Бюрократические перестановки или перегруппировка перед прорывом?

В структуре правительства произойдут довольно примечательные изменения, которые должны, по идее, свидетельствовать о новых приоритетах в деятельности этого органа исполнительной власти.

Некоторые перемены были вполне ожидаемы. Еще несколько недель назад стали говорить о том, что Министерство образования и науки будет разделено на две структуры. Теперь это будут Министерство просвещения и Министерство науки и высшего образования. В компетенцию первого войдут вопросы общего образования, тогда как второе ведомство будет отвечать за высшие учебные заведения и развитие науки в целом. По мнению премьера, такое решение «позволит лучше сконцентрировать наши возможности по развитию и одной системы образования, и другой системы образования».

Выделение в отдельную структуру Министерства науки призвано также решить и другие задачи. Одна из них состоит в том, чтобы пойти навстречу Российской Академии наук и найти некую компромиссную формулу управления фундаментальной наукой вместо Федерального Агентства Научных Организаций (ФАНО), взаимоотношения с которым у академиков с самого начала складывались непросто.

Еще в ходе избирательной кампании группа ведущих академиков страны встретилась с Владимиром Путиным и ходатайствовала о пересмотре некоторых положений известной реформы РАН. Видимо, тогда было принято принципиальное решение. Хотя слухи о том, что ФАНО может быть преобразовано в министерство науки,  пошли еще в прошлом году после избрания нового президента РАН Александра Сергеева. Впрочем, несмотря на прогнозируемость данной меры, для работников ФАНО новость о ликвидации их структуры стала неожиданностью: им сообщили об этом лишь в минувшую пятницу. Хочется надеяться, что отношения Академии наук с новым министерством сложатся удачнее, чем с ФАНО, которое занималось их мелочной опекой. Надежда на то, что новая структура придаст импульс развитию отечественной фундаментальной и прикладной науки, сокращая наше пока что существенное отставание в научной области от Запада.

Правда, у меня лично есть некоторые сомнения по поводу того, что какое-либо министерство нужно для руководства университетским образованием и университетской наукой. Многие передовые в научном плане страны как-то обходятся без министерства и руководствуются принципами университетской автономии в этих вопросах.

Изменения постигнут и Минкомсвязи. Оно будет преобразовано в Министерство цифрового развития. Некоторые скептики, разумеется, тут усомнятся: а нужно ли цифровому развитию отдельное министерство? «Гугл» вот как-то развивается без отдельного министерства, да и возник сам по себе, а не по чиновничьему велению. Вполне без помощи всяких министерств успешно соперничает на российской почве с «Гуглом» отечественный «Яндекс».

С другой страны, если посмотреть на традиции нашей страны, то очень часто для того, чтобы придать импульс и ускорение на том или ином стратегически важном для российской экономики направлении, нужно предпринять некий организационный «пинок сверху», пусть в виде отдельного министерства. Будем надеяться, что хуже не будет, и новое министерство озаботится действительно развитием цифровой экономики, а не тем, чтобы выстраивать общероссийский Firewall и совершенствовать блокировку «вредных» интернет-ресурсов. Хотя, разумеется, всяким террористам и педофилам в интернете не место.

Главной задачей нового министерства должна стать, как отметил Медведев, реализация «цифровой повестки дня». Пока не очень понятно, что имеется в виду под «цифровой повесткой дня». Однако многие простые граждане России уже ощутили преимущества решения многих самых насущных бытовых проблем в режиме онлайн и без непосредственного общения с чиновниками. Если еще больше услуг можно будет получить в таком же режиме, а общение бизнеса с государством также все больше будет происходить через условное «одно окно», это наверняка придаст импульс развитию экономики в целом, а также повысит комфортность жизни простых россиян.

Еще одна структурная новация заключается в том, что торговые представительства за рубежом предлагается передать из Минэкономразвития в Министерство торговли и промышленности.  Как сказал премьер-министр, «это позволит сконцентрироваться именно на вопросах поддержки экспорта наших промышленных предприятий, нашего технологического экспорта». Такая установка рождает надежду на то, что политика импортозамещения не приобретет самодовлеющего характера, что нацеленность на конкурентоспособность в международном масштабе для российской продукции сохранится в качестве приоритета, а вместе с тем сохранится и открытость российской экономики.

Разумеется, сами по себе структурные перемены в правительстве не стоит переоценивать. Чтобы все эти механизмы заработали с большей эффективностью и результативностью, нужна целостная стратегия экономического развития.  Новый кабинет министров, в значительной мере составленный из уже знакомых лиц, явно настроен на то, чтобы не ломиться сквозь сложившуюся российскую действительность с какими-то радикальными преобразованиями и организационными перестроениями в духе, скажем, хрущевских совнархозов или еще чего-то подобного.

Новый-старый кабинет министров исходит из того, что проводившаяся в последние годы политика уже показала свою относительную эффективность и помогла российской экономике достаточно успешно приспособиться к сильному санкционному давлению со стороны Запада. Теперь задача состоит в том, чтобы, проведя перегруппировку сил, перейти от обороны к контрнаступлению. Имена «командующих дивизиями и полками», а именно - новых министров в составе правительства - мы узнаем уже, возможно, в ближайшую пятницу. А еще через какое-то время можно будет судить о том, удалось ли этой команде развить наступление и прорыв в том направлении, которое указал президент Путин.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции