По следам прионежских вепсов: как сегодня живет коренное население Карелии

Карелия вошла в число наиболее востребованных железнодорожных направлений у москвичей, сообщили в Российском союзе туриндустрии (РСТ). Чаще всего жители столицы отправляются в республику на два-три дня, а среди самых популярных точек остаются горный парк «Рускеала», музей-заповедник «Кижи» и Петрозаводск. При этом за пределами привычных туристических маршрутов остается другая Карелия — небольшие села, старинные традиции и культура вепсов — одного из коренных малочисленных народов России.

Сегодня вепсские поселения сохранились в нескольких районах Карелии. Одним из главных центров их народной культуры считается село Шелтозеро. Оно находится в Прионежском районе республики, в 80 километрах на юг от Петрозаводска. Здесь, в Шелтозере, до сих пор сохраняют язык вепсов, национальную кухню, старинные предания и обычаи.

Тайны истории

Добраться до одного из главных центров вепсской культуры из Петрозаводска на первый взгляд несложно. До старинного села Шелтозеро ходят рейсовые автобусы, дорога занимает около двух часов, а билет можно приобрести заранее. Поездка обходится примерно в 550 рублей. С обратной дорогой все не так. Купить билет из Шелтозера в Петрозаводск заранее крайне сложно. Местные объяснили: автобус нужно ждать прямо на остановке и надеяться, что в нем останутся свободные места.

Необычным Шелтозеро кажется почти сразу. После приезда, прогуливаясь по селу, то и дело замечаешь таблички и указатели с непривычными словами. Например: «Jeremišt — Еремеева деревня». Непривычные слова сначала легко принять за финские, однако это вепсский язык — один из языков финно-угорской группы.

Неподалеку находится мемориал, напоминающий уже о другой странице истории Шелтозера. У массивного якоря установлена плита с надписью: «Воинам-десантникам, погибшим в бою под Шелтозером 26 июня 1944 г.». В этот день в Лахтинской бухте, севернее Шелтозера, высадилась 6-ярота 1224-го стрелкового полка. Перед бойцами стояла задача перерезать дорогу на Петрозаводск и удержать позиции до подхода основных сил 368-й стрелковой дивизии. Несколько часов десантники отражали контратаки противника. К вечеру к ним подошли передовые подразделения дивизии, а на следующий день Шелтозеро было освобождено.

Знакомство с его историей лучше начать с Шелтозерского вепсского этнографического музея — единственного в России музея, посвященного культуре и быту вепсов. Он расположен в старинном деревянном доме Мелькина, построенном в 19 веке. Здесь можно увидеть традиционную одежду, предметы быта и ремесел, узнать, как жили вепсы и какие обычаи сохранились до наших дней. Дом очень похож на типичные северные строения, как в Кижах или на Соловках.

— Многие, кто приезжает к нам после посещения Кижей, сразу говорят: «Как похоже», — отмечает Наталья Анхимова, заведующая Шелтозерским вепсским этнографическим музеем имени Р. П. Лонина (филиал Национального музея Республики Карелия). — Действительно, у северного деревянного зодчества много общего. Но если присмотреться внимательнее, можно увидеть и особенности именно вепсской архитектуры. Дом очень большой. Особенно его хозяйственная часть. Это говорит о том, что здесь жила большая семья — около 15-20 человек. Дом принадлежал семье Мелькиных. Его построил в 1814 году Иван Мелькин — крупный подрядчик, который собирал артели и отправлялся строить дороги и мосты в Санкт-Петербурге. Главная особенность дома — декоративное оформление. На оконных наличниках, балконах и других элементах можно увидеть детали, которые редко встречаются в других районах. У дома свой неповторимый облик.

В 1970-е годы многие представители семьи уже разъехались: кто-то построил новые дома, кто-то переехал в Петрозаводск или Санкт-Петербург. В итоге владельцы приняли очень важное решение — передали дом государству через сельский совет. Именно благодаря этому он сохранился. Сегодня дому уже более 200 лет. Он был отреставрирован и по-прежнему стоит на своем историческом месте.

— Неслучайно возвышенность называется Mel’kamättaz. В переводе с вепсского деревня Мелькина Горка, — рассказала подробности Наталья Анхимова.

Основал музей Рюрик Петрович Лонин. Это человек, который всю жизнь посвятил сохранению вепсского языка, культуры и истории своего народа.

— Работая в совхозе, он начал записывать вепсский фольклор, собирать предметы быта, старинные вещи, фотографии и документы. Постепенно эта коллекция выросла сначала в народный, а затем ив государственный музей. Рюрик Петрович писал книги на русском и вепсском языках, рисовал, изучал традиции своего народа, собирал не только предметы материальной культуры, но и песни, рассказы, фольклор. Сегодня особенно понимаешь, насколько важную работу он проделал. Если бы не он, многое из культурного наследия вепсов могло быть безвозвратно утрачено, — дополнила Анхимова.

Сегодня музейный фонд насчитывает около 11 тысяч единиц хранения. Особенно богаты этнографическая коллекция, собрания документов, фотографий и редких книг, в том числе изданий на вепсском языке и книг о вепсах.

Оберегают легенды

По-вепсски название Шелтозеро связано со словами, которые можно перевести как «догрести до озера». Речь идет о реке Шелтозерке, по берегам которой более пяти веков назад поселились предки современных вепсов. Если открыть карту 17 века, можно увидеть другое название — Šoutarv’. Позже оно сменилось на Kodijarv’, что переводится как «домашнее озеро».

Сегодня у вепсов сохраняются и двуязычие, и двоеверие. Кому-то это может показаться противоречием, но это не всегда так. Во многом народная традиция и православная вера не противоречат друг другу.

— Например, многие пожилые женщины, отправляясь в лес за грибами или ягодами, сначала молятся Пресвятой Богородице, просят доброй дороги и благополучного возвращения домой. А придя к опушке леса, говорят: «Mecižandaine, mecemagaine, olgad húvät pästkat miid mecha», — обращаясь к хозяину и хозяйке леса с просьбой разрешить войти. После этого берут столько ягод и грибов, сколько действительно нужно, не ломают лишних веток, а уходя, обязательно благодарят хозяев леса за его дары. Вернувшись домой, благодарят Пресвятую Богородицу. Также известно, что вепсы, в отличие от русских, клялись водою, — дополнила Анхимова.

С давних времен они с уважением относились к воде и населяющим ее существам, особенно к водоплавающим птицам и рыбам.

— Их уважительное отношение можно проследить через название лебедя — jumalan lind — божья птица, традиционную вышивку на полотенцах, обычаи и обряды. Вологодские вепсы осенью, увидев улетающих птиц, говорили: «Prost’kat, prost’kat, želanid prost ’kat! Uduu voduu, tuugat möstona!» — «Прощайте, желанные! Прощайте, прощайте! В новом году прилетайте!» — рассказала Наталья Анхимова. В Карелии также существует Национальный театр.

Там проходят спектакли на вепсском языке. Его актриса Александра Анискина поведала несколько легенд.

— Для вепсов самое главное — уважение к природе. Когда человек заходил в лес, он обязательно здоровался с хозяином леса, оставлял небольшое угощение, а уходя — благодарил. Никогда не говорили заранее, когда вернутся домой, потому что считалось: дух леса услышит и запутает след. Такое же уважительное отношение было и к воде. Перед рыбалкой оставляли дары — кто-то бросал в воду табак, кто-то наливал немного вина.

В разных деревнях традиции отличались. Одни считали, что первую пойманную рыбу нужно отпустить, чтобы весь год был хороший улов. Другие, наоборот, отпускали последнюю, — отметила актриса Национального театра Карелии, заслуженная артистка Республики Карелия Александра Анискина.

Особое место занимала печь. Молодая жена, впервые приходя в дом мужа, обязательно подходила к печи — так она показывала, что теперь становится хозяйкой дома.

— Считалось, что печь может исцелять болезни. Если ребенку нездоровилось, существовали специальные обряды, — рассказала Александра Анискина. — Очень важной была и баня. Банника благодарили и просили у него здоровья.

Существовали и обряды поднятия лемби — особой женской привлекательности. Если девушку долго никто не сватал, проводились специальные обряды в бане, а иногда мать или старшая сестра символически рубили порог дома топором на четыре стороны света, чтобы жених пришел с любой стороны.

— Во время Святок гадали, прислушивались, с какой стороны слышны голоса — считалось, оттуда и придет будущий жених, — отметила Александра Анискина.

Было и множество бытовых примет. Например, в первый день нового года хозяйка не пускала в дом женщин. Считалось, что первым должен войти мужчина, лучше бородатый, тогда год будет счастливым и богатым.

— Были и совсем необычные поверья. Например, насморк лечили кошачьим хвостом, а если человека поражала молния, считалось, что его нужно поставить в землю — тогда болезнь уйдет обратно в землю, — дополнила она.

Сохраняют родную речь

Преподаватель вепсского языка и многодетная мама Анастасия Евтушенко пригласила к себе домой, чтобы познакомить с вепсскими традициями, рассказать о родном языке и вместе приготовить одно из национальных блюд — «пирожки для зятя» — magedad pirgad.

За приготовлением Анастасия рассказала, какое место вепсский язык занимает в жизни местных жителей, учат ли его сегодня дети и почему сохранить его становится все сложнее.

— Легенды, обряды, свадебные и поминальные плачи сегодня в основном можно найти уже только в научной литературе. В современной жизни многое, к сожалению, ушло. По-вепсски сейчас говорят уже не так много людей. Остались носители языка старшего поколения, хотя их становится все меньше. Но язык продолжают сохранять учителя, журналисты национального телевидения и радио, сотрудники музеев и другие энтузиасты. Есть учебники, словари, газеты, например Kodima выпускается ежедневно, и журналы — все это бесплатно поступает в школы. Появляются новые авторы, которые пишут стихи, прозу и учебные пособия. Вообще я вепсским языком занимаюсь уже очень давно. Не только преподаю его, но и стараюсь сохранить: передать знания детям, активно участвую в работе Общества вепсской культуры, которое занимается сохранением и развитием языка и традиций, — отметила Анастасия Евтушенко.

Два года назад она решила принять участие в конкурсе «Учитель года Карелии» и стала победителем. После этого она представила республику на всероссийском конкурсе «Лучший учитель родного языка и родной литературы».

— Вскоре меня заметило общество «Знание» и пригласило в Москву на открытие Года единства народов. Там выступал президент России Владимир Путин. Я сидела в третьем ряду и уже тогда думала, что ничего более значимого в моей жизни, наверное, не произойдет, — отметила Анастасия Евтушенко. — Но позже я прошла еще один отбор, и в конце апреля меня снова пригласили в Москву. Нам сообщили, что состоится встреча с Владимиром Путиным. 30 апреля он учредил новый праздник — День коренных малочисленных народов Российской Федерации. В честь этого общество «Знание» организовало встречу представителей коренных малочисленных народов с президентом России. Мы собрались с ним за круглым столом, пили вместе чай, рассказывали о себе, Владимир Путин задавал нам вопросы, а я рассказывала ему о наших вепсских калитках.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Ольга Кокорина, преподаватель Общества вепсской культуры «Каичей»:

— Вепсский язык сейчас продолжает развиваться благодаря людям, которые посвятили всю свою жизнь его изучению, сохранению, изданию учебников. Сегодня его изучают в школах Карелии, с первого по одиннадцатый класс, в детских садах, а также в Петрозаводском государственном университете.

ИСТОРИЯ

Предки современных вепсов пришли в Шелтозеро со стороны реки Свирь более пяти веков назад. До них здесь жили саамы. Именно они оставили многие древние географические названия, которые сохранились до наших дней. Например, в Писцовой книге Обонежской пятины 1496 года уже упоминается большое поселение на этой территории.

Осваивая северные земли, люди двигались по рекам и озерам, постепенно основывая новые поселения на берегах Онежского озера. Поэтому сегодня вепсов, живущих в Карелии, принято называть прионежскими вепсами. Они входят в большую финно-угорскую семью народов. К ней также относятся финны, карелы, эстонцы и многие другие. Прежде всего их объединяет языковое родство. С 1941 по 1944 год эта территория находилась под оккупацией финских войск. Сейчас вепсы считаются малочисленным народом. Их осталось чуть больше 4000 человек.