Консьерж-терапия: почему программисты бегут от дистанционной работы в администраторы

Столичные программисты, дизайнеры, аналитики и прочие «удаленщики» все чаще берут подработку консьержами, администраторами салонов красоты или хостес. В основное время они пишут код, рисуют макеты или сводят отчеты, а в перерывах проверяют камеры, встречают жильцов, выдают ключи или записывают клиентов на стрижку.

За такую занятость в столице можно получать до 90 000 рублей в месяц — сумма для айтишника не критичная, но и не лишняя.

Только в деньгах ли цена вопроса или такая работа закрывает иной внутренний запрос? Мы уже привыкли слышать, что длительная удаленка плохо сказывается на психике: растет тревожность, стираются границы между домом и офисом, сужается круг живого общения. Не является ли новый тренд попыткой вернуть себе ощущение реальности, разграничить рабочие и жизненные контексты или просто вспомнить, что ты не только функция, но и тело?

Чтобы разобраться, «Вечерняя Москва» обратилась к психологу-социологу Роману Цветкову (на фото).

Бабушка была права

На первый взгляд, наши бабушки были правы и данный тренд зародился из-за усталости от монитора. Но Роман Цветков не упрощает. По его словам, дело не столько в экране, сколько в обеднении сенсорного опыта.

— Когда день построен вокруг неподвижной позы, абстрактных задач и тишины без контакта, нервная система испытывает нехватку того, что раньше было встроено в рутину, — поясняет эксперт. — Короткие движения, смена контекста, живое присутствие другого — все исчезает, и организм впадает в сенсорный голод.

По мнению психолога-социолога, причина у тяги к подобной работе почти всегда смешанная. С одной стороны, человек получает физическую разрядку: встать, пройтись, взять ключи. С другой — мощный социальный ресурс.

— Ощущение «я нужен людям» в прямом смысле сложно смоделировать в тикете (электронном задании. — «Вечерняя Москва»), — говорит Роман Цветков. — Там, в салоне или отеле, твою помощь видят сразу и благодарят здесь и сейчас.

Эксперт подчеркивает: удаленка — не единственная причина, но она обостряет давнюю потребность в телесно-социальной занятости.

Загубленный потенциал?

Рассматривая данный тренд в контексте рекордно низкой безработицы, невольно задаешься вопросом: а почему специалист вообще идет туда, где его компетенции не нужны? Почему айтишник с высокой квалификацией стремится туда, где код — пароль на двери подъезда, где ценят не за ум, а за то, что вовремя открыл запись?

Роман Цветков видит в этом не деградацию, а стратегию самосохранения.

— Формально — это все тот же обмен времени на деньги, но внутренне человек часто выбирает другой сценарий, — говорит он. — Высококвалифицированные люди живут в режиме постоянного интеллектуального подтверждения: компетентность проверяется через сложность, дедлайны, страх ошибки. Это хроническое напряжение без пауз.

Работа администратора же дает иной тип признания: надежность, стабильность, спокойную коммуникацию.

— Для некоторых это психологическая пауза от роли «вечного эксперта», — рассуждает эксперт. — Отпуск от себя — привычного, умного, доказывающего.

Он также подчеркивает, что подобная подработка — попытка не планку снизить, а уйти от тревог. Когда ценят за присутствие, исчезает вопрос «достаточно ли я хорош?».

— Пусть ценят за то, что я спокоен и стабилен, а не за то, что я снова решил нерешаемое, — объясняет эксперт.

День один, жизни разные

Совмещение абстрактного интеллектуального труда и простых физических действий выглядит едва ли не идеальным балансом. Как отмечает психолог, при правильной организации такая двойная занятость действительно может работать как терапия, но у нее есть и оборотная сторона.

— Смена режимов — от кода к ключам — разгружает когнитивную систему, — комментирует Цветков. — Мозг отдыхает от абстракций, тело движется, психика получает живую обратную связь. Но если переключений слишком много и между ними нет восстановительного промежутка, человек входит в режим перманентной «переключаемости». Это усиливает ощущение разорванности: «Я каждый день то один, то другой — где настоящий я?»

Ключевой фактор, по его словам, кроется не в самом факте совмещения, а в ритме и способности полноценно отдыхать.

Главный вывод эксперта касается уже не отдельных людей, а рынка труда. Роман уверен, если такая практика становится массовой, это симптом системного сбоя.

— В современных компаниях белый воротничок живет в культуре KPI (ключевой показатель эффективности. — «Вечерняя Москва») и постоянной готовности ответить в мессенджере. Эта модель плохо учитывает базовую человеческую потребность в телесном участии и внутренней цельности. Люди уходят в «живой сектор» как в психологическое убежище — не потому что там проще, а потому что там понятнее роль: тебя видят, твое присутствие измеряется конкретными действиями, а не абстрактным вкладом в цифровую отчетность.

По мнению эксперта, это явление вовсе не говорит о тупиковости интеллектуального труда, но толсто намекает, что текущая версия корпоративной культуры оторвана от базовых потребностей тела и живых человеческих связей.

— Будущее за моделями, где интеллектуальная работа вернет себе телесную естественность — через встроенные микропаузы, реальную обратную связь лицом к лицу, снижение тревожности «быть на связи 24/7» и возвращение нормального человеческого контакта внутрь профессии. Тогда и убегать в консьержки станет не так нужно, — резюмирует специалист.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

Массовый переход на удаленку стал причиной примерно трети всего прироста психических расстройств в США за последние годы. К такому выводу пришли ученые, проанализировав данные почти 590 тысяч американских работников за 2011–2024 годы. А все потому, что каждый 14-й удаленщик проводит целый рабочий день без человеческого контакта — даже без общения с бариста или случайной улыбки.