Без резких движений

– Один раз писали. Когда меня обокрали. Попросили рассказать, как проехать в Сокольники, а пока я объяснял, с переднего сиденья машины стащили портфель: там были все документы, кредитные карточки…– В жизни я не люблю делать резких движений, а больше всего ценю душевный покой.– Согласитесь, глупо рисковать жизнью просто так – другое дело, когда есть достойная цель. Могу вам показать самый дорогой подарок, который мне когда-либо сделали (достает из ящика стола деревянную рамку, в которую вставлена пуля). Это презент от сербского снайпера. Однажды мы отправились в лагерь сербов на машине с австрийскими номерами. Сербы нас задержали, и пока они выясняли, что мы русские, а, значит, свои, один из них держал меня на прицеле. Потом он отдал мне эту пулю и сказал: «Если бы дернулся, я бы в тебя выстрелил. На – дарю».– Материал, которым я больше всего горжусь, сделал именно в Югославии. Тогда многих интересовало: существуют ли русские добровольцы, которые воюют на стороне сербов? Я нашел добровольцев и снял о них сюжет на свою любительскую камеру. Этот репортаж показали в «Итогах» Киселева, потом кадры из него давали все ведущие мировые телевизионные агентства.– В самолете. Я летел в Югославию со съемочной группой, а она к родственникам. Но в тот момент романтические приключения занимали меня меньше всего. Тогда, в 2000 году, у власти был Милошевич, и русских журналистов в Югославии очень не любили. Если мы «официально» прилетели бы в Белград, нас бы встретила охрана Милошевича. Поэтому планировали долететь до Будапешта, оттуда в Черногорию, а уже из Черногории тайно переправиться в Югославию. Но ассистент перепутала билеты, и мы уже в самолете обнаружили, что летим в Белград. Я был в шоке, но телефон у будущей супруги все-таки взял.– Я не амбициозный человек, карьера – не главное. Для меня сейчас важнее всего семья: жена, сыновья – младший Матвей и старший от первого брака Андрей. Замечу лишь, что мне всегда нравилось работать репортером, это самое интересное в журналистике. Но профессиональный репортер дома бывает три месяца в году. Повторюсь, в настоящий момент я больше всего ценю спокойствие.-– Наверное. Я, конечно, задумываюсь о том, что впереди не так много осталось.– Таковы правила игры, и меня все устраивает.– Телевидение – это армия, очень жесткая структура, где неимоверно важна дисциплина.– Не без этого. Конечно, молодые журналисты по приказу старших ездят, например, на пресс-конференции и выступают там в качестве подставки для микрофона.– Меня пригласили на телевидение как политического журналиста с именем. Поэтому условия были другими, нежели у начинающего корреспондента.– Это так кажется. Всякое в жизни было. Но я не впадаю в депрессии, четко знаю, чего хочу, и иду к своей цели. Например, закончил факультет международной журналистики МГУ. В те времена, когда я поступал, туда брали только «блатных». Все считали, что попасть на этот факультет парню из обычной семьи невозможно. Но я захотел и поступил.– Какие трудности? Я был чемпионом Москвы среди юниоров по каратэ!– Я сладкое люблю, а мне это противопоказано, потому что надо физическую форму поддерживать. Я спортом много занимаюсь – на горных лыжах катаюсь, хожу в бассейн, в тренажерный зал.– Стараюсь изо всех сил не думать, что на меня сейчас смотрят миллионы людей. Иначе плохо может стать.– Ремонт делаю в московской квартире.?– Нет, мы только потребляем, а ухаживает за садом и животными рабочий.– Я бы не сказал, что они мне проходу не дают. Чаще пишут письма. Однажды девушка даже прислала мне роман собственного сочинения.– Ну… обо мне…[b]ДОСЬЕ «ВМ»