Лето Господне

Общество

Сонный профессор МГСУ делал утренний моцион.Асфальтовая дорожка венчалась забором, в заборе была дыра. За дырой заманчиво вилась лесная тропа. Предполагалось, что она выводит к реке. Чего и хотелось.Профессор нырнул в дыру, затем – в лес, затем – в холодное объятие воды, где и утопил свои учебно-методические стрессы.Вынырнув, он заметил, что ландшафт изменился. Дюжина юных созданий в ярко-синих рубашках и галстуках цвета флага российской независимости сосредоточенно разоблачалась. На загорелых шеях блестели золотом кресты. Помолившись, ватага дружно ринулась в воду. На берегу остались только старшие. Скинув подрясники и оставшись в трусах и бородах, святые отцы достали из вещмешков мечи и стали шептать молитвы. «Чур меня, чур», – строго сказал профессор самому себе и спешно ретировался.По дороге в профилакторий он наткнулся на палаточный городок, к которому подъехала полевая кухня. Рыжебородый дьяк и девчонка в синей рубашке раскладывали на тарелки дымящуюся кашу. «Постимся сегодня», – весело сообщила девчонка профессору.– Вы кто такие? – строго спросил он.– Скауты.– Это которые в Америке?– Почему в Америке? – удивилась девчонка. – Из Саранска мы. В лагерь приехали отдыхать.– А святые отцы что здесь делают?– Так лагерь же православный. Первый всероссийский! — и девчонка, еще раз улыбнувшись, скрылась в палатке.За палаточным городком профессор обнаружил знакомую деревянную игрушечную крепость.В большой избе он увидел иконы, свечи и батюшку в белом одеянии. Батюшка перекрестил профессора и начал богослужение. И профессор отправился в свой номер, так ничего и не поняв.Дело было после японской войны. Полковник русской армии Пантюхов Олег Иванович, выйдя в отставку, решил посвятить себя воспитанию детей. Дети после войны и революции были дикие, родительским вниманием обделенные. Он собрал сирот и стал воспитывать их в вере, выдержке и армейской дисциплине. Он учил их вязать морские узлы, устраивать засады, просыпаться по тревоге и смотреть опасности в лицо.Он учил их навыкам разведки, истории родного края и христианским добродетелям, учил сурово, но увлекательно. Конечно, идею скаутов придумал не Пантюхов, а один полковник английской разведки, который во время африканской военной кампании привлекал к своей работе детей.Но отцом православных следопытов – скаутов в России стал именно Пантюхов. К 1914 году скаутов на Руси было уже пятьдесят тысяч. Многие юнкера вышли из скаутов. Что было потом с юнкерами, известно. Не пожалели большевики и руководителей скаутских отрядов. Их сослали в сибирскую глушь, где они и сгинули. Но сохранились дневники ссыльных скаутов. По ним и писал Аркадий Гайдар своего «Тимура и его команду», выдавая отредактированное прошлое за несуществующее настоящее.Гайдар был хороший писатель, и образ Тимура прижился. Но тимуровцы лишились двух основополагающих скаутских черт – любознательности к истории своего края и православия. У скаутов основным предметом, помимо Закона Божия, было «родиноведение». Прошло полвека. В 1989 году в России состоялся первый скаутский слет. Их было тогда немного, и все, что у них было – это те же дневники ссыльных. По ним и возрождалось движение скаутов в новой России.Один из скаутских отрядов, ехавший в Рузу из Мордовии, подвез до лагеря и нас. В пути мы познакомились. Руководителя православных следопытов звали, как и положено, Тимуром. Тимур и его команда провели в пути без отдыха больше 16 часов, только бы успеть к открытию лагеря. Кроме скаутов, в автобусе была и их охрана – воевода владычного полка и два мастера русского кулачного боя. Под защитой трех богатырей находился и отец Александр, духовный лидер этой делегации. Отец Александр наделен многими дарами. Могучим басом, которым он виртуозно исполнял песни советской эпохи. Неиссякаемым запасом прочности. Широким взглядом на вещи, наконец.До того, как стать ректором духовного училища, отец Александр доблестно отслужил в ВДВ где-то на границах великой тогда еще империи. Приехав в лагерь, вся эта компания за полчаса собрала красочный скаутский городок, который вы видите на снимке. Деревянные столбы для городка она привезла с собой из Саранска. «Золотое правило скаутов – все свое носить с собой», – объяснил Тимур. Слегка удивившись столь экстравагантному принципу жизни, в который древним первоисточником вкладывался совсем другой смысл, мы отправились знакомиться с иными обитателями лагеря.Эта была веселая картина – согбенный под спальниками молодой отец Алексей из Кемерова и десять детей, гуськом идущих за ним по дорожке.Отца Алексея спасло то, что в прошлом он был туристом. Это насчет спальников. А насчет детей – так у него своих трое. Жена дала ему в дорогу чемоданчик с лекарствами, детей он собрал по приходу и с Божьей помощью пустился в путь. Из Сибири в Москву. Больше из взрослых никого не взял – на себя понадеялся. Когда мы встретили его на Крутицком подворье, он еле на ногах держался. Но ничего, улыбался и даже шутил. «Своих детей тоже взял?» – спросили мы. – «Нет, самому старшему пять лет. Через пару лет возьму».Отец Алексей пришел к Господу за одни сутки. Эти сутки он провел в горах. Увлекался альпинизмом. Делал восхождение на двухтысячник. Потерялся. Не один, с напарником. Было им по 13 лет. Тогда он попросил Бога, чтобы тот помог не замерзнуть в снегу и домой вернуться. Вернулись. Как отоспался, в церковь пошел. В классе над ним сначала смеялись, а потом ничего, привыкли. Выглядит отец Алексей лет на двадцать. И даже десять детей, идущих вслед за ним, солидности пока не придают.Вюности отец Михаил хотел стать журналистом. Поэтому после школы он поступил на журфак МГУ, который в свой срок и закончил. Пока он учился журналистике, душа его все более и более тяготела к иным областям человеческого знания.И тогда отец Михаил закончил еще и факультет философии. Но и этого пытливому юноше показалось мало. Углубившись в постижение законов развития этого мира, он пришел к выводу, что доводы идеалистов куда более весомы, чем кажется на первый взгляд. И бывший журналист Михаил стал отцом Михаилом. В этом состоянии и нашел его Александр Гордон, когда еще был ведущим радиопрограммы «Хмурое утро». И призвал к себе Александр Гордон отца Михаила на неравный бой. Как отвечал мученик Михаил на коварные вопросы искусителя Гордона, сейчас уже и не вспомнишь. А только пал Гордон. После отца Михаила Гордон написал заявление об увольнении, а отца Михаила «Серебряный дождь» мгновенно призвал к сотрудничеству. Но удержался отец Михаил от соблазна.Вот такая была история. В палатке же отец Михаил поселился не первый раз. С московскими скаутами он недавно вернулся из Керчи. С альбомом фотографий и уверенностью в том, что энергию любого маленького человека можно направить на созидание.О каждом ребенке у него есть отдельная история. Своих детей у отца Михаила нет, поскольку дал он сгоряча обет безбрачия. А может, хорошо подумав.Идея создания лагеря православной молодежи всея Руси родилась на Патриаршем Крутицком подворье Москвы. С палатками подворью помогла 106-я воздушно-десантная дивизия.С питанием, проживанием и автобусами – Московский Государственый Социальный Университет. А вот дорогу оплачивали родители. Некоторые приехали вместе с детьми, остальные доверили своих чад настоятелям. В пансионат «Руза» МГСУ съехались дети из таких далей, как Владивосток и Элиста. В воскресенье приехали скауты из Польши. Путевка в лагерь обошлась каждому ребенку в триста рублей.На эти деньги были куплены футбольные мячи, ракетки и много-много «Раптора». Потому что главным врагом любого туриста является комар. Хотя в лагере говорят, что пока от комара лучше защищают молитвы, чем «Раптор».Пока же литургии у детей чередуются со спортивными состязаниями, лекции – с купаниями в реке. Названия у лекций православным могут показаться неожиданными. Например, «Гарри Потер». Поскольку читать ее будет отец Михаил, можно догадаться, что волшебник, придуманный в трудные дни безработной англичанкой, будет посрамлен. На вопрос, не боязно ли было ехать за тридевять земель в палаточный лагерь, все скауты дружно отвечали: «Нет!» Дети — они народ бесстрашный.

amp-next-page separator