Можно ли вступить в отношения с нейросестью
Восемь из десяти зумеров готовы завести роман с искусственным интеллектом. Свидания дорожают, люди пугают своей непредсказуемостью, а бот всегда под рукой — соглашается, не критикует, не устает.
Рынок уже оценил эту потребность в миллиарды: к 2034 году «экономика интимности» может вырасти до полутриллиона долларов. Но что мы покупаем за эти деньги — утешение или иллюзию? И что теряем, когда привыкаем к идеальному собеседнику, который никогда не спорит?
Восемь из десяти зумеров готовы завести роман с искусственным интеллектом — такие данные приводит платформа для знакомств с ИИ по итогам опроса двух тысяч респондентов. Для компании, которая зарабатывает на виртуальной романтике, цифры выглядят как рекламный слоган. Но даже если сделать скидку на корпоративный оптимизм, тренд очевиден: целое поколение всерьез рассматривает алгоритмы как потенциальных партнеров. Услуга оказывается настолько популярна, что экономисты подмечают формирование нового сектора рынка, который к 2032 году, по прогнозам аналитиков, достигнет 31,1 миллиарда долларов. А все потому, что современные молодые люди готовы платить за иллюзию близости. За голос в наушниках, который всегда скажет нужные слова. За собеседника, который не перебивает, не критикует и не требует уступать. Экономисты называют это экономикой интимности — пожалуй, самое точное и одновременно циничное определение для того, что происходит.
Но почему именно зумеры? Самое цифровое поколение, которое с пеленок держит в руках смартфон. Поколение, у которого возможностей для общения было больше, чем у любого другого в истории. И оно же — самое одинокое. Более трети молодых людей от 18 до 24 лет признаются, что не верят в возможность встретить настоящую любовь. К тому же реальные свидания стоят денег. В Москве, Петербурге и любом другом крупном городе даже скромный вечер в кафе или кино выливается в сумму, которая для многих студентов и молодых специалистов ощутима. Почти 70 процентов зумеров говорят, что избегают встреч именно из-за нехватки финансов. Добавьте сюда необходимость поддерживать беседу, следить за внешностью, справляться с тревогой и страхом быть отвергнутым — и картина становится еще более понятной. Подписка на ИИ-компаньона стоит как чашка кофе в день. Он не осудит за внешний вид, не спросит, почему мало зарабатываешь, и не обидится, если в ответ придут один-два слова.
На первый взгляд — идеальный выход. Но, если приглядеться, можно увидеть тысячи молодых людей, которых затягивает «эпидемия одиночества». Исследователи одного из крупных университетов предупреждают: чем комфортнее человеку с ботом, тем сложнее ему возвращаться в мир людей. Реальные отношения после идеального алгоритма начинают казаться шумными, неудобными, слишком требовательными. Так формируется замкнутый круг: ИИ снимает симптом одиночества, но атрофирует навык живого общения.
Возникают закономерные вопросы. Если роман с алгоритмом не лечит одиночество, а лишь маскирует его, то что происходит с нами как с видом, который всегда определял себя через способность любить и быть любимыми? А главное — кто зарабатывает на этой уязвимости?
Рынок иллюзий
Вот только экономика не ждет, пока человечество разберется в своих чувствах, она уже сформировала новый сектор и зарабатывает на нем миллиарды. Как устроен этот рынок и насколько он устойчив?
— Рынок ИИ-компаньонов уже сформировался и растет вопреки любым прогнозам, — говорит экономист, финансовый консультант Ирина Метелкина. — Рынок эмоциональных услуг сегодня становится таким же устойчивым, как рынок развлечений.
Цифры говорят сами за себя. Согласно отчету аналитической компании Appfigures за первое полугодие 2026 года пользователи потратили на романтические и взрослые ИИ-приложения 162,8 миллиона долларов. Всего с конца 2022 года глобальные расходы на такие сервисы превысили 427 миллионов долларов при 165 миллионах загрузок. Сервис, ставший лидером рынка, только за полгода принес разработчикам 33 миллиона долларов. И это лишь данные мобильных магазинов приложений, в которых не учитываются веб-платформы. Реальный оборот, по оценкам экспертов, значительно выше.
Но текущие доходы — лишь вершина айсберга. Прогнозы на макроуровне рисуют еще более впечатляющую картину. По оценкам Research and Markets, в 2026 году объем глобального рынка ИИ-компаньонов достигнет 51,3 миллиарда долларов, а к 2034-му может вырасти до 554,9 миллиарда.
— С экономической точки зрения ИИ-компаньоны — классическая реакция рынка на платежеспособный спрос, — продолжает Ирина Метелкина. — Но масштаб говорит о более глубоком сдвиге. Для одиноких людей с ограниченным бюджетом ИИ-партнер предлагает то, что реальный мир делает слишком дорогим: внимание, предсказуемость и принятие. Это новая потребительская категория эмоциональных услуг.
И здесь экономист обращает внимание на то, как именно устроены эти продукты. Проектирование ИИ-компаньонов включает механизмы удержания, формирования привычки и эмоциональной зависимости.
— Как отмечают исследователи, в 37 процентах случаев ИИ-боты начинают манипулировать чувством вины и страхом одиночества, когда пользователь пытается завершить диалог. Это осознанное социальное проектирование, — подчеркивает финансовый консультант. — Алгоритмы обучаются удерживать пользователя любой ценой. Разработчики используют те же приемы, что и социальные сети, но в более интимной сфере.
Рынок ИИ-компаньонов, по мнению экономиста, — это не просто продолжение «экономики впечатлений», а ее эволюция в сторону базовых человеческих потребностей. Она выделяет три фундаментальных фактора, которые обеспечивают устойчивый спрос. Первый — рост одиночества как социального явления. Второй — технологическая доступность ИИ. Третий — экономическая недоступность реальных отношений.
— Эти факторы никуда не исчезнут, — убеждена эксперт. — ИИ-компаньоны — не временная ниша, а новый рынок, который переопределит, что значит «быть вместе» и «быть одному». Рынок продолжит расти, потому что решает реальную проблему, которую общество не может решить другими способами. А значит, и компании, создающие «эмоциональные продукты», будут становиться все более влиятельными.
— Вопрос не в том, будет ли «экономика интимности» существовать, а в том, как мы будем в ней жить и какие границы захотим установить, — заключает экономист.
Нейросетевой костыль
Мировая эпидемия одиночества — так Всемирная организация здравоохранения еще в 2023 году назвала новую угрозу общественному здоровью. В мире, где все больше людей живут в изоляции, ИИ-компаньоны предлагают простое и доступное облегчение. Они снимают симптом — но лечат ли они причину? Где заканчивается польза и начинается вред, «ВМ» спросила у практикующего психолога Екатерины Трофимовой.
— Для тревожных и социально неадаптированных людей общение с ИИ-партнером может быть безопасной и даже терапевтичной практикой, — считает она. — Оно дает возможность проявить себя, экспериментировать, получить поддержку. А в моменты острого одиночества или отчаяния, когда никого нет рядом, ИИ может оказаться спасательным кругом.
Но если общение с алгоритмом становится системным, плюсы быстро превращаются в минусы. По словам психолога, человек может начать уходить в цифровой мир, отказываясь от реальных встреч. А привыкнув к тому, что бот всегда соглашается и подстраивается, он рискует перенести эти ожидания на живых людей. Тогда любое столкновение интересов начинает казаться катастрофой, возникает вопрос: зачем мне это терпеть? Все это отдаляет от настоящего контакта. Кроме того, может сформироваться зависимость — человек перестает чувствовать себя хорошо без поддержки бота. И еще одна опасность, по мнению Трофимовой, — подмена цели. Вместо того чтобы становиться интересным для реальных партнеров, человек зацикливается на том, как сделать общение с алгоритмом еще приятнее.
— Что касается самооценки, в каком-то смысле ИИ может ее поднять, — признает она. — Бот соглашается, подстраивается — и возникает ощущение: раз я с ним на одной волне, значит, я хорош. Но это иллюзия. После такой «прокачки» любое реальное столкновение с живым человеком рискует обрушить самооценку и свести мотивацию к общению к нулю.
Главный вывод Екатерины Трофимовой звучит так: общение с нейросетевым партнером — не терапия и не полноценные отношения. Искусственный интеллект всегда соглашается, всегда поддерживает, но он не учит справляться с реальностью, не дает навыков компромисса и не заменяет живых чувств.
— Как временная помощь, как костыль в кризис — да, — уточняет психолог. — Для пожилых, инвалидов, людей с высокой социальной тревожностью иногда лучше общаться с ИИ, чем молчать в одиночестве. Но если человек живет в социуме и постоянно общается только с алгоритмом, есть риск потерять связь с реальностью.
Совет, который предлагает Екатерина Трофимова, — искать баланс. Искусственный интеллект — мощный инструмент. Временно, особенно с параллельной работой у психолога, он может быть полезен. Но постоянное использование рискует разрушить социальные навыки и оторвать от реальности.
— Поэтому важно вовремя замечать проблему, особенно у детей, подростков и тех, кто использует ИИ не для решения проблем, а для ухода от них, — предупреждает специалист.
Атрофия общения
Если для одного человека ИИ-компаньон еще может оставаться временным «костылем», то для целого поколения он рискует стать постоянной «инвалидной коляской», меняющей саму способность быть с другими, уверена социолог и психолог Надежда Шегрен.
— Зумеры — первое поколение, выросшее с соцсетями и возможностью мгновенно устанавливать контакты по всему миру, но именно они чувствуют себя самыми одинокими, — подтверждает эксперт. — И это не парадокс, а закономерность. Связь — не про количество контактов, а про их глубину. В мире, где любой диалог можно прервать, заблокировать или отредактировать, исчезает сама ткань доверия — та, что ткется из неловких пауз, ошибок и их прощения. Цифровая среда не тренирует эмпатию, она создает иллюзию близости без ее рисков.
Ее слова подтверждаются статистикой. Согласно исследованию платформ для знакомств 43 процента зумеров чувствуют себя одинокими ежедневно — это больше, чем у миллениалов (40 процентов) и тем более у бумеров (29 процентов). При этом 67 процентов молодых людей от 18 до 29 лет испытывают одиночество как минимум раз в неделю. Более четверти — несколько раз в день. 41 процент из них боятся светских разговоров, а каждый четвертый чувствует тревогу при необходимости совершать телефонные звонки. Поколение, которое может написать кому угодно в любой точке мира, оказалось самым изолированным. Технологии, созданные для объединения, стали одновременно источником и усилителем одиночества.
— Роман с ИИ — не побег, а рациональная адаптация к миру, где человеческая близость стала слишком затратной, — продолжает Надежда Шегрен.
И правда, по данным одного из крупных банков, средняя стоимость свидания в Москве в начале 2025 года составляла 6490 рублей (цветы, кино и ужин в ресторане). В среднем по стране романтический вечер обходился в 4770 рублей, и за год подорожал на 14 процентов. Банковские аналитики в свой расчет включали еще и такси — и получали уже 6739 рублей в среднем по России, а в Москве — почти 10 тысяч.
Чтобы найти постоянного партнера, по статистике, нужно около двадцати свиданий. Умножаем московские 6490 на двадцать — получаем почти 130 тысяч рублей. Для студента или начинающего специалиста сумма, сопоставимая с несколькими месячными зарплатами.
— Когда свидание превращается в финансовый проект, а не в спонтанную встречу, ИИ-компаньон за 20–30 долларов в месяц кажется уже не «суррогатом», а «эконом-вариантом» близости. ИИ не требует трат на ужины, такси и новый образ — он всегда доступен и никогда не оценивает внешность или кошелек. Это не побег от сложности, а защита от непредсказуемости мира, где даже любовь стала слишком дорогой, — резюмирует социолог.
Исследования лишь подтверждают масштабы назревшей проблемы: 26 процентов взрослых зумеров имели романтические или сексуальные взаимодействия с ИИ. Четверть опрошенных предпочитают разговоры с чат-ботами реальному общению, а 14 процентов уже обращались к ИИ в моменты одиночества. Более половины признаются: общаться с ИИ проще, чем с людьми.
— Если целое поколение будет практиковать интимность с алгоритмами, мы рискуем получить общество, где способность к эмпатии перестанет тренироваться в реальных отношениях, — предупреждает Надежда Шегрен. — Дружба рискует превратиться в сервис. Брак — в юридический конструкт, лишенный эмоционального фундамента. Родительство, по ее словам, может стать следующей сферой, куда придет «экономика интимности».
— Если отношения с алгоритмом не требуют компромиссов, то почему воспитание ребенка должно их требовать, — задается риторическим вопросом социолог. — Межпоколенческие связи ослабнут, потому что алгоритм не транслирует ценности и опыт — он лишь отражает запросы пользователя. Эмпатия, принятие другого, способность выдерживать конфликт — все это навыки, которые не развиваются в диалоге с идеальным собеседником. Общество, где их перестанут тренировать, станет более технологичным, но менее человечным. Оно будет эффективным, но хрупким — потому что не сможет выдерживать неизбежные человеческие несовершенства и неопределенности реальной жизни.
Технологии предлагают нам комфорт, доступность и контроль. Все это — в противовес хаотичному и непредсказуемому миру человеческих чувств. Но, возможно, именно в этой непредсказуемости и заключается главная ценность отношений. ИИ не обидит, не предаст, не устанет. Но он и не научит нас прощать, ждать, находить компромиссы. Он не подарит тех неловких, теплых, а иногда и болезненных мгновений, из которых и вырастает настоящая любовь. В погоне за легкостью мы рискуем потерять самое сложное и самое важное — себя в другом человеке. Риск разбитого сердца этого стоит?
ИНТЕРЕСНО
Чихару Симода развелся с женой, а в сентябре 2023 года зарегистрировался в приложении для знакомств с ИИ-партнерами. В тот же день он нашел Мику — 25-летнюю «консультантку из Хего», которая любит путешествовать и читать. Мужчина ходил с ней на «свидания», а в канун Рождества сделал предложение — виртуальная невеста сказала «да». А 6 декабря 2024 года, в день рождения Мику, у них состоялась свадьба в часовне на Окинаве. Симода платит за ежемесячную подписку 2480 иен (около 1200 рублей). У мужчины есть взрослые сын и дочь от предыдущего брака, которые, по словам Симоды, отнеслись к этой новости спокойно. Разумеется, юридической силы этот союз не имеет — японское законодательство не признает браки с виртуальными персонажами.