Герб США служил СССР

Сталин узнавал о принятых там решениях ранее, чем делалась распечатка стенограммы совещаний для президента США... Советский «жучок» восемь лет подтачивал геральдический символ американской свободы — герб, в котором он пережил четырех чрезвычайных и полномочных послов.16 ноября 1933 года были установлены дипломатические отношения между СССР и США, и с тех пор советские контрразведчики не прекращали попыток проникнуть в здание американского посольства в Москве.В 1938 году «ласточкам» из числа балерин Большого театра (так на профессиональном жаргоне называли агентес-обольстительниц второго отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР) удалось наладить интимно-деловые отношения с рядом высокопоставленных американских дипломатов. Одновременно морские пехотинцы, охранявшие здание посольства, без физических для себя увечий подрывались на энкавэдэшных секс-бомбах — молодых привлекательных преподавательницах русского языка.Обольстительницам первого и второго разряда было вменено в обязанность проникнуть в здание дипломатической миссии США для ознакомления с планом расположения служебных кабинетов и выяснения ранга чиновников, их занимавших.В ходе массированных ударов по сердцам американцев, падких до «клубнички», садовникам из НКВД стало известно, что наиболее охраняемой зоной в посольстве являются верхние этажи здания. Там размещались кабинеты политического отдела госдепа, военных разведчиков, шифровальщиков, сотрудников отдела собственной безопасности и, наконец, рабочий кабинет посла. В спецзону можно было попасть, сев в лифт, находящийся в центральной части здания. У выхода из лифта был расположен пост № 1, и любой человек, даже постоянный сотрудник посольства, должен был пройти через кордон морских пехотинцев, предъявив специальный разовый пропуск. И если наши обольстительницы в сопровождении подвыпивших американцев беспрепятственно проникали в любой кабинет, расположенный до спецзоны, то дальше путь им преграждал какой-нибудь бдительный капрал, дежуривший на посту №1. Верхние этажи оставались для советской контрразведки за семью печатями.Попытки НКВД проникнуть в спецзону с целью установки там подслушивающих устройств приобрели прямо-таки маниакальный характер. Худо-бедно, но в результате налетов «ласточек» в американское посольство технари НКВД свили там немало гнезд, оснащенных подслушивающей аппаратурой. И все же как бы ни была значима информация, поступавшая из кабинетов первых этажей посольства США, Сталин по возвращении с Тегеранской конференции поставил перед Берией задачу во что бы то ни стало проникнуть в рабочий кабинет посла — Аверелла Гарримана, так как все секретные совещания проводились именно там.17 декабря 1943 года Берия доложил Хозяину, что микрофон уникальной конструкции создан и успешно прошел испытания. Дело по его внедрению, однако, застопорилось из-за неприступности кабинета посла. Даже организованный накануне с помощью «ласточек» грандиозный пожар не способствовал проникновению в здание посольства сотрудников НКВД под видом пожарных. Охрана была непреклонна: «Пусть все сгорит, но вход посторонним именем президента Соединенных Штатов запрещен!» Сталин, выслушав Берию, напомнил собеседнику, что «нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики». Затем, в свойственной ему фамильярно-снисходительной манере, неожиданно спросил: «Лаврентий, ты что-нибудь слыхал о троянском коне?» Под троянским конем Сталин подразумевал — и Берия это мгновенно понял — камуфлирование подслушивающего устройства под какой-нибудь предмет, который, будучи вручен Гарриману, остался бы в его кабинете.— Вот что, Лаврентий, иди и посоветуйся с Молотовым. Он хорошо знаком с послом Гарриманом. А через три дня доложишь мне план действий. О сути операции с сегодняшнего дня и впредь будем знать только мы трое.Молотов, в свою очередь, посоветовал Берии обратиться к личному переводчику Сталина — Валентину Бережкову, осведомленному о вкусах и пристрастиях Аверелла Гарримана.Бережков сообщил Берии, что последним увлечением чрезвычайного и полномочного посла США являются изделия из дерева и что вся его резиденция на Арбате напичкана поделками, изготовленными русскими мастерами из реликтовых пород деревьев. Даже фотографию жены, установленную на рабочем столе в посольстве, Гарриман вставил в богатый деревянный багет, который приобрел в комиссионном магазине.Берия почувствовал, что судьба наконец взяла его за руку и он сможет доложить Хозяину план действий ранее, чем истекут назначенные три дня.Но прежде он вызвал к себе директора Всесоюзного общества культурных связей с заграницей (ВОКС) Василия Кеменева.Тот появился в сопровождении двух рослых горцев в военной форме — дежурных адъютантов шефа НКВД. Еще четверо кавказцев внесли два баула, набитые амбарными книгами с описью наиболее ценных экспонатов ВОКСа, — будущих подарков именитым революционерам и «нужным» СССР зарубежным деятелям.Когда Берия и Кеменев остались вдвоем, хозяин кабинета сказал, как отчеканил, что через час у него на столе должен быть список сувениров, каждый из которых соответствовал бы следующим требованиям: — его художественная ценность должна быть видна невооруженным глазом; — должен иметь утилитарно-прикладное предназначение, т. е.его можно было бы использовать как украшение интерьера служебного кабинета; — быть объемным; — предпочтительно, чтобы сувенир был изготовлен из дерева, предметы из фарфора и металла исключаются.Через час в приемную наркома внутренних дел были доставлены десятка два сувениров из дерева, кости и кожи. Особо выделялись большой щит скифского воина, изготовленный из черной ольхи, двухметровые бивни мамонта, телефонный аппарат фирмы «Эрикссон» из слоновой кости, подаренный Николаю II шведским королем, а также метровой высоты корзина для бумаг, сделанная из предколенья слоновой ноги.Осмотрев экспонаты, Берия вызвал для консультации академиков Акселя Берга и Абрама Иоффе — под чьим руководством группа технарей из оперативно-технического управления НКВД занималась разработкой и испытаниями уникального микрофона, который получил кодовое название «Златоуст».Мировая практика создания и использования подслушивающих устройств ничего подобного не знала. Это было пассивное подслушивающее устройство: ни элементов питания, ни тока — ничего такого, что могло быть обнаружено с помощью имевшихся на вооружении специалистов того времени технических средств. Устройство, похожее на головастика с маленьким хвостом, приводилось в действие источником излучения микроволнового сигнала, который заставлял рецепторы «головастика» резонировать. Голос человека влиял на характер резонансных колебаний устройства, позволяя осуществлять перехват слов. Микрофон мог действовать сколь угодно долго. Микроволновые импульсы подавались «головастику» чрезвычайно энергоемким генератором с расстояния до трехсот метров. Прием, расшифровка и запись на магнитную ленту возвращающихся колебаний осуществлялись другим уникальным устройством, расположенным на одной линии с передающим генератором. Чтобы передающиеся и принимаемые импульсы не накладывались, вся геометрическая фигура должна была иметь форму равнобедренного треугольника.Генератор и аккумулятор микроволн были установлены на верхних этажах жилых зданий слева и справа напротив здания американской дипломатической миссии. Жильцов, разумеется, выселили. Освободившиеся коммунальные квартиры заняли спецы из оперативно-технического управления НКВД, обслуживавшие приемо-передаточную аппаратуру. Однако в целях зашифровки на балконах, выходящих на американское посольство, по-прежнему вывешивалось для просушки белье, женщины — сержанты госбезопасности — по воскресеньям вытряхивали коврики и одеяла, в буквальном смысле слова пуская пыль в глаза офицерам безопасности посольства.Вызванным академикам предстояло дать заключение, возможно ли вмонтировать «Златоуста» в один из находившихся в кабинете наркома экспонатов.Оба через минуту в один голос заявили, что вмонтировать их детище в предлагаемые сувениры невозможно, пояснив, что конструктивные особенности микрофона требуют, чтобы сувенир был приспособлен к нему, а не наоборот. В заключение академики показали на щит скифского воина, заметив, что для того, чтобы достичь бесперебойного функционирования «Златоуста», его оболочка должна быть приблизительно такой формы, размера и, наконец, должна быть выполнена из дерева.Встреча с научными мужами проблему не закрыла. Берия отрешенно глядел на скифский щит. Его форма и размеры ему что-то напоминали... Вдруг его осенило. Ну конечно же! Форма и размер будут такими же, досок из реликтовых деревьев в мастерской ВОКСа предостаточно. «А щит, бивни, корзину-ногу надо подарить послу в качестве прикормки. Чтобы приучить американца к подаркам. Подаркам-пустышкам, а вот когда привыкнет... Тогда будет подарок с гарпуном. Так, когда у него очередной юбилей?» — подумал, торжествуя, нарком и нажал кнопку вызова дежурного адъютанта.Утром 9 февраля, хорошо выспавшись, Берия ощутил такую жажду деятельности, о какой в последние дни пребывания в Ялте мог только мечтать. И все потому, что вчера вечером наконец завершился период поисков предлога преподнести американскому послу «Златоуста», закамуфлированного под...4–11 февраля 1945 года в Ялте проходила Крымская конференция «Большой тройки» — Сталина, Рузвельта и Черчилля, на которой принимались судьбоносные для послевоенной Европы решения. В это же время там решалась судьба и Лаврентия Берии — быть ли ему маршалом. Такова была воля Хозяина. Маршальский жезл уже натер мозоль меж лопаток наркома, но Вождь был непреклонен: «Микрофон — в кабинете посла, маршальские эполеты — на твоих плечах, Лаврентий».Сцена вручения «Златоуста» американскому послу должна была быть обставлена соответствующими декорациями. Для этого на 9 февраля назначили открытие пионерской здравницы «Артек», празднование двадцатилетия его основания и вручение ему ордена Трудового Красного Знамени. Накануне Вячеслав Молотов вручил Франклину Рузвельту и Уинстону Черчиллю приглашение от детей, съехавшихся в лагерь, посетить их в день открытия «Артека».Желание пионеров видеть на своем празднике президента и премьера стран-союзниц было выражением их глубокой благодарности за помощь, оказанную детям СССР в годы войны.Расчет Сталина, Молотова и Берии строился на том, что ни Рузвельт, ни Черчилль, ни их министры иностранных дел — Эдвард Стеттиниус и Энтони Иден — не возьмут развлекательный «тайм-аут» во время и без того затянувшейся Крымской конференции. Следующими по рангу кандидатами на поездку к детворе могли быть только посол США в Москве Аверелл Гарриман и его коллега из Великобритании — сэр Арчибальд Джон Кларк Керр.Кортеж машин с иностранными гостями, возглавляемый громадным черным «Хорьхом» Берии, въехал на территорию «Артека» и медленно двинулся к дружине «Сталинские соколята» (в 1956 году переименована в лагерь «Береговой»), где должна была состояться встреча послов с пионерами. Было много музыки, улыбок и, несмотря на зиму, свежесрезанных роз, доставленных военным самолетом из Сочи. Охраняли присутствующих два батальона офицеров НКВД, спешно переодетых пионервожатыми.Под конец торжественной встречи Гарриман передал пионерам подарок правительства Соединенных Штатов — чек на десять тысяч долларов. Сэр Арчибальд Керр — на пять тысяч фунтов стерлингов. В это время оркестр грянул американский гимн, а хор пионеров запел «Звездное знамя» на английском языке. Гарримана прошибла слеза. В тот же миг четверо мальчиков внесли огромный, сверкающий лаком, деревянный... герб Соединенных Штатов Америки.Под бурные аплодисменты директор «Артека» вручил послу паспорт-сертификат герба, подписанный всесоюзным старостой Михаилом Ивановичем Калининым.Валентин Бережков переводил иностранцам содержание сертификата: сандал, самшит, секвойя, слоновая пальма, парротия персидская, красное и черное дерево, черная ольха — из этих ценнейших пород был выполнен герб.Потерявший от восторга дар речи, Гарриман едва ли не первый раз в своей дипломатической практике сказал то, что думал: «Куда же мне его девать? Где держать? Я же не могу оторвать от него глаз!» Проинструктированный Бережков вполголоса заметил: «Да повесьте в рабочем кабинете...Англичане умрут от зависти».Так в феврале 1945 года «Златоуст», обрамленный гербом Соединенных Штатов, оказался в сверхсекретном кабинете американского посла в Москве. Операция НКВД под кодовым названием «Исповедь» началась.«Златоуст» проработал восемь лет, пережив четырех послов. Примечательно, что каждый вновь назначенный глава американской дипломатической миссии в Москве стремился полностью — от чернильного прибора на столе и до паркета на полу — поменять интерьер доставшегося от предшественника кабинета.Несменяемым оставался только герб. Его художественное совершенство гипнотически действовало на дипломатов — даже шторы на окнах и мебель подбирались в тон цветовой гамме герба.Всякий раз смена послов сопровождалась очередным обследованием отличительного государственного знака США офицером отдела собственной безопасности посольства на предмет обнаружения в нем подслушивающего устройства. Тщетно. Если герб нес на себе печать художественного совершенства, то «Златоуст» — совершенства технического. Чудо-микрофон безотказно поставлял секретные сведения с 1945 по 1953 год — до того времени, пока подполковник ГРУ Генштаба МО СССР Петр Попов не «сдал» его своему «оператору» Джорджу Кайзвальтеру.