Блокадные ленинградцы всю войну сдавали кровь

В ЭТОМ ГОДУ наша страна отметила великую дату – 65 лет Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Но ежедневный подвиг совершался не только на линиях фронта. Это почти невозможно представить, но в годы блокады истощенные недоеданием ленинградцы сдавали кровь – для фронта, для Победы.Это почти невозможно осознать, но жители окруженного города отдавали свою кровь так, как сейчас любая больница сочла бы за счастье ее получить: ни один запрос военных госпиталей на донорскую кровь в годы войны не остался без удовлетворения. Ни холод, ни голод не останавливали людей. Они брели в пункты приема, едва передвигая ноги, и выкапывали из почти безжизненных вен свою кровь, чтобы спасти жизнь другим. А это вообще остается за гранью понимания – ленинградские доноры отказывались от компенсаций за сдачу крови, передавая деньги в фонд обороны.Вместе с простыми жителями блокадного города за Ленинград сражался и Ленинградский институт переливания крови. Основной задачей института на весь период войны стало бесперебойное и безотказное снабжение военных и гражданских медицинских учреждений консервированной кровью и кровезамещающими растворами. Сотрудники института уже имели опыт по массовой заготовке крови – этим они занимались во время войны с Финляндией. Их работа была настолько успешной, что в 1940 году институт был награжден орденом Трудового Красного Знамени. А в 41-м коллектив института вновь взялся за военную работу.В день объявления войны Институт переливания был полон людей. Все сотрудники срочно собрались в институте. Часть персонала с первого дня была мобилизована в ряды Красной армии, а наиболее квалифицированные работники получили бронь для продолжения работы в институте.Моментально было принято решение начать эвакуацию мирных больных, находящихся в клиниках института, в другие лечебные учреждения города.Врачи работали, как настоящая слаженная команда, и уже к вечеру 23 июня из 280 пациентов в институте для долечивания осталось только 30.На третьем этаже были оборудованы дополнительные операционные для взятия крови у доноров. На втором этаже расположился донорский отдел, в котором было увеличено число кабинетов для осмотра доноров, здесь же обустроили регистратуру и лабораторию. Также было решено расширить остававшиеся на своих местах на первом и втором этажах сывороточную и серологическую лаборатории. Персонал, освободившийся из закрытых клиник и лабораторий, но не мобилизованный в армию, был переведен в распоряжение производственных отделов. В донорском отделе в наиболее напряженные периоды работали до 110 сотрудников, в консервационном отделе штат составлял 105 человек.Было всего два часа дня 22 июня, когда при донорском отделе открылось первое справочное бюро для доноров, а утром следующего дня их уже было 3, поскольку одно не cправлялось с потоком ленинградцев.Пришлось увеличивать и количество кабинетов для обследования доноров – теперь их стало 6.В первый же день войны – 22 июня – к 19 часам было заготовлено первые 70 литров консервированной крови для воюющей армии. Такая фантастическая оперативность спасла в первые дни войны, когда были самые многочисленные потери, жизнь многим бойцам. В таком же режиме люди работали и все долгие четыре года войны. В течение всей войны институт ни разу не отказал армии в отпуске требуемых количеств консервированной крови, причем кровь отправляли не только на фронт, но и в тыловые госпитали.Патриотический подъем среди ленинградцев был очень велик. С первого дня войны в Ленинградский институт переливания крови шла масса людей, которые хотели сдать кровь и в такой форме выполнить свой долг перед Родиной. В первые месяцы войны пропаганда донорства проводилась через радиостанции. Сотрудники института встречались с жителями, читали лекции, которые обычно заканчивались массовым определением групп крови у всех присутствующих. Так было вначале, потом агитировать ленинградцев уже не было необходимости. Число желающих сдать кровь стало так велико, что в институте пришлось организовать специальную диспетчерскую службу. Она совместно с представителями Красного Креста регулировала поток доноров.Люди подчас шли пешком огромное расстояние по темным, холодным улицам, под пронизывающим ветром, рискуя попасть под вражеский налет или артобстрел, голодные, но с непреодолимой решимостью сдать кровь. В 1941 году в доноры записались почти 36 тысяч ленинградцев, в 1942 году – около 57 тысяч, а в 1943–44 годах – по 34 тыс. человек.В течение первых месяцев войны заготовку крови пока еще делали с консервацией, но с началом блокады в сентябре 1941 года длительный срок хранения консервированной крови стал уже не нужен, и практически до 1943 года только что полученная кровь отправлялась раненым.В сентябре 1941 года институт почти полностью перешел на заготовку крови группы 0 (1). Это было вызвано тем, что переливание этой универсальной группы крови более безвредно, а с другой стороны, перепутать группу крови, что очень боялись сделать в суматохе, и влить больному несовместимую стало невозможно – в любом «сосуде» была кровь одна на всех. А это очень весомый аргумент в военных условиях. Да и доноров с такой группой крови больше всего. Консервированная кровь других групп тоже заготавливалась, только делалось это по предварительным заказам для гражданских лечебных учреждений и для нужд института.Кровь группы AB(IV) использовалась для заготовки плазмы.Война постоянно вносила свои коррективы в работу врачей: во время первого массированного налета на Ленинград сгорели продовольственные Бадаевские склады, и с продуктами стало очень плохо. С ноября 1941 года началось массовое недоедание, в декабре на карточку служащего и иждивенца выдавали знаменитые 125 граммов хлеба, а на рабочую карточку – 250 граммов. Началось истощение доноров. Разовую дозу взятия крови пришлось уменьшить до 170 мл. Только в 1943 году доза была увеличена до 200 мл, а в 1944-м – до 250 мл.С целью поддержания сил и улучшения здоровья доноров по ходатайству института Военный совет Ленинградского фронта вынес специальное решение о дополнительном снабжении доноров продуктами после сдачи крови. С 20 декабря 1941 года доноры начали получать спецпаек из расчета на день: 200 г белого хлеба, 30 г сахара, 30 г животного масла, поляйца, 25 г кондитерских изделий, 30 г крупы. Выдавался паек подекадно.Большинство доноров в блокадном Ленинграде отказывались от денежной компенсации после сдачи крови.Эти деньги поступали в фонд обороны. В конце 1942 года было собрано 510 тысяч рублей, и руководство института направило Сталину телеграмму, в которой просило использовать эти средства для постройки самолета «Ленинградский донор». В начале 1943 года Сталин поблагодарил доноров Ленинграда за собранные средства.В течение всей войны заявки на кровь не были планомерными и постоянно приходилось приспосабливаться к спросу на кровь. Ежедневно через отдел проходило от 300 до 700 доноров, а иногда и до 1000 человек.Изобретательности сотрудников института, обеспечивших всю эту хаотичную работу, можно было только удивляться. Весь запас стандартной посуды для заготовки крови закончился уже в марте 1942 года. Приходилось использовать любые бытовые бутылки с непременным условием – из белого прозрачного стекла. Под руку попадались в основном винные и водочные. Да и те приходилось откапывать из-под снега. Для того чтобы добыть бутылки, людям порой приходилось рисковать жизнью. Ведь совсем рядом была передовая. А свободную тару замерзшими и посиневшими руками частенько откапывали дети – школьники Смольнинского района. Иногда сами доноры приходили со своей тарой, потому что у врачей было много работы, и их некем было заменить.Нехватка тары была не единственной сложной проблемой. Нужно было изобретать, как укупоривать нестандартные для медицины винные бутылки. Резиновые пробки, имевшиеся в институте, не подходили к горлышкам, и их приходилось подтачивать, но при этом возникала опасность неполной герметизации. Бывший тогда заместитель директора по научной работе А. Н. Филатов придумал оригинальный и в то же время очень простой способ консервации крови, который годился для любой посуды.Сначала на бутылку надевался бумажный конус, через него вставлялась берущая система для крови, когда бутылка наполнялась, систему убирали, а бумажный конус просто перегибали, после чего горлышко бутылки погружали в специальную мастику. Вот и все ноу-хау. Однако этот метод обеспечивал надежную герметизацию бутылок – и без пробок.За войну ни военно-санитарные учреждения, ни командование Ленинградского фронта ни разу не предъявили институту никаких претензий на качество консервированной крови, более того – не было отмечено ни одного тяжелого осложнения, которые обычно бывают из-за переливания недоброкачественной или инфицированной крови. Всего же за годы войны институт заготовил около 113 тонн консервированной крови.27 января 1944 года была полностью снята блокада Ленинграда. Значительно расширилась зона действия Ленинградского фронта. Потребности армии в консервированной крови и кровезаменителях выросли многократно, но институт по-прежнему успешно с ними справлялся, потому что жители Ленинграда продолжали нести свою многострадальную, но такую дорогую кровь в пункты приема – все для фронта, все для Победы.