Ольга Яковлева об Анатолии Эфросе

Имя актрисы Ольги Михайловны Яковлевой неразрывно связано с другим именем – Анатолия Васильевича Эфроса, которому 3 июня исполняется 75 лет. Его имя навечно занесено в историю мирового театра. Ольга Яковлева была не просто «любимой» актрисой режиссера Эфроса, но и символом его удивительного (до сих пор до конца не разгаданного) метода работы над спектаклем, с актерами.– В чем тайна эфросовской режиссуры, которая до сих пор не перестает волновать и восхищать тех, кому посчастливилось увидеть хотя бы один его спектакль?[/b]– У Анатолия Васильевича был особенный метод. Ну во-первых, он очень любил и чтил Станиславского с такой нежностью, будто он был его современником. Суть его метода, на мой взгляд, сводилась к следующему: для начала не принимать во внимание общепринятое, расхожее, «литературное» мнение о пьесе, которую он брал к постановке. Как кроссворд он начинал разгадывать тайну автора, и по своим догадкам, которые, естественно, преломлялись через призму его мировоззрения, начинял ее этим разгаданным своим смыслом. И это всегда был новый смысл, неожиданный ракурс, необычная точка зрения. Это нельзя объяснить какими бы то ни было формулировками, так как это всегда был чувственный, эмоциональный анализ.– Конечно. Он давал исполнителю полную свободу для импровизации, как бы открывал актеру грудную клетку для свободного дыхания, подводил его к интуитивному поведению на сцене. Но прежде он определял задачу и смысл того, что ты, собственно, должен делать на сцене и через что. То есть как это должно быть выражено. Он ставил сложные задачи, иногда даже противоречащие тексту, но они были ясны, азбучно прозрачны и поэтичны..– Анатолий Васильевич был очень хорошим педагогом. Он был учителем, но не «поучателем». Поучение, назидание были для него неприемлемы, он этого стеснялся, старался избегать. А если и воспитывал, то лишь исключительностью собственной личности, чувством ответственности, требовательностью, прежде всего к самому себе. И еще – собственным мужеством. Более смелого человека я не знала! И это при его мягкости, сдержанности, деликатности.– Когда Эфрос считал нужным что-то внушить актерам, он делал это неназойливо, полушутя. Ну это и не могло быть иначе, так как Эфрос увлекал актеров собственным замыслом. Если они и артачились, то только потому, что не могли сразу выполнить его задачи.Он считал, что театр, репетиция, спектакль – это игра, а игра должна доставлять в первую очередь удовольствие. Но это еще и труд, который мог быть подчас и мучительным.Мучительство и радость – как бы два полюса, которые Эфрос один умел уравновешивать, сбалансировать в актере, чтобы тот ощущал некоторое гармоничное творческое состояние. Недовольство собой и в то же время осознание достоинства профессии.– Кажется, вы дотронулись до глубинной, специфической сути актерской профессии.[/b]– Люди этой профессии пользуются особым инструментом. Кто работает метлой, кто совком, кто электронным прибором, кто с микроскопом, а актер работает собственным организмом. А это основной рабочий, но «живой инструмент». Существует понятие «усталость металла». Так что же говорить о живых клетках, которые управляют актерским «инструментом», – они изнашиваются быстрее металла.– Он постоянно внушал нам, что надо очень серьезно относиться к своему организму и охранять его, как музыкальный инструмент, как скрипку в футляре. От чего-то надо себя ограждать, не все себе позволять. Одним словом, сохранять инструмент в чистоте.– Наша семья жила тогда в Алма-Ате. Еще школьницей я заболела туберкулезом. Врачи обнаружили очаги в легких и назначили антибиотики. В силу своего возраста я врачам не поверила и… пошла к своей учительнице по танцу Леониде Михайловне Белозерской. Она посоветовала простое средство – натереть луковицу в маленький стаканчик и дышать над ним ртом, выдыхая через нос. Я это все проделывала, хотя мало верила. Но через три недели, когда меня проверили на рентгене, никаких очагов не нашли. Правда, потом, гораздо позже, находили какие-то спайки…– Действительно, почему я пошла в артистки?– А вы знаете, до прихода его в театр я разочаровалась в профессии. Я там проработала целый год, и хотя открывались большие перспективы, в общем-то, мне было неинтересно. Я собиралась уходить..– Да, еще в институте, в конце второго курса, я вышла замуж за известного футболиста Игоря Нетто.– Знали бы вы, чего это стоило нашим ребятам! Однажды в Минске я заглянула в перерыве между таймами в раздевалку и увидела то, чего не видят зрители на трибунах. Словно тела гладиаторов после боя – разбросанные по креслам, перемазанные кровью и грязью. В тот день во время игры шел дождь. Вот так расплачивались спортсмены за свою «легкую» и «красивую» (как видится с трибун) игру – собственным здоровьем. В 36 лет Игоря, вопреки его желанию, можно сказать, выпроводили из большого спорта.– Создается ощущение, что судьба Эфроса в чемто созвучна судьбе Игоря Нетто.[/b]– Они оба были высокими профессионалами в своих областях. Сейчас все занимаются всем. А в итоге во всем процветает дилетантизм. Всеобщий непрофессионализм. Почему власти никогда не любили Эфроса? Даже не потому, что он не был ни «правым», ни «левым», не потому, что был ничей – сам по себе. А потому, что он был профессионалом! А это всегда опасно. И ему просто не давали работать.– Я не знаю, что такое «звезда». Я знаю, что такое работа. «Самочувствие звезды» для меня – это чувство ответственности за каждый спектакль. Ответственность за свое здоровье – не для себя, а для театра. И никаких привилегий – работа и работа.– Трудное время, конечно. Но надо стараться не обращать внимания на хаос, утрату ориентиров, торжествующую наглость… Короче, надо стараться жить по совести, и жить простыми вещами: что-то интересное прочесть, увидеть, чему-то еще удивляться, обрадоваться, открывать для себя что-то, чему-то учиться, даже в этом возрасте… Недавно видела по «Культуре» после «Амаркорда» сборное интервью Феллини, которого очень любил Анатолий Васильевич, как Чехова и Станиславского. Боже, какая мощь, скромность, простота… Надо заниматься своим делом, любить его. В этом весь секрет. Хотя подчас это невероятно трудно.[b]Досье «ВМ», народная артистка РФ (1985 г.)/Лауреат премий «Хрустальная Турандот», Государственной премии, премии «Золотая Маска», премии имени К. С. Станиславского, кавалер ордена Почета «За заслуги перед Отечеством».В настоящее время актриса МХТ им А. П. Чехова.Играет в спектаклях «Кошкимышки», «Немного нежности», «Весенняя лихорадка».[/i]