Виктор Гришин дольше всех правил Москвой

В этом году исполнилось 95 лет со дня рождения Виктора Васильевича Гришина, с именем которого связана немалая часть послевоенной истории нашей столицы. Почти два десятилетия он возглавлял московскую партийную организацию. Читателям постарше не надо объяснять, что это за должность. Но выросло уже целое поколение молодых людей, лишенных знаний о недавнем прошлом.Специально для них объясняю.В Конституции СССР была статья, гласящая, что руководящей и направляющей силой советского общества является Коммунистическая партия Советского Союза. В партии состояли многие миллионы людей из всех сфер человеческой деятельности. Партия определяла планы развития страны и организовывала людей на их выполнение. Под ее руководством Советский Союз победил в войне, за четыре года восстановил разрушенные оккупантами города и села, вышел на второе место в мире по промышленному производству, открыл для человечества космос и атомную энергетику.В Москве штабом организации ее сложной жизни, всестороннего развития города, улучшения благосостояния москвичей был МГК КПСС – столичный горком партии. Во главе его с 1967 по 1985 год стоял Виктор Васильевич Гришин, получивший за свою работу две золотые звезды Героя Социалистического Труда.Эти слова из старой революционной песни к Виктору Васильевичу относятся впрямую. Он родился в рабочей среде, растила его одна мать (отец ушел из семьи). Советская власть не давала пропасть таким детям. Гришин отлично окончил школу, потом два техникума (землеустроительный и железнодорожный), работал землемером, помощником машиниста, а после окончания учебы – заместителем начальника паровозного депо в Серпухове. В 26 лет его избрали секретарем парткома всего железнодорожного узла. Обычное дело в тот период! Тридцатилетние Косыгин, Вознесенский, Устинов и еще сотни молодых людей получили тогда важные государственные посты, в армии на смену ветеранам Гражданской войны, побеждавшим с саблями и тачанками, пришло новое военное поколение.Война все перевернула в нашей жизни. Железнодорожников на фронт не брали, их работа под бомбежками и обстрелами была жизненно необходима. 41-й год, особенно октябрь, стал весьма драматичным. Виктора Васильевича вызвали в Москву. В обкоме партии ему выдали пистолет и назначили руководить боевой подпольной группой в случае оккупации. До этого дело не дошло, но война нанесла Серпухову тяжелые раны. Много домов и целые улицы были разрушены немецкой авиацией. Первая военная зима выдалась на редкость суровой, а топлива в городе не было, предприятия и коммунальные службы не работали. Так обстояли дела, когда В. В. Гришина избрали секретарем Серпуховского горкома ВКП(б).Весьма быстро были восстановлены хлебозавод, водоснабжение, торговля, заработали больницы и поликлиники. В корпусах эвакуированных предприятий наладили ремонт военной техники, производство мин и снарядов.Человек в высшей степени ответственный, одаренный от природы самым редким из талантов – организаторским, – он выдвигался на все более сложную работу. В 1952 году Н. С. Хрущев, занимавший тогда посты первого секретаря МК и МГК партии, сделал Гришина вторым секретарем обкома. Определяя его новые обязанности, он сказал, что сам будет в Москве вести вопросы строительства, в области – сельского хозяйства, «а все остальное берите на себя». Виктору Васильевичу было тогда 36 лет! Нетрудно представить, какой гигантский груз лег на его плечи, сколь сложны и разнообразны были решаемые задачи.Справился. И после ХХ съезда партии, уже сменившей название, В. В. Гришина по рекомендации ЦК КПСС избрали на 11 лет председателем Центрального Совета самой крупной в стране организации – профсоюзов, объединяющей десятки миллионов трудового народа. Без ВЦСПС не принималось ни одно серьезное государственное решение.Самые важные изменения в жизни Виктора Васильевича происходили весной. В мае 1967 года ему позвонил Л. И. Брежнев и попросил приехать в ЦК КПСС. Расспросил о положении в профсоюзах, а потом предложил вернуться на партийную работу – в Московский городской комитет. Вскоре состоялся пленум МГК КПСС, избравший Гришина первым секретарем.Москва тогда была не такой, как теперь. Столица столицей, но в ней работало 1100 предприятий, дававших в разные годы от 6 до 8 процентов промышленной продукции страны. Почти миллион человек двигали вперед науку и технику.Москва всегда выполняла все планы и задания правительства, и это сослужило ей плохую службу. Основные средства на развитие производства направлялись в другие регионы, а столичный рабочий класс трудился в старых, обветшалых корпусах, построенных до революции и в годы первых пятилеток. Техника давно устарела, условия, в которых работали многие москвичи, были тяжелыми.Перед городской партийной организацией стояла задача реконструировать старые заводы и фабрики, заменить их устаревшее оборудование современным, внедрить передовую технологию, создать производственникам комфортные условия труда и отдыха.Очень важно было по-настоящему включить в решение этой задачи правительственные учреждения – Госплан, министерства и ведомства, в распоряжении которых находились и денежные, и материальные ресурсы. Через работавших там коммунистов дело двинулось. Немаловажную роль сыграл и личный авторитет Гришина – не помню, чтобы кто-то из министров не откликнулся на его обращение к ним.За 18 лет пребывания его во главе МГК КПСС почти все заводы, фабрики, транспортные предприятия были реконструированы. В результате объем производства за это время вырос в 2,5 раза. И по сию пору москвичам исправно служат 56 построенных тогда пищевых предприятий, здания Курского, Ленинградского, Ярославского, Киевского и Белорусского вокзалов, 100 километров новых линий метро, дороги, 260 АТС. Более 300 поликлиник, онкологический, кардиологический, урологический центры, институты питания, охраны здоровья матери и ребенка, 500 школ, сохранившиеся детские сады на 310 тысяч мест, комплекс Нового Арбата, новые корпуса Библиотеки имени Ленина и Третьяковской картинной галереи, 34 гостиницы…Второй важнейшей задачей была жилищная проблема. В 1967 году больше половины москвичей жили в коммуналках. За 18 последующих лет отдельные квартиры получило абсолютное большинство. Было ликвидировано огромное количество бараков, существование которых Гришин считал позором для Москвы. А подвалы! Современное поколение даже не представляет, в каких условиях проживали там люди.Горком, Моссовет не раз принимали решения о переселении их в благоустроенные дома. Но все время находились другие категории людей, которым новое жилье почему-то надо было дать раньше. Тогда В. В. предпринял волюнтаристский шаг: настоял, чтобы до полной ликвидации подвалов ни одной квартиры ни одной организации не выделялось.Проблема многодесятилетней давности решилась за несколько месяцев. Многие помнят, какая шумиха была в свое время вокруг программы строительства атомных электростанций. Ею предусматривалось, в частности, сооружение АЭС вблизи крупнейших промышленных центров. Их построили рядом с Ленинградом, Киевом, Свердловском, другими большими городами. «Атомные» академики усиленно пробивали АЭС и под Москвой.Гришин резко возразил им, понимая всю рискованность этой научной авантюры. «При моей жизни этого не будет»,– вот его подлинные слова. Надо было обладать сильным характером, чтобы в одиночку противостоять всем. Он сумел добиться отклонения проекта.Правда, ценою надолго испорченных отношений с руководителями правительства. Но то, что над москвичами сегодня не висит атомный дамоклов меч, – его и только его личная заслуга.Много позже Виктор Васильевич так же резко выступил против предложения Горбачева построить в Люберцах гигантский литейный завод для снабжения литьем всего сельскохозяйственного машиностроения страны.– В Москве и так нечем дышать, а этот... (опускаю подлинное выражение В. В., который был весьма низкого мнения о М.С.) хочет нам под боком еще огромную кочегарку устроить,– возмущался он.Горбачев вышеприведенный случай, судя по дальнейшему, не простил…В мои обязанности помощника первого секретаря горкома входила гуманитарная сфера жизни города.Зная об отзывчивости Виктора Васильевича, к нему часто обращались многие известные артисты, писатели, художники, музыканты. Елена Образцова приходила за содействием в открытии Дома Шаляпина. Татьяна Доронина – по театральным делам. Светлана Немоляева и Александр Лазарев просили об улучшении жилищных условий.Гришин по-настоящему любил искусство. Следил за театральными премьерами, за литературными новинками.Самым большим увлечением, даже страстью Виктора Васильевича была музыка. Насколько я знаю, он единственный из членов Политбюро, кто регулярно ходил на концерты в консерваторию.При нем в Москве было построено больше театральных зданий, чем за все остальное советское время. За строительством Детского музыкального театра Натальи Сац, нового здания «Уголка Дурова», Цирка на Ленинских горах он постоянно следил сам, не раз ездил на стройки, понимал, что иначе им конца не будет.Однажды в горком пришел Аркадий Райкин. Аркадий Исакович жаловался на постоянные придирки ленинградского начальства, на крайне недоброжелательную атмосферу вокруг театра, а потом сказал: – Виктор Васильевич, возьмите нас в Москву! Своей просьбой он поставил Гришина в не очень удобное положение перед ленинградским первым секретарем Романовым. Тем не менее вопрос был решен: Райкин получил временно помещение Театра эстрады, квартиры для артистов. Для постоянной работы его коллектива началось переоборудование кинотеатра в Марьиной Роще.Еще раньше Гришин взял шефство над строительством нового здания Театра на Таганке. Первоначально у него было к этому театру предвзятое отношение, сформированное цековскими и горкомовскими идеологами. Но после первого же посещения замечательной работы Любимова «А зори здесь тихие» предубеждение исчезло.Юрий Петрович Любимов очень удачно использовал встречи в театре и заручился поддержкой своих планов полной реконструкции здания. Он и директор театра Н. Л. Дупак стали постоянными посетителями на Старой площади. Приходили с проектами, макетами, советовались, просили содействия. А уж звонил Юрий Петрович почти ежедневно…Как-то вечером Виктор Васильевич дал мне прочитать бумагу, разосланную по Политбюро.– Прямо донос какой-то. Не верится, чтоб Бондарчук мог сделать антипатриотический фильм. Съезди на Мосфильм, посмотри, что так наших генералов рассердило.Письмо по поводу фильма «Они сражались за Родину» и впрямь походило на донос. В чем там только не обвиняли авторов! И армия-то наша у них только отступает, и роль политработников не показана... Несколько страниц гневных обличений подобного сорта.Когда мы вместе с И. Б. Бугаевым, тогдашним заведующим отделом культуры горкома, приехали на просмотр, нас встретил буквально почерневший Сергей Бондарчук. Он сказал, что принято решение фильм на экраны не выпускать. Мы же по окончании просмотра искренне недоумевали: что тут могло кому-то не понравиться? О своих впечатлениях рассказали Виктору Васильевичу.Не знаю уж, что он предпринял, но больше проблем с «Они сражались за Родину» не было.Примерно при таких же обстоятельствах вышли на экран благодаря вмешательству Гришина «Калина красная» В. Шукшина, «Зеркало» А. Тарковского, еще ряд фильмов, встречавших сильное противодействие различных искусствоведов-любителей из ЦК, МГК, КГБ…Когда московский «Спартак» вылетел из высшей лиги, никто не надеялся на его скорое возвращение. Во-первых, команда под руководством Н. П. Старостина уже несколько лет как впала в кризис, и резервов улучшения игры не просматривалось. Во-вторых, случившееся с ней было результатом заговора группы руководителей ведущих клубов: несговорчивый «Спартак» постоянно путал карты в их договорных раскладах.Для миллионов же болельщиков этой подлинно народной тогда команды падение «Спартака» было настоящей трагедией.Гришин, насколько я знаю, никогда не касался спортивных дел, считая, что партийным органам и без этого есть чем заниматься. Но на сей раз он изменил своему правилу, видя в судьбе «Спартака» нечто большее, чем просто неудача одного из московских клубов.Виктор Васильевич собрал несколько совещаний по этому вопросу в поисках решения. После долгих обсуждений, советов со специалистами единственным выходом виделось приглашение в «Спартак» К. И. Бескова, имевшего целый ряд неповторимых тренерских результатов. Но ведь он работал в «Динамо» – вечном сопернике «Спартака»! Надо было уговорить не только Константина Ивановича, но и министра внутренних дел Щелокова.Гришин сумел сделать и то, и другое! Заведующему отделом пропаганды горкома А. М. Роганову было поручено лично курировать команду. Гришин сам помогал решать ее бесчисленные проблемы в течение всего сезона, который понадобился К. И. Бескову для возвращения «Спартака» в высшую лигу, не упуская их из поля зрения. И лишь после того как это совершилось, окончательно убедившись, что больше команде ничего не угрожает, ослабил внимание.Если бы не это вмешательство, не видеть бы нам того «Спартака», с которым К. И. Бесков потом открыл новую страницу в развитии советского футбола.Разумеется, в деятельности горкома партии, Моссовета были недостатки. Но в целом народное хозяйство города работало как слаженный механизм, а Московская партийная организация могла решить любую задачу. И тут возникает вопрос из известного анекдота: «И кому все это мешало?!» Выяснилось, что мешало, и даже очень. Да, Виктор Васильевич, перешагнув 70-летний рубеж, был уже не тот, что в лучшие свои годы. Но не это стало определяющим. Устранение Гришина было необходимо Горбачеву. И в силу мстительности и злопамятства. И потому, что Михаил Сергеевич не был и не мог стать для Виктора Васильевича авторитетом: он никогда бы не побежал очертя голову за Горбачевым в окружавшей его восторженной толпе. Гришин всегда знал истинную цену Горбачеву, успел насмотреться на его угодничество перед московскими «шишками», приезжавшими на отдых на Кавказские Минводы.Горбачев чувствовал это отношение. Став генсеком, он вместе с Лигачевым устроил Гришину подлинный моральный террор.Все строилось на передержках, клевете. Поводом для шельмования московских партийных кадров было централизованное строительство домиков на горкомовских дачных участках. Тысячи предприятий и учреждений делали для своих сотрудников то же самое.Горкомовцы за все честно уплатили, нарушений не было, размер участков как у всех – 6 соток. Тем не менее вокруг этого подняли страшный скандал.Массовому сознанию внушалось, что в Москве кругом злоупотребления. Искусно пущенный слух о том, что Гришин берет взятки, попал на хорошо подготовленную почву. Фактов, разумеется, не было, даже после огромных стараний найти хоть что-нибудь.– Вы же понимаете, что бы поднялось, отыщи они какую-нибудь зацепку, – говорил мне в ту пору Виктор Васильевич. – Но нельзя было найти то, чего нет. Да посудите сами, зачем мне брать взятки? Я и моя семья живем на всем готовом, у меня большая зарплата (оклад первого секретаря МГК КПСС был тогда 700 рублей), дети давно стали самостоятельными…О привилегиях, которыми пользовались руководители, столько уже сказано и написано злого. Но я все-таки рискну высказать отличное от общего мнение по этому поводу. На мой взгляд, система была разумной и обоснованной.Смысл ее состоял в том, чтобы избавить крупных работников от всех бытовых забот, позволить им полностью отдаваться порученному делу. В.В.Гришин, например, ежедневно работал по 12 часов, нередко и по воскресным дням. А взамен…Как и огромное большинство партийных работников, Виктор Васильевич к выходу на пенсию не имел не только дачи, но и личной машины, сбережения оказались более чем скромными. В последний период своей жизни он просто-напросто имел материальные затруднения.Поддержки он не получал ни от кого. В отличие от множества своих партийных и советских коллег Гришин не страдал комплексом провинциальной неполноценности, поэтому не создавал клана из земляков, не просовывал на ключевые посты верных сторонников. Он вообще не терпел протекционизма и, если мог, пресекал его проявления…Да, горьким оказались последние годы его жизни. Преданный бывшими коллегами по ЦК, некоторыми из ближайших соратников, он тяжело переживал происходящее в стране и партии. Наверное, как честный человек винил в этом и себя……Справедливость понемногу восстанавливается. Московское правительство открыло на доме, где жил Гришин, мемориальную доску – «выдающемуся государственному деятелю». Честь ему! История все расставит по своим местам.