Популяризаторы науки сдают позиции большим языковым моделям
Выяснилось, что ИИ придумывает названия работ и помещает их в существующие издания под именами реальных авторов и даже с указанием страниц. Особенно удаются нейросетям гуманитарные темы: «Влияние шекспировских традиций на творчество американского писателя Уильяма Гилмора Симмса», или воздействие других литературных традиций на других писателей. Также хорошо смотрятся в журналах работы с заголовками вроде «Молодые тропические леса помогают обратить потерю биоразнообразия». Ну а что: разве это не так? Кто скажет, что не помогают, пусть, как говорится, первый бросит в меня камень!
Ссылки на исследования, как и полагается, внизу каждого материала есть. Все выгладит вполне солидно. И если бы один неравнодушный редактор однажды что-то не заподозрил, то читатели так бы и продолжали поглощать этот нейрослоп (низкокачественный цифровой контент, созданный с помощью искусственного интеллекта. — «ВМ») в промышленных масштабах.
Сотрудники журнала проанализировали более 4 тысяч научных работ 2025 года и после ручной проверки 100 подобных статей выяснилось, что 65 из них содержат ссылки, не ведущие к реальным публикациям, поскольку они были сгенерированы ИИ. И на этом месте можно драматично вздохнуть, мол, совсем разучились думать с этими нейросетями, так и в каменный век недолго скатиться. Но есть нюанс. Читатели не отличали творчество нейросетей от авторских статей только потому, что все последние годы научные журналы публиковали точно такие же пустые материалы, правда, написаны они были реальными учеными.
Недавно ко мне подошел сын с просьбой помочь ему с докладом по окружающему миру на тему «Важнейшие изобретения 21 века». Мы крепко задумались. «Ну… искусственный интеллект», — выдал сын. А что еще? Гравитационные волны, бозон Хиггса — это, конечно, хорошо, но на фоне сверхзвуковой авиации, космических ракет и антибиотиков, созданных в 20 веке и кардинально изменивших жизнь всего человечества, они смотрятся довольно бледненько. Пока что двери в новую эру бозон Хиггса нам не открыл. Да и пресловутый ИИ, как научная дисциплина, если уж быть точными, появился 70 лет назад — первое упоминание искусственного интеллекта относится к 1956 году.
Многие мировые ученые констатируют печальный факт: частота прорывных открытий и изобретений за последние полвека снизилась на 90 процентов, то есть научный прогресс серьезно замедлился. При этом количество научных статей в авторитетных журналах неустанно растет год от года! А объясняется это расхождение довольно легко: деятельность ученых оценивается числом публикаций, а гранты выделяются самым «многословным» из них. Поэтому и приходится плодить сущности, придумывая темы о влиянии Александра Пушкина на творчество Пелевина или на биоразнообразие подмосковных лесов.
Нейросети, заменившие на этом поприще живых авторов, не влияют на распространение научного знания так же, как не влияли на него и их предшественники из плоти и крови. Языковые модели, как кривое зеркало, отразили и увеличили проблему кризиса в науке. Раньше можно было замаскировать ее, изменив фокус с качества статей на их количество, то теперь уже не получится. Нейросетевые ссылки на несуществующие источники бесхитростно, подобно ребенку из сказки Андерсена, продемонстрировали, что король голый. И, в общем-то, уже давно.