Любовь есть предисловие к разлуке. Открыты новые факты из жизни поэта Иосифа Бродского

О Бродском теперь не знает разве что ленивый – растащен на цитаты, прописан в книгах, вниманием явно не обделен как при жизни, так и после нее. Снимать о нем фильм? Документальный? Кажется, что уже нового скажешь. Оказывается – возможно все.

- Вам – 37 лет. Бродскому могло бы исполниться 75. Разные совершенно поколения и все же… Откуда такой интерес к Иосифу Александровичу?

- Я - филолог. Первую свою работу – по поэтике его рождественских стихотворений - написал в 25 лет. Позже, у одного профессора из МГУ, я писал работу о том, почему Бродский не вернулся из эмиграции. Я читал все, что о нем писали, смотрел все, что о нем снималось.

- ...и решили снять сами. Сразу поняли, о чем будете делать фильм?

- Можно сказать, да. Мы с моим напарником Антоном Желновым захотели рассказать о том, о чем сами слышали меньше всего – о Бродском после 32 лет, про ту биографию поэта, которая закончилась в России после того, как самолет с ним взлетел из аэропорта Пулково.

- О чем хотелось узнать в первую очередь?

- Уже сформулировав для себя идею картины, я начал опрашивать знакомых. А вы знаете, где Бродский преподавал? Нет. А вы знаете, что дружинник Яков Лернер, организовавший общественный суд над Бродским, был осужден за мошенничество? Нет. А вы знаете… В общем, мы с Антоном поняли, что практически никто не знает огромного количества вещей о поэте. И мы решили заполнить эти пробелы, но - отталкиваясь не от чужих воспоминаний (ибо человеческая память несовершенна), а от документов. И мы пошли в американский архив Бродского, в котором практически никто до нас из россиян не бывал. Не то, чтобы этот архив был закрыт, а…

- Лень?

- Абсолютная. А ведь это – рай для текстологов! Там и неопубликованные версии стихотворений, и неизвестные эссе, фото, документы…

ОТВЕТ ПО ИМЕНИ КЭРОЛЛ

- Ваше первое открытие помните?

- Конечно. Вот есть документ 1972 года, свидетельствующий, что Иосифа Бродского не пускают в США. Американцы против того, чтобы он въезжал в страну. Из России он уже уехал, его уже лишили советского гражданства, за что он, кстати, уплатил 500 долларов, и вот - поэт застрял в Вене. Мы нашли тех, кто вытаскивал его оттуда! Оказалось, в этом принимал непосредственное участие Строуб Телботт – человек, который тогда был простым корреспондентом журнала Time, а после стал заместителем главы Госдепартамента США. Мы добивались встречи со Строубом шесть месяцев, и он дал нам эксклюзивное интервью!Мы вообще вытащили огромное количество вещей, которые, смею предположить, не знают даже бродсковеды. Единственным нашим русским консультантом был Яков Гордин - историк, публицист, литератор, главный редактор журнала «Звезда». Все остальное - западные архивы и личные встречи. Они дали ответы на огромное количество вопросов.

- А, например, на такой: в чем причина столь стремительно отъезда Бродского из Советского Союза? Все ведь решилось буквально за несколько дней.

- Давайте сразу обговорим вот что: я – не эксперт-профессионал. Поэтому скажу лишь о том, что думаю лично я… Что мы знали до сих пор? Что в мае 1972 года поэта вызвали в ОВИР и настоятельно предложили уехать. В противном случае его снова ждала психушка или тюрьма. Он уже все это проходил и, понятно, повторять опыт не хотелось… И все же – да - почему так быстро? Бродский же не был диссидентом. Он был просто очень свободным человеком для своего времени...

- Вы нашли ответ?

- Да, нашли! И ответ этот зовут Кэролл Аншюц – ее отец работал в Госдепе США, что и по ныншеним временам звучит страшновато, а уж тогда… Он был политическим советником американских послов в Европе. Она была студенткой, приехавшей в Ленинград в 1971 году. Молодая красивая девочка. А Иосиф Александрович хотел добиться для себя возможности свободно выезжать заграницу. Не уехать насовсем, а именно выезжать и возвращаться. Как Высоцкий, ездивший к Марине Влади. Но шансов, особенно в связи с его национальностью, у него не было никаких, кроме одного – фиктивно жениться на иностранке… И тогда Бродский и Кэролл подали заявление в ЗАГС.

- Кэрролл подтвердила вам это?

- "Сойдя с поезда, я должна была немедленно заехать к Бродскому. С ним отправиться во дворец бракосочетаний, потому что он надеялся, что мы таким образом сможем получить дату на регистрацию брака до того, как власти это запретят", - расскажет она нам.

Такого брака не могли допустить! И через несколько дней Иосифа Александровича вызвали в ОВИР…

Эту часть биографии поэта до недавнего времени, кстати, знали всего три человека: Яков Гордин, Строуб Тэлботт и американский издатель Бродского Эллендея Проффер.

- Кэролл Аншюц легко согласилась на рассказ о том времени?

- Нет. Когда мы ее нашли, она разве что ЦРУ не вызвала. Но ей нужно было выговориться о том, о чем она молчала всю жизнь.

- Это, очевидно, неприятные для нее воспоминания.

- Сейчас она уже рассказывает об этом спокойно – как о сделке, которая не состоялась: после вызова в ОВИР Броский немедленно прервал их отношения, что, кстати, никак не говорит о его моральном облике.

- Не говорит?!

- Совершенно. Тогда многие заключали фиктивные браки, в которых не было места чувствам.

- Аншюц - она любила его?

- Да. Но она – девушка. Так бывает: не все контракты заканчиваются сухо-юридически.

- Бродский в СССР и Бродский в эмиграции отличатся, на ваш взгляд, сильно?

- Невероятно отличаются! Одна его переписка с Василием Аксеновым, которую Иосиф Александрович вел уже из-за границы, чего стоит! Нынешняя ругань в социальных сетях - детский лепет по сравнению с этим. Это, впрочем, общеизвестный факт, а что до прочего... Скажу честно: из той информации, которую нам удалось узнать, 70 процентов мы просто не дали в эфир. Это было бы неэтичным. И очень многое в этом фильме мы не назвали своими именами.

- Например?

- Например, у нас в фильме довольно много героинь. Но никакой спекуляции на тему отношения Иосифа Бродского с женщинами нет. Они говорят исключительно по делу: как что было, в каком году, какие он тогда стихи писал, на что обижался и так далее.

ГЕНИЙ БЕЗ ТАЛАНТА

- Вы встречались не только с женщинами, знавшими Бродского. Знаю, что вам удалось узнать много нового и о мужчинах, причастных к его травле и высылке из страны.

- Я хочу уточнить одну существенную деталь: все считают, что Иосифа Александровича выгнали из страны. Но формально – это не так. Вот Солженицына – того, действительно, выгнали. А Бродский сам сел в самолет и улетел. Другое дело, что его очень настойчиво к этому подталкивали.

- Кто?

- Некоторые имена давно известны. Мы знаем про дурака-дружинника Якова Лернера, написавшего про поэта гадкий пасквиль «Окололитературный трутень», опубликованный в газете «Вечерний Ленинград» 29 ноября 1963 года. Это ведь оттуда строчки:

«...Несколько лет назад в окололитературных кругах Ленинграда появился молодой человек, именовавший себя стихотворцем... Приятели звали его запросто — Осей. В иных местах его величали полным именем — Иосиф Бродский... Он подражал поэтам, проповедующим пессимизм и неверие в человека, его стихи представляют смесь декадентщины, модернизма и самой обыкновенной тарабарщины. Жалко выглядели убогие подражательные попытки Бродского. Впрочем, что-либо самостоятельно сотворить он не мог: силенок не хватало. Не хватало знания культуры. Да и какие могут быть знания у недоучки, не окончившего даже среднюю школу?..

Тарабарщина, кладбищенски-похоронная тематика — это только часть невинных развлечений Бродского. Еще одно заявление — «люблю я Родину чужую...»Впрочем, большинство и про этого Лернера многого чего не знает. Например, что он был позже осужден за мошенничество – хищение корма для животных в Госцирке.

- У Господа великолепное чувство юмора!

- Да! Так что Лернер получил свою порцию уже при жизни… Или тот человек, который написал за Лернера этот пасквиль - журналист Михаил Бернер – тоже уже покойный…

- Но кто дал им отмашку? Кто-то должен был стоять наверху этой цепочки?

- Да, начальник 5-го управления КГБ СССР (Защита конституционного строя) Филипп Бобков, занимавший эту должность с 1969 по 1983 год. Его интервью, данное нам, гораздо интереснее, чем интервью любого руководителя КГБ! Бобков ведь - тот человек, который одной рукой душил диссидентов, а другой гладил по голове идеологически правильных служителей муз. И он, этот человек, говорит нам, что Бродский – пустой, никчемный…

- Так и говорил?

- Цитирую дословно: "Я не видел в нeм таланта огромного. Если бы в нeм талант был, он бы закрепился. И никто бы его не скинул. Сейчас я к этому не возвращаюсь. Выгнали - и выгнали"

- Думаете, это до сих пор его искренние убеждения? Или попытка самооправдания?

- Не думаю, что у таких людей есть рефлексия. Была ли рефлексия у хана Батыя? Здесь – примерно такой же случай. Но услышать такое признание бесконечно ценно…

ТАК ДОЛГО ВМЕСТЕ ПРОЖИЛИ...

- Кто еще из тех, кто свидетельствует о Бродском, особенно вам ценен?

- В первой части фильма «Бродский не поэт» мы рассказываем о «шпионе» Иосифа Александровича - его связном, девушке, которая передавала информацию от поэта к его родителям и обратно. Ее зовут Аннелиза Аллева.

- И она…

- Она - очень близкая римская подруга Бродского. Они были вместе много лет… Но мы принципиально не разговаривали с ней об этом. Мы говорили о нем, что он думал о суде, о ссылке, о его родителях. "Я помню, как рассердилась мама, когда она увидела на фотографии, что сын до сих пор курит. И сказала: ну вот негодяй!", - делилась Аннелиза, когда, спустя 30 лет, вместе с нами впервые вернулась в ленинградскую квартиру поэта.

А еще у нас впервые говорит Бродском Эллендея Проффер – его американский ангел-хранитель. Говорит очень неожиданно. Например, о том, что поэт, которого многие называли диссидентом, сам диссидентов презирал.

- Почему же он тогда не вернулся – ведь встречался же с Михаилом Горбачевым, с Анатолием Собчаком?

- На этот простой, казалось бы, вопрос у Бродского было миллион ответов. Но наиболее честным, как мне кажется, был этот: «Зачем возвращаться туда, где те, кого любил, мертвы или замужем?»

- Он был борцом?

- Несомненно. И всего добивался сам. Говорят, что его «тянули» на Нобелевскую премию, но это неправда. Он сам всегда бросался в бой и ничего не просил. С той же Кэролл Аншюц Иосиф Александрович расстался, еще будучи в Ленинграде, хотя мог бы попросить ее отца посодействовать его выезду заграницу… Он всегда действовал. Причем, часто не по правилам. Бродский, который преподавал в Штатах в пуританском женском колледже Маунт-Холиок, где студентки не красятся и носят юбки в пол, по воспоминаниям очевидцев на вопрос «Как вы относитесь к движению за освобождение женщин?» ответил – «Отрицательно!» А, прощаясь со студентками после лекции, говорил им: «Целую! Пока, девчонки!»… Он нигде себя ни в чем не ограничивал, не ставил себе цензурных рамок – ни здесь, ни там. Вон, даже категорически отказывался бросить курить, хотя на этом настаивали все врачи. «Бог дал обезьяне камень и сделал из нее человека, - говорил он. – Бог дал человеку сигарету и сделал из него поэта».

- Упрямец?

- Безусловно. И в этом – его сила. Он пытался привить американцам, давно «пересевшим» на белый стих, любовь к рифме. Создал Русскую Академию в Риме. Придумал и осуществил идею с распространением поэтических книг в гостиницах, в магазинах. То есть фактически то, что мы имеем сейчас - когда в аптеке рядом с презервативами продается томик стихов – придумал именно Бродский. Он мечтал сделать Америку самой читающей страной на свете.

- Зачем?

- У него был пример собирающих в Советском Союзе стадионы Евгения Евтушенко, Андрея Вознесенского, но сам он был лишен такой возможности, хотя свято верил, что поэзия - это «музыка миллионов». Но история все расставляет по своим местам… Спустя много лет близкий друг Бродского – великий танцор Михаил Барышников – снимаясь в сериале «Секс в Большом городе», читает своей подруге стихи – и это «Шесть лет спустя» Иосифа Александровича:

Так долго вместе прожили, что вновьвторое января пришлось на вторник,что удивленно поднятая бровь,как со стекла автомобиля – дворник,с лица сгоняла смутную печаль,незамутненной оставляя даль.

Совокупный просмотр этой серии – миллиард человек! Такая аудитория не снилась ни одному другому шестидесятнику. История и Бог все расставляют по своим местам…

Первый канал в воскресенье, 24 мая, в 22.30.

* В заголовке использована цитата из стихотворения Иосифа Бродского «Остановка в пустыне»