Главное
Карта городских событий
Смотреть карту
Сторис
Эпоха Старбакс и Макдональдс

Эпоха Старбакс и Макдональдс

Кто придумал Последний звонок?

Кто придумал Последний звонок?

Легендарный «Москвич» вернулся

Легендарный «Москвич» вернулся

Какие города играли роль Москвы

Какие города играли роль Москвы

Кого нельзя сократить?

Кого нельзя сократить?

Отцовство в зрелом возрасте

Отцовство в зрелом возрасте

Судьбы детей-вундеркиндов

Судьбы детей-вундеркиндов

Как рок-н-ролл пришёл в СССР?

Как рок-н-ролл пришёл в СССР?

Где в мире заблокированы соцсети

Где в мире заблокированы соцсети

Как защитить машину от угона

Как защитить машину от угона

«Важнее диплома только друзья»: ректор Михаил Эскиндаров рассказал, как молодым людям добиться в Москве успеха

Сюжет: 

Эксклюзивы ВМ
Общество
«Важнее диплома только друзья»: ректор Михаил Эскиндаров рассказал, как молодым людям добиться в Москве успеха
Михаил Эскиндаров в рабочем кабинете. Михаил Абдурахманович убежден: главное для студента — получить в вузе как можно больше знаний и навыков, а еще — обзавестись верными друзьями / Фото: Пресс-служба Финансового университета при правительстве Российской Федерации

15 ноября ректору Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Михаилу Эскиндарову исполняется 70 лет. Причем 15 из них он возглавляет один из знаковых вузов России. В свой день рождения Михаил Абдурахманович перейдет на новую должность. Накануне юбилея мы решили поговорить с одним из ведущих деятелей российского высшего образования. Беседа получилась довольно эмоциональной и насыщенной. Мы сидим в кабинете ректора, из окна доносится гул Ленинградского проспекта.

— Михаил Абдурахманович, вы родились в черкесском ауле. Еще будучи школьником, работали помощником комбайнера. Как вам удалось поступить в один из ведущих вузов страны — Московский финансовый институт, где, надо полагать, и в 1971 году был огромный конкурс?

— Я успешно окончил в ауле школу и поэтому, конечно, решил, что достоин одного из лучших вузов, поехал поступать в МГУ. Из вещей у меня была всего одна сумка. Приехал, поселился в общежитии главного здания МГУ, усиленно готовился… Но вступительные экзамены провалил! Да, я был одним из лучших учеников нашей школы за всю ее историю. Но тягаться с теми, кто учился в лучших московских школах, не очень-то получалось. К тому же многие из этих ребят занимались с репетиторами, в том числе — преподавателями вузов. В общем, я вернулся в родной аул и стал работать в поле. А потом, совершенно случайно, увидел в газете маленькое объявление, что Московский финансовый институт объявляет прием. Поехал посмотреть. Выхожу на станции «ВДНХ» и вижу настоящее село: деревья, коровы пасутся, церковь... А еще — маленькое школьное здание, которое и оказалось институтом, — я увидел что-то родное, с детства знакомое, и решил — это мое, тут буду учиться! И, кстати, о своем решении ни минуты не пожалел.

— Учась в Московском финансовом институте, вы как-то быстро «вышли в люди».

— Да, это интересная история. Как только поступил, меня вызвал проректор по хозяйственной работе — Александр Леонтьевич Полевик — и сказал: «Ты приезжай пораньше. Не 1 сентября, а числа 25 августа». Я не стал спрашивать зачем, но догадался — будет какая-то работа. Так и оказалось. Нашему институту выделили в Свиблове общежитие. Когда я ехал туда, то рассчитывал увидеть новое высотное здание — это же Москва! А вижу старый барак, где одна на всех кухня, не хватает кроватей и вообще мебели. А дети через неделю приезжают! И мы с несколькими ребятами стали ездить по другим общежитиям и собирать лишние столы, стулья, кровати...

— Ничего себе! Новичку, едва зачисленному на первый курс, сразу доверили ответственную работу!

— Дело в том, что когда я не поступил и вернулся домой, то работал комбайнером, потом трактористом, и меня избрали секретарем комитета комсомола совхоза. А потом избрали кандидатом в члены КПСС. И я оказался единственным кандидатом в партию, поступившим на первый курс. Поэтому руководство вуза вполне логично решило: парню важно себя хорошо зарекомендовать. Ну вот и дали возможность! Конечно, сыграло роль и то, что я был старше большинства первокурсников. Дважды поступал в МГУ, жил в высотном доме — общежитии университета. Да я был практически старожилом!

Трудно пришлось сначала в Москве?

— Непросто. Свиблово, где находилось общежитие, считалось тогда полубандитским районом. Публика специфическая, но мы быстро со всеми подружились. А вот добираться до института было целым приключением. Туда ходил только один автобус — 176-й, и, чтобы попасть в него, нужно было сначала постоять в очереди. Потом эта очередь тебя буквально вносила в салон, а затем возле ВДНХ выносила обратно!

— Я государственник и общественник Михаил Абдурахманович, почему в 1990-е вы остались в вузе? Ведь многие ваши коллеги и друзья ушли в бизнес и стали миллионерами. Не было соблазна присоединиться?

— Конечно, друзья звали. В 1990-х примерно 70– 80 процентов банков в Москве возглавляли наши выпускники. Плюс я, еще будучи студентом, с третьего курса был секретарем комитета комсомола. А комсомол тогда, если отбросить идеологические клише, играл огромную роль! Мы организовывали все: от поездок в колхоз на картошку до поездок на практику за рубеж! И, конечно, многие активные люди того времени быстро переключились на новые дела. Так что в бизнесе, финансовой сфере — кругом — действительно были знакомые и друзья. Но у каждого — своя беда. Моя «беда» — я государственник и общественник.

— Поэтому и не пошли?

— Не только. Отчасти помешали обстоятельства. В 1987 году я уехал за рубеж в качестве руководителя группы советских преподавателей в Аденском университете Йемена. И уезжал я из одной страны, а вернулся в другую — великую державу, которая распалась. То есть во время перемен меня в стране просто не было. Зато, вернувшись, я сразу получил от ректора предложение стать проректором по экономической работе. Собственно, у академии, а мой Финансовый институт к этому моменту стал академией, никакой необходимости в таком проректоре не было. Эту должность ввели специально для меня. «Необходимо найти средства для поддержки вуза и преподавателей», — сказала Алла Георгиевна Грязнова.

Я связался с нашими бывшими студентами, ныне банкирами, страховщиками, бизнесменами, и достаточно быстро был организован Фонд поддержки тогда еще Финансовой академии. Это последние 10 лет, а то и больше я уже ни у кого ничего не прошу, потому что мы сами хорошо зарабатываем. А тогда было трудно, и я благодарен всем, кто создавал фонд, тем, кто помог в трудные годы вузу. А таких было очень много. Задача была выполнена, и уже через год я стал проректором по учебной работе, и с 1993 года все, что творится в Финансовом университете, — все беды и все радости я беру на себя.

Не жалею ни о чем

— Что бы вы хотели поменять в своей жизни? Что бы изменили, будь такая возможность?

— Якобы Уинстон Черчилль как-то сказал: «Кто в молодости не был либералом — у того нет сердца, а кто в зрелости не стал консерватором — не имеет ума». Я считаю, что всему свое время. Какой смысл переоценивать поступки, которые ты давным-давно совершил? Что было, то и было. Но я горжусь тем, что все то время, которое я и мои коллегии провели в университете, мы не работали, а творили! Я считаю, что работать в университете вообще нельзя. В университете нужно творить! Если воспринимать свой труд в вузе просто как источник заработка, то все, конец — ничего хорошего не получится. Университет — это творчество! Я горжусь тем, что мы сделали вуз, куда можно привести ребенка, внука и быть глубоко убежденным, что он вынесет отсюда отличные знания, компетенции и, что еще важнее — найдет хороших друзей. Конечно, были ошибки. Может быть, нужно было активнее расширять направления подготовки кадров. Может быть, с кем-то из сотрудников нужно было раньше расстаться.

Но я этого не делал, чтобы сохранить в коллективе хороший моральный климат и социальное спокойствие. Из-за этого, возможно, несколько тормозилось развитие вуза. Однако в целом я сделанным доволен. Когда я начинал работать в должности ректора, у нас было всего два направления подготовки студентов, а сейчас уже двадцать! Число направлений подготовки аспирантов выросло с 2 до 16. Число диссертационных советов увеличилось с 4 до 19. Иностранных студентов было 127, а сейчас 1710! А еще мы присоединили четыре вуза: Государственный университет Министерства финансов Российской Федерации, Всероссийскую государственную налоговую академию, Всероссийский заочный финансово-экономический институт и Институт повышения квалификации информационных работников. А это непросто, потому что каждый из них — это свой коллектив, свои взгляды, свое отношение к образовательному процессу, научным исследованиям... И все это было нужно как-то объединить, выработать одну стратегию развития.

Когда шло присоединение, многие, конечно, беспокоились — а можем ли мы вообще быть вместе? И я отвечал: «Через два-три года вы вообще забудете, что работали в другом месте!» Так и случилось. Мы сумели не просто объединиться, но сделать один хороший гостеприимный дом. Да, бывают какие-то недоразумения, вопросы, но факт того, что сложился единый коллектив — бесспорен.

Сначала приобретите знания

Что бы вы хотели пожелать нынешним 18-летним? Ведь в Финансовом университете тысячи студентов из других регионов. Как им жить? На какие не наступить грабли?

—Москва — страшный город. Он может поднять на самый верх, а может и затянуть на дно! Мне кажется, что главное для молодых людей — это получить от Москвы положительные эмоции.

Конечно, было бы кощунственно посоветовать им не ходить в клубы или другие увеселительные заведения. А когда туда еще ходить, если не в молодости?! Так что ходите на здоровье, но — соблюдайте меру и тщательнее выбирайте места. В первую очередь, наверное, имеет смысл ходить в театры, на выставки, какие-то культурные мероприятия. Но еще важнее — общение.

Я всегда говорю студентам: пусть у вас будет меньше знаний, но больше друзей. Без друзей жизни не бывает. Высокие достижения наших выпускников в 1990-е и 2000-е годы часто связаны с тем, что они хорошо знали друг друга, понимали, кто на что способен, доверяли друг другу и, конечно, оказывали поддержку. Так вместе бизнес и подняли! А еще, наверное, имеет смысл не лениться. Если за твое обучение в вузе платит государство или родители, то большой грех не воспользоваться этим благом и не получить все знания и навыки, которые только возможно! Также, я думаю, имеет смысл быть хотя бы чуть-чуть активнее, чем основная масса студентов.

— Активность молодых людей все чаще проявляется в том, что они начинают работать. Одобряете?

— Ни в коем случае! Это большая беда. Работа отвлекает студентов от получения фундаментального высшего образования. Мы сегодня об этом говорим очень мало, а делаем еще меньше, гоняясь за сиюминутными успехами и якобы достижениями. Если тебе нужна работа здесь и сейчас — можно пройти курсы по подготовке программистов или кого хочешь. А высшее образование все-таки предполагает многогранное развитие!

Тебя учат и философии жизни, и этике, и математике размышлений. На основе фундаментальных знаний, которые получаешь в вузе, ты всегда можешь перестроиться, адаптируясь к текущим требованиям рынка. А если студент работает, да еще с 1–2-го курса, он лишается базиса! Самое страшное в том, что молодой человек начинает получать деньги, и у него складывается ощущение, что он уже полностью самостоятелен, он всего достиг. Учебу он начинает воспринимать как помеху. К экзаменам готовится в лучшем случае за три дня и если их все-таки сдает, то тут же забывает весь материал. А потом работодатели говорят о деградации высшего образования! Конечно, оно будет деградировать, если молодые люди учатся по остаточному принципу. Я не понимаю, зачем законодатель вводит для студентов возможность работать, разрешая, например, ходить на занятия по желанию. Это настоящая трагедия. Нет, я не против того, чтобы студенты работали. Второй семестр на последнем курсе полностью посвящен практике.

Но работать в течение всей учебы — это очень плохая история. Поэтому всем студентам я бы сказал: «Постойте! У вас вся жизнь впереди, вы успеете и поработать, и заработать. А вот учиться, возможно, у вас времени уже не будет. Успевайте сейчас».

— От чего, на ваш взгляд, зависит качество образования?

— Во-первых, конечно, от квалификации преподавательского состава — умения подавать материал интересно, чтобы студенту было нескучно учиться. Во-вторых, от атмосферы в вузе. Если ты заходишь, а тебя встречает угрюмая небритая физиономия охранника, поломанные стулья, столы, диваны, компьютер, который не включается, у человека просто пропадает желание учиться. Третий фактор — связь вуза с будущим работодателем. Он должен не просто рассматривать выпускников как соискателей на какую-то должность, а участвовать в образовательном процессе! Сказать — «ах, вы плохо учите!» — легко. А вот объяснить, какими именно знаниями и навыками должен владеть выпускник, помочь эти знания и навыки получить — это уже сотрудничество. Которое, кстати, в интересах и вуза, и работодателя.

Недавно, например, у меня был разговор о том, что выпускники вузов имеют слабое представление о реальном положении дел на финансовом рынке и о тех компетенциях, которые там сейчас требуются. Нет проблем! Мы пригласили представителей Центробанка, Минфина, финансовых институтов — давайте вместе поработаем и будем готовить таких специалистов, в которых нуждается рынок.

— Может быть, перенимать вузовский опыт других стран?

— Конечно, это необходимо. Возьмем, например, Китай, чья экономика растет высокими темпами и скоро станет первой в мире. Там университетские библиотеки работают круглосуточно! Все студенты живут в общежитиях, причем куда менее комфортных, чем наши, — с двухэтажными кроватями. И никто не ропщет. Но никто во время учебы и не работает, потому что понимают, что учеба важнее. Они эффективно используют учебное время, получая глубокие знания. Колоссальные успехи китайской экономики формируются в школьных и вузовских аудиториях. А некоторые наши образовательные и околообразовательные «идеологи» призывают закрывать математические школы, меньше внимания уделять основополагающим школьным дисциплинам типа физики и химии. Не будет фундаментального образования, не будет серьезной науки, а значит, новых открытий и изобретений. О последствиях даже не хочется думать.

— Когда я сам был студентом, нам говорили, что главное — это научиться добывать знания самостоятельно.

— Полностью согласен. Проблема российского образования и нашего вуза в том числе — слишком много внимания уделяется аудиторной работе, передаче знаний от преподавателя студентам. И, я думаю, пора активнее внедрять новые формы обучения. Например, проектный — когда сам студент или группа студентов осваивает некий материал и материализует свои знания в виде некоего проекта. Логика тут простая: мир таков, что и в будущем тебе придется постоянно учиться, обновлять свои знания, умения и навыки. Иначе рынок просто выдавит тебя. Я иногда встречаю наших 50–60-летних выпускников, которые по воле обстоятельств лишились работы и не могут найти новую. Почему? А потому что они научились, скажем, банковскому делу, но рынок резко сократился, а больше они ничего не умеют. И научиться не получается.

— Михаил Абдурахманович, а чем в ближайшее время будете заниматься вы — после того, как сами смените вид деятельности?

— Ученый совет университета — кстати, путем тайного голосования — избрал меня президентом вуза. 88 членов ученого совета, по представлению учредителя, коим является правительство России, приняли такое решение. Учредитель также пожелал, чтобы я взял на себя и функции научного руководителя. Издание научных журналов, работа диссертационных советов, экспертно-аналитическая работа — убежден, мне будет чем заняться.

ДОСЬЕ

Михаил Эскиндаров — российский экономист, ректор, с ноября 2021 года президент Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик РАО. Независимый член Советов директоров ряда крупных компаний.

Подкасты