут! Аксиомы нашего времени иные: скромность — удел убогих, без самопиара — никуда. Не можешь «выступить» — ты рохля и недобитый интеллигент… Да и школа теперь не воспитатель, а предоставитель услуг…

— Сегодня мы имеем право говорить о том, что у нас наметились определенные векторы смещения общественной морали, — объясняет Андрей Жиляев. — Непреложные истины из недалекого прошлого утеряны или разрушены. Вы правы: та же скромность была в приоритетах, и вокруг этого важнейшего «столпа» строилось в нашей жизни многое. А сейчас на повестке дня — противоположный тренд, выходящий за рамки разумного и преодолевающий грани самого вычурного эпатажа.

Скромность превратилась в вынужденное качество, порицаемое или игнорируемое. Еще недавно и в голову людям не приходило посвящать кого-то в интимные подробности своей жизни. Более того, если человек имел склонность полностью «выворачиваться» на людях, демонстративно обнажая свою жизнь и себя перед окружающими, это в среде специалистов называлось психическим эксгибиционизмом и считалось признаком психического расстройства, относящегося к истерическому спектру. Это казалось не нормой, а в обществе существовали четко осознаваемые каждым критерии этих норм. Это важно, поскольку в условиях отсутствия нормы человек дезактивирован и не способен выстроить отношения ни с обществом, ни с самим собой.

В справедливости печального утверждения, напоминающего диагноз, Андрей Жиляев уверен:

— Взгляните на происходящее непредвзято. Все тренды, которые когда-то относились к истерическим проявлениям, перешли в разряд социально поощряемых. Взгляните на блогосферу — она почти полностью находится в зоне демонстративных деклараций, состоит из соревнования самомнений и попыток выбросить вовне все то, что по сути является сокровенным. Это превращается в пародию на психическую и психологическую норму.

А может, все это и не страшно? Но эксперт уверен: недооценивать ситуацию нельзя.

— Люди, которые еще помнят иные позиции общественной морали, могут удерживаться в рамках тех норм, которые и удерживают все «разумное, доброе, вечное». Но дети, увы, впитывают сейчас те идеалы, которые понесут затем по жизни — образцы дня сегодняшнего.

Мы уже видим первое поколение, не заставшее тех норм, о которых мы говорим…

Это люди 30–35 лет, объясняет Андрей Жиляев.

Кого-то из них воспитывали дома по тем образцам, которые были живы в «генетической памяти». А кто-то воспитывался на том, что видел вокруг. И проблемы, которые возникают у этих людей, очевидны. Но у них самих уже появляются дети, напоминает эксперт! Которые растут в мире новой морали, с ощущением приоритета личности и личностных ценностей, когда эгоцентризм и эгоизм подаются как норма и именно через призму эгоизма рассматривается все остальное.

Все заточено на «я»

В этот момент против воли появился в нашей беседе «накал». Как же так, переспросила я эксперта, что за отрицательные нотки я слышу в вашем голосе, если ваши коллеги-психологи, да и, собственно, практически вся современная психология, просто «повернута» ныне на установках на индивидуализм и приоритет личностных интересов? И те же тренинги личностного роста, и различные коучи говорят об этом!

— То, о чем вы говорите, это отражение сути происходящего, — поясняет Андрей Жиляев. — И психологов в какую-то особую когорту я выделять бы тут не стал. Важно понимать, что человека делают человеком надличностные ценности, поскольку интересы личные ограничены во времени длиной человеческой жизни.

Когда мы говорим о примате личностных ценностей, мы девальвируем те понятия, на которых зиждется общество. Человек самодостаточный, по большому счету, в обществе не нуждается. Тот, кто углублен в себя, будь то хоть йог, достигший просветления, хоть глубокий мудрец-философ или схимник, — эти отдельные, особые люди уходили из общества, жили сами по себе и на общество не надеялись. В других вариантах зацикливание на личностных интересах именовалось мещанством. Кстати, а вы не задумывались, почему современные руководители крайне неохотно внедряют психологов в коллективы? Да потому, что иной психолог разговорами о примате личностного девальвирует само представление о ценности коллектива, сплоченности, общих целях и задачах.

А еще мы перестали верить в искренность, замечает Андрей Жиляев. И проявляем себя в ситуациях, которые раньше предполагали лишь одну реакцию, порой неадекватно. Например, раньше, поясняет специалист, невозможно было не оказать помощь человеку в непростой ситуации — будь то падение на улице или драка.

— Бьют женщину на улице, и люди, вместо того чтобы вмешаться, снимают сюжет на телефоны. Оскорбляют кого-то, издеваются — то же самое. Правда, есть этому и некоторое «оправдание», ведь ввязывание в конфликт может быть чревато. Например, недавно обсуждался такой сюжет: люди, односельчане, сбили машиной вернувшегося домой после отбывания тюремного срока мужчину, местного жителя.

Почему сбили, уточняет Андрей Геннадьевич: потому что он зарезал пятерых человек и отправился с окровавленным ножом гулять по деревне. Не исключено, что был в настроении поработать ножом еще и еще. Его сбили, связали и отдали в полицию. Но сбивавшие убийцу попали под суд — за наезд. Казалось бы, это несоразмерные вещи, ведь это был убийца, но пострадали те, кто своими действиями снизил уровень социальной угрозы... Теперь, если, не дай бог, случилось бы нечто подобное, найдется ли тот, кто рискнет оказать сопротивление?

Психиатр рассказал, чем для общества чревато отсутствие норм Кадр из фильма «Москва слезам не верит» / 1979 год

— Да, это вопиющий случай, — продолжает Андрей Геннадьевич, — но есть масса другого, одной природы с этим: мы уже не звоним в полицию, если нас донимают телефонные мошенники, поскольку «себе дороже», спокойно пройдем мимо лежащего на дороге человека. Все это иллюстрация того, что рухнула еще одна аксиома: государство больше не наш защитник, личность должна защищать и формировать себя сама. И она делает это, как умеет...

Недоверие в обществе друг к другу, рассказывает эксперт, сформировалось не в раз. Когда-то съемочная группа «Взгляда» провела эксперимент: они предлагали прохожим на Арбате шикарные футбольные мячи в подарок. Люди не брали — подозрительно! Тогда феномен настороженности лишь начинал себя проявлять.

— Примат личностного приводит к людской разобщенности, что противоречит призывам различных деклараций, провозглашенных как в нашей стране, так и в Европе, — продолжает Жиляев. — А призывают они, между прочим, к консолидации усилий, формированию национальной идеи и прочим аналогичным вещам. Но у нас уже «моя хата с краю» — главное. И уже понятно, что если нам до чужих дела нет, нет и тех, кто готов жертвовать собой ради чужих. А чем тогда цементировать общество?

Эти крошечные эпизоды складываются в мозаичное полотно.

— У нас в тренде оказались заимствования из чуждой, навязанной нам психологии. Это и есть самое тяжелое наследие, доставшееся от недавних времен. Не обнищание, не экономические сложности, а психология индивидуалистов, — уверен Андрей Геннадьевич, — поскольку она транспонируется в будущее именно с позиции развала и попыток подмены главного эфемерными экономическими перспективами. У нас даже призывы, адресованные будущему, сместились в экономическую сторону: «Вы сможете заработать», «Вы получите проценты…»

Экстраполяция этого на уровне официальной лингвистики — та самая «услуга», которая губит духовную сущность общества. Ведь социальные статусы в обществе всегда формировались на нескольких уровнях. Продавец оказывает услугу — это одно, а врач, учитель, полицейский не могут оказывать услуг, род их занятий предполагает высокую вовлеченность в процесс и ответственность. Увы, но мы уже сталкиваемся с тем, что иных врачей больше волнует регламент, чем смысл деятельности...

Жить без смыслов не получится

Крушение незыблемых, хотя и простых по сути аксиом, это проблема со многими следствиями. Страшные последствия имеет утеря смыслов деятельности, поскольку бессмысленное действие приводит к психологическому выгоранию. Такие эпизоды участились? Выходит, утеря смыслов носит массовый характер.

— Сизифов труд потому и наказание, что он лишен смысла, — поясняет Андрей Жиляев. — Мы говорим об абсолютно бессознательном законе, суть которого в том, что любое психологическое действие стремится к завершению, а завершением действия является достижение смысла, результата. Этот закон сформулировала когда-то психолог Блюма Зейгарник.

— Ремонтники дороги, соблюдая свои интересы, ее перегораживают. Зачастую в этом нет смысла, просто им так удобнее — огородил территорию, не надо бегать и переставлять разделительные конусы. Но ведь истинный смысл в том, чтобы трасса «ехала». Она должна быть комфортна для автомобилиста. А когда работает, скажем, кредитная организация? С 9:00 до 18:00, то есть в то время, когда люди тоже находятся на работе. И таких примеров можно привести сотни. Мы живем в россыпи вторичных смыслов.

Психиатр рассказал, чем для общества чревато отсутствие норм Кадр из фильма «Королева бензоколонки» / 1963 год

Уродливое отражение

Закономерный вопрос: и что же тогда? Жиляев уверен: решается эта проблема непросто, но и не так сложно, как может показаться.

— Нужно учить людей, особенно молодых, формировать цели и смыслы до того, как начинается процесс решения задач. Процесс и результат необходимо разделять, ведь на деле мы видим, что каждый — сам за себя. Закон джунглей.

Насколько нужно вмешиваться в процесс? Андрей Жиляев убежден: необходимо.

— Ведь очень скоро мы начнем собирать посеянный нами или нашим попустительством урожай: запредельный цинизм и бездуховность нового поколения при полном отсутствии патриотизма, поскольку «отдельно взятой личности» все эти «глупости» чужды и неинтересны.

Наши дети учатся жизни на очевидных примерах: они не видят, чтобы успешно трудящийся человек стал заметным членом общества, зато часто слушают клоунов, которых вынесла на пик популярности псевдоуспешность, подразумевающая исключительно владение материальными активами, людей, получивших свои преференции на уродливых явлениях вроде хайпа и эпатажа, да еще и циничных настолько, что позволяют себе социальное менторство.

Наши дети сталкиваются с искаженным юмором, превращенным в издевательство над людьми, наполненным страшной неприкрытой агрессией. Мы уже видим второе поколение, поднимающееся после крушения аксиом, и видим растерянность молодых родителей — почему дети такие, — но защищающих свое дитя даже в острых случаях проявления им агрессии. И дети растут в обществе, которое точнее было бы назвать стадом конкурирующих единиц. А человек стал человеком, потому что он научился кооперироваться с другими себе подобными…

Время закладки фундамента

Обратите внимание, аксиомы — основа кристаллической решетки, на которой стоит наше общество, указывает Андрей Жиляев. А у нас изменился подход и к семье, которая все больше формируется как экономическое сообщество.

— На подмену семье пришло нечто иное — взаимодействие двух эгоистических концепций. Разговоры — о деньгах и вкладах, все экономическое... Как будто мы создаем не семью, а новое юридическое лицо «ООО 7я». Увы, членам таких «семей» часто не понять формулы любви старого формата: любовь — это уважение, доверие и терпимость к недостаткам. Общество без глубинных смыслов превращает семейный союз в подобие предприятия, которое имеет свои цели, но и это предприятие разрушают конфликты, которые ныне превращены в войну.

Спор сдрейфовал в сторону ссоры, причем чтобы выиграть, надо оскорбить, унизить оппонента: он враг! За этими эмоциями ускользают в небытие сам предмет ссоры, а остается лишь тяжелое послевкусие.

Но ведь и теоремы доказывают. Есть ли у новых теорем шанс стать аксиомами?

— Мы поймали тренд, который раньше нас увидели в развитых странах, и как нерадивые ученики усвоили прописные истины, но не смогли подойти к ним критически. А ведь и на Западе, и в Америке очень много хорошего взяли из нашего советского опыта. Если вы шли в лесу по знакомой тропинке, потом решили сократить расстояние, ломясь через кусты, но вовремя поняли, что заблудитесь, надо вернуться на тропинку, так ведь? Может, пора это сделать? Без аксиом — невозможно. И, это самое главное, они должны быть созданы. Конечно, это непросто, но самое главное — а кто их должен, собственно, принять?

Ответ эксперта многих удивит: да, государство! Оно должно сформулировать для себя четкие, ему необходимые смыслы. Но, кроме того, это должен сделать каждый — для себя, сам. Иначе — ничего не получится.

ДОСЬЕ

Андрей Геннадьевич Жиляев — российский психолог и психиатр, доктор медицинских наук, профессор, председатель правления Евразийской ассоциации медицинских и экологических технологий.

КАК У НИХ

Понятие «европейские ценности» представляет собой совокупность аксиологических максим, то есть основных принципов обустройства семьи, общества и государства, политико-экономических, правовых, культурных, этических и других норм, объединяющих значимое большинство жителей Европы (Западного мира), служащих основой их идентичности. Идеология, основанная на этих ценностях, называется европеизм, или европеанизм.

Наличие европейских ценностей считается фундаментальной базой Европейского союза (ЕС) и основанием для европейской интеграции, но не все эксперты разделяют такую концепцию.

ЦИФРА

49 процентов россиян считают самым позитивно воспринимаемым словом (символом) «справедливость».

Подкасты