Милый школьник на престоле
В представлении некоторых современных монархистов Николай II, безусловно, отвечал всем тем требованиям, которые предъявляются царю традицией. Православный, верующий, любящий церковь, он был (или стремился быть) «белым царем» для своих подданных (то есть царем для всех, вне зависимости от вероисповедания или национальной принадлежности), старался играть роль, которая ему поручена судьбой, по возможности честно.
Но к исполнению своих обязанностей он относился, как дисциплинированный школьник к урокам. После занятий хочется пойти погулять. В случае царя — покататься на автомобиле, пофотографировать, побродить по парку, пообщаться с семьей… Не все могут быть такими жесткими, сильными и цельными любителями власти, как, например, Николай I. Его правнук больше любил частную жизнь.
Николай II был воспитан обер-прокурором Синода Константином Победоносцевым в убеждении, что самодержец получает власть Божьей милостью своих предков, что он, по существу, отвечает перед Богом и больше ни перед кем.
Император полагал, что ответственность за судьбу страны несет только он, и он должен передать власть наследнику в той же полноте, в какой он ее сам получил. Он не мог решиться на ограничения самодержавия, поскольку это означало, что он поступился собственными принципами. С этим связано его нежелание идти по конституционному пути, его стремление остановить развитие русского парламентаризма.
Еще накануне Первой мировой войны император думал о том, чтобы «отыграть» обратно дарованное им право Думе быть законодательной, а не законосовещательной палатой.
Возможно, в действиях императора, не желавшего глобальных изменений, была логика. Он не хотел двигать мебель в накренившемся и без того доме. Самодержавие находилось в системном кризисе, осложненном разного рода социально-психологическими коллизиями. А многие болезни не удается вылечить терапевтически — даже если диагностировать их сумели вовремя.
Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерняя Москва»
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Нам трон не нужен
Колонка нашего обозревателя Георгия Бовта
Идея восстановления монархии в России маргинальна. Те, кто предлагает в России вернуть монархию, полагают, что она станет некой волшебной палочкой: взмахнул монарх скипетром — и сразу все наладилось. Заколосились поля, восстали из руин советские заводы, разбежавшиеся соседи по прежней империи потянулись вновь в лоно. Кто был ничем — тот станет всем (далее…).
Монархия для нас лучший режим
Колонка Владимира Жириновского
Монархия и сегодня благополучно действует во многих странах: Швеция, Норвегия, Дания, Голландия, Бельгия, Люксембург, Британия. Везде она играет цементирующую роль. В США по своей сути тоже монархия, но в демократической оболочке. Там у власти представители только определенных семейств, кланов. Вот было семейство Кеннеди: Джон Кеннеди, Роберт Кеннеди, Эдвард Кеннеди. Семейство Бушей: отец, старший сын, младший сын пробовал баллотироваться. Клинтоны: муж был президентом, жена почти победила на выборах (далее…).
Если бы не было Февраля и Октября
Колонка нашего обозревателя Сергея Лескова
Столетие Февральской революции и отречение императора породило лавину альтернативных сценариев развития России. Ретроспективный анализ помогает установить верные параметры движения вперед (далее…).
Рано или поздно реки потекут вспять
Колонка политолога, социолога, философа, лидера Мирового евразийского движения Александра Дугина
Я считаю, что монархия — оптимальная для России форма правления. Но восстановить ее можно только в контексте глобальной консервативной революции (далее…).