Тополиный пух: мы в ответе за тех, кого… посадили

В силу интереса к растительному миру я прекрасно знаю, что навязчивый пух тополей очищает воздух, каким-то образом угнетает радиацию и делает еще огромную массу всяких полезных штук, я воспринимаю его появление как насилие и вторжение в мою частную жизнь.

Он лезет в форточку и врывается в дверь.

Оккупирует подъезд, в котором жмется по стенам до осени, как бы не мыли лестницу.

Прячется под кровать и вылезает из-под нее перед приходом гостей, намекая, что хозяйка – свинюшка.

Лезет в глаза и волосы, нос и рот.

Словом, везет себя во всех смыслах как наглый циник.

Обиднее всего, что ему совершенно наплевать на то, что я о нем думаю.

Но когда во вторник днем порыв ветра устроил перед зданием редакции настоящую летнюю «метель», и пух полетел сплошным потоком, я впервые, мне кажется, задумалась о том, что история с посадкой этого дерева – ярчайшая иллюстрация к тому, что порой сделанное без ума добро может быть хлеще зла.

Поясню. Тополя рвались в столицу всеми правдами и неправдами давно. Да и данные для этого деревья имели неплохие: внешне – симпатичные, покладистые, ухода особого не требуют, легко укореняются – сунь только ветку в землю. Первым их, кстати, оценил и восславил знаменитый реформатор, доктор Фридрих Иосиф Гааз; он высадил тополя у Бутырской тюрьмы, полагая, что они – прекрасные очистители воздуха (что, как уже говорилось, правда).   

А более полувека назад столицу решили озеленить, да еще и сделать это стильно. Сказали – сделали. Да только посмотреть на два хода вперед не хватило сил. А ведь уже было известно, что тополь, при всех своих данных, невероятно коварен, поскольку устроен хитро. Зловредный пух распространяют по городу только тополя-девочки. Но если пол дерева определить до посадки, делу все равно не помочь: в отсутствие другого пола тополь способен «поменять ориентацию»! Иначе говоря, сбившись в кучу, тополя-мужики найдут-таки себе тетеньку, а если не найдут – сделают. Не так, как Пигмалион Галатею, но вроде того – из себя.

Так принятое много лет назад решение обрекло москвичей на ежегодно повторяющийся бред летнего снегометения. И не упомнить уже фамилии того, кто принимал решение (хотя есть версия, что сам Сталин). И некому, понимаете, спасибо за это сказать! Эх…

Но вот недавно мэр сказал – пора избавляться от тополей. Пообещал, что их постепенно вырубят и заменят на новые деревья, правда, не уточнил, на какие. И если честно, стало страшно. Потому что в этом решении нет ничего дурного, но у нас могут быть такие варианты его исполнения и воплощения в жизнь, что мало не покажется: от тотальной вырубки всего зеленого, что осталось в городе до насаждения вместо тополей еще чего-нибудь заковыристого, чьи «сюрпризы» определятся лишь впоследствии…

Никого не хочется обидеть. Но он опять бьет в окно, тополиный пух. И я бубню тихонько – давайте будем в ответственности за тех, кого (что) посадим. И при всей двусмысленности этой фразы мне она кажется правильной…