Время, когда били колокола

Задачу объяснения святотатства возложили на Союз воинствующих безбожников. Схема была отработана: активисты собирали подписи под жалобами, что колокольный звон якобы мешает работе заводов, учреждений, школ, больниц. Вскоре «мешающие» трудящимся колокола скидывали на землю и безжалостно разбивали. Писатель Пришвин скрупулезно фотографировал расправу с колоколами Троице-Сергиевой лавры, написав на коробке с негативами всего три слова: «Когда били колокола».

Собирал лом трест «Рудметаллторг». В лучших традициях советского планирования сверху спускалась разнарядка на каждый квартал: сдать столько-то тонн. И сдавали — кто вынужденно, а кто и с радостью: до 40 процентов выручки поступало в местный бюджет, за перевыполнение плана выписывались премии. В результате повсеместная казнь колоколов, которых в России насчитывалось порядка миллиона, завершилась их полным уничтожением.

В Москве варвары нового времени не пощадили даже святыни храма Христа Спасителя, Симонова монастыря и Кремлевской колокольни Ивана Великого. Та же участь постигла колокола Никитского, Покровского, Заиконоспасского, Златоустовского, Андроникова монастырей. В начале тридцатых годов ежегодно ликвидировали до 50 столичных храмов, и все их колокола шли на переплавку. Из колокольного лома отлили, в частности, котлы для рабочих столовых Днепростроя и Волховстроя. 100 тонн бронзы пошли на изготовление горельефов для Ленинской библиотеки.

Спастись удалось немногим. Реставраторы сохранили три небольших колокола с шедевра архитектуры XVII века — церкви Троицы в Никитниках. 21 колокол получил Большой театр. Кое-что за бесценок купили иностранцы. Так колокола Данилова монастыря оказались в США, а Сретенского — в Англии. Многое ушло в частные коллекции.

Звон московских «сорока сороков» умолк, как казалось, навсегда. А война против церкви перешла в новую фазу: начались массовые репрессии против священнослужителей.

...Ломать, как известно, не строить. До сих пор многие восстановленные столичные церкви испытывают острую нехватку колоколов. Но возрождаются полностью утраченные традиции колокольного литья, и, главное, в город вернулся сам колокольный звон. Теперь он не только зовет прихожан на службу, не только дарит праздник душе, но и напоминает всем об ошибках и преступлениях минувших времен.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы»